Легенда: Император затопленной столицы

Глава 5

Когда ночь опускается на замок Лавалье де Ружмон, все тени становятся чернее, а в их недрах таятся опасности – такой слух смог выбраться даже за пределы столицы и достичь ушей Бернарда Кэрроу. Как так получилось? Я вам напомню, что наш Император очень хочет расширить свои владения, а потому периодически отправляет своих людей воевать. В армию иногда попадают и рыцари, и жители столицы, которые и разносят все эти слухи. Подобные россказни быстро разносятся куда глаза глядят и оседают в других городах, выбираясь даже за границы королевства… Простите, империи. Иными словами, нет ничего удивительного в том, что Бернард кое-что знал о замке, в котором находился.

Император так и не почтил вниманием чету де Росс, что было очень неуважительно по отношению к герцогу и глупо. Настоящие де Росс после такого оскорбления немедленно бы собрали вещи и уехали, но Бернард всё же планировал остаться в замке. Пришлось ещё раз воспользоваться управлением разумом старшего де Росса, чтобы показать хотя бы рыцарям всё недовольство ситуацией, но это ничего не принесло, поэтому он был вынужден ждать ночи, чтобы лично убедиться, что здешние тени действительно хранят в себе какие-то тайны.

Даже не смотря на то, что к их комнатам была приставлена охрана, у Бернарда не заняло много времени, чтобы выбраться. Для мага подобное – пара пустяков. Особенно в том месте, где магию презирают и не изучают, а потому понятия не имеют как можно от неё защититься или хотя бы распознать колдуна. Бернард шёл по коридорам, освещаемым лишь слабым светом луны сквозь окна. Он заглушил свои шаги магией, потому что иначе кто-то точно смог бы его обнаружить. Однако и чужих шагов юноша не слышал. Неужели весь замок послушно спит ночью? Или же слуги боятся выходить, чтобы заняться подготовкой к следующему дню? Не везде, конечно, но в больших замках Бернард постоянно натыкался на ночную прислугу, которая была обязана не просто убрать огромное пространство перед тем, как наступит утро, но и в любую секунду прийти на зов господина, чтобы, к примеру, принести тому воды. Ночью у слуг тоже хватало дел – выстирать бельё, чтобы с утра сменить кровати, напечь свежего хлеба к утру, перемыть всю посуду, подготовить обеденную к завтраку, проверить, чтобы нигде не было того, что может доставить хозяину замка неудобства. Поэтому замок Лавалье де Ружмон выглядит таким заброшенным несмотря на то, что люди здесь живут?

Бернард несколько раз останавливался, чтобы проверить здешние тени, но в них он не обнаружил ничего страшного. Выходит, что слухи были лишь местными предрассудками? Людям свойственно выдумывать что-то страшное про те места, в которых находиться не хочется по той или иной причине. Однако маг не расстроился. Он решил отыскать местную библиотеку – проверить здешние книги тоже стоило. Бернард, конечно, понимал, что не сможет отыскать секреты Императора в библиотеке, но маг и не преследовал эту цель. Ему было важно понять – насколько эта семья близка с тёмной магией. На данный момент тьма исходила лишь от Оскара Лавалье де Ружмон и самого Императора. Первый магией точно не пользовался, скорее был подвержен чему-то тёмному, а вот второй… На его счёт Бернард колебался. Это не было похоже на проклятие, но и на то, что Император использовал чёрные искусства тоже было как-то не похоже. Если бы он это умел, то не прятался бы ото всех в замке, пока его королевство (да, да, империя) медленно разрушалось на отдельные части.

Магу пришлось заглянуть в несколько комнат прежде, чем он наткнулся на библиотеку, но войти в неё он так и не смог – послышались шаги, а потом и голоса. Это заставило Бернарда нырнуть в нишу и спрятаться за церемониальным доспехом, попутно накладывая на себя несколько заклинаний, чтобы никто не обнаружил. Если он двинется, то его засекут даже те, кто в магии не смыслит. Шаги тем временем стали ближе, а голоса можно было свободно разобрать.

– …Сэм отправился за ней, – отчитывался Оскар.

– Почему только этот сумасшедший? – возмутился Император.

– Не смотря на его… Заболевание, – Оскар явно хотел сказать что-то более грубое, но сдержался. – Сэмюэль любит свою сестру. Кроме того, если жители узнают о том, что принцесса в столице, это может плохо кончиться. Мы же не хотим, чтобы она пострадала.

Бернард нахмурился, не понимая о каком таком заболевании идёт речь. Он перекинулся со вторым принцем всего несколькими фразами, но не заметил, чтобы тот чем-то болел. Цвет лица был полностью здоров, тело выглядело крепким, а улыбка не сходила с губ и лицо ни разу не скривилось от боли. Император назвал его сумасшедшим, но и подобного поведения Бернард не заметил.

– Тем не менее, принцессы тут до сих пор нет! – Император немного повысил голос. – Знаешь чья голова первой полетит с плеч, если она пострадает?

– Я понимаю, Император, – Оскар немного склонил голову. – Но я уверен, что с принцессой ничего не случится. Судя по тому, что мне удалось узнать – второй принц вполне может быть связан с её похищением. Скорее всего он заранее подговорил того вора. Рыцари говорили, что Сэм провёл всю ночь в казармах, распивая вино. Полагаю, он отвлекал охрану, пока его друг простолюдин вывел принцессу из замка.

Вы же не думали, что Сэма никто не будет подозревать, да? Глупо было бы предположить, что Оскар, будучи куда старше и опытнее не догадался бы. Конечно, он мог бы запереть Сэма в темнице, но тогда они точно не узнают, где он спрятал принцессу. Оскар решил притвориться, что ничего не знает, чтобы позже, когда Сэм потеряет бдительность, проследить за ним. Наказать сумасшедшего принца они всегда успеют.

– А что же Грегори? – поинтересовался Император.

К этому моменту они остановились как раз напротив ниши, где спрятался Бернард, но ни один из мужчин не мог заметить мага.

– Первый принц изъявил желание отправиться следом за Сэмом с утра, – Оскар хмыкнул.

– И ты собираешься довериться этому мальчишке? – уточнил Император с лёгкой угрозой.

– Ваше величество, я могу доверять только вам, – отчеканил Оскар. – Тем не менее, братья уже несколько лет живут в ссоре, а Грегори всё больше проникается моими делами. Тем более я не раз замечал, как жестоко он обходится с провинившимися рыцарями. У нас есть шанс взрастить в нём эту жестокость и сделать своим союзником. Я с уверенностью могу сказать, что первый принц решительно настроен вернуть Агнесс в замок. Более того, разве эта ситуация не играет нам на руку, чтобы окончательно убедиться в том, что второй принц несёт опасность?

Бернард быстро понял почему они так медлили с тем, чтобы вернуть принцессу в замок. Похоже, они просто решили найти причину, чтобы избавиться от второго принца. Наверное, Сэма действительно можно назвать сумасшедшим, раз он подумал, что действует абсолютно не подозрительно.

– Хорошо, будь по-твоему, – согласился Император. – А как дела с семейством де Росс? Их сын очень удивил меня своим дерзким заявлением. Нельзя позволить ему спуститься в столицу.

– Его отец тоже удивил рыцарей скандалом, – подтвердил Оскар. – Он считает, что мы нанесли ему оскорбление и очень хочет лично с вами переговорить.

– Надо их приструнить, – скривился Император. – Герцогская семья должна знать своё место. Или они решили меня за идиота принять? Явно же согласились на брак, чтобы иметь возможность отхватить большой кусок моих территорий! Считают, что смогут диктовать мне свои условия…

С точки зрения Императора это было вполне обоснованное подозрение. Если бы де Росс и согласились на такое, то явно бы захотели увезти принцессу в герцогство и сделать своей заложницей. Если бы Император потребовал её вернуть, то де Росс согласились бы лишь в обмен на территории. Императору бы пришлось подчиниться, учитывая, что его военная мощь сейчас оставляет желать лучшего. Тех рыцарей, что в столице будет недостаточно, чтобы потягаться с рыцарями де Россов. Только вот Императору было невдомёк как много слухов разлетелось за пределами столицы. Аристократы, которые решили сотрудничать с магами были предупреждены, что из столицы им не выбраться. Де Россы как раз были той семьёй, что согласились на подобное и спонсировали несколько магических академий, а потому прекрасно знали, что ступить на земли столицы означает попасть в ловушку. Похоже, что Императору практически не докладывают о том, что происходит в его королевстве (империи, если вы ещё не устали от этих исправлений). Наивность и самоуверенность стали причиной того, что Бернард сейчас прятался за доспехом и подслушивал разговор.

– Мне придумать что-то, чтобы уменьшить их гнев? – спросил Оскар.

– Нет, – Император, наконец, двинулся дальше по коридору, оторвавшись от созерцания старого доспеха. – Я придумал для них кое-что получше…

Бернард надеялся, что Оскар уточнит, но мужчина молча отправился следом за своим Императором, прекрасно понимая, что задавать сейчас вопросы не стоит. Магу только и оставалось, что слушать удаляющиеся шаги, но высовываться из ниши он не торопился, тщательно обдумывая всё, что услышал. Во-первых, Император понятия не имеет насколько плачевно его положение за пределами столицы. Во-вторых, они хотят избавиться от второго принца. В-третьих, они считают, что Грегори на их стороне. Бернард лишь тихонько хмыкнул, мысленно подсчитывая количество манипуляторов, собравшихся в одном месте. Он вылез из ниши спустя пару минут, как звуки шагов стихли вдалеке, понимая, что лучше бы вернуться в спальню. Бернард мог бы посетовать на то, что бесполезно провёл эту ночь, но пока Император созерцал доспех за которым спрятался маг, он успел применить сложное заклинание, которое обнаружило рядом с правителем некую тёмную сущность. Осталось понять что это – какой-то злой дух? Неприкаянное приведение? Чьё-то проклятие? Или же нечто куда сложнее. Всё же Бернард Кэрроу не прогадал, когда решил, что на семью де Росс Император клюнет куда быстрее, чем на других аристократов. Хоть правитель и не хочет помнить обид, которые нанёс герцогству, зато желает уничтожить тех, кто представляет наибольшую угрозу его правлению.

***

Грегори почти не спал ночью, прекрасно осознавая, что его брат не вернётся с Агнесс. Этот упрямец совсем не понимает, что его идиотский план по спасению сестры обречён на провал. Им некуда бежать, а вечно скитаться по столице просто не выйдет. Поэтому с самого утра Грегори отправился на поиски дяди Оскара, чтобы уговорить его позволить первому принцу пойти на поиски следом. Грегори надеялся, что заработал достаточно доверия, чтобы иметь возможность беспрепятственно просить о чём-то подобном. По крайней мере уж лучше он, чем кто-то из рыцарей.

Грегори вышел из своей комнаты и широким шагом отправился дальше по коридору, чуть не налетев на отца, который тоже только покидал свои покои. Мужчина выглядел ещё хуже, чем обычно – лицо осунулось, под глазами залегли тени, а коричневый наряд с золотой вышивкой делал кожу особенно серо-болезненной. На Хьюберта было больно смотреть. Он проводил всё время в замке, редко покидал покои и уже давно не брал в руки меч, хотя когда-то именно он обучал сыновей фехтованию и был очень хорош. Сейчас его тонкие узловатые пальцы дрожали и вряд ли смогли бы сжать гарду меча.

– Отец, – поздоровался Грегори. – Как ваше самочувствие?

– Все хорошо, – соврал мужчина, окидывая старшего сына задумчивым взглядом. – Не хочешь позавтракать вместе?

Это предложение Грегори удивило. Хьюберт уже давно не оставался со старшим сыном наедине. Да и сам первый принц не стремился к этому. Каждый раз он улавливал в карих глазах отца какую-то необъяснимую безысходность, отчего хотелось его ударить. Грегори никак не мог понять – почему его отец ничего не сделал, чтобы спасти мать. Знал ли он какая участь её ждёт? И почему до сих пор не предпринимал ничего, чтобы не дать Агнесс пойти той же дорогой? Грегори просто не знал, что Император угрожал Хьюберту и его семье Шеффилд. Они были не такими влиятельными в аристократических кругах, а потому замужество с принцессой было для него самым неожиданным, что могло бы произойти. Обычно императорская семья старалась выбирать герцогов или хотя бы графов, но уж никак не жалких баронов. В тот год Император уже отчаялся, потому что стало куда меньше высокородных семей, поддерживающих его, а принцесса, как на зло, отказывалась выходить замуж, поэтому пришлось пригрозить и ей, и семье Шеффилд. Так что красивая история любви оказалась на самом деле обычной жалостью и жестокой манипуляцией Императора.

– Боюсь, у меня нет на это времени, – ответил Грегори. – Я должен вернуть Агнесс назад.

Он кивнул и хотел пройти мимо отца, но его тяжёлый вздох заставил принца остановиться и услышать тихий вопрос:

– Зачем?

– Зачем? – переспросил Грегори, обернувшись. – Потому что ей опасно находиться в столице! Разве вы не переживаете за дочь, отец?

– Переживаю, – Хьюберт кивнул. – Поэтому будет лучше, если она не вернётся в замок.

Их взгляды встретились, и Грегори впервые видел гнев в глазах отца, а не отчаяние. Он злится на него? За что же?

– Вы… Себя слышите, отец? – нахмурился Грегори. – Агнесс опасно быть в столице! Вы понимаете, что она может пострадать?

– Это её выбор, – сдавленно сказал Хьюберт.

На самом деле отец слышал разговор Сэма и Агнесс перед тем, как она сбежала. Но он решил притвориться, что ничего не знает. Он был слишком слаб, чтобы хоть как-то ей помогать. Он чувствовал себя жалким, потому что в тот день пришёл поговорить с ней совсем о другом, но не смог противоречить приказу Императора. Тот обязал отца уговорить дочь на свадьбу, намекнув, что иначе у Хьюберта будут проблемы, но он не посмел бы удерживать Агнесс тем же способом, что Император заставил её мать выйти за него. Он был трусом, но ничего не мог с этим поделать.

– В таком случае мой выбор спасти её от ошибки, – сердито выпалил Грегори. – Если вам всё равно… Просто примите мой выбор и отойдите в сторону, отец.

Хьюберт внимательно смотрел на своего старшего сына, осознавая, что этот юноша имеет во внешности слишком много черт присущих императорской семье. Если Сэм и Агнесс взяли многое от матери, то Грегори словно назло всем родился не похожим ни на отца, ни на мать. Мужчина с болью ощущал, что теряет этого ребёнка, но он правда ничего не мог сделать с этим. Они все заперты здесь. Они все рано или поздно умрут. На самом деле Хьюберт хотел хотя бы в последний раз мирно побеседовать со своим первенцем за трапезой, но, похоже, их последнему разговору суждено остаться с неприятным горьким привкусом.

– Хорошо, Грегори, я приму это, – кивнул Хьюберт и отвернулся. – Надеюсь, что твои решения принесут тебе радость.

Мужчина двинулся дальше по коридору, оставляя сына наедине с его мыслями. Грегори лишь сжал кулаки от злости, не осознавая зачем отец вообще всё это говорит. Он развернулся на пятках и зашагал к кабинету дяди Оскара, надеясь застать его там. Грегори раздражала безучастность отца, он не понимал его, а потому и сердился. Потому что очень трудно понять и принять сломленного человека, который давно уже перестал бороться.

В итоге Грегори пришлось постараться, чтобы наткнуться на дядю. Тот оказался в казармах – допрашивал начальника тюрьмы, который яростно отрицал свою причастность и был сейчас заперт в собственной комнате, как арестант. Судя по недовольному лицу дяди начальник тюрьмы точно скоро переедет в затопленную темницу.

– Ты что-то хотел, Грегори? – поинтересовался Оскар.

– Хочу лично отправиться на поиски Агнесс, – кивнул Грегори.

– Что же? Ты не доверяешь своему брату? – хмыкнул Оскар.

– Сэм не тот кому стоит доверять подобные важные вещи, – Грегори поджал губы. – Рыцарям тоже доверять не стоит. Поэтому я решил, что лучше сделать это самому.

– Вчера мне показалось, что ты счёл Сэма вполне достойной кандидатурой для поисков, – припомнил дядя.

– Я полагал, что он справится несколько быстрее, – опешил Грегори.

– Понимаю, – Оскар кивнул. – Но давай всё же дадим твоему брату шанс доказать, что он тоже хоть чего-то стоит. Как на счёт подождать ещё пару дней?

Дядя ободряюще похлопал Грегори по плечу и отправился в сторону замка, а первого принца прошибло холодом от этой фразы. Он отлично знал дядю и понимал, что это означает лишь одно – от бесполезных людей Оскар Лавалье де Ружмон привык избавляться. Сэм наивно считал, что его никто ни в чём не подозревает, старательно заметая следы своего участия в побеге Агнесс, но его раскрыли, а это значит, что дядя просто подтверждает свои догадки. Он тоже понимает, что Сэм не вернётся, и это будет веским поводом обвинить второго принца в предательстве, которое карается лишь смертью.

***

Император редко покидал свои покои и никогда не выходил за пределы замка. Он давно уже вёл затворническую жизнь, избегая любого общения с аристократическими кругами. С одной стороны Бернард мог его понять – Император жил так долго, а его внешность никак при этом не менялась, что только идиот не понял бы – тут дело в тёмной магии. С другой стороны это было нещадной глупостью. Мир менялся, а вот Император нет. Ему казалось, что если он продолжит подкупать баронов, графов и герцогов, то они будут безропотно выполнять все его указания, но практически все те, кто ещё был на стороне Императора старались удержать его у власти лишь затем, чтобы побольше денег и влияния выбить. Оскар Лавалье де Ружмон точно это понимал, но он не мог разорваться и приструнить всех одним выпадом меча. Кроме того, Император не жаловал магов, в то время как другие аристократы не отказывались от столь полезного сотрудничества.

Бернард думал, что ему придется заставить герцога де Росса снова устроить истерику с самого утра, но слуги пригласили всю семью посетить завтрак в компании Императора. Это было настолько необычным событием, что все немного напряглись. Слуги вели себя тише обычного, боясь лишний раз вдохнуть, а их движения больше походили на деревянные. Их привели в небольшой обеденный зал, выходящий арочными огромными окнами на прекрасный сад. Здесь даже была стеклянная дверь через которую можно было выйти во двор и попить чай прямо под персиковыми деревьями. В целом это явно было помещение предназначенное для малых семейных трапез, а потому присутствие здесь семейства де Росс можно было расценивать как высшее доверие со стороны Императора. Однако было ещё кое что, что удивило мага – помимо самого Императора за столом обнаружился и отец Агнесс. У Бернарда сложилось чёткое впечатление, что этот мужчина не принимает никаких решений на счёт своей дочери – её продали герцогу по указанию Императора. Но тогда зачем он здесь? Дань вежливости? Или какое-то отвлечение внимания?

– А я уже и не думал, что мою просьбу аудиенции удовлетворят, – заговорил герцог де Росс.

Бернард специально заставил его говорить дерзким тоном, наблюдая за реакцией Императора. Мужчина не подал вида, что его это как-то задело, а вот Хьюберт слегка поджал губы.

– Ваша просьба звучала очень громко, я не мог её не услышать, – Император вежливо улыбнулся, чинно разбивая ложкой яйцо.

Он даже не удостоил собеседника взглядом – настолько сильно он сейчас презирал семейство де Росс.

– Я начинал очень сдержанно и благоразумно, – парировал герцог, повторяя движения Императора.

Бернард к завтраку приступать не торопился. Слуги выставили перед ним сваренное всмятку яйцо и налили полную кружку янтарного чая, от которого исходил слабый аромат цветов. Помимо этого на столе виднелись фрукты, печенья и конфеты в большом и цветастом количестве. Насколько Император зол, чтобы приказать спрятать среди продуктов яд? Блюда к завтраку подаются индивидуально каждому, так что присыпать тост с ветчиной ядом для парочки персон не составит никакого труда. Лишь сладости на столе являются безопасным вариантом, потому что находятся на общей тарелке. Бернард мог с лёгкостью проверить собственную еду, но дотянуться до “отца” и “матери” не смог бы – это было бы слишком подозрительным действием и раскрыло бы его как мага. Приходилось сидеть и гадать.

– Ваш сын, полагаю, пошёл несдержанностью в вас, – подметил Император и уставился на Бернарда.

Нетрудно было понять, что этот человек ожидает ответа от Томаса. Слишком уж он подозрительно тих последнее время, что наверняка не укрылось от взора правителя.

– Мой отец уже объяснил мне, что я был не прав, – пришлось немного подняться с места и склонить голову. – Я прошу прощения за свою несдержанность. Отец запретил мне более обращаться к вам таким образом без вашего дозволения, но я готов принять и ваше наказание, чтобы вы увидели мою покорность и смирение.

Нет, не подумайте, Бернард Кэрроу ни капли не жалел о том, что посмел так бесцеремонно высказаться. Он сделал это лишь затем, чтобы оценить обстановку и увидеть реакцию Императора. Лишь выводя людей на такие эмоции как гнев и раздражение можно было понять искренность их намерений. Лицо Императора было спокойным, но в его серых глазах так и плескался гнев. Люди часто совершают ошибки именно в таком нестабильном состоянии. Лишь тот, кто сумеет сохранить холодную голову сможет победить.

– Любое наказание, – Император хмыкнул, а его губы изогнулись в неприятной улыбке. – Я подумаю над этим. Сядь.

Бернард кивнул и послушно опустился на место, не смея напрямую смотреть на Императора. Ему стоило изобразить смиренного юношу, но он попытался придать лицу слегка недовольное выражение, чтобы правитель понял – пылкий нрав Томаса де Росса всё ещё не сломлен.

– Ваше величество, – заговорил “отец” де Росс. – Мой сын повёл себя крайне невежливо, я этого не отрицаю. Как видите, он готов принять вашу волю, но я должен сказать, что и ваше поведение не особо приятно. Нашей семье было очень сложно пойти на этот шаг. Вы должны поблагодарить своего внука Грегори за то, что тот смог устроить всё это. Мой сын всего лишь хотел доказать вам свою решимость. Вы же понимаете, что этот союз выгоден больше вам, чем нам? Я, знаете ли, тоже не собираюсь терпеть пренебрежение к своей семье.