Комендант Холодной Башни. Рассказы

Кори. Сказка

Был конец жаркого июньского дня. Все время где-то рядом ходила гроза, иногда закрывая небо темно-серыми тучами. Но ни капли на жаждущую землю так и не пролилось, и запад окрасился прощальным нежным румянцем.

Климентин дел Корисеверил слегка пришпорил лошадь. Нужно было искать ночлег.

Он слишком много времени провел в дороге под летним солнцем, так что его светлая кожа стала смуглой. Отними лошадь и оружие, и он ничем не будет отличаться от обычного крестьянина.

Конечно, можно было переночевать и в поле, но, во-первых, хотелось отдохнуть от вездесущих комаров и мух. А во-вторых, он надеялся, что его накормят хоть каким-то ужином. Даже если это будет кусок хлеба для него и охапка сена для Харибды.

Замок, который он увидел на закате, был прекрасен своей запущенностью. Ров пересох давно. Возможно, еще в прошлой жизни. Стены увиты диким виноградом, и особого препятствия не представляли. Для человека, но не для лошади. Поэтому Кори честно постучал в ворота.

– Чего надо? – спросили его.

– Ночлега, – скромно ответил Кори.

На самом деле он надеялся на скромный ужин. Его бы волне устроила и краюшка хлеба. Главное, чтобы об этом никто не узнал. Особенно старшие братья и их друзья. Еще бы! Дел Корисеверил побирается по чужим домам. Но что делать, если все деньги проиграл в кости, а жрать хочется? Сам бы он пережил как-нибудь, а вот лошадь накормить надо.

Калитка в воротах открылась.

– Кобылу свою отведи в конюшню, там ею Ганс займется, – сказал хмурый стражник, – сам иди на кухню. Если Бетти в хорошем настроении, может и даст еды. А если уже успела поцапаться со своим муженьком, то не взыщи. Но кобыла сыта будет.

– Это главное! – лучезарно улыбнулся Кори.

– Спать иди на сеновал. И на рассвете отваливай.

– Спасибо, добрый человек.

– Всем воздастся.

Бетти оказалась шикарной женщиной выдающихся размеров. Особенно впечатлял бюст. Перед таким хотелось замереть в немом восторге.

– Что нужно, оборванец? – грозно спросила она.

Кори слегка удивился, поскольку оборванцем его еще ни разу не называли.

– Может, найдется для бедного путника крошка пирога и глоток вина? – робко спросил он.

– Какой пирог? Какой глоток? Все давно съедено, ночь на дворе. Поль опять пустил невесть кого. Ух, и достанется ему однажды от господина! Что стоишь, как дерево посреди улицы? Иди, сядь вон туда, под ногами не путайся. Вина ему еще. Надо же!

Кори сел на лавку за большой плохо струганый стол. Аккуратно сложил руки на столешнице и понадеялся, что раз сразу не выгнали, может, дадут сухарей каких-нибудь. И кусочек сыра. Хоть самый маленький, хоть с мизинец. Хотя, лучше чтоб с мизинец и безымянный палец.

Пока он мечтал о сыре, перед его носом оказалась деревянная миска с бобовой похлебкой, ломоть хлеба и кружка пива.

– Как мне благодарить добрейшую из добрых женщин?

– Ешь быстрее и проваливай, – ответила добрейшая из добрых, – Поль сказал, где спать?

– На сеновале.

– Вот и иди туда, не задерживайся. И без всяких бродяг у меня дел хватает. Эй, Питер!

Пробегавший мимо мальчишка с охапкой дров замер на месте.

– Да, мадам Бетти?

– Ты моего Герарда видел?

– Конечно, видел, мадам Бетти. Совсем недавно. Он к мыльне шел.

– Вот значит как. Ну-ка, скройся с глаз, отродье босоногое!

Мальчишка поспешил убраться.

– К мыльне он шел. Ну надо же! Ладно, мало ему не покажется!

Кори уткнулся в свою миску и быстро ел. Похлебка оказалась наваристой, такой, что даже губы склеивались. На самом деле он не любил ни пиво, ни бобы, но сейчас нужно быть благодарным за то, что дали.

– Бетти! Что за сброд у тебя на кухне?

– Какой сброд? Усталый путник, грех не накормить.

– Что значит накормить? У меня собаки не ели, а ты всякое отребье привечаешь!

– Да что вы такое говорите-то, господин милостивый? Ваших собак вперед людей завсегда кормят!

Кори аккуратно положил ложку и поднял глаза. Перед ним стоял высокий плотный мужчина. Если судить по одежде, явно из господ. Скорее всего, хозяин этих живописных руин.

– Ты откуда взялся, парень? – спросил он.

– Мимо проезжал.

– Так это твоя гнедая жрет мой овес в конюшне?

– Моя.

– Ну-ка, встань!

Кори поднялся. Барон схватил его за плечо и вытащил из-за стола.

– Бетти! – крикнул он. – Нормальной еды нам принеси. Мяса. И пошли Питера в погреб, пусть нацедит кувшин вина из той бочки, что в самом углу. А ты, парень, иди за мной.

Кори пошел, не сопротивляясь. Может, в этой глуши хозяин соскучился по общению. А впереди вроде как маячили мясо и вино.

В зале слуги очень быстро водрузили на козлы доску, накрыли скатертью. В неверном свете свечей она вполне могла сойти за белую. Принесли пшеничных лепешек, четверть головы сыра и бараний бок. Прибежал Питер, бережно прижимая к груди полный кувшин.

– Я барон д’Эрнен, хозяин этого замка и окрестных земель. А вот ты кто, парень?

– Кори, – скромно ответил гость.

– Кто? Кори? Да моих собак зовут лучше! Самсон, Геракл, Нерон, Далила.

– Мою лошадь зовут Харибда.

– Отличное имя! Гораздо лучше, чем твое. Пей!

Барон наполнил до краев медные кубки и пододвинул один из них гостю.

Кори с первого глотка понял, что там совсем не вино, а какая-то брага непомерной крепости. Он выпил почти все, и с грохотом поставил кубок на стол. Барон выжидательно смотрел на него. Чтобы не огорчать хозяина, Кори крепко зажмурился, наморщил нос и, резко выдохнув, потянулся за мясом.

– Ну и как? – насмешливо поинтересовался барон.

– Хорошая штука, чтобы согреться зимним вечером.

– Ха-ха-ха, отлично сказал! Передам Бетти, она порадуется. А как ты, парень, относишься к серебру?

Кори чуть не поперхнулся бараниной.

– Смотря к какому, – осторожно ответил он.

– Вот к такому, – барон бросил на стол серебряную монету и тут же накрыл ее ладонью.

– От такого мало кто откажется.

– Ты откажешься?

– Смотря сколько этих монет будет. И за что.

– Десять таких.

Барон убрал руку. Кори взял кругляш и повертел в пальцах.

– И за что?

– Убей оборотня.

Хозяин замка быстро наполнил кубки, и Кори осушил свой, забыв, что нужно морщиться.

– Это же работа Охотников, разве не так? – осторожно спросил он, примериваясь к сыру.

– Не хочу с Охотниками связываться. От них сплошная морока.

– А как я?..

– А такие как ты и существуют для таких дел. Разве не так, парень? У тебя хорошая лошадь и хорошее оружие. Но сам ты выглядишь, как не знаю что. Тебе же нужны деньги, правда?

– Нужны, – сознался Кори.

– Ну, так я тебе их и предлагаю.

– Что хоть за оборотень?

– Да ерунда! Здоровенная кошка. Рысь. Тут такие водятся. Жрет кур, иногда на людей нападает. Вот жену старосты недавно покалечила. Не то чтобы ущерба много, но крестьяне волнуются. А к чему мне эти крестьянские волнения?

– И как я его найду?

– Вот завтра с утра пойдешь в лес и найдешь.

– Да как так? Светлым днем?

– Не сомневайся.

– Это не может быть оборотень. Обычная рысь.

– Все, кто видел, говорят, что не просто дикий зверь.

– Не похоже.

– Сам увидишь.

– Ладно. Десять монет помимо этой.

– Не слишком ли?

– Все-таки оборотень, не пес шелудивый.

– Хорошо. Принесешь доказательства, получишь еще десять монет. И прекрати жрать сыр!

– Да, я уже сыт. Благодарю.

***

Лес был весь пронизан солнечным светом. Земля, трава и деревья дышали летним зноем. Пели птицы, звенели мошки. Пахло смолой.

Кори понятия не имел, куда идти, поэтому полностью доверился Харибде. Еще утром, у конюшни сказал ей: «Мы едем ловить оборотня». И она, вроде бы как, понятливо кивнула. Довериться лошади была не самая плохая стратегия. Все равно другой не было.

Они выбрались на поляну с высокой сочной травой. Время было к полудню. Кори повздыхал, но отпустил лошадь пастись, сам уселся у дерева. Это оказалась старая ветвистая яблоня, которая почти не плодоносила, но давала желанную тень.

Кори смотрел сквозь листья на высокое солнце и собирался поспать. И тут заметил большую пятнистую кошку, припавшую к ветке. Она прижала уши, готовясь к прыжку. Мускулы были напряжены и подрагивали под гладкой шкурой.

Кори шарахнулся в сторону. Почему-то у него не возникло ни капли сомнения, что это и есть тот самый оборотень. Хоть и полдень на дворе.

Он пытался лихорадочно вспомнить, что делать в таких случаях. Оборотни боятся серебра, но из этого метала у него была одна-единственная монета, и швырять ее в рысь он не собирался. Во-первых, толку никакого, только обозлит зверя, во-вторых, монету жалко.

Потом он вспомнил, что ему рассказывала бабушка, мать его матери. Если бросить в оборотня одеждой, он обернется человеком. Куртка, наверное, совсем не подействует. А вот рубашка – может быть. И когда эта тварь станет человеком, ее можно будет убить обычным оружием.

Кори стал судорожно стаскивать с себя куртку, путаясь в ремнях и застежках.

Зверь ошалело смотрел на него. Даже поднял уши, кисточки на которых взвились султанчиками.

Кори дернул шнурки у горла, стянул рубашку, скомкал ее и швырнул в морду кошке. Он даже зажмурился, потому что совершенно не представлял, что из этого получится. Хотя разумнее было бы обнажить меч и готовиться к нападению.

Он судорожно вздохнул и решил посмотреть, что все-таки происходит. И сколько ему при этом осталось жить.

У яблони стояла рыжая зеленоглазая девица, совершенно обнаженная. Хотя, судя по всему, уже несколько месяцев как не девица. Выпуклый живот явно указывал на будущего ребенка.

Пару мгновений Кори смотрел на рыжий мягкий треугольник внизу живота, потом быстро отвернулся и опустил голову.

– Где твоя одежда? – спросил он.

– Довольно далеко отсюда.

– Тогда надень хотя бы рубашку.

– Хорошо. Можешь смотреть.

Кори посмотрел. В его рубашке рыжая выглядела непристойно, но все же лучше, чем голая.

– Ну и кто ты такой? Откуда взялся на мою голову?

– Вообще-то домой ехал. Тут случайно на ночлег остановился.

– Где же твой дом?

– На севере.

– Не слишком-то ты похож на северянина.

– Почему?

– Слишком смуглый.

Кори осмотрел свое тело.

– Загорел. Давно в дороге.

– И часто ты в дороге без одежды?

– Случается, – смутился он.

– А это правда, что почти все северяне оборотни?

– Это с чего вдруг?

– Говорят так. Менестрели поют, да бабки рассказывают. Вот откуда бы тебе про рубашку знать?

– Так бабушка и рассказывала. Она много историй знала. Про русалок, про эльфов, и про всякую нечисть. Нам с братьями повезло, зимними вечерами не было скучно. За рубашку прости, ничего другого придумать не успел.

– В лес-то что тебя понесло? – продолжала свой допрос рыжая. – Он же в стороне от дороги. Совсем в стороне.

– Мне сейчас деньги нужны, – пожаловался Кори, – я в кости проигрался.

– А я-то тут при чем?

– Барон д’Эрнон обещал десять серебряных монет, если я убью оборотня.

– Да за что убивать? Что я плохого сделала?

– Кур таскала. На людей нападала. Вроде какую-то бабу покалечила.

– Да сама она виновата! Жадюга неповоротливая. Курицу пожалела, надо же! У нее их штук двадцать с цыплятами. Нажаловалась муженьку, свинюшка!

– Какому еще муженьку?

– Моему. Барон этот и есть мой законный супруг.

– А он в курсе, что его жена бегает по лесам и крестьян пугает?

– Нет, конечно. Он кроме своих собак вообще больше ничего не замечает.

Рыжая усмехнулась, а потом жалобно спросила:

– Ты правда будешь меня убивать?

– Да куда уж теперь тебя убивать! – с досадой воскликнул Кори. – Ты же это… ну, не одна.

– Правда не убьешь?

– Правда.

Оборотень глубоко вздохнула, посмотрела на него рысьими глазами.

– В нашем роду все женщины, когда носят дитя, могут превращаться в зверя. Не знаю, откуда эта особенность. Может древнее проклятие, может, наоборот, благословение. Мужьям об этом не рассказывают. Если у меня будут рождаться только мальчики, то эта особенность и закончится на мне.

Она нежно погладила округлый живот.

– Муж, разумеется, молится о сыне, наследнике. Но я уверена, что там девочка.

– Тоже рыжей кошкой будет?

– Будет. Обязательно. У тебя еда есть?

– Ну, кусок пирога есть.

– Накорми! Ты же помешал моей охоте.

Кори горестно вздохнул и отдал баронессе все, что ему собрала Бетти. А было там не мало. По утрам повариха была гораздо добрее, видимо ночью успевала мириться со своим Герардом.

– Мне нужна моя рубашка. Скажи, где ты оставила одежду, я принесу.

– Как зовут тебя, северянин?

– Кори. А мою лошадь Харибда.

– У лошади имя лучше, чем у тебя.

***

Кори едва дышал от усталости. Никогда десять серебряных монет не давались ему так тяжело. Он остановил лошадь, которая от пота и пыли превратилась почти в вороную, и постучал в ворота замка.

Поль, не говоря ни слова, пропустил. Видимо запомнил. Если уж не его самого, то лошадь точно.

Пока мальчишка бегал за бароном, Бетти принесла ему вина. Не то чтобы хорошего, но прохладного. Как раз чтобы смыть пыль в горле.

Через некоторое, довольно длительное время, появился барон. Вошел шумно, принес с собой солнечный жар и запах псарни.

– Да это ты, парень! – удивился он, разглядывая царапины с запекшийся кровью на щеке гостя. – Я уж и не надеялся увидеть тебя.

Кори вместо ответа бросил к его ногам рыжую пятнистую шкуру.

– Неужели оборотня убил? – изумился хозяин замка. – То-то я смотрю, собаки последнее время себя спокойно ведут.

В зал вошла баронесса. Ее лучезарные волосы были убраны под золотую сетку, а темно-синее платье только подчеркивало круглый живот.

– О! – она подхватила шкуру, нежно провела рукой. – Это будет чудесное одеяльце в колыбельку для нашего малыша!

– Да, – темные глаза барона сделались мечтательно-глупыми. Все мужчины глупеют в ожидании потомства.

– Я хочу получить свои десять монет, – напомнил о себе Кори.

– Какие монеты? – взгляд темных глаз тут же заледенел. – Ты уже получил свою плату.

– Одну монету?

– Разве тебе мало, бродяга?

– Мы договаривались еще на десять. Разве не так?

– А разве так? Мы вообще о чем-то договаривались?

– Мне нужны деньги.

– Ну, а я-то тут при чем?

– Значит, я убил оборотня по собственной инициативе?

– Выходит, что так. Шел бы ты, парень, своей дорогой. Иначе велю спустить на тебя собак.

Кори тронул порванную щеку, потом потер переносицу. Посмотрел на оконные витражи за спиной барона. Перевел взгляд на баронессу. Она чуть улыбнулась ему.

– Хорошо, – вздохнул Кори, – зови своих собак.

Хозяин замка был удивлен. Даже, скорее, озадачен.

– Ну, парень, как хочешь. Потом не жалуйся. Сам напросился.

Барон крикнул слугам, стоящим у двери:

– Эй, там! Приведите сюда Нерона и Суллу. Поторопитесь!

А когда повернулся назад, перед ним стоял большой черный волк.

Ник. Городская сказка

Замок на двери заедал, поэтому Нику пришлось повозиться, чтобы попасть в свой офис.

На самом деле это была небольшая комнатка в цокольном этаже старого здания на Северо-Западе Москвы. Большое окно всего в метре от земли. Множество деревьев отгораживало его от шумной улицы и даже в самый отвратительный зной дарило тень и прохладу. Что было особенно ценно, поскольку кондиционера не имелось.

Здесь было штук десять таких однокомнатных офисов. Почти все сейчас были закрыты. Только девочки в цветочном активно работали. Ник заглянул к ним, поулыбался, попытался понюхать розы, но они абсолютно ничем не пахли.

С утра было много важных дел. Он сходил в конец коридора вымыть чашку и пепельницу. Пепельница была хороша. Тяжелая, хрустальная. Единственное, что он забрал из родительского дома.

Потом открыл окно, впустил запах горячего асфальта и свежескошенной травы. Включил кофеварку. За стеллажом, заставленным папками, больше половины из которых пустовали и являлись частью интерьера, у него был крошечный закуток. Там размещался холодильник и столик с микроволновкой, чайником и этой самой кофеваркой.

Пока мололись зерна, полил крассулу, то есть денежное дерево. Чувствовало оно себя неплохо, но вот в денежных вопросах не торопилось помогать. Хотя, после карантина всем было не сладко. Но у Ника имелся шанс выйти в ноль в этом месяце, и это уже можно было считать успехом. На жизнь, правда, оставались гроши. Но к осени, если не случится второй волны, уже пойдет прибыль. Должна пойти.

Ник отхлебнул кофе, поморщился от черной горечи, и включил компьютер. С таким же успехом можно было бы сидеть и дома. Все равно никто не приходил, и никому ничего не нужно. Но ему нравилась эта комната, а особенно нравился свет, который, проходя сквозь густые кроны, становился зеленоватым. При некоторой фантазии можно было представить себя на дне морском. Или речном. Это уж кому как повезет.

Послышались тяжелые шаги. Кто-то ткнулся в запертые двери, а потом нашел наконец Ника.

Посетитель вошел шумно, не спрашивая. Уселся на стул, который под ним жалобно скрипнул. Ник поморщился. Видимо, скоро придется менять мебель. А это совсем не входило в его планы.

Посетитель был коротко стрижен, улыбчив и зеленоглаз. Причем эта зелень была довольно тусклой, скрываясь в тени черных ресниц. И что-то не похоже, что это клиент. Такие люди не приносят деньги. Они приносят неприятности.

Зеленоглазый достал продолговатый деревянный футляр и положил на стол.

– Я ничего не покупаю, – предупредил Ник.

– Естественно. Ты такое и не купишь.

Он открыл футляр. Там оказались часы. На месте цифры двенадцать красовался бриллиант – почему-то Ник даже не усомнился, что бриллиант, а не дешевая стекляшка. На месте шестерки рубин, а на тройке и девятке сапфир и изумруд. Все вместе это смотрелось дорого и строго, хотя должно было быть аляповато. Но нет. Абсолютно.

В это время в открытое окно запрыгнула кошка. Самая обычная черная кошка с белой грудкой. Она прошлась по подоконнику и уселась, выжидательно глядя.

Ник тут же поднялся и пошел к холодильнику. Достал две пиалы с восточным орнаментом, в одну налил молоко, в другую положил корм. Принес их к окну. Кошка подозрительно принюхалась, тронула лапкой. Убедившись, что ее не обманывают и не подсовывают всякую дрянь, приступила к трапезе.

– Твоя? – спросил часовщик.

– Чья-то.

– Она чья-то, но кормишь ты?

Ник пожал плечами. Он не собирался объяснять, что давным-давно, в глубоком детстве у него была точно такая же кошка, черная, с белой грудкой. И сейчас он тихо верил, что это она и есть, вернувшаяся к нему в одной из девяти своих жизней.

– Вы что-то хотели? – спросил он.

– Я хочу сделать подарок одной женщине на день рождения.

– Разве часы дарят?

– Еще как дарят! – усмехнулся посетитель.

– Я-то тут при чем?

– Отнеси ей подарок. Сам не могу там появиться по ряду причин.

– Обратитесь в курьерскую службу. Они сейчас все работают, причем в авральном режиме.

– Вот именно! Их хрен дождешься. А потом они еще все перепутают. Нет. Мне нужно доставить это непосредственно сейчас и с гарантией.

– Я этим не занимаюсь.

– Но деньги тебе нужны. Я заплачу.

Ник опять пожал плечами. Часовщик выложил на стол мятую купюру достоинством в две тысячи рублей. На эти деньги можно было запастись едой на неделю. Или шикануть, купить хороший кофе себе и еду для кошки.