Книги с дарственной

— Не знаю.

— Вы сказали, что разговаривали.

— Но о себе она почти не рассказывала.

— Совсем?

Денис помолчал.

— Один раз сказала странную вещь.

— Какую?

— Что легче удержать другого человека на краю, чем себя.

Андрей почувствовал, как внутри что-то сжалось.

— В каком смысле?

— Не знаю.

— Вы не спросили?

— Спросил. Она сказала, что это просто фраза.

— И всё?

— Всё.

Андрей взял книгу снова.

Почерк был знакомым.

Две буквы «Е.В.» внизу.

Не Лена.

Не Елена.

Е.В.

Как будто она намеренно оставила себя за пределами этих нескольких строк.

— Можно сфотографировать?

— Конечно.

Андрей достал телефон.

Сделал снимок.

У Ирины он почему-то не догадался.

— Отправите мне? — спросил Денис.

— Зачем? Книга же у вас.

— Не книгу. Фотографию Елены Сергеевны, если у вас есть.

Андрей растерялся.

— Какую?

— Любую.

Он нашёл в телефоне снимок, сделанный за год до болезни. Елена стояла на даче возле яблони.

Показал.

— Эту?

— Да.

Андрей отправил.

Денис посмотрел на экран и улыбнулся.

— Такая же.

— Кто?

— Елена Сергеевна.

— Здесь ей пятьдесят.

— Я не про возраст.

Они вышли вместе.

У метро Денис протянул руку.

— Спасибо, что нашли меня.

Андрей удивился.

— Это мне надо благодарить.

— Нет.

Денис помедлил.

— Я всё думал, написать ей или нет.

— Когда?

— Последние годы. Рассказать, что у меня всё нормально. Женился. Дочь родилась. Работа есть. В общем, что тот день закончился.

— Почему не написали?

— Казалось, ещё успею.

Андрей ничего не ответил.

Эту фразу он знал слишком хорошо.

Дома он достал папку и поставил вторую галочку.

Потом открыл фотографию дарственной.

Увеличил.

«Иногда достаточно пережить сегодняшний день…»

Он долго смотрел на слова.

Когда Елена заболела, они почти не разговаривали о смерти.

О лекарствах — да.

Об анализах.

О врачах.

О том, где достать препарат.

О том, что приготовить на ужин.

О смерти — никогда.

Однажды Андрей попытался.

Елена лежала в спальне. Было уже ясно, что лечение не помогает.

Он сказал:

— Лен, если ты хочешь о чём-нибудь поговорить…

Она ответила:

— Хочу.

Он сел рядом.

— О чём?

— Купи нормальные помидоры. Эти пластиковые.

Андрей рассмеялся.

Она тоже.

И разговор закончился.

Теперь ему вдруг пришло в голову: возможно, Елена не молчала о смерти.

Возможно, просто говорила о ней не с ним.

Мысль была неприятной.

Он вернулся к папке.

На этот раз не стал брать следующее имя по порядку.

Просмотрел все сорок три.

И снова остановился на том, которое заметил ещё в первый вечер.

«Михаил Ветров — Фаулз. "Волхв"».

Почему именно оно?

Наверное, потому что мужское имя.

Глупость.

В списке было много мужчин.

Андрей стал искать бумажку с пояснением.