Новый Орлеан. Страх сжигает душу
- -
- 100%
- +
Еще один из бандитов, получив страшную рану, повалился на окровавленный пол.
Остальные после неожиданного нападения пришли в себя. Самый здоровый ухватился за ножки стола, мгновенно взметнул его в воздух и, используя его и как щит – стол был сколочен из толстых досок – и как оружие нападения – торчавший кол мог запросто проткнуть противника – ринулся на Катина.
Суперагент отступил. На него наседал «столоносец». «Дибл» то подлетал ближе, то отскакивал назад. Несколько быстрых и сильных ударов топором расщепили доски, но «щит» не потерял своих боевых качеств.
С боков надвигались другие бандиты, норовя нанести удар битой в висок. Новоорлеанские криминалы уже оттеснили Катина от выхода из кафе и теперь оставалось только прикончить его, зажатого в тесном углу. А быть может насадить на кол, как того несчастного. Кем он был: владельцем кафе, отказавшимся платить дань?… Или это было простое ограбление: жертву принуждали показать, где спрятаны ценности?!…
Узнать предысторию Катину было не дано. Израненная жертва вырвалась за дверь, а спаситель, чувствуя, что слабеет и силы слишком не равны, отбивался от целившего в лицо металлического кола, а с ним и от полдесятка – не меньше – тяжелых и прочных бейсбольных бит.
Один из бандитов достал-таки его оружием – бита едва не размозжила голову. Пройдясь по уху, с мощью обрушилась на плечо суперагента.
Катин не мог с уверенностью знать, что позволило ему выдержать ужасную боль: анестезия в виде пива «Миссисипи Мад» и бурбона, сила воли или закалка многолетних тренировок. Но второй удар мог стать для него роковым.
Надо было что-то делать! Улучив выгодный момент, суперагент со всей силой всадил лезвие топора в доску стола и рванул топорище на себя.
«Столоносец» не удержал равновесия. Ловко вывернувшись, Катин толкнул бандита вместе со столом на стеклянную витрину. Маневр заставил других нападавших на мгновение растеряться.
Стол вылетел на улицу, осколки стекла с грохотом обрушились на бандита. Сам он повалился на застрявшие в раме острые и длинные «зубья». Те, пропарывая одежду, вонзились в тело. Бандит дико взвыл. Катин вскочил на его спину ловко, как на мостик, и, пригибаясь и стараясь уберечь от стекол голову и плечи, вырвался на улицу.
Там по-прежнему не было ни одного человека, не считая трех бандитов, валявшихся на асфальте в странных, изломанных позах, – с ними Катин управился прежде.
Кругом на мостовой и тротуаре была кровь. Жертвы палачей не было видно. Катин надеялся: тому удалось скрыться… Хотя вряд ли этот ужасно израненный человек мог далеко уйти.
Катин побежал. Бандиты вырвались из двери кафе и бросились в погоню. Стремглав долетев до угла, суперагент наконец-то увидел случайного прохожего. Это был немолодой и изрядно опустившийся белый мужчина, – пьянчужка. Он был до пояса гол, грязные джинсы поддерживал на бедрах широченный кожаный ремень с пряжкой в виде бычьей головы. В руках – полупустая бутылка дешевого виски.
Увидев Катина, за ним – гурьбу бандитов, человек сперва замер – рот его раскрылся, но крика не последовало, глаза округлились от страха. В следующую секунду, нелепо вскидывая ноги он кинулся к стоявшему у тротуара микроавтобусу Шевроле. Повалившись на асфальт, в страхе закатился под него.
Катин, а за ним и негритянские бандиты, пронеслись мимо.
Как-то Катин читал, что физиологические особенности уроженцев ряда африканских местностей таковы, что мышечные ткани при интенсивной физической нагрузке лучше питаются кислородом, чем у белых. Некоторые африканские страны дали миру плеяды чемпионов в беге на длинные дистанции.
Когда суперагент и его преследователи стремглав пролетели пару кварталов, Катин по топоту сзади, все приближавшемуся и приближавшемуся, понял: в соревновании ему не стать победителем. Улица-другая – бандиты настигнут его. Обернулся: вдобавок к бегущим мордоворотам на оставшемся позади перекрестке появился мощный грузопассажирский автомобиль. Медленно набирал скорость, ехал посреди улицы, в руках у высунувшегося из окна пассажира – толи пулемет, толи автомат.
К бандитам неожиданно присоединилась моторизованная подмога. Вот когда пригодились галереи на вторых этажах зданий!… Усилием рук подтягиваясь вверх и опираясь на прижимавшиеся к столбу ноги Катин стремительно взобрался по столбу вверх и уцепился за ажурную решетку второго этажа. Негры уже были рядом, но ноги Катина повисли в воздухе. Он закинул их на галерею, Правая рука перехватила решетку выше, левая дотянулась до поручней. Он перелез через перила.
Была лишь пара секунд, чтобы бросить взгляд вниз: подбежавший первым негр карабкался по столбу. Получалось не так ловко, как у суперагента. Но по другим столбам, подсаживая друг-друга, взбирались на галерею остальные участники банды.
Катин побежал по галерее. В нескольких местах, там, где заканчивалось одно владение и начиналось другое, галерея была разделена. Катин легко перебрался через металлический щит, доходивший ему до груди и оказался в настоящем ботаническом садике. По галерее было расставлено множество кадок с растениями: пальмами с толстым чешуйчатым стволом, огромными папоротниками. Решетку и перила облеплял густой вьюн. Катин слегка замедлился – быстро проскочить через весь этот древесно-растительный рай было невозможно.
Он обогнул большую кадку с пальмой, проскочил мимо двух гигантских папоротников. Впереди было еще какое-то растение с толстым стволом и раскидистыми, широкими листьями. Катин уже огибал его, как вдруг из тени, до сих пор незамеченный, шагнул наперерез человек…
6.
– Стой, ублюдок!… – выкрикнул молодой, атлетического сложения мужчина, передергивая затвор винтовки. – Я пристрелю тебя!… Ты станешь первым, кого я прикончу из-за Катрины в своем доме!… Ты, нетерпеливый сукин сын, заплатишь за свою торопливость!… Люди еще не успели покинуть город, а ты уже рвешься тащить чужое добро! А моей винтовке не терпится всадить пулю в твою недоразвитую преступную башку!
Катину казалось: он чувствует, как дрожит от нескольких пар ног галерея. Он лишь ненамного опередил бандитов. Те потеряли какое-то время, карабкаясь по столбам на второй этаж. Но наиболее ловкие из них, опираясь на плечи других гангстеров, должны уже забраться на галерею. Вот-вот они, так же как спецагент, перемахнут через щит.
Рот человека с винтовкой кривился злобой:
– Прощайся со своей никчемной жизнью! Сейчас я пристрелю тебя!… Я не стану вызывать полицию. Все равно не приедет. Казню тебя сам!… Не стану рассусоливать, как эти паршивые недоноски в судах! Справедливость в наше время обязана быть быстрой!… Мой палец нажмет на курок…
Раздался выстрел. Он прозвучал в следующее мгновение после того, как Катин различил за своей спиной шум – один из гангстеров «штурмовал» перегородку.
В распоряжении Катина были доли секунды. Ствол, дернувшийся и пославший пулю в гангстера, возвращался в прежнее положение, но теперь не для того, чтобы взять на прицел – в этот раз выстрелить. Левая рука стрелка судорожно перезаряжала винтовку. Спецагент успел нанести удар ногой. Выбитый из рук «ствол» брякнулся на пол галереи.
Катин не представлял, что происходит за спиной. А оттуда прилетел нож. С глухим звуком он вошел в живот атлета. Спецагент стремительно развернулся.
Один из негров с простреленной головой висел на перегородке между частями галереи, принадлежавшей разным владельцам. Другой, уже преодолев барьер, бросился на Катина.
Винтовка, проскользив по цементному полу, уже остановилась в полуметре от его ноги. Но это видел и гангстер. Он успел нанести противнику сильнейший удар ногой. Катина бросило назад, спина его ударилась о широкий ствол экзотического дерева.
Атлет с торчавшим из живота ножом хрипел.
Еще мгновение и гангстер сам рванет с пола заряженную винтовку и произведет выстрел в упор. Реакция у Катина была мгновенная: оттолкнувшись пружинистым корпусом от ствола дерева, он бросился на гангстера и успел ударить того кулаком. Отшатываясь, негр ударил ногой по винтовке, чтобы теперь ее, в свою очередь, не успел схватить противник.
То ли он не рассчитал силу, то ли с самого начала к этому стремился, но винтовка, отлетев к ажурной оградке, проскользнула в щель и рухнула с высоты вниз – на мостовую.
Катин нанес негру несколько быстрых, сокрушительных ударов обеими руками. Тот на мгновение обмяк. Но через бортик уже лезла подмога. Катин бросился к открытой двери – из нее-то и вышел атлет.
Вихрем пролетев внутрь, он оказался в просторной зале. Отсюда двери, которые были открыты, вели в соседние комнаты. Окнами они, как успел заметить Катин, выходили на галерею. Преследователи ворвались вслед за ним.
Катин метнулся к третьей двери, притворенной – она вела во внутренние помещения. С силой рванул за ручку, – дверь не открылась. Ручка осталась у него в руках. Катин развернулся и бросился на гангстеров – их было двое.
Те уже сообразили: им придется нелегко. После драки в кафе были не склонны преуменьшать способности противника. Обхватив тяжелые старинные часы, гангстер оторвал их от пола и бросил на спецагента. Тот увернулся. Антикварные часы с грохотом развалились на части. Механизм заработал, издавая отчаянный музыкальный бой. Ударом ноги Катин отбросил гангстера к стене и метнулся обратно на галерею.
Точно пантера другой гангстер бросился на него и, обхватив за шею, повалил. Первый уже вскочил на ноги. Изо всех сил ударил Катина ногой, обутой в беговые кроссовки, в живот. Замахнулся еще, но спецагент смог перебросить первого гангстера так, что тот попал ровно под удар ноги бандита. Катин вскочил. Сбил гангстера с ног и кинулся на галерею.
Обхватив столб руками и ногами, он полез выше – на третий этаж. Там тоже была галерея.
У Катина оставалось все меньше сил. Он не с первого раза закинул ногу на третий этаж. Подтянулся, навалился грудью на перила. Но и преследователи действовали теперь без прежней энергии. Посмотрев вниз, Катин понял: колеблются, не решаясь карабкаться по столбу за ним следом. Спецагент побежал по галерее вперед.
Ажурная решетка, разделявшая здесь разные владения, была до самой крыши. Катин взобрался на перила и принялся огибать кованую причудливую преграду. Раздался грохот выстрела и пуля впилась в потолок над его головой. Катин одним рывком перемахнул на другую сторону и прыгнул с перил на галерею. Те бандиты, что передвигались на грузопассажирском автомобиле, были внизу, у первого этажа здания. Но огонь велся не из пулемета или автомата. Это была та самая, упавшая вниз винтовка. Еще две пули с коротким интервалом ударили в потолок над головой бежавшего спецагента, но стреляли почти вслепую – Катин держался как можно ближе к высоким окнам. Ширина улицы не позволяла гангстерам отойти на достаточное расстояние, чтобы видеть, что происходит вглубине галереи. С внешней стороны перила были увиты плющом, – тоже затрудняло стрельбу.
Катин добежал до конца галереи. Обернулся: преследователи уже перебирались через перила. Гангстеры оказались весьма ловкими и подготовленными парнями. Внизу, по соседству с домом, стояла невысокая, в полтора этажа постройка с двускатной крышей. На небольшом расстоянии от нее высился еще один дом. Пространство между строениями было захламлено ящиками. Росло множество деревьев. В каком-нибудь десятке метров были внутренние дворы домов, стоявших на параллельной улице. Раздумывать некогда. Оставалось либо разбить стекло и попытаться покинуть дом, спустившись по лестнице, либо… Катин забрался на перила и, балансируя, дотянулся до крюка, торчавшего из глухой кирпичной стены трехэтажного колониального дома. Только бы крюк прочно держался на месте!
Ухватившись одной рукой за крюк, Катин на мгновение повис в воздухе, шаркая подошвами ботинок о кирпичную кладку. Раздался винтовочный выстрел. Пуля ударила в стену рядом с крюком.
Отталкиваясь от стены ногами Катин дотянулся до электрического провода, спускавшегося с крыши трехэтажного дома вниз, к невысокой постройке. Ухватившись за провод сперва одной рукой, Катин отпустил крюк и уцепился другой. Ноги его болтались в воздухе. Теперь он был идеальной мишенью. Но выстрела не последовало. Размышлять над причинами не было времени. Обхватив провод ногами Катин заскользил вниз. Он не был уверен, что электрокабель выдержит его, но ничего страшного не случилось. Меньше, чем через десяток секунд он был на крыше постройки. Она утопала во мраке. Поблизости не было ни одного фонаря, ни одного горевшего окна. По крыше Катин осторожно подобрался поближе к краю. Теперь ему надо было как-то оказаться внизу. В темноте среди густых деревьев и близко стоявших друг к другу домов он легко может затеряться. Край крыши слегка нависал над стеной. Катин приблизился к самому краю и посмотрел вниз, на гору ящиков. Расстояние до них – небольшое. Легко можно спрыгнуть. И тут раздался хруст ломающейся доски и спецагент полетел вниз. Сгруппироваться для прыжка не успел. Сверзаясь вниз Катин ударился головой о торчавшую балку. Тело с грохотом упало на ящики и повалилось дальше, вниз. Боли потерявший сознание спецагент не чувствовал…
7.
– Что со мной?… – машинально пробормотал Катин по-русски, приходя в себя и поднимая голову.
Он лежал на длинном и узком диванчике, стоявшем у стены в небольшой, со вкусом обставленной комнате.
– Еще один поляк на нашу голову! Сбегай за Алисой… – сказал по-английски наклонившийся над ним чернокожий.
Толстая пожилая негритянка, заохав, поставила на стол кувшин с водой, бросила полотенце и переваливаясь с боку на бок на больных ногах поспешила из комнаты.
– Где я? Что со мной произошло? – спросил Катин на этот раз по-английски.
– Вы лежали без сознания за грудой ящиков возле нашего бара… Раздался какой-то грохот. Я выглянул. Мимо бежали люди… Гангстеры!… Их ни с кем не спутаешь. Я убрался за дверь. По-моему, они меня просто не заметили. Потом я опять выглянул. Вокруг уже никого не было. Гангстеры побежали мимо домов. Я увидел, что ящики повалены. Не знаю зачем, но я подошел ближе, заглянул за них… Мы перетащили вас сюда. Ведь вы не гангстер, так ведь?
– Конечно нет! Они гнались за мной!…
– О господи! Так я и думал!… Только бы они не сообразили вернуться!… О, господи! – запричитал негр. – Прошу вас, уходите отсюда как можно скорее. Я не хочу, чтобы меня из-за вас прикончили!… Сейчас придет эта молодая полька! Уходите с ней. Я не знаю, что с вами делать… Мистер, я как мог постарался помочь вам. Мы перенесли вас в дом. Но больше я не знаю, что для вас сделать… Поймите меня правильно. Я добрый человек, но я боюсь гангстеров.
Катин сел на диване, вцепившись пальцами в светло-серую велюровую обивку. Он не мог думать ни о чем, кроме того, что «сейчас придет эта полька». В голове всплыла фраза «бармен решил, что они поляки».
– Скажите, эта полька появлялась в вашем баре вместе с братом?…
– Нет, она вообще ни разу не появлялась у меня в баре. Они ходили в другой бар. Сейчас он закрыт. Я владею несколькими квартирами в доме неподалеку. Я сдал им одну по дешевке. Они живут у меня…
– С чего вы взяли, что она полька?…
– Она сама сказала, что приехала из Польши. От вас, поляков одни проблемы…
– Ее зовут Алиса?…
– Да. Вы ее знакомый?…
– Какие проблемы?
– Я ничего не знаю, мистер. Сейчас придет Алиса. Уходите отсюда. Не наказывайте меня за то, что я, добрый человек, поднял вас с земли и приволок сюда. От вас проблемы, большие проблемы…
За дверью раздался шум. Пожилой афроамериканец вздрогнул и повернулся.
– О, боже! – прошептал он.
Вошедшая девушка была необыкновенно красива. Длинные волосы обрамляли бледное, словно изнуренное болезнью, лицо. Огромные глаза должны были поражать своей красотой, но сейчас они вселяли в тех, кто смотрел на нее, тревогу. В них читался страх – неизбывный, мучительный, пронизывавший все ее существо.
Увидев девушку, – не ужасных гангстеров, – пожилой негр с облегчением воскликнул:
– Вот она! Это Алиса, полька! – проговорил он, поворачиваясь к Катину. Затем ей:
– Алиса! Мы подобрали человека. За ним гнались бандиты, он упал с крыши… Мы думали, он не говорит по-английски… Он тоже поляк. Позвали тебя. Своим проще понять друг-друга. Объясни ему, что я хочу, чтобы он поскорей ушел… Бандиты могут вернуться. Тогда нам несдобровать.
Катин поднялся с диванчика.
Девушка смотрела на него. Взгляд был странен. Словно вид незнакомца поразил ее. Точно на мгновения отступил мучивший страх.
– Пойдемте, Алиса, – произнес Катин по-русски.
Она вздрогнула. И без того огромные глаза раскрылись шире.
– Я не собираюсь обременять людей, пришедших на помощь, – сказал спецагент по-английски.
Голова Катина кружилась, он чувствовал боль во всем теле. Падение с крыши не прошло бесследно.
Пожилой негр удовлетворенно закивал головой и торопливо засеменил к двери.
– Я ничего не понимаю! – испуганно сказала девушка негру. – Какое отношение я имею к этому человеку?!… Я никуда не пойду с ним. Кто он?… Я боюсь!… Город пуст!…
Негр остановился. Неожиданная заминка раздражала его.
– Алиса, хватит! От вас, поляков, чересчур много проблем!… Вы не заплатили… Вы должны за жилье… Все, о чем я прошу – объясните ему: он должен уйти!… Это не трудно…
– Пойдемте, Алиса Софронова! – твердо проговорил Катин.
По тому, как девушка вздрогнула на этот раз, спецагент понял – он угадал, кто она.
Медленно, словно в забытьи Алиса шагнула к двери.
– Не называйте моей фамилии… – вдруг проговорила она. – Для всех я Понятовская…
– Отлично, госпожа Понятовская, пойдемте на свежий воздух. Здесь слишком тягостная атмосфера.
Катин широко улыбнулся… Она вдруг несмело ответила ему. Улыбка ее вышла жалкой и затравленной, но в это мгновение Катин подумал, что им удастся найти общий язык.
На улице царил мрак.
– Кто вы?… – испуганно прошептала девушка. – Я боюсь вас.
– Не бойтесь, Алиса. Воспринимайте меня, как официальное лицо, представителя Правительства Российской Федерации в Новом Орлеане. Я уполномочен вывезти вас и вашего брата Андрея Софронова в безопасное место. Моя фамилия – Катин. Вот мое служебное удостоверение. Ваш отец не посылал меня сюда, но разумеется, мое появление связано прежде всего с должностью, которую занимает сейчас ваш отец.
Хотя в темноте трудно разглядеть что-либо, Катин мог поклясться, что в ее глазах опять мелькнул ужас. Что-то здесь было не так.
– Убирайтесь! – вдруг грубо произнесла она. – Никуда я с вами не поеду. Вам туда, налево. Там автобусная остановка. Вряд ли они сейчас ходят… А я вернусь обратно в дом человека, который подобрал вас. Мне нужно поговорить с ним…
– Алиса, ваша семья не имеет о вас никакой информации…
– Какое вам дело до моей семьи?! – вскричала она. -Я свободный человек!…
– Разумеется. Но вы и ваш брат – дети руководителя спецслужбы. Это накладывает обязательства. К тому же, скоро обрушится ураган. Все бегут отсюда. Не дорожите жизнью?… Что вас здесь держит?… Мы… Вы знаете, кто…
– Спецслужба? – мрачно спросила она.
– Да. Мы должны знать… Что с вами происходит? Мы хотим вывезти вас в Нью-Йорк. Вас и… – Катин замялся. – Вашу любовь… Вы будете в безопасности. Так лучше для всех.
– Особенно для спецслужбы! – зло сказала она.
– Для решения проблемы можно применить любые варианты. Я могу обещать вашему молодому человеку небольшую субсидию. Он – темнокожий музыкант, не так ли?…
– Убирайтесь! – грубо повторила она. – Ну же, убирайтесь!… Мне не нужны субсидии. Я все равно никуда не поеду. Я останусь здесь, с моим любимым. Мы решили остаться здесь. Это окончательное решение. Он не может оставить больную мать. А она наотрез отказывается ехать, – твердо закончила она. – Извините… Так и передайте своему начальству. Я все понимаю, но не могу поступить иначе. А вы скорей бегите отсюда. Я бы не хотела, чтобы вы погибли из-за меня.
– Хорошо, воля ваша, – сухим, официальным тоном произнес Катин. – Но я вас предупредил об ответственности. Я доложу об этом своему руководству. Если ваше упрямство приведет к каким-то проблемам, ответственность целиком и полностью ляжет на вас…
Она молча смотрела на него. Красивые глаза не выражали ничего, кроме затаенной муки и страха.
– Желаю вам пережить ураган, Алиса… Всего доброго… – сказал Катин, развернулся и медленно пошел прочь. Он не слышал ее шагов. Девушка по-прежнему стояла на месте и смотрела ему вслед.
Он прошел метров пятнадцать до перекрестка. Кругом – ни души. Повернул направо. Краем глаза заметил, что она по-прежнему не двигается и смотрит ему вслед. Зашел за угол. Теперь она не могла его видеть. Он огляделся: встреча с бандитами не входила в его планы. Но улицы были исполнены какого-то напряженного, пугающего спокойствия. Воистину затишье перед бурей!
Он подошел к стене дома под галерейку и встал в самое темное место: в этой нише находилась дверь закрытой лавки. С улицы он был сейчас незаметен. Выждав секунд тридцать, Катин покинул свое укрытие и стремительно побежал к концу дома. Между ним и следующим домом был дощатый заборчик высотой в человеческий рост.
Он ухватился обеими руками за верхний край, подтянулся, упираясь в ногами и отталкиваясь от заборчика, оказался на самом верху, ловко спрыгнул вниз. Был риск нарваться на злую собаку, но, по счастью, ее не здесь не оказалось. Катин быстро побежал по заднему двору. Расчет его прост – незаметно подобраться к месту, где оставил Алису.
На бегу не встретил ни одного человека. Вот и узкая щель между домами. Катин втиснулся в нее, прижимаясь к стене дома подобрался вплотную к выходу на улицу.
Алиса, словно о чем-то задумавшись, стояла у двери в жилище пожилого негра. Затем она бросила долгий взгляд вдоль улицы, туда, где исчез недавно Катин и решительно открыла дверь. Ее не было минут десять, не больше… Она появилась на пороге. Пожилой негр, отчаянно жестикулируя, что-то говорил ей. С другой стороны улицы, ковыляя, подошла толстая негритянка. Она тоже что-то сказала ей. Алиса отрицательно покрутила головой. Негритянка взмахнула руками и громко произнесла ругательство. Его Катин расслышал.
Алиса оставила негров и быстро пошагала по улице. Те вошли в дом.
Теперь у Катина была задача не упустить ее и передвигаться при этом незаметно. Выйти сейчас на улицу – слишком рискованно. В любое мгновение она могла обернуться и внимательно посмотреть, не преследуют ли ее. Задние дворы – вот выход!… Катин выбрался из щели, побежал.
Обогнул дом. Неожиданно навстречу ему вспыхнули фары автомобиля. Свет такой яркий, что он невольно зажмурился. Он обогнул легковую машину, кто сидит внутри, различить невозможно. Когда машина осталась позади, заверещал стартер, глухо заработал двигатель. Где-то впереди, между домами, должен быть промежуток – он должен не терять Алису из вида.
Наперерез ему шагнула фигура. Человек попытался схватить Катина за руку, но как-то вяло, неагрессивно. На спецагента дохнуло сильным запахом спиртного. Мрачное царство, ждущее свою властительницу, Катрину, не было безлюдным, как это могло показаться поначалу. В нем обитало множество теней – они передвигались по темным дворам и не спешили покидать город.
Катин оттолкнул руку «тени» и, не останавливаясь, побежал дальше. «Тень» выругалась, но не сдвинулась с места. Спецагент выскочил на освещенное пространство и замер. Метрах в двадцати от него по улице шла Алиса. Через промежуток между домами он хорошо видел ее. Катин скользнул к стене, во мрак.
Алиса не оборачивалась. Она дошла до перекрестка и повернув направо, исчезла из вида. Между домов он торопливо вышел на улицу и, не таясь, побежал вперед. Когда он достиг перекрестка и осторожно, зайдя под галерейку, посмотрел за угол, Алисы нигде не было. Быстрыми шагами, но придерживаясь темных мест у стены, он двинулся дальше. Опасения его были не напрасны. Метров через пять он разглядел ее: она стояла за столбом и вглядывалась в улицу. Катин замер…
Она вполне могла уже заметить его, но также вероятным было и то, что девушка не засекла во мраке кравшуюся фигуру спецагента.
Алиса по-прежнему не двигалась. Вдруг Катин увидел, что на этом участке улицы на самом деле есть не только они двое. Со спины к Алисе приближался разболтанной походкой какой-то человек. Это был негр, довольно высокого роста, очень худой, – насколько можно было судить в темноте. На голове его была широкополая шляпа. Тут он шаркнул ногой и Алиса обернулась.
Катин чутьем уловил: девушка сжалась от испуга и быстро пошла дальше. Но путь ее лежал как раз навстречу обладателю широкополой шляпы. Такие были одной из местных примет – их носили еще чернокожие невольники на плантациях Луизианы. Теперь старомодную шляпу в Новом Орлеане можно было встретить, конечно, не часто, но любители пощеголять в них не перевелись до конца.
Черт! Негр преградил ей дорогу. Теперь Катину придется вмешаться, а это противоречило его плану. Но Алиса вдруг прытко отскочила в сторону, увернулась от попытавшегося схватить ее негра и что есть мочи побежала… Негр закричал что-то, но не стал ее преследовать. Девушка пробежала метров двадцать и стремительно завернула за угол, в промежуток между домами.