ДОРОГА ЖИЗНИ ГВАРДИИ РЯДОВОГО

ОТ ИЗДАТЕЛЯ:

Долгие годы на самых разных уровнях – в самых различных общественных кругах в мире (в том числе и в нашей стране – России) задается вопрос: почему так важна для народов бывшего СССР память об истории Великой Отечественной Войны?

Часто это объясняют невообразимой трагедией, болью звенящей даже не в памяти страны – но в каждой семье народа, ценой трудно вообразимых жертв завоевавшего право зваться Народом-Победителем.

Все верно. Но дело – вероятно – не только в этом…

Пожалуй – крайне важно эмоциональное восприятие этих исторических событий. Великая Отечественная Война – не просто история страны. Это личная – персональная история практически каждой семьи. История, можно сказать, вчерашнего дня. Всего лишь одно-два-три поколения отделяет живущих сегодня от непосредственных участников тех событий. И лишь «родства непомнящие» готовы сегодня отказаться от Памяти.

Речь о Памяти народа, которую сегодня многие бы назвали генетической. Трудно сказать передается ли память генетически – но вряд ли подлежит сомнению то, что на уровне ментальном эволюционные процессы происходят. И Память, о которой идет речь, является для нашего народа стержневой. Сотни лет в народе ковался стержень выживания под гнетом «своих» и «чужих». Стержень, дававший и дающий силы противостоять всем мыслимым угрозам, возрождаться казалось бы из пепла и упорно развиваться (неизбежно двигаясь к подлинному величию). Стержень, определяющий восприятие окружающего мира как народом в целом – так и отдельным человеком в частности. Разумеется восприятие различно и всегда сугубо индивидуально, но именно стержень дает силу сохранять личную и народную независимость (иногда – в силу обстоятельств – глубоко укрытую, но всегда живущую в душе). Стержень, иногда, может быть спрятан, будучи свернут в тугую спираль – но в нужный момент эта спираль разворачивается и придает невероятную силу (бывают исключения из правила – «родства непомнящие» отказывающиеся от Памяти и, тем самым, отнимающие у себя Стержень Силы – но это их выбор).

Публикуемая книга могла бы быть написана чуть ли не в каждой семье нашей страны… Различался бы, пожалуй, только пройденный боевой путь участника событий.

В этой книге сплелось в единое целое многое. Восприятие войны глазами маленькой девочки (папа которой ушел на войну и вернулся – а многие близкие люди не вернулись), прожившей эту войну и то, что было после войны. Немногословные и редкие воспоминания вернувшегося с войны отца вплелись в нить повествования. Девочка со временем стала Ученым-Историком (доктором исторических наук) и научный подход к изучению оставшихся в прошлом событий не мог не стать частью этой книги – вот только эмоции (личные – глубинные) не могли не окрасить даже академический научный подход.

Книга получилась и не совсем художественная, и не совсем научная – но, абсолютно точно, документальная.

Следует отметить, что писалась книга в начале 2000-х, что не могло не сказаться на вплетающихся в текст деталях.

… Детали…

Десять лет планомерной работы так называемых экономических и политических элит (во многом как раз из числа «родства непомнящих») по «окончательному уничтожению страны», оставленной Победителями своим потомкам в наследство…

Пришедшая и только выстраивающаяся на тот момент новая власть (никому еще на тот момент неизвестный В.В. Путин) воспринимается еще со вполне объяснимым недоверием и болезненным восприятием необходимых – возможно – на тот момент «политических маневров»…

Боль от бессилия что-то исправить и невозможности просто принять утрату суверенитета, завоеванного столь дорогой ценой…

… Да уж – детали…

Текст публикуется именно так, как был написан тогда. Быть может сегодня автор бы многое изменила. Но это уже тогда была бы иная книга.

Думается, что данная книга безусловна интересна и важна для потомков «Гвардии Рядового», ставшего героем (одним из – но очень важным для автора) повествования.

Отдельный интерес представляет данная книга для близких и потомков той самой «маленькой девочки» – читая, нельзя избавиться от ощущения что именно эта «маленькая девочка» руководила взрослым Ученым-Автором.

Для многих потомков сослуживцев «Гвардии Рядового» (в самом широком смысле – все Победители сослуживцы) эта книга, думается, будет говорить об именно их Близких.

Для тех, кто интересуется историей, в книге собрано (кратко и скрупулёзно) огромное количество фактической информации.

А кроме всего прочего – это книга не только о событиях в ней описываемых.

Это книга – в философском смысле – о судьбе России (в том числе об абсолютно современной Судьбе).

Текст сохранен абсолютно – до последнего знака – в авторской версии.

Книга не была автором передана как завершенная – возможно, что-то могло быть иначе…

Но уж как есть – с Уважением и Благодарностью.

ГВАРДИИ РЯДОВОЙ ИВАН АНТОНОВИЧ

«Историк должен ликовать и горевать со своим народом. Он не должен, руководимый пристрастьями, искажать факты, преувеличивать счастье или умалять в своем изложении бедствие; он должен быть прежде всего правдив, но может, и даже должен все неприятное, все позорное в истории своего народа передавать с грустью, а о том, что приносит честь, о победах, о цветущем состоянии говорить с радостью и энтузиазмом».

Н. Карамзин. Соч. Л., т. 2, С 49-50.

Поймут ли мудрые потомки

Как тяжелы в огне войны

Солдат защитные котомки

И как пути солдат длинны!

И пусть, листая наши годы,

Потомок выпишет резцом

Глухие ночи непогоды

Снег вперемешку со свинцом!

Борис Озерный

НЕВОЛЬНЫЕ РАЗДУМЬЯ ПЕРЕД НАПИСАНИЕМ КНИГИ.

Может настать такое время (есть признаки), когда кому-то станет выгодно пересмотреть все наше героическое прошлое. Великая Отечественная война, которую мы помним вживую по ее разрушениям и по еще живущим среди нас ее инвалидам и ветеранам, может быть превращена лишь в исторический эпизод Второй мировой, а подвиг советского солдата извращен и опошлен. Сегодня антироссийскими, антинародными в сути своей, силами введен в действие политический заказ: одурманив разум наркотой антисоветизма и антикоммунизма, столкнуть молодежь в болото обывательщины, влить отраву ненависти к самым светлым, самым драматичным страницам прошлого, из трагедии народа на пути к своей подлинной свободы скомпоновать этакий низкопробный фарс.

Прискорбно объяснять, почему общество с такой легкостью и с чисто плебейской уничижительностью смиряется с тем, как далеко не без умысла, «возвращаются» в страну всякие пропахшие нафталином в «антантовских закромах» монархически-белогвардейские штандарты и прочие сомнительного духа «раритеты». Все это вытащено сегодня из кованых ненавистью к русскому народу («черни») сундуков потомками (а нередко еще и ими самими!) тех, кто в самую тяжкую годину для судеб брошенной (во спасение лишь собственной шкуры!) ими страны пребывал в надежде на разгром Советского Союза гитлеровским фашизмом. Даже стыдно за генеральские погоны бывших царедворцев, склонивших седовласые головы перед ефрейтором, вознамерившимся уничтожить Россию с первых минут хмельного бдения от «пивного путча», поклявшимся превратить в пыль не только русских, но и вообще все славянство. Ослепляющая ненависть белогвардейщины к СССР, к тебе, стоявший тогда у власти и беззаветно сражавшийся народ страны Советов, питала их жажду увидеть Россию растерзанной.

Где же теперь твоя воля, твоя гордость, народ? Иль тебя растворили, или ты растерялся? Или ты породил поколенье, предавшее дух твой, детей, не способных даже подумать о том, во что с такой легкостью превращают тебя, советский народ. Или сам ты обрек себя прозябать у ничтожных «парадных подъездов» и позволил тем самым навеки духовно почить, осеняя крестом свою участь, доверившись всякого рода «возвращениям» всякого рода поддельных «святынь», принимая на веру узы крови сомнительных «мощей» чужеродных «княгинь», неизвестно откуда берущихся ныне? Иль тебя охватил паралич «умиленья», с которым нисходят к тебе те самые мытари, которых сам Спаситель прогнал за двери священных приходов.

Небесхитростна цель новоявленных русских. Пекутся ж они лишь о том, чтоб сегодня заставить народ позабыть о величье былом, отказавшись от вольнолюбивого духа и той доблести, что залогом спасения была всякий раз, когда над страной нависала угроза. Их цель: разменять неподкупность народной души, ее святость на проделки пронырливых мытарей, потянувшихся толпами в храмы на элей сладкозвучный священников; воспеть ту лжесвятость, что уходит корнями к развратнику царских покоев Распутину, и сего «мужика»-проходимца представить «народным управителем» страны. Слава богу, у Архиерейского собора (2004) хватило то ли совести, то ли мудрости отмести эту мерзость и от себя и от «воцарения» в святость.

И доколе все это? Видать надолго, если даже глава государства беззастенчиво (не хочу говорить о безграмотности политической и всяческой) бросает тень на святое, на истинно святое: порыв отдать жизнь во имя победы над супостатом, терзавшим страну.

И ходить далеко не надо! Вот, пожалуйста, телеинтервью главы государства. В. В. Путин интерпретирует пример героического поведения молодежи в навязанной стране ее внутренними недругами чеченской войне. Будь она в общем-то проклята. Она – фрагмент загнанной внутрь гражданской войны в стране после распада СССР. «Конечно, и в годы Великой Отечественной войны тоже (?) было немало случаев такого (?) героического самопожертвования, но тогда эти воины шли на свои подвиги под дулами винтовок и автоматов заградотрядов (???). Сегодня же они идут на них движимые лишь чувством патриотизма и любви к своей Родине». Даже стыдно об этом писать: глава государства, не рядовой чиновник от военного ведомства, а главнокомандующий! В чем корень нелепой параллели? Уму-разуму не поддается этот политический «экскурсо-опус». Ведь это не что иное, как пасквиль на красноармейцев, их поступки в Великой Отечественной войне. Речь-то шла при сравнении о подвиге рядового Александра Матросова.

Обратимся к подлинным страницам истории войны.

23 февраля 1943 года в бою за деревню Чернушки, что на Псковщине, Матросов закрыл своим телом амбразуру немецкого дота. До него такие подвиги совершили 98 человек. Но эти подвиги канули в общий котел безвестного и бескорыстного героизма. Назначенный командующим Калининского фронта А. И. Еременко (апрель 1943 года) узнал, что Матросов, боец 254-го стрелкового полка, не отмечен признательностью народа. И чтобы сохранить этот порыв души человека в памяти народной на века, он обратился с рапортом о награждении бойца. Матросову было присвоено звание Героя Советского Союза, хотя и не он был пионером такого рода подвига. Военные историки установили, что впервые такой подвиг был совершен младшим политруком роты 126-го танкового полка 28-й танковой дивизии Северо-Западного фронта Александром Константиновичем Панкратовым. Произошло это 24 августа 1941 года под Новгородом, в критический момент штурма Кирилловского монастыря. Увлекая за собой бойцов, 24-х летний политрук бросился на вражеский пулемет и грудью закрыл огонь. 16 марта 1942 г. Панкратов был посмертно удостоен звания Героя Советского Союза. Приказ же Сталина № 227 о заградотрядах, широко известный как «Ни шагу назад», появился 26 июля 1942 года и действовал до 29 октября 1944 года, когда было отдано распоряжение о их срочном расформировании до 13 ноября. Подобный приказ действовал в вермахте на протяжении всей войны и неоднократно ужесточался по мере продвижения Красной Армии к границам третьего рейха.

Всего героев-матросовцев – 402 человека. По годам: 1941 – 20, 1942 – 61, 1943 – 107, 1944 – 140, 1945 – 74. (Правда, 20 – 23 августа 2004 г.). Не вяжется ни с действительностью, ни с историческими фактами и тем более с духом народным утверждение, что на подвиг и бессмертие «матросовцы» шли под дулами «заградотрядов». Не мешало бы помнить, что обречены на бесславие и позор те, кто хоть намеком позволяет себе оскорбить сегодня память о подвигах героев Великой Отечественной войны. История хранит и помнит все, даже то, что глубоко запрятано в ее анналах.

К сожалению, сегодня все чаще появляются в обществе чуждые народному духу силы, сеющие семена лжи, искажения образа советского воина-освободителя. Их цель – дегероизация священной для нашего народа Великой Отечественной войны. Значит, это кому-то выгодно! Но кому – вот вопрос, на который должны ответить потомки.

Президент Академии военных наук РФ, генерал армии Махмут Ахметович Гареев дает исчерпывающее объяснение истокам массового героизма советского народа. «Можно без преувеличения сказать, что наше поколение, с точки зрения своего воспитания, было уникальным. Если в царские времена деды и отцы наши были неграмотны и жили в крайней бедности, то мы, молодые люди, в годы Советской власти получили широчайший доступ к образованию, невиданную возможность проявить себя в государственной и общественной жизни. Армия тоже стала великой школой воспитания прежде всего патриотического». Понятна тревога генерала армии.

«Принижением значения подвигов фронтовиков, тружеников тыла и вообще нашей Победы хотят лишить главного компонента боеспособность армии – ее духовной силы, что было отличительной чертой Красной, Советской Армии, да и вообще русской армии на протяжении веков. Писатели, историки, журналисты неолиберального толка прямо говорят о том, что Победа в Великой Отечественной войне – это последний плацдарм, который удерживает старшее поколение – «консерваторов», и призывают ликвидировать его. В международных кругах тоже давно развернута кампания по пересмотру итогов Второй мировой войны с целью расчистить путь для установления «нового мирового порядка», а России внушить, что поскольку у нее не было ничего путного в прошлом, то она не может рассчитывать и на достойное будущее. Поэтому у наших соотечественников нет другого выхода, как противостоять всем этим фальсификациям, клевете, не допустить поругания и принижения значения Победы, одержанной во второй мировой войне при решающей роли нашей страны и ее Вооруженных сил».

Однако трудно сказать, чья роль более неприглядна в той «исследовательской» казуистике, которую создали пренебрегшие своей научной ответственностью некоторые российские ученые, клюнувши на соросовские гранты. Поиск истины по нерешенным научным проблемам заволокла аллилуйя в адрес полковника, руководителя Центра зарубежных исследований армии США, главного редактора журнала «Journal of Slovic Military Studies» Дэвида М. Глентца. Автор такой книги, как «Внезапность в операциях Советской Армии» (1989), вдохновленный, возможно, избранием его действительным членом Российской Академии естественных наук (РАЕН) расширил научное поле своих исследований. В 1994 году появился его труд «История советских воздушно-десантных войск», он принял участие в научной конференции, посвященной 50-летию окончания Второй мировой войны, выступив на ней с докладом «Недостатки историографии: забытые битвы германо-советской войны (1941 – 1945 гг.)* [См. Вторая мировая война. Актуальные проблемы. К 50-летию Победы. М., Наука. С. 339 – 362.]

Обращает на себя внимание, что для американского историка и полковника армии США не существует такого научного понятия, как «Великая Отечественная война». Ему удобно или идеологически выгодно вводить в научный оборот понятие, принципиально чуждое научному аппарату советских исследователей – «советско-германская война». И пишет он о «недостатках» нашей отечественной историографии в освещении драмы и трагедии войны, которая унесла жизни 27 миллионов человек, стала всенародной войной для всех народов, населявших Советский Союз. Историографические недостатки вне сомнений имели и могли иметь место. Но никто из наших исследователей не позволял себе игнорировать такую методологически важную для отечественной исторической науки категорию, как «Великая Отечественная война», не позволял низводить эту войну до заурядного понятия: «германо-советская». В действительности она и не была таковой. Статья же Глентца изначально задумана была как своего рода программная, как оказалось, на ближайшие десять лет.

К 60-летию Победы сей автор в духе своих замыслов подготовил монографию с ни много ни мало претенциозным названием: «Величайшее поражение маршала Жукова». Сам Д. Глентц последователен и верен себе. Удивляет другое: почему достойная лучшего применения «научная» активность этого автора не получает должного отпора со стороны наших специалистов. В этой связи особо значимыми представляются мысли М. Гареева о методологической несостоятельности позиций американского военного историка. Так, по его убеждению общепризнанно значение Нормандской операции союзников 1944 года. Но если пользоваться методом Глентца и других горе-историков, то можно и эту операцию совсем по-другому изобразить. Судите сами. В начале данной десантной операции еще без воздействия противника 10 десантных судов, на борту каждого из которых находились около 300 человек и 26 артиллерийских орудий, пошли ко дну. На участке «Омаха» танки были спущены на воду в 6 километрах от берега и начали тонуть вместе с экипажами (из 29 танков только два добрались до берега). Здесь погибли 3 тысячи американцев. А 8-я воздушная армия 13 тысяч бомб сбросила по берегам Нормандии, где совсем не было противника. Или еще: 270 саперов (половина из которых была убита или ранена) смогли сделать только один проход в заграждениях. По тогдашней оценке генерала Брэдли: «сложилось впечатление, что наши войска попали в катастрофу, из которой нам не выбраться».

Описание подобных эпизодов войны, считает М. Гареев, можно продолжать. И прийти к выводу «о величайшем поражении генерала Эйзенхауэра». Но очевидно, что в любой операции, будь то Нормандская или Берлинская, есть главный итог, по которому и надо судить о ней. («Правда» 20—25 февраля 2004).

В связи с приближением 60-летия Великой Победы пишущая братия кинулась на освещение конъюнктурно «выгодной» темы, чтобы быть, так сказать, «услышанной». Но делает это с грязной душой и нечистой совестью. Все вторично. И источник не важен: чем грязнее, тем лучше. И жалкий, не нюхавший пороха мещанчик пытается сквозь призму собственной психологии торгаша или премудрого пескаря разглядеть – непосильная для него задача – характер народа, поднявшегося на отражение врага, отторжение захватчика. Психологии и умонастроению воспитанного в советских условиях молодого поколения он пытается навязать собственную гнусь, привнести навыки пресмыкающегося психологии и умонастроению воспитанного советской властью молодого поколения, принявшего на себя удар и на протяжении трех лет сражавшегося один на один с врагом фактически при попустительстве так называемых союзников, обещавших второй фронт в 1942 году, а открывших только в июне 1944 года. Через три года (!) после нападения Гитлера на СССР. Сражающийся советский народ за эти годы поднял себя на такую духовную высоту, на которую за всю историю человечества не способен был подняться никакой другой народ.

СОЛДАТСКИЕ ДОРОГИ ГЛАЗАМИ СОВИНФОРМБЮРО.

Светлой памятью о Васильке Соколове, первом послевоенном сыне Ивана Антоновича, которому суждено было прожить всего один год, диктуются эти строки. «Младенческая» (так говорила, я хорошо помню, мать) скосила годовалого с солнечным ликом ребенка дивной красоты, огромные глаза которого вобрали в себя, казалось, всю голубизну небес. Что говорила сельская «медичка» (врача возле него не было), неизвестно. Кажется, что это была вроде младенческая эпилепсия, которая не поддается лечению. А по мне: до него – еще в утробе матери – долетела пущенная в его отца фашистская пуля. На судьбе и здоровье сына солдата, вернувшегося с самой тяжелой войны длиною в 1410 дней, сказались фронтовые тяготы, ранения, контузии его отца. Фашизм продолжал убивать. Только теперь – уже ни в чем неповинного младенца, жизнь в которого вдохнул ратник, истосковавшийся за годы каждодневных битв и сражений по любви и страсти. По семье. По образу жизни, какой она была до войны. Война не в силах была вытравить его память о поре его молодой зрелости, жажду жить, творить, растить детей, которых должно было быть обязательно много. Ту жизнь, что была растоптана сапогом вероломно ворвавшегося супостата, теперь надо было восстанавливать заново, по крупицам, из обломков старой, помноженной на горький опыт огненных лет, на время ставших для человека его повседневностью.

Умер Василек на крещенье, в большой православный праздник, 19 января 1948 года. Это дитя, поразившее повитуху в момент своего рождения «ангельской красотой», с неземной силой всматривалось в отходивший от мрака мир удивленными глазами всего один год. Что успели эти глаза заметить, запомнить, сокрыть во глубине своей не по-детски успевшей отяготиться земной жизнью души? Что успела эта светловолосая головка младенца понять перед тем, как навсегда покинуть сей тленный мир, от самих корней взваливший на него бремя судьбы раненых и павших на бранном поле? Это навсегда останется тайной. Его тайной, которую он, еще безмолвный, унес с собой. Для вчерашнего солдата держать на своих руках бездыханное тельце годовалого сына было продолжением ужасов все той же войны. Я помню молчаливые слезы на глазах отца.

Сегодня Василек лежит в окружении тех, кто даровал ему жизнь: спустя тридцать один год к нему в фамильный склеп сельского погоста явился отец, через сорок восемь – мать. Все эти годы его родители жили в убеждении, что рождение сына после всех тягот и испытаний войной было их достойным отваги ответом надменному врагу, вздумавшему посягнуть на землю, принадлежащую их предкам.

Работа над этой книгой близилась к завершению, когда на глаза мне попалось интервью кинодраматурга Станислава Говорухина. Его убежденность в том, что мужчина воспринял Великую Отечественную войну как счастье – при всей парадоксальности этого созвучия – существенно повлияла на мое понимание личности отца, на осознание того личного, что жило в нем нераскрытым, быть может, даже для него самого. И прав, наверное, кинодраматург, когда он, сопоставив личностные начала мужчины и женщины, стремится выделить общую для них гражданственность. И подчеркивает то, что присуще только женщине. Сплавляя воедино будничность, серость повседневной жизни с высокой степенью гражданственности, он возвышает этот сплав чувств до высот, достойных пера непревзойденных авторов любовной лирики всех времен. И трижды прав, когда он сам говорит о женщине сухой прозой: «Муж у нее – достойный защитник Отчества не только потому, что у него такая профессия, а еще и потому, что у него тыл крепкий. Значит, она тоже участвует в таком деле, как защита Отечества. Женщины всю жизнь себя так проявляли. Вспомните: войну кто выиграл – Жуков что ли с маршалами? Генералиссимус? Войну выиграли солдат и его баба. Бабы трудились в тылу. И дети, и бабы, и бабушки. Поговорите сейчас с любым из воевавших мужчин – для него эти четыре года чуть ли не самые счастливые были, самые интересные. И спросите женщину, которая переживала войну в тылу: был ли у нее хоть один счастливый день? Ни одного. Они защищали Отчество».

В жизнь тыла война врывалась катастрофически непостижимой правдой сводок Совинформбюро. С этими сводками сверялся каждый день и каждое мгновенье самого драматичного в истории России четырехлетия. Весь ритм жизни советского общества был подчинен одной задаче: с честью преодолеть небывалую трагедию. Народ нацелил себя на священную войну. Далеко не каждому (поколению даже!) дано испытать великое чувство сопричастности ходу истории, почувствовать себя ввергнутым в водоворот событий, исход которого зависит от тебя. Даже сегодня, спустя шестьдесят лет, эти события – не есть просто материал для учебника истории. Живы сами участники войны, кровоточит израненная память потомков тех, кто с нее не вернулся. Ни один мальчик, ни одна девочка в школе не должны относиться к страницам Великой Отечественной как к школьному уроку, а всегда – только как к уроку беззаветного мужества, неколебимой преданности и верности своей Родине. В книгах же надо сохранить дыхание грозового времени, а не сводку событий. Это дыхание с удивительной силой духа передали советские писатели и журналисты, которых в несгибаемую когорту объединило Совинформбюро, превратило в публицистов высочайшего накала мысли и взлета чувств. Благодаря этой когорте мир стал свидетелем рождения в советском обществе доселе неведомой силы в сражении с вероломным захватчиком, в борьбе с наглой фашистской нечистью. Из недр народных эта когорта извлекла силу, показала ее несокрушимую мощь как неотъемлемой составной военного потенциала социалистического государства. У этой чудотворной силы есть имя собственное: раскрепощенный дух человека.