Испания. Иберийские будни

Маримуртры

Costa Brava, что находится в северо-восточной каталонской провинции Жирона, протянулась на полторы сотни километров от города Бланеса до самой Франции. Это холмистая, местами каменистая местность. И виды поэтому – обалденные. Сальвадор Дали бы подтвердил. Да он и сделал это многократно. Обожжённые солнцем чудные скалы гармонируют с синим-пресиним морем, ласковый ветер перебирает большие зелёные листья и волнует пышные, сладко пахнущие цветы… Costa Brava – это место встречи трёх стихий: земли, воздуха и воды. Волн, камня и ветра.

Вода – не моя стихия. Я всегда это знал. В воде я совсем не ощущаю себя рыбой, не вспоминаю, как плавал у мамки в животе, и редко испытываю расслабление и покой. Водное пространство для меня – это непрерывная работа руками и ногами, учащённое дыхание и навязчивый подспудный страх глубины. Такие чувства я обыкновенно испытываю во время купания в глубоких пресноводных водоёмах. А в солёных, без досягаемого дна, да ещё с волнами? Не знаю, что сказать…

«Испания – это солнце! Испания – это море! Ты себе даже представить не можешь, что такое настоящее море!»

Не могу. Далось вам это море! Ну, хорошо, я же не против, я хочу отведать моря. Хапнуть его всем горлом… На новичка, в диковинку…

Само собой, в первый же день мы должны занырнуть! По всем канонам туризма – даже в первую удобную минуту! Но что-то мы не торопимся с этим мероприятием. Сначала прогулка по городу и ботанический сад. Сначала – общая атмосфера и сбор информации, а потом ритуальное омовение. Такой уж я человек.

В «диком, скалистом» Бланесе скалы торчат из земли в самых неожиданных местах. Например, посреди улицы. Внешне похоже на сопку, земляной бугор, но видим вдруг, что это сплошь каменный массив, а к нему силами вездесущей жизни прилепились со всех сторон агавы и кактусы. Видим чистые светлые улицы и приветливых жителей. Видим далёкий горизонт за морем. Мы видим невообразимо ясное небо, каким оно не бывает в Новосибирске.

Ландшафт очень неровный, и даже внутри города автомобильные дороги прорезают холмы, круто поднимаясь и спускаясь. На окраинах травянистые косогоры там и сям выложены массивными плитами, и они покрыты очень качественно сделанными граффити. Видно, что росписью занималось не обычное уличное хулиганьё. Тут армии орков потрясают трезубцами и алебардами, там комиксно-мультяшные персонажи скалятся на все лады; есть даже натуральные портреты – поистине гигантских размеров.

Улицы города предсказуемо ведут к морю. На крохотных треугольниках-площадях прячутся необычные скульптуры. Вот авангардно стилизованная женщина играет на авангардно стилизованной лире или каком-то подобном струнном инструменте… Слишком современное искусство, чтобы точно понять.

На обочинах дорог произрастает экзотическая флора. Зелёные лепёшки кактусов, похожие на слоновьи уши, словно налеплены друг на друга из пластилина. Они топорщатся иглами такой внушительной величины, что я, опасаясь на них напороться, невольно замедляю шаг. Сущие гвозди! В «Героях меча и магии» есть такой щит из чешуи дракона, с когтями по всему периметру: ну очень похоже! А даёт он, если кто помнит, и Защиту, и Атаку плюс три – здесь, наверняка, то же самое!

Живые изгороди из пестрящей яркими лиловыми цветами бугенвиллеи поражают взгляд. Тропическая лиана растёт очень быстро, она вьётся по стенам и заборчикам, и внешне выглядит как один сплошной цветочный куст. Цветы настолько частые, что из-за них почти не видно листьев. И запах, конечно, божественный.

Благодаря растительным ароматам, волшебному благоуханию цветов, шершавому запаху тёплой древесной коры, песочным нотам нагретого лучами камня, солёному привкусу моря, воздух здесь, мягко говоря, отличается от привычного нам сухого сибирского-городского, с обязательной примесью в нём горьких тонов дворового бурьяна и промышленного смога…

Улицы очень необычны также в плане тротуаров и машин. Они петляют туда-сюда, и во многих местах практически лишены места для пешеходов. Тротуар сводится к тридцатисантиметровой в ширину полоске безопасности, а иногда и просто к бордюру впритык к домам. Вы гуляли когда-нибудь по бордюрам?..

И даже на мелких проулках днём – куча машин. В Испании все ездят! Пешком ходят только домохозяйки в соседний магазин, да медлительные иностранные туристы. Сегодня в Бланесе проживает не более сорока тысяч человек. И такое чувство, что все сорок тысяч – автомобилизированы! Автомобилизованы… Но при этом автомобилисты никогда не быкуют, ВСЕГДА пропускают пешеходов, даже и в неположенных для перехода местах.

Иногда тротуары всё же встречаются. Они уложены крупной плиткой, прямо посередине растут фруктовые деревья. А вот тоже непригодная для пешки, но очень симпатичная улочка: по всей длине обочины-бордюры уставлены горшками с большими широколистными растениями! Причём горшки вполне себе домашние, отнюдь не уличного вида, и их тут многие десятки…

И что, никто не… э-э-э… не украдёт? …Не испортит?

Похоже, красть и портить общедоступную декоративную флору в этой стране не принято. Незачем. А в Абхазии вон, в Сухумском Ботсаду… редкую крупнолистовую кувшинку прямо из пруда слямзили!.. Другие нравы. «Околороссийские».

Импровизированный ботанический сад – прямо на крыше магазина! Приосанились стройные кактусы, тянутся в небо цветочные кусты, и даже небольшое дерево раскинулось наверху… Обалдеть! Можно в «Маримуртру» не ходить…

В дебрях переулков и перекрёстков затаился небольшой готический храм со стрельчатыми окнами на башенке и круглой розеткой-витражом над узким арочным входом. Это часовня дворца виконтов Де Кабрера, заложенного ещё в XI веке. От самого дворца остался лишь фасад: здание пало жертвой войн с французами. Цвет камня, из которого сложены стены и колокольня, непередаваемо древний и манящий своей вопиющей средневековостью. А над площадью у храма перекрещиваются растяжки с нарядными флажками. Красно-жёлтыми полосатыми символами КАТАЛОНИИ…

Вот другая старинная башенка – шестиугольная, из крупных шероховатых блоков песчаника. Поверху идёт ажурная лепная вязь с христианскими мотивами, а из стен торчат странные скульптурки. Некое хтоническое божество (?) раззявило рот в немом вопле… Святой в хламиде и с посохом взвалил на себя неподъёмную ношу-скрижаль и влачит её в вечность…

Приятный бонус для отдыхающих в городе – питьевые «кранчики». Не фонтанчики, а именно аккуратные жёлтые краны в стенах домов и небольших наземных каменных стелах с барельефами. Этакая металлическая сигара торчит изо рта горгульи. Вода испускается по нажатию: удобно, практично, экономично.

Гаранты российского приличия посреди западного капитализма, мы стараемся не нарушать дорожную разметку и пересекать проезжую часть исключительно по зебрам. Но в Бланесе это сложно осуществить. И вот мы всё-таки встаём на обочине длинной широкой дороги вдоль пляжа, в ожидании момента, когда можно будет перебежать…

Но первый же автомобиль останавливается перед нами и ждёт, пока мы пройдём.

– Здесь же вообще нельзя переходить! – говорю я водителю с улыбкой смущения и укоризны, как будто это он нарушает правила, а не я. Но туземец не слышит, не понимает, и только улыбается из-за своего лобового стекла.

Как я уже сказал, береговая линия Бланеса разделена надвое этаким утёсом-кораблём. Утёс тоже со своим собственным именем – Sa Palomera. К нему с берега ведёт узкий перешеек. Это популярное местечко, на скале ежегодно в конце июля устраивают международный фестиваль фейерверков, длящийся целую неделю. К золотистым лентам обоих пляжей приторочена приятная зелёная набережная с различными культурными артефактами, типа гигантского муравья, сплетённого из толстых металлических прутьев…

От пологих пространств Коста-Дорады город Бланес отделён с запада рекой Тордера. С другой же стороны, на северо-востоке его венчает настоящая гора. А на той горе стоит древняя крепость Сан-Хуан с круглой сторожевой башней. Ей десять веков, и построена она на месте разрушенных оборонительных сооружений римлян. В северной части города расположены порт и рынок морепродуктов.

Курорт? – да. Но как вам будет узнать такой факт, что Бланес ведёт свою историю со времён Древнего Рима? Это древнейший город побережья, его упоминал в своих трудах ещё Плиний Старший в 73-м году нашей эры! Вот тебе и случайный безвестный городишко! Нехилый курорт в десять раз старше наших расфуфыренных Сочей…

На соседней от Сан-Хуана горке высится готическая базилика «Санта-Барбара». Не здесь ли американцы начали снимать своё бесконечное мыло? Да нет, перевожу: «церковь Святой Варвары». Эту Варвару-косу очень почитали по всей средневековой Европе. Так как она считается защитницей от внезапной насильственной смерти, что в средние века было совсем не редкостью и для христиан, и для представителей всех прочих конфессий, равно как и для язычников (были ли тогда атеисты и агностики, мне неведомо). Внезапной насильственной смертью можно было умереть в городе и в деревне, на лоне природы, днём и ночью, летом и зимой. Поэтому Варвару сделали покровительницей многих местечек: вспомним хотя бы «Санта-Барбару» в Кутна-Горе, Чехия – воистину красивейший готический собор.

Где только святая Варечка со своим варварским именем не «побывала»! Вот и Бланес туда же… Хотя на самом деле она жила в Ливане, в III веке. Судьба её пошла под откос сразу вслед за пришествием в её голову христианства. Варю обезглавил собственный отец, городской аристократ Диоскур (не путать с древнегреческими Поллуксом и Кастором). А сначала её долго мучили и бичевали по приказу правителя их города. За что? Да за то, что она была дурой фанатичкой истинной верующей в учение Христа!

Сначала, по преданию, папаша заточил дочь в башне из-за её «неземной красоты». Вроде как опасался за её невинность. И вот там она – путём созерцания мира из окна – прониклась идеей существования единого бога… Мне же думается, что в башню Варю упекли уже, когда она наслушалась оголтелых проповедников и начала чудить по жизни. Но выпущать благую весть из головы праведница наотрез отказалась. Пришлось рубить. А далее… кости несчастной стали таскать по миру в качестве «мощей». Действительно – мученица…

Отца и городского главу Яхве потом, конечно, покарал, не сомневайтесь: и того, и другого убил молнией, как завещал великий Зевс. Сегодня в России африканская красавица покровительствует… РВСН! А также артиллеристам и миномётчикам. Их ведь всех тоже часто настигает внезапная насильственная смерть.

Ну, ладушки, от древности – к средневековью… В путеводителях я вычитал, что где-то в недрах и закоулках Бланеса скрывается также «Готический фонтан» (Font Gotica).

– Ух ты, эмоготы и здесь банчат! Молодёжные субкультуры, понимаешь…

Коли так, на фонтан этих готов обязательно нужно было взглянуть. И мы честно несколько раз пытались его отыскать, ходили туда-сюда по хитроумно переплетённым «магистралям». Безуспешно! Что ж, дубльгис досюда ещё не добрался, джипиэсом я в путешествиях не пользуюсь принципиально, а так – просто приятно было гулять вдоль красивых и простых в своей архитектуре зданий, которые всю свою историю впитывали стенами солнце и ласковый солёный бриз… Вдоль стройных цветущих плодовых деревьев, вдоль булочных-панадерий со свежеиспечёнными бойос и чиабаттами…

Ну, ладушки, от средневековья – к Новому времени. Скалы, вдоль которых надо подниматься по извилистой дороге на садовую-крепостную гору, тоже там и сям усыпаны жизнерадостными цветами. Сады по дороге в сады!

Вот мы и наверху. И под нами раскинулся морской порт. Можете представить, что в маленьком городишке для пляжных отдыхающих имеется большой порт? А он имеется, и внутри него есть дорогие рестораны и «морская биржа», поставляющая в них свежие морепродукты.

Экономно и вкусно пообедать в ресторанчиках Испании позволяет «menu del dia» («меню дня») – такой комплексный обед, когда ты выбираешь горячее блюдо, салат и десерт из нескольких предложенных вариантов, и всё это стоит намного дешевле прочих ресторанных предложений. Мы, конечно, выбирали паэлью со всякими моллюсками и каталонские свиные колбаски… Объеденье! А «Риоха» и «Торрес» помогают усвоению экзотической пищи. Вино в Испании очень доступно по цене, иногда до неприличия: в магазинах – по два-три еврика за бутылку… За четыре евро можно купить ХОРОШЕЕ вино!

Прошу прощения у тех читателей, кто прожигает жизнь в провинциальных российских городках и не имеет возможности попробовать подобные деликатесы и напитки! Всё-таки Испания, как и Италия с Францией – это культ еды. Обещаю не перегружать вас кулинарными подробностями… Может быть, ещё только разик, когда доберёмся до гаспачо…))

Сад «Маримуртра» был основан в начале двадцатого века местным жителем – этническим немцем – по фамилии Фауст. Но никакой мистики и демонологии, тут вам не Прага! Странное название сада переводится на русский как «Море и Мирт» (каталонцы пишут его в три слова: Mar i Murtra). Без комментариев. Шестнадцать гектаров засажены тропической и субтропической флорой со всего мира.

На входе вас встречает приветливое изящное здание с галереей и фигурной крышей, выполненное, как и большинство каталонских домов, в мягких пастельных тонах. Стены тёплого кремового оттенка создают ощущение безмятежности и уюта. Автор проекта – Жозеп Годай, построивший много монументальных классических зданий в Барселоне.

Тут стоит упомянуть о таком интересном явлении в каталонской архитектуре, как новесентизм начала XX столетия. Собственно, это целое культурное направление, одной архитектурой оно не ограничивается. В то время как по всей «просвещённой» Европе широкими шагами шагал модерн, жизнелюбивые каталонцы его отринули как нечто упадническое и декадентствующее. Они противопоставили буйству и «романтическому хаосу» модернистов рациональную и гармоничную классику, со спокойными цветами и минималистичными украшениями, если говорить конкретно про архитектуру.

Именно такой подход к обустройству жизни, простой, неброский и одновременно пленительный в его дружелюбной румяности дарит человеку чувство оптимизма, благоденствия, радости настоящего и уверенности в будущем. Это почти осязательное чувство! Они зрелые, опрятные и весёлые! – вот как я мог бы описать каталонские дома. В большинстве своём довольно старые, но от них не веет усталостью и ветхостью. Напротив – живостью, порядком и вечной весной. Шагаешь мимо них, таких приятных «на ощупь», невольно прельщающих глаз, и хочется улыбаться. Хочется жить – и жить именно здесь, в одном из этих симпатичных домишек.

Ради подобного чувства, пожалуй, и стоит съездить в Каталонию. Чтобы навсегда влюбиться в неё. К чему все эти конфликты и войны? Зачем существует зависть человеческая, для чего все страсти и страдания? Не лучше ли просто строить и выращивать, ухаживать и создавать уют? Проводить всё время в покое и умиротворении, каждый день радоваться, созерцать и любоваться…

Мы, между тем, на горе над морем и окунаемся в сочно-зелёное субтропическое царство. Здесь господствуют пальмы и папоротники, магнолии и олеандры. Я впервые и с удивлением увидел, как растёт молодой бамбук. По каменной лестнице попадаем в тенистую и прохладную перголу с кирпичными колоннами. Пергола – это такая большая импровизированная беседка-навес с горизонтальными перекрытиями, по которым вьются растения, создавая над твоей головой крышу из стеблей и листьев. Она огорожена заборчиком – чтобы не сверзиться с крутой террасы вниз; наружные углы сооружения украшают прямоугольные лепные медальоны с рыцарскими гербами и шлемами эпохи конкистадоров.

А дальше начинаются сплошные джунгли. Если бы не указатели, в них можно было бы надолго заблудиться.

За джунглями простёрлась открытая Южноамериканская зона. Она заполнена самыми причудливыми кактусами: от крошечных ершистых кустиков до исполинов с такими иглами, что могут проткнуть руку насквозь. Столбики, заборы и целые леса из кактусов, великаны-хатифнатты! И весь косогор вокруг них покрыл… чапараль, как сказали бы мексиканцы.

Кактусы-кусты, кактусы-трезубцы, кактусы-шпили и кактусы-столбы. Есть даже кактусы-деревья со стволами, покрытыми корой! Есть сущие столпы мироздания: никогда бы не подумал, что они бывают такой высоты и толщины!

– …Смотри, лингам пятиметровый!..

Карнегия гигантская… Я хочу себе такой… детородный орган! Побежал фоткаться с колючей громадиной между ног. Не, на сам экземпляр не полез, это опасно для жизни – просто сел на землю и обхватил его ногами. Ос-то-рож-но.

Скупые познания в ботанике сильно ограничивают меня в описании всей этой флоры, но могу сказать одно: «Маримуртру» не зря причисляют к лучшим садам Европы. Проводить свой отпуск в Бланесе, и не побывать в этом ботсаду может, наверное, только пляжный даун с матрасом вместо головы.

Вечерело, и, к сожалению, некоторые участки сада-парка были уже огорожены и закрыты для посещения. Из-за этого с нами случился казус. Мы прогулялись лишь по субтропической зоне, не ведая, что в дальнем углу есть проход в другие отделения – к группам растений Средиземноморья, Африки, Японии и Китая! Уже дома, ностальгически листая брошюрку из «Маримуртры», я обнаружил, что сад в действительности гораздо больше. В нём собраны более четырёх тысяч видов растений, в том числе все средиземноморские эндемики…

– Ещё как-нибудь съездим, не последний раз живём!

– Ага.

Наконец-то мы спустились к морю. Теперь уже сильно поспешая: в седьмом часу вечера июльское солнце вдруг перестало припекать и принялось быстро падать за горизонт. С этой спецификой южных стран мы раньше не были знакомы. А по канону ведь кровь из носу полагается искупаться сегодня!

Наскоро разоблачаемся на берегу уже веющего прохладой Медитерраниума. Пляж к этому времени почти опустел. Песочек и меленькая галька очень чистые, и в самом деле заслуживают всяческих похвал от знатоков. Между прочим, пляжи Бланеса удостоены награды «Голубой флаг» за чистоту воды, удобство и благоустройство. Лучшим российским пляжам такое пока только снится.

Я подошёл к Морю. Обратился к нему с приветствием. Потрогал его руками. Вошёл в воду. Я ожидал откровения.

И знаете, что? Не почувствовал никакого единства с величественным солёным водоёмом. Он безразлично взирал на меня, как на одну из бесчисленных песчинок своего побережья. Как на серую чайку. Безликого курортника, коих тысячи и миллионы… Средиземное море не признавало меня родным. Не разговаривало со мной так, как это делали Кучерлинское озеро или река Катунь. Море не слышало меня, и само ничего не говорило.

Я не слышал ничего, кроме ленивого плеска прибоя. Я ощущал вечерний холодок и полное безразличие. Мы с морем тоже изъяснялись на разных языках…

Ну, в конце концов, пришли-то мы сюда не для задушевных бесед, а с целью купания! Разоблачились… Неуверенно шагнули… Плюхнулись в зелёноватые волны и забултыхались на них как мешки с… провиантом. Солёная вода, если верить россказням и байкам, должна держать моё тело на поверхности, как поплавок. Но вместо этого она норовит накрыть меня с головой, попасть в глаза, рот и уши. Коварная волна стремится погрести меня под своим гребнем. И раз, и другой, и третий… Этим мощным, ушатывающим гребням нет конца и края…

Уклон дна оказался довольно резким, и это тоже меня смутило. В голове сразу поплыли мысли о чёрной бездне… Защёлкали зубами акулы из книжек-страшилок, которых я начитался в школьном возрасте. «Тени в море». На обложке – разверстая пасть с кривыми лезвиями, не предвещающими ничего хорошего. А внутри книги – пугающие чёрно-белые фотографии людей с откушенными конечностями… Рисунки пловцов, перехваченных поперёк туловища гигантскими челюстями… Покрытое шрамами от зубов лицо американского матроса… Детскую психику всё это сильно травмировало. Мне потом постоянно снились сны, где я по какой-то причине падаю за борт корабля в бездонную пучину, барахтаюсь там, а снизу из тьмы уже крадётся ужасное чудовище с челюстями-ножовками и бесстрастными холодными рыбьими глазами.

Не знаю, что сильнее меня пугает в акулах: раззявленные окровавленные челюсти или их мертвецки неживые, застывшие глаза, которым совершенно чужды жалость и сострадание. Даже у леопарда в зоопарке, с его хищным голубоватым прицелом, бьющим в самую глубину души, поразившим всё моё существо своей ледяной жестокостью, желанием и хладнокровной готовностью убивать – взгляд у него всё-таки был теплее, чем у этих безмозглых прожорливых рыбин.

Внутренней детской клятвой я тогда зарёкся купаться в морях и вообще плавать по ним. Потому что когда ходишь на корабле, без разницы – на пару или под парусом, всенепременно попадаешь в крушение или шторм, и в результате неминуемо оказываешься в убийственной воде. Барахтаешься беспомощно на поверхности, а ноги-то болтаются там, внизу – такие аппетитные, соблазнительные, легкодоступные для алчных подводных монстров… А океан ведь ими кишит! И они реагируют на любое движение, чуют страх и кровь за километры!

Прошли годы, я повзрослел, но и сейчас вот заплывать вглубь залива, в открытые морские просторы не горю желанием. Хорошо, что Лариса, как и я, довольствуется детским копошением у берега! Мог бы сказать «на мелкоте», но это неуместно: дно под ногами исчезло уже в пяти метрах от берега.

Впрочем, и это копошение весело! Управлять своим положением в пространстве я совершенно не могу, особенно по вертикали. Меня кидает по волнам, как щепку, тащит и швыряет, крутит и переворачивает. И это при том, что дует какой-нибудь «первый наилегчайший» из морских ветерков…

Я немощный тюфяк, жалкая былинка, мыльный пузырь на поверхности титанической массы, упруго и неотвратимо двигающейся в едином порыве! Мне не устоять, не упротивиться ей, не предугадать и не превозмочь. И уж тем более – никогда не управлять ею! Если она вдруг осерчает – мне ни за что тут не выжить!

Таковы были мои мысли и ощущения от КУПАНИЯ В МОРЕ.

– Ну, всё, хорош уже этого издевательства!

Дело сделано, регламент соблюдён… Зачёт и галочка. Хочу на спокойную, незыблемую твердь!

Двумя мокрыми мышками мы выбрались на сушу, и в быстро упавших сумерках по безлюдному пляжу двинули к ночлегу. Откуда нам было знать, что после солёных морских ванн полагается освежаться под душем? Кабинка стояла тут же, но мы её проигнорировали, так что к отелю подошли уже как големы или несмазанные роботы, буквально треща окаменевшими кожными покровами. Классическая маринерская история. Смело назовём наш славный дуэт: Маримуртры! В переводе на русский: «мазуты береговые».

На восточной окраине города Бланес есть ещё один ботсад – «Pinya de Rosa» (явно с пиниями и розами!), а за ним скрывается от обывательских глаз «дикий, скалистый» пляж Treumal. Экстреумальный. Дикий он, в основном, потому, что не многие до него добираются. Там, как пишут в гайдах, очень красивая природа…

– Да ладно!

Впрочем, верим, конечно. Хоть мы и не добрались… Природа присредиземноморской Испании восхитительна.

Из вечерних, плавно переходящих в ночные, прогулок по закоулкам Бланеса запомнились волшебные деревья в бело-розовом пушистом цвету. Ленкоранские акации. В сумерках, под мягким золотистым светом фонарей они выглядят поистине сказочно. Стоишь под пуховым, но не душным, а прохладным шатром из цветков с оттенками фламинго-фуксия-амарант, и душа замирает от благолепия и восторга. Вокруг тебя – словно застывший полёт рдяных снежинок…

Как наиболее точно передать переполняющие грудь и голову эмоции? От поэтически обласканных солнцем мостовых? От уютных домов? От гостеприимно зеленеющих улочек и поющих в цвете деревьев? От непринуждённых улыбок и неспешного ритма жизни этих людей? Никакой лишней суеты и телодвижений, никаких очередей и пробок. Никакой наживы и торгашей, рекламы и попрошаек, ни злобы, ни ругани, ни грызни. Никакой… смерти.

Вот я и нашёл способ описать Бланес на уровне чувств. Верно определяющий его благостную атмосферу: это место, где НЕТ СМЕРТИ! Она тут не присутствует – ни в окружении, ни в мыслях. Ни калек, ни больных, ни страждущих в городе – и ничего подобного в природе. Нет выживания, прозябания, увядания, нет помоек, грязи и дохлых голубей. Всё распускается и дивно пахнет, жизнь благоухает всеми красками и струится полным соком: щебечет, мурчит, шелестит, плещет, обдувает, наполняет сердце без-мя-теж-нос-тью.

Это ощущение Эдема. Ирия. Так, что ли, выглядит христианский рай?

Аттракционы и экскурсии

Ранний завтрак в отеле порадовал двумя открытиями. Первым стало обилие халявной еды, закусок, десертов и фруктов. Естественно, малая толика добра тут же была позаимствована «на дорожку». Ибо мы покидали Бланес, – о, горе нашему гиду-экскурсоводу! Мы не успели с ним повстречаться.