Шеймовер

А что такое шеймовер? Шеймовер (shameover) – похмельный стыд. 1 Так называют неприятные чувства стыда, вины или беспокойства, тревоги или даже паники, возникающие на следующий день после выпивки.

Вступительное слово

Я мог бы долго рассуждать о том, как алкогольное опьянение плохо влияет на наше здоровье и т. д. Но согласитесь, одни из самых запоминающихся и забавных историй в нашей жизни происходят именно в те моменты, когда мы расслаблены и беззащитны. При этом мы счастливы и беззаботны, разве это не забавно?

Тогда можно сделать вывод: так ли плох алкоголь, если он в меру и в целом делает нас теми, кто мы есть?

Вот я и подумала: почему бы не рассказать вам историю о том, что может произойти с совершенно обычными ребятами в совершенно обычный день или праздник, когда они решили отметить тот или иной случай? И о том, что порой всё может выйти из-под контроля или просто стать неожиданностью, которая изменит их представления о мире, в котором они живут. Эта история о двух друзьях: Игнате и Игоре. В целом незаурядных и забавных ребятах, которые, в общем-то, уже успели устроиться в жизни.

Игорь

Игорь – среднего роста, с немного небрежной причёской (которую он безуспешно пытается уложить), с карими глазами, в которых часто мелькает смесь иронии и усталости. Обычно он одевается в удобную, но неброскую одежду: джинсы, футболки с глупыми принтами (которые ему дарят на праздники) и старую любимую кожаную куртку. Часто носит очки, которые придают ему вид уставшего интеллектуала.

Скептик по натуре, но в глубине души – романтик, верящий в чудеса (хотя и всячески это отрицающий). Обладает острым умом и язвительным чувством юмора, с помощью которого часто пытается скрыть свой страх и неуверенность. В обычных ситуациях предпочитает держаться в стороне, но в критические моменты проявляет неожиданную смелость и находчивость. Довольно ленив и не любит перемен, но всегда готов прийти на помощь своим друзьям, даже если это означает вляпаться в очередное безумное приключение. Работает… архивариусом в городской библиотеке.

Выбор профессии обусловлен несколькими факторами:

Любовь к книгам: Игорь действительно любит книги, их запах, текстуру, истории, которые они хранят. Работа в библиотеке позволяет ему находиться в окружении любимых предметов.

Спокойствие и рутина: работа архивариуса – довольно спокойная и рутинная деятельность, что в целом устраивает Игоря, стремящегося избегать стресса и непредсказуемости (пока его, конечно, не втягивают в очередное безумное приключение).

Доступ к знаниям: работа в библиотеке предоставляет Игорю доступ к огромному объёму знаний. Это может пригодиться при расследовании очередного паранормального дела (например, когда нужно найти информацию о троллях, единорогах или Бабе Яге).

Стабильность: Да, к сожалению, работа архивариусом не приносит больших денег. Но Игорю хватает на скромное существование, книги и пиво. Главное – это стабильность и возможность заниматься любимым делом.

Идеальное место для размышлений: тишина библиотеки располагает к размышлениям, что помогает Игорю анализировать происходящие с ним события и придумывать планы по спасению мира (или хотя бы по спасению себя от очередной неприятности).

В общем, работа архивариусом – это не просто случайный выбор, а осознанное решение человека, который ценит тишину, знания и книги. И, как ни странно, именно эта спокойная и рутинная работа позволяет Игорю быть готовым к самым невероятным приключениям, которые постоянно с ним случаются.

Игнат

Игнат – скучный айтишник, который в целом оптимистично и с пониманием относится к своему другу и является потрясающим слушателем. Он высокий, статный, с голубыми глазами. Часто носит удобную одежду и в целом практичен. Выбрал свою профессию ради денег, которые она ему приносит. Всегда с пониманием и скептицизмом относится к своему другу. Всегда поможет и никогда не отвернётся в нужный момент.

И так

И вот однажды утром после бурной ночи они встретились, чтобы, как всегда, послушать эти забавные и порой абсурдные истории, в которых вы, уважаемые читатели, тоже примете участие, пусть и в качестве простого зрителя…

23 мая 2023 год.

– Ох, дружище, не спрашивай, – прохрипел я, глубже зарываясь в кресло и с наслаждением делая глоток обжигающего кофе из своей любимой термокружки с логотипом «Властелина колец». Утреннее солнце безжалостно било в окно, и я изо всех сил старался не смотреть в его сторону. Мой бедный череп пульсировал в такт звону будильника, который я поставил на чёртовы 7 утра, совсем забыв его выключить. – Вчера был… эпичный вечерок. Эпичный в самом катастрофическом смысле этого слова.

Мой друг Игнат приподнял бровь и откинулся на спинку стула, глядя на меня через экран своего макбука. – Я знал, что от тебя добра не жди, когда ты заявил, что «всего лишь» собираешься выпить пару крафтовых элей в «Хромом Единороге».

– Игнат… – усмехнулся я. – Друг мой, «пара крафтовых элей» превратилась в ритуальное распитие текилы с барменом, который, как оказалось, раньше работал айтишником и знает пару хаков, которые в целом могли бы тебя заинтересовать… а хотя… ладно, оставим это. В общем, после текилы мне показалось, что я могу летать. Ну, то есть я был уверен, что могу летать и снять небольшой стрим для Инстаграма.

Я закатил глаза и схватился рукой за лоб, вспоминая, что было дальше. – Первым делом я решил доказать это полицейским, которые патрулировали улицу. Они, знаешь ли, были не в восторге. Особенно когда я попытался записать с ними ТикТок, чтобы продемонстрировать свою любовь к закону и патриотизм, который так и лился из меня… или это было что-то другое… Ну, не будем вспоминать это чувство, пожалуй.

Игнат хихикнул, не отрываясь от кода. – Ты и копы? Это всегда смехотворное зрелище.

Я вздохнул. – Дальше – хуже. Как ты знаешь, я всегда хотел научиться играть на укулеле. И вот, проходя мимо местного клуба, где кто-то пытался устроить гавайскую вечеринку, я услышал доносящуюся оттуда музыку. Конечно, я решил, что мир жаждет услышать мою импровизацию, которую я потом выложу на YouTube, и весь мир сможет её увидеть.

– О нет… Ты ведь шутишь? – почти без эмоций промолвил Игнат, но его лицо явно выражало недоумение, пока он продолжал работать.

– О да! Я выхватил укулеле из рук бедного хипстера, который, кстати, выглядел довольно напуганным и растерянным, в странной гавайской рубашке и с проколотым носом. Хотя, наверное, я сам казался странным, не вписываясь в дресс-код этого мероприятия. И начал играть. Что я играл? Не знаю! Это звучало как скрежет болгарки по ржавому железу, но я был уверен, что это будущий хит. Правда, публика со мной не согласилась. В меня полетели пластиковые стаканы, салфетки и, кажется, один вейп. Я не уверен, правда, но он явно дымился.

Я потёр уши. – Зато потом я подружился с бездомными. Они оценили мой авангардный стиль. Кажется. У них, кстати, был свой бумбокс, так что сотрудничество было неизбежным.

Игнат покачал головой. – Бездомные – это всегда колоритная публика. – Его ответы всегда были «содержательными и полными эпитетов».

– Потом… потом, а что было потом? Ах да… была погоня. Не знаю зачем, но я убегал. Возможно, от хипстера, возможно, от ментов, а может, от чувства вины и токсичных комментариев в Инстаграме. Помню только, как забрался на памятник Юрию Гагарину и начал читать ему стихи Бродского. Это было незабываемо и местами неразборчиво. Думаю, он был бы рад за меня, если бы не был бронзовым и не застрял бы в советском прошлом.

Я сделал ещё один глоток кофе. – Последнее, что я помню, – это как курьеры из Delivery Club несли меня домой. Кажется, они перепутали меня с большим заказом еды.

Игнат расхохотался во весь голос, наконец оторвавшись от своего макбука и бросив на меня пронзительный взгляд. – Курьеры? Серьезно?

– Серьезнее некуда. Они еще потом пытались взять с меня чаевые. И вот я здесь. С головной болью, чувством вины и вопросом, как я буду объяснять шефу, почему проспал утренний бранч с его женой, который был запланирован два месяца назад.

Я вздохнул, допивая кофе. – В общем, Игнат, мораль сей басни такова: никогда, слышишь? Никогда не говори мне, что я могу выпить всего лишь «пару крафтовых элей».

Игнат улыбнулся, захлопывая свой макбук. – Я учту это. Но, признаться, мне было бы интересно узнать, какие хаки знает тот айтишник…

Я пожал плечами. – Мы этого не узнаем, явно…

Господи, как же я был измотан! И эти мои синяки под глазами… Половина просто вылетела у меня из головы. Но Игнат не переставал подстёгивать меня всё это время, пока я просто пытался прийти в себя. Собрав всю волю в кулак, я побежал на встречу, на которой меня явно уже не ждали…

Но что ж… Иногда приходится нести ответственность за свои поступки, – думал я, убегая в такси…

28 ноября 2023 год

– Блин, Игнат, даже не начинай, – простонал я, откинувшись на спинку стула в кофейне и массируя виски. С момента нашей последней беседы прошло полгода, и, признаться, я надеялся, что эта тема навсегда останется похороненной в глубинах моего похмельного сознания. – Мне до сих пор стыдно.

Игнат, сидевший напротив, потягивал латте с привычным спокойствием и забавной ухмылкой и злорадствовал: – Ну же, признайся, ты ждал, когда я спрошу? Прошло полгода, пришло время ежегодного отчёта о твоих пьяных похождениях.

– Ежегодного? Игнат, если честно, это больше похоже на ежемесячное бедствие. – Я поморщился, вспоминая события полугодовой давности. – Ладно, ладно. Только пообещай, что не будешь снимать это на камеру. В последний раз, когда ты это сделал, мои соцсети горели несколько недель. И мой начальник был просто в ярости.

Игнат поднял руки в примирительном жесте. – Честное пионерское. Никаких видео. Только устное перечисление твоих грехов. Жаль только, что я забыл свою рясу, – захохотал он.

Я вздохнул. – В общем, помнишь тот стартап по созданию VR-игр, который я пытался продвигать?

Игнат кивнул. – Тот самый, где ты обещал золотые горы и прорыв в индустрии, а в итоге все закончилось тем, что ты играл сам с собой в «Виртуальный мордобой»?

– Да, он самый. Так вот, после провального выступления перед инвесторами я решил утопить своё горе в добром старом баре «Хромой Единорог».

Игнат саркастически усмехнулся. – Как «непредсказуемо».

– Я знаю, знаю. Но есть одна загвоздка. Бар, к сожалению, оказался в зоне турбулентности из-за нового тренда – алко-йоги. Да, это то, о чём ты подумал. Йога и алкоголь.

Я сделал паузу, чтобы насладиться выражением его лица, на котором читалось недоумение, и он просто пытался не рассмеяться мне в лицо. – И, как ты можешь догадаться, моя попытка удержать равновесие в позе лотоса после трёх шотов текилы закончилась плачевно. Я врезался прямо в группу начинающих йогов, нарушив их медитацию и сломав пару свечей.

– Это шедеврально, – прокомментировал Игнат.

– Это ещё не всё. После этого я решил, что мне нужно просветление. И самый быстрый путь к нему – это, конечно же, участие в местном конкурсе стендап-комиков. Знаешь, я всегда мечтал делиться своим юмором с миром.

– О нет, только не стендап, – простонал Игнат, качая головой. – Ты же рассказываешь анекдоты на уровне Плоскоземцев.

– Ну, как сказать. После нескольких кружек «огненного дракона» (местный коктейль из адской смеси всего, что горит) мои шутки стали еще более… экспериментальными. Настолько экспериментальными, что зал затих, а потом в меня полетели помидоры. Настоящие, сочные помидоры, ну, или мне так показалось. По крайней мере, я на это надеюсь.

Я потер лицо. – И в довершение всего я решил, что сцена – отличное место для демонстрации моих навыков паркура. Ну, знаешь, перепрыгивать через столы, делать сальто…

Игнат расхохотался во весь голос. – Паркур в твоём исполнении? Должно быть, это было эпично и, как всегда, непредсказуемо.

– Эпичный провал! Я сломал палец, зацепившись за микрофонную стойку, и закончил вечер в ближайшей травматологии, где пытался убедить врача, что я – супергерой и сломал палец, спасая мир.

– И что, врач поверил? – поинтересовался Игнат.

– Он выписал мне успокоительное и велел больше не пить огненного дракона, – ответил я. – Самое смешное, что на следующий день я проснулся, а моя история уже стала вирусной в TikTok. Теперь меня знают как «Йога-Паркур-Комик», и мне предложили сняться в социальной рекламе против алкоголя.

Я вздохнул, допивая свой кофе. – Вот так, Игнат. Я пытаюсь жить нормальной жизнью, но, видимо, судьба уготовила мне роль городского сумасшедшего.

Игнат улыбнулся. – Ну, что я могу сказать? Ты делаешь мою жизнь интереснее. Но в следующий раз, может, попробуем просто посидеть дома и поиграть в шахматы?

Я посмотрел на него с подозрением. – Ну, если это будут обычные шахматы, в которых будут настоящие фигуры, а не Б-52?

Игнат пожал плечами и с ухмылкой сказал: – Ничего не обещаю.

12 марта 2024 год.

– Игнат, дружище, держись крепче. Эта история претендует на звание самой безумной из всех, – начал я, потягивая апельсиновый сок в надежде, что витамин С хоть немного восстановит мою мозговую деятельность. – Да, это как-то связано с моим днём рождения, и да, в деле замешаны гоблины. Из канализации. Не спрашивай, как так вышло.

Игнат, как всегда, с интересом устроился в кресле. – Каждый раз думаю, сможешь ли ты меня удивить. Рассказывай.

– В общем, в честь моего дня рождения друзья решили устроить тематическую вечеринку в стиле «Назад в 90-е». Представь: кислотные цвета, рейв-музыка и куча еды, которую, я уверен, давно сняли с производства. Естественно, без алкоголя не обошлось. И да, я немного переборщил с коктейлем «Турбо-ёж» – ядерной смесью энергетиков и ликёра Blue Curaçao.

Игнат скривился. – Звучит в твоем репертуаре.

– Опасно – это мягко сказано. К полуночи я был уверен, что сам – живая дискотека. Танцевал брейк-данс на столе, читал рэп про тамагочи и пытался убедить всех, что пейджеры снова в моде. В какой-то момент мне показалось, что вечеринке не хватает настоящего андеграунда. И тут мне в голову пришла гениальная идея.

Я сделал паузу, чтобы набраться смелости. – Я предложил всем переместиться… в канализацию.

Игнат закашлялся. – В канализацию? Ты принимаешь те таблетки, которые прописал тебе врач?

– Абсолютно. В состоянии алкогольного опьянения мне показалось, что это идеальное место для рейва. Сыро, темно, грязно – настоящий хардкор! К моему удивлению, некоторые из моих друзей меня поддержали. Видимо, «Турбо-ёж» подействовал не только на меня.

Я вздохнул. – Мы нашли ближайший канализационный люк и под всеобщие крики «Да, сучки!» спустились вниз. Конечно, предварительно вооружившись фонариками и переносной колонкой с техно-музыкой.

Игнат ухмыльнулся. – Канализационный рейв. Звучит как начало плохого фильма ужасов.

– Так и было, только с комедийным оттенком. Представь: я и мои друзья в кислотных костюмах танцуем под техно в потоках сточных вод. Запах, конечно, был специфический, но мы старались не обращать на это внимания. И тут… мы увидели его.

Я понизил голос. – В свете фонарика из темноты на нас смотрело нечто. Маленькое, зелёное, с острыми ушами и злобной ухмылкой. Самый настоящий гоблин!

Игнат, пытаясь сдержать смех, стиснул зубы, ухмыляясь. – Вот это поворот!

– Сначала я подумал, что это галлюцинация. Но гоблин был вполне реален. Он стоял, скрестив руки на груди, и явно был не в восторге от нашей вечеринки. «Что вы тут устроили?!» – прорычал он скрипучим голосом, похожим на голос курящей женщины лет пятидесяти. «Вы засорили всю канализацию своим присутствием!»

Оказывается, у гоблинов есть своя канализация, которая работает как метро. И в целом все наши представления о канализации ошибочны, настоящие хозяева здесь – они. И они очень не любят, когда в их систему вторгаются туристы. Особенно с рейвом.

– Я попытался объяснить ему, что это просто праздник и мы не хотели никого обидеть. Но он, кажется, плохо понимал рейв и тематические вечеринки. Он начал размахивать руками и угрожать нам какими-то заклинаниями.

– И что ты сделал? – спросил Игнат с нетерпением.

– В порыве дружелюбия я предложил ему «Турбо-ёж». И, к моему удивлению, он согласился! После пары глотков гоблин смягчился. Он начал пританцовывать под техно и даже попытался подпевать. Правда, его подпевание больше напоминало вопли кота, которого душат, но это уже детали.

Я ухмыльнулся. – В общем, вечеринка в канализации закончилась внезапной дружбой с гоблином. Он даже показал нам секретные ходы и рассказал о своих проблемах с крысами, которые воруют у него падаль. А утром меня разбудил звонок из полиции – оказывается, кто-то из соседей услышал крики из канализационного люка и вызвал наряд. Так что пришлось объяснять офицерам, что мы просто праздновали день рождения с гоблином. Они, конечно, не поверили. Но после уплаты штрафа нас отпустили.

Игнат рассмеялся. – Ого, да ты превзошёл сам себя! Дружба с гоблином из канализации – это что-то новенькое!

– Да уж, Игнат. Теперь я думаю, стоит ли вообще отмечать день рождения. А то я боюсь, что в следующий раз встречу инопланетян или вызову демонов из ада. Лучше просто посидеть дома и посмотреть телевизор.

– Ну-ну, не зарекайся, – улыбнулся Игнат. – Может, в следующий раз тебе удастся подружиться с единорогом. Или хотя бы с интернет-троллем.

– Единороги и тролли… боюсь даже представить, во что это может вылиться, – пробормотал я, допивая апельсиновый сок. С каждым разом истории становились всё более абсурдными, и я всерьёз задумался о консультации со специалистом. – В общем, после той канализации я решил завязать с алкоголем и безумными вечеринками. По крайней мере, на время.

Через неделю после…

Игнат, как всегда, слушал с полуулыбкой. – И что, ты действительно стал паинькой?

– Ну, почти. Я старался. Записался на курсы медитации, начал бегать по утрам и даже попробовал вегетарианство. Правда, продержался недолго – бекон победил. Ты бы знал, как он вкусно пахнет после недельного воздержания, – признался я. – Но в целом я был на пути к просветлению. Пока судьба не вмешалась в лице моего нового соседа.

Игнат приподнял бровь. – Соседа? И что, он оказался каким-то суперзлодеем?

– Нет, хуже. Он оказался… барабанщиком, – прошептал я, словно произнося страшное проклятие. – И не просто барабанщиком, а барабанщиком, играющим дэт-метал. В три часа ночи. Каждый день.

Игнат сочувственно кивнул. – Звучит как персональный ад.

– Именно. Я пытался с ним поговорить, просил хотя бы немного умерить свой энтузиазм. Но он лишь отвечал, что «музыка – это его жизнь» и «искусство требует жертв». Мои жалобы в полицию тоже ни к чему не привели – шум был в пределах допустимого уровня.

Я вздохнул. – В общем, я решил, что мне нужен план. Гениальный план, который позволит мне избавиться от этого барабанного ада. И тут я вспомнил о своём новом друге.

Игнат ухмыльнулся. – Гоблина из канализации?

– Гоблина из канализации. И вообще, у него есть имя, Брейвор, надеюсь, я правильно произнёс. Я подумал, что у него наверняка есть связи в криминальном мире Подземного царства. И кто, как не гоблины, может разобраться с шумным соседом? – объяснил я. – Я спустился в канализацию и рассказал о своей проблеме. Он выслушал меня с сочувствием и пообещал помочь.

– И что он придумал? – спросил Игнат, не теряя энтузиазма.

– Брейвор сказал, что у него есть знакомый крысиный оркестр. Крысы, говорит, очень музыкальные животные, особенно если их правильно мотивировать. И вот однажды ночью, когда сосед-барабанщик особенно разошёлся, я услышал… музыку. Нет, не дэт-метал. Это была какофония писков, визгов и скрежета. Крысиный оркестр, исполнявший джазовую импровизацию на мусорных баках, – рассказал я.

– Крысиный джаз? Звучит как апокалипсис, – прокомментировал Игнат.

– Так было с моим соседом. Крысы окружили его дом и устроили настоящий концерт. Барабанщик в ярости выбежал на улицу и попытался их разогнать. Но крысы оказались умнее. Они начали грызть его барабаны, его машину и даже его любимый плащ в стиле дэт-метал, – продолжил я.

– И что стало с барабанщиком? – поинтересовался Игнат.

– На следующий день он съехал. Оставил после себя только дыру в стене и запах крысиной мочи. А я в знак благодарности отнёс крысиному оркестру огромный кусок сыра, – ответил я. – Вот такая история, Игнат. Кажется, я всё-таки вляпался в криминал.

Игнат рассмеялся. – Да уж, у тебя талант притягивать неприятности! Но, признаться, крысиный оркестр – это гениально. Нужно будет взять это на вооружение.

– Только помни, что за крысиный джаз приходится платить сыром, – предупредил я. – И ещё… кажется, за мной теперь следят агенты по защите животных. Говорят, использовать крыс в музыкальных целях жестоко.

– И что ты будешь делать? – спросил Игнат.

– Попробую договориться. Может, предложу им крысиные занятия йогой. Или, на худой конец, сбегу в канализацию и стану гражданином подземного царства, – сказал я, вздыхая. – А вообще, наверное, пора завести себе другое хобби. Может, вязание?

Игнат кивнул. – Вязание? Звучит неплохо. Только представь: ты вяжешь свитер для гоблина. Это будет эпично!

И тут зазвонил мой телефон. Я посмотрел на экран. Незнакомый номер.

– Алло? – ответил я.

– Здравствуйте. Это из Общества защиты единорогов. Нам стало известно, что вы… контактировали с подземным миром. И что вас видели в компании гоблинов.

Я похолодел. Общество защиты единорогов? Откуда они узнали про канализацию?

– Эм… я… это какое-то недоразумение, – пробормотал я.

– Не нужно лгать, мистер. Мы знаем правду. И мы предлагаем вам выбор: либо вы помогаете нам найти пропавшего единорога… либо мы расскажем всем, чем вы занимались в канализации.

Я почувствовал, как у меня начинают дрожать руки. Пропавший единорог? Что за бред?

– Какой единорог? – спросил я, с трудом сдерживая дрожь в голосе.

– Единорог по имени Радужка. Он пропал несколько дней назад. И мы подозреваем, что его похитили тролли, – ответил голос в трубке.

– Тролли? Зачем им единорог? – спросил я.

– Мы не знаем. Но тролли – коварные существа. И они могут использовать единорога в своих тёмных целях, – ответил голос.

– И что вы от меня хотите? – спросил я.

– Мы хотим, чтобы вы помогли нам найти Радужку. Вы единственный, кто знает, как попасть в подземный мир. И мы уверены, что вы сможете нам помочь, – ответил голос.

Я задумался. С одной стороны, я не хотел снова ввязываться в эту безумную историю. С другой стороны, у меня не было выбора. Общество защиты единорогов знало слишком много.

– Хорошо, – сказал я. – Я помогу вам найти Радужку. Но с одним условием. Вы больше никогда не будете меня беспокоить. И вы забудете обо всём, что я делал в канализации.

– Мы согласны, – ответил писклявый голос. – Встретимся завтра в парке. В полдень.

И голос отключился.

Я посмотрел на Игната. – Кажется, мы снова влипли, – сказал я.

– Что на этот раз? – спросил Игнат. – Тролли украли единорога?

– Да, – ответил я. – И меня просят его найти.

Игнат рассмеялся. – Вот это поворот! Единорог! Тролли! Кажется, мир окончательно сошёл с ума!

– Не смейся, – сказал я. – Это серьёзно. Если мы не найдём Радужку, Общество защиты единорогов расскажет всем о моих приключениях в канализации.

Игнат перестал смеяться. – Ладно, я понял. Значит, завтра мы идём искать единорога. Что ж, – вздохнул он, – хоть что-то новое. Идём спасать Радужку из лап злобных троллей. Звучит как неплохой сценарий для фильма.

И вот мы с Игнатом оказались втянуты в очередное безумное приключение. На этот раз нам предстояло спасти единорога из лап злобных троллей. И я знал, что это будет непросто. Ведь с тех пор, как я побывал в канализации, моя жизнь превратилась в бесконечный кошмар. И я боялся, что этот кошмар никогда не закончится.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.