Вернуть невесту. Дракон в академии

– Я буду ждать весточки о поступлении. После чего отправлюсь обратно. Ваши вещи пока побудут тут.

Мы договорились держать связь через шкатулку, деньги у меня с собой теперь тоже были. Подарками мачехи и отца я не дорожила, но под пристальным взглядом бабушки пришлось оставить их в имении. К слову, ба предупредила, что напишет письмо в столичный банк, в котором на мое имя давно открыт счет. Мне будет дан доступ, чтобы не переживать за шпильки и булавки, как выразилась дорогая бабуля. Я этого не знала, а сейчас была полна решимости оставить те деньги на всякий случай.

После завтрака, оценив свой внешний вид (снова пришлось переодеться), я отправилась навстречу прекрасному. В ворота академии меня пропустили без проволочек и указали, где происходит прием документов и вступительный экзамен. Дорогу я нашла сразу, а вот дальше выяснилось, что не одна я такая явилась поступать.

Высокий светловолосый парень рассматривал дверь с табличкой «Приемная комиссия, без приглашения не входить!». Закралось подозрение, что нас таких много и придется расталкивать конкурентов локтями. Не знаю, как им, а мне так очень нужно это поступление.

– Вы сюда? – поинтересовалась я как можно вежливее, указав на табличку.

– Разумеется, красавица, мы все сюда.

– Называете себя на «вы»? Или тут кто-то еще есть?

Я нарочно заглянула парню за спину, хотя прекрасно видела, что в коридоре мы находимся вдвоем. Разве что по стенам висели портреты выдающихся личностей. Судя по надписям – бывшие ректоры академии магии.

– Острый язычок – это так интригует, – заулыбался нахал и подмигнул мне. – Мне нравится укрощать строптивых девушек.

Я вдруг вспомнила, где видела этого любителя перчинки. На праздновании дня рождения среднего брата, которому сейчас девятнадцать лет. К слову, младшему уже восемнадцать, и они почти мои ровесники, но это не делало нас ближе. Наверное, братцы с этим хлыщом друзья или просто знакомые. Мне же общаться с таким павлином резко перехотелось.

– А ведь я тебя знаю. – Незнакомец перестал строить из себя дурака и наклонил голову набок. – Мы точно встречались. Но где?

И надо ж было такому произойти, что дверь приемной комиссии в этот момент открылась и раздалось:

– Кэтрин Бренд, заходите.

– Ах вон ты кто, – осклабился парень.

Он даже не стал спрашивать, почему меня вызвали раньше, настолько был доволен отгадкой.

Я вошла в просторный кабинет, аккуратно прикрыла за собой дверь и с удивлением обнаружила всего лишь одного человека. Главу академии Питера Портера, чей портрет красовался вместе с бывшими ректорскими, но у самой двери. Видимо, для того, чтобы студенты не перепутали начальство с посторонним человеком.

– Кэтрин Бренд? – спросил Портер, который выглядел как ровесник моего отца.

– Я.

Ректор смотрел на меня так пристально, словно не знал, как корректнее отказать. От неизвестности ладошки стали сырыми, и я осторожно поинтересовалась:

– А где все остальные?

– Кого вам надо? – Мужчина моргнул и перестал сверлить во мне дыру.

– Приемную комиссию. Мне бы не хотелось опоздать.

– Практически все студенты уже зачислены, осталось несколько мест, с ними я и сам справлюсь.

От такой правды у меня горло перехватило, но я быстро взяла себя в руки.

– Вы готовы к экзаменам, Кэтрин?

– Я здесь, ректор.

– Отлично. Тогда начнем. Как звали вашу мать?

Вопрос был слишком неожиданным, но ответ выпал сам собой:

– Анна.

– Значит, она и правда умерла, как написано в вашей анкете?

– Да. Вы были знакомы?

– Мы вместе учились. Анна была одним из самых сильных магов нашей группы. Все думали, что она останется преподавать, но она предпочла замужество.

Я с тоской посмотрела в окно, но там не было способа перестать переживать из-за того, что случилось много лет назад. Даже не могла предположить, что именно этот вопрос мне зададут на собеседовании в академии.

– Похвально, что вы прибыли к нам. – Ректор даже не заметил моего состояния. – На какой факультет желаете попасть? К сожалению, некоторые уже укомплектованы.

Я хотела сказать, что меня устроит практически любой, однако заявлять такое не стала.

– А какие свободны?

– Многие девушки стремятся в прорицатели. Пифии смотрятся очень эффектно, их магия известна с древних времен.

Я внимательно уставилась на ректора, силясь понять, это он так шутит или ему всерьез нравятся предсказательницы, которые машут руками, закатывают глаза и несут порой всякую чушь. В ближайшем к нашему имению городке проживает такая странная особа, но угадывает про погоду часто.

– Думаю, это не совсем мой вариант, – осторожно произнесла я.

– Попробуйте предскажите что-нибудь, – предложил мужчина.

– Сейчас грянет гром? – предположила я первое, что пришло в голову.

«Бабах!» – раздалось практически сразу, и мы с ректором уставились друг на друга.

Грохот, который донесся до нас, исходил откуда-то из коридора. Питер Портер с недоверием посмотрел на меня, а потом подскочил и размашистым шагом вышел за дверь. Я двинулась следом, надеясь, что мне все еще выпадет шанс проявить себя с положительной стороны.

Оказалось, что свалился один из портретов прежних ректоров. У меня даже от сердца отлегло. Я отлично помнила, что в древности пифий за особо ценные предсказания порой сжигали на костре. Пророчества потом сбывались, но болтливых прорицателей было уже не вернуть. Некоторым ставили памятники. Посмертно.

– Это не я, он сам упал, – проблеял друг моих братьев и зачем-то уставился на меня с мольбой.

– Разберемся, – рыкнул ректор.

Портер сверкнул глазами, и упавший портрет занял свое место.

Я осторожно пошевелила пальцами, желая намертво прикрепить рамку и снимок, чтобы не мешали экзаменам. Судя по взгляду, который бросил на меня Питер Портер, действия не остались незамеченными.

Мы снова оказались вдвоем в кабинете, и на этот раз не было никаких разговоров о маме или личных предпочтениях в учебе.

– Подойдите к шару и положите на него обе руки, – приказал ректор, и я только сейчас обратила внимание на светящуюся сферу, стоящую на подо-коннике.

О магических шарах я слышала от приглашенных учителей, поэтому приблизилась с любопытством и толикой страха. Положила руки на шар и зажмурилась. Впрочем, глаза открыла тут же и заметила, как откуда-то изнутри сферы появились мерцающие нити. Они тянулись, извивались, заметно утолщаясь на концах. Серебристое свечение становилось все ярче, словно кто-то нарочно добавлял магический свет.

– Отойдите быстро! – Ректор подскочил ко мне, не слишком вежливо оттолкнул и сделал резкий пасс рукой.

Шар затянулся ледяной коркой. Она быстро поползла по подоконнику, острой сосулькой свесилась с него и застыла, не дойдя до пола.

Портер развернулся ко мне и посмотрел так внимательно, что я хотела отступить на шаг назад, однако потом передумала. Вскинула подбородок и уставилась на ректора.

– В пифии? – спросила осторожно.

– В боевые маги. Вам поддается вода, а то, что вы сейчас продемонстрировали, только доказывает, что вы дочь Анны.

– Мама была универсалом.

– Так и было. Вода – основа всего. Живая или мертвая. Лечит и убивает, все зависит от того, кто и с каким намерением ею воспользовался. А сейчас отправляйтесь в канцелярию подписывать приказ о зачислении.

– То есть я принята?! – Моему восторгу не было предела.

И пусть магический шар едва не лопнул от холода, но я была счастлива!

Покидая кабинет Питера Портера, я чуть не столкнулась с тем самым блондином. Едва мы обошли друг друга по дуге, как за спиной прозвучало:

– Юлий Кларк, заходите, ваша очередь.

Кларк.

Я сделала несколько шагов прочь от кабинета, в котором сдала экзамен. А когда услышала звук прикрывшейся двери, остановилась и обернулась. Кларк был компаньоном отца по бизнесу, и у него точно был сын. Наличие в академии этого самого Юлия немного портило картину веселья. И я, совершенно не стесняясь собственных мыслей, желала, чтобы парень провалился. Хотя это я зря, пусть будет предсказателем, так и быть.

До канцелярии я добралась едва ли не вприпрыжку, одергивая себя на каждом шагу. В груди распирало от радости, и я не удержалась и присела на подоконник. Достала из сумочки свой почтовик и написала бабушке, зная, что она очень ждет этой весточки: «Я поступила!» Текст с таким же содержанием ушел к Динару.

– Ой, – вырвалось у меня, когда я добралась до канцелярии.

И все почему? Потому что за столом сидела самая настоящая кикимора. Сквозь большие очки она смотрела на меня водянистыми глазами, а ее зеленые волосы были собраны на макушке в жиденький пучок. Брови тоже были цвета травы, а еще и густыми.

– Вам кого? – монотонным голосом поинтересовалась девица.

Я осторожно вдохнула и поняла, что не так с воздухом. В канцелярии пахло тиной, как на болоте.

– Мое имя Кэтрин Бренд, и я пришла подписать приказ о зачислении. Ректор сказал.

– Раз сказал, так подойдите. Документы уже готовы. Нужно поставить подпись тут и тут. А еще вот тут. Здесь тоже не забудьте. Сдайте каплю крови для образца. – Кикимора протянула руку с ланцетом и колбой и облизнулась, глядя на мою руку. Она быстро приняла благожелательный вид, но я успела заметить промелькнувший хищный взгляд.

Последнее требование выполнять я даже не собиралась.

– Кровь не дам.

– Я пожалуюсь ректору! – прошипела кикимора, обнажая мелкие зубы.

– Ваше право, – спокойно ответила я, уверенная, что эта изумрудная особа даже не заикнется Портеру.

Каждый маг знает, что кровь – слишком личная субстанция, чтобы ею разбрасываться по первому требованию.

Я думала, что кикимора разозлится, однако она очень быстро взяла себя в руки и натянула улыбку.

– Забудем это недоразумение. Давайте руку, я поставлю печать.

– Как клеймо для барашка? – пошутила я, пытаясь понять, надо мне это или снова отказываться.

– Ха-ха! – рассмеялась кикимора. – Тут у всех первокурсников такие печати, и никто еще не догадался сравнить себя с бараном. А если серьезно, то магический знак будет служить указателем первую неделю, а потом сам смоется. Карту тоже возьмите, вдруг пригодится.

Отказываться от дармовых указателей я не собиралась. Получив от кикиморы список учебников, которые я должна взять в библиотеке, а заодно объяснение, где находится склад с академической формой, я направилась в свою комнату. Печать на руке сразу потянула к выходу из канцелярии.

– И не забудьте, что за уборку в комнате ответственны вы сами. – Кикимора сурово сдвинула зеленые брови, отчего они стали напоминать ветки елки.

Поблагодарив работницу канцелярии, я отправилась в общежитие, но по пути не выдержала и присела на скамейку. Достала почтовик, и оказалось, что бабуля прислала ответ: «Кэтрин, девочка моя, будь осторожна. Генри бросился на поиски, и он очень зол».

Я прочитала дважды это послание и невольно вздрогнула, ощутив на себе чей-то взгляд. По коридору по направлению к канцелярии шел Юлий Кларк. Двигался он так, словно парил над полом, настолько бесшумными были его шаги. Парень точно поступил, это отражалось на его самодовольном лице.

Общаться с Кларком мне совершенно не хотелось, даже из вежливости. Спешно запихав письмо в сумочку, я поднялась и отправилась дальше.

– И на какой факультет попала Кэтрин Бренд? К слову, как только семья разрешила тебе? – донеслось мне в спину.

Все время бегать от проблем не получится, а пустой коридор – отличное место для беседы. Я остановилась и круто развернулась на каблуках:

– Интересно, а как ваш отец отнесся к поступлению в академию магии? А как же экономический университет?

Я понятия не имела, куда родственники мечтали запихнуть Кларка, поэтому сказала наугад. Попала в точку. От меня не ускользнула тень, пробежавшая по лицу парня.

А потом случилось что-то странное. По коридору пронесся кот. Грязный, непонятной расцветки, он мчался, выпучив глаза. И этот помойного вида зверь с разбегу запрыгнул на подоконник. До моего слуха донесся топот чьих-то ног, и стало понятно, что вот-вот из-за угла выскочат преследователи. Не знаю, как именно набедокурил кот, но мне его заранее стало жаль.

Повинуясь внутреннему порыву, я распахнула створку ближайшего окна, и кот сразу выпрыгнул на улицу. К тому моменту, когда перед нами появился крупный мужчина с половником в руках, кот уже скрылся в кустах. Мы же с Кларком молча смотрели на приближающегося незнакомца.

– Где он?! – взревел мужчина, потрясая перед нами половником.

– Матеус, что опять произошло? – Грозный окрик ректора заставил нас троих повернуться на голос.

– Уличный кот украл сардельку. А ведь я говорил, что надо избавляться от всяческой живности!

– Иди к себе, сегодня же пришлю на кухню кого-нибудь из магов.

– Давно бы так, – буркнул повар и быстро ушел, ворча себе под нос.

Я под шумок попыталась улизнуть, но вездесущий ректор вдруг поинтересовался у меня:

– Кэтрин, вы уже были в канцелярии?

Не говоря ни слова, я продемонстрировала печать на руке. Молчаливого объяснения оказалось достаточно. В ответ Питер Портер кивнул и направился туда, откуда пришел. Я тоже не задержалась, потому что оставаться наедине с Кларком совершенно не хотелось. Этот парень раздражал каждым своим словом, не говоря уж о том, как пристально он оценивал ректорское внимание ко мне.

Какие бы выводы ни сделал этот парень, вряд ли они были приличные. Вот и пусть остается со своими мыслями, а мне некогда!