- -
- 100%
- +
— А зарплата какая? — осторожно спросила Люся.
Я назвал сумму. Люся побледнела и схватилась за сердце.
— Господи, — прошептала она. — За такие деньги я готова нянчить целый детский сад!
— Значит, интересно? — спросил я, чувствуя, как в груди просыпается надежда.
— Очень! — выпалила она, потом спохватилась. — То есть... если вы серьезно. А то вдруг вы шутите...
— Не шучу. Мне действительно нужна няня для Анютки.
— А я подхожу?
— Не знаю, — честно ответил я. — Но Анютка тебя одобряет. А мифутки, как оказалось, лучше разбираются в людях, чем кадровые агентства.
— Люся! — закричала Анютка. — Соглашайся! Будешь моей няней!
— Но я не умею быть няней, я никогда не работала у олигархов! — запротестовала Люся.
— Олигарх? — фыркнул я. — Просто бизнесмен с проблемами в области отцовства.
— А у меня нет опыта!
— А у меня нет опыта быть отцом. Будем учиться вместе.
— Правда? — робко спросила она.
— Правда. Главное — чтобы ты любила мифуток.
— Я люблю всех детей, — тихо сказала Люся. — Особенно таких хороших, как Анютка.
— Тогда решено! — объявила моя дочь. — Люся — наша няня!
— Но мы же даже не познакомились нормально, — возразила Люся. — Я даже не знаю вашего имени!
— Максим, — представился я. — Максим Игоревич Гром. А это моя дочь Анютка, она же мифутка.
— Очень приятно, — улыбнулась Люся. — Люся Петрова. Людмила. Но все зовут меня Люся.
— Когда можешь начать? — спросил я.
— А хоть сейчас! — обрадовалась она. — У меня сегодня выходной в универе. Я на собеседование ехала…но теперь не актуально.
— Универ?
— Педагогический. Четвертый курс.
— Отлично. Значит, хоть какое-то образование есть.
— Есть! — гордо ответила она. — Я на отлично учусь!
— Тогда поехали к нам, — решил я. — Посмотришь на квартиру, на условия...
— Спасибо, — тихо сказала Люся.
— За что?
— За то, что подобрали. За то, что не прогнали. За то, что предложили работу.
— Я тебя облил, — напомнил я.
— Зато теперь у меня почти есть работа! — засмеялась она. — Может, это судьба?
— Может быть, — согласился я.
Я наблюдал за ними в зеркало заднего вида. Мокрая девушка, которая боялась меня, как маньяка, и моя "мифутка", которая уже успела найти в ней родственную душу, словно они были двумя половинками одного целого. Контраст был поразительным. Моя вредность против ее доброты. Мой снобизм против ее деревенской простоты. Моя стерильная жизнь против ее хаоса. И все это через призму детского, абсолютно непредвзятого восприятия, которое видело суть, а не обложку.
Мы ехали в тишине. Только дождь барабанил по крыше, словно отбивая ритм новой, безумной мелодии моей жизни, да Анютка что-то тихонько шепелявила своей новой знакомой, рассказывая ей, наверное, очередной миф про говорящих ящериц. Я чувствовал, как что-то внутри меня, что-то давно замерзшее, что-то, что я считал давно умершим, начало оттаивать. Эта девушка, эта "Пышка", как я ее тут же окрестил, была полной противоположностью всему, к чему я привык. Она была хаосом, неуклюжестью, наивностью. Она была… настоящей. И, черт возьми, она была… интересной.
Глава 4
Господи Боже мой, во что я ввязалась! Сижу я в машине, которая стоит дороже, чем наша деревня целиком, рядом с мужчиной, который выглядит как обложка журнала "Форбс", а сзади щебечет рыжеволосый ангелочек, который только что устроил мне собеседование на должность няни!
Я же корова неуклюжая! Что я знаю про олигархов? Что они едят золотом и спят на деньгах! А тут такой красавец предлагает мне работу, а я сижу мокрая как мышь, в старенькой куртке, которая уже три года служит мне верой и правдой!
— Люся, а ты откуда? — спрашивает Анютка, болтая ножками и разглядывая меня как диковинную зверушку.
— Из деревни, — честно отвечаю я, краснея как рак. — Из Попово.
— А что такое деревня? — интересуется малышка.
Я оборачиваюсь и вижу, как Максим Игоревич поднимает бровь. Наверное, думает: "Отлично, теперь мне нужна няня-деревенщина для дочери-мифутки". А я еще больше краснею и начинаю тараторить:
— Ой, деревня — это где коровы, куры, огород... Там все по-простому, не как в городе. Там люди добрые, соседи друг другу помогают...
— А коловы большие? — восторгается Анютка.
— Очень большие! И добрые! Они молоко дают!
— Папа, а можно колову? — тут же оборачивается она к отцу.
— Нет, — коротко отвечает Максим, и я чувствую, как у меня внутри все сжимается. Наверное, жалеет уже, что предложил мне работу. Ну конечно! Какая из меня няня для олигарха? Я же толстая деревенская простушка!
— А почему нельзя колову? — не унимается Анютка.
— Потому что коровы не живут в квартирах, — терпеливо объясняет папа. — Они живут в деревнях, где много места.
— А давайте пелеедем в делевню!
— Анютка, папе нужно работать в городе.
— А зачем лаботать? У нас же денег много!
Максим Игоревич смотрит на дочь в зеркало, и я вижу, как у него дергается уголок рта. Ой, кажется, он хочет улыбнуться! А я-то думала, он всегда такой серьезный!
— Мифутка, деньги сами не появляются. Их нужно зарабатывать.
— А как их залабатывают?
— Работают. Думают. Решают проблемы.
— А какие плоблемы?
— Сложные, — вздыхает он. — Например, как найти хорошую няню для капризной дочки.
— Я не каплизная! — возмущается Анютка. — Я мифутка!
— Извини, — с серьезным видом соглашается папа. — Как найти хорошую няню для мифутки.
А я сижу и слушаю, как они общаются, и понимаю — он ее обожает! Этот строгий, красивый мужчина без ума от своей рыжеволосой дочурки! И от этого понимания у меня сердце тает как масло на сковородке.
— Люся, а ты умеешь готовить мифутские котлетки? — поворачивается ко мне Анютка.
— А какие это? — спрашиваю я, улыбаясь.
— Ну, обычные, только вкуснее! Бабушка мне готовила, но она далеко теперь.
— А где бабушка?
— На небе, — грустно отвечает малышка. — Мама сказала, что бабушка теперь звездочка.
Я чувствую, как к горлу подкатывает комок. Бедная крошка! Сколько потерь в таком маленьком возрасте!
— Я умею готовить котлетки, — тихо говорю я. — И супчики, и кашки, и оладушки...
— А играть ты умеешь? — продолжает допрос Анютка.
— Умею! В куклы, в дочки-матери, в прятки...
— А в принцесс?
— Конечно! Я могу быть принцессой, драконом, феей...
— А папу научишь играть?
Я удивленно смотрю на Максима Игоревича. Он краснеет! Этот важный олигарх краснеет от детского вопроса! А я любуюсь невольно его крупным телом, явно спортивным и накачанным. Его красивыми темными волосами, ухоженной бородой, мощными руками с длинными пальцами. По коже бегут мурашки. Я никогда не общалась с такими мужчинами, только по телнку видела.
— Папа не умеет играть? — осторожно спрашиваю я.
— Не очень, — признается он. — В детстве было некогда.
— А почему некогда?
— Учился, работал... — он пожимает плечами. — Некоторые люди рождаются взрослыми.
— А я не хочу быть взлослой! — заявляет Анютка. — Взлослые скучные!
— Не все, — возражаю я. — Некоторые взрослые очень интересные. Просто они забыли, как быть детьми.
— А ты помнишь?
— Помню! А знаешь почему? Потому что у меня внутри живет маленькая девочка, которая любит мороженое и качели!
— Плавда? — восхищается Анютка.
— Правда! И она очень любит мифуток!
— А что еще ты умеешь? — спрашивает малышка, и я понимаю, что это самое важное собеседование в моей жизни.
— Умею плести косички, петь песенки, делать фигурки из теста...
— А танцевать?
— Ой, танцую как медведь на дискотеке! — смеюсь я. — Но весело!
— А што такое медведь на дискотеке? — хихикает Анютка.
— Это когда большой и неуклюжий, но очень старается! Топает ногами и машет лапами!
— Покажи! — требует малышка.
— Сейчас? В машине? — ужасаюсь я.
— Ну хоть немножко!
Я неуверенно начинаю двигать руками, изображая танцующего медведя. Анютка хохочет, а Максим поглядывает в зеркало с таким видом, как будто не знает, смеяться или вызывать психиатра.
— А почему ты такая большая?
Я замираю. Вот оно, самое больное место! Как объяснить четырехлетней девочке, что тетя Люся толстая и некрасивая потому что родилась такой?
— Немножко большая, да, почему не знаю… — тихо отвечаю я.
— А это плохо?
— Некоторые думают, что плохо.
— А я думаю, что хорошо! — заявляет Анютка. — Большие тети лучше обнимаются! А еще ты доблая и класивая. У тебя глаза как у куклы.
У меня от этих слов сердце переворачивается! Этот ангелочек говорит, что быть большой — хорошо! А я-то всегда думала наоборот!
— Спасибо, солнышко, — шепчу я.
— А папа, ты как думаешь? — обращается Анютка к отцу.
Максим смотрит на меня в зеркало, и я чувствую, как краснею до корней волос. Что он сейчас скажет?
— Я думаю, что размер не важен, — медленно говорит он. — Важно, какое у человека сердце.
— А у Люси какое сердце? — интересуется Анютка.
— Думаю большое и доброе, — отвечает он, не отрывая глаз от дороги.
А я сижу и не верю своим ушам! Он сказал, что у меня доброе сердце! Незнакомый мужчина, которого я встретила полчаса назад, сказал мне комплимент!
— Люся, а ты хочешь быть моей няней? — спрашивает Анютка.
— Очень хочу, — честно отвечаю я. — Только боюсь, что не справлюсь.
— А почему не сплавишься?
— Потому что я никогда не работала няней у богатых людей. Я не знаю, как себя вести, что говорить...
— А зачем что-то особенное говолить? — удивляется малышка. — Говоли как обычно!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.