- -
- 100%
- +
– Хорошо, – она взяла тканевую салфетку, сложила её вдвое и изгибом положила к себе на колени. – И что же вы заказали?
– Может, перейдём на ты?
– Нет. Мне удобнее обращаться к вам так.
– Ну как хочешь. Я заказал нежнейший паштет из печени кролика со сливочным маслом и гренками, тигровых креветок с сыром и брокколи, филе миньон из нежнейшей говядины с овощами гриль, изысканные шоколадные конфеты ручной работы на десерт. И если ты, конечно, не будешь против, я позволил себе заказать бутылку хорошего игристого вина из Франции.
– Как всё изыскано!
– Это то, что я очень люблю и хотел бы, чтобы ты тоже попробовала.
Они сидели молча. Разговор никто не решался начать первым. Блюда были поданы на стол, и они начали ужин в полном молчании.
Олег периодически посматривал на Алину. Она ела не торопясь, задумавшись, словно погрузилась в свои мысли. Еда была действительно очень вкусной. Она никогда в жизни не пробовала ничего подобного. Удивительно нежная и изысканная кухня, тонкое вкуснейшее вино, заставляло её расслабиться и забыть о своём недовольстве. Шум моря навевал спокойствие и абсолютное умиротворение. Она откинулась на спинку стула и прикрыла глаза.
Олег нежно коснулся её руки, которая лежала на столе. Алина посмотрела на него.
– Тебе нравится здесь?
– Да. Здесь очень красиво.
– Алина я не хочу, чтобы между нами остались какие-то недомолвки и недовольства. Я пригласил тебя сюда, потому что хотел увидеть тебя и поговорить с тобой. Ты необычная, удивительная и возвышенная девушка. Я как фотохудожник, вижу в человеке его душу, его сущность, скрытую за оболочкой. Но у тебя она и внутри и снаружи одинаковая. Одинаково прекрасная! Я покорен тобой с нашей первой встречи. Ты веришь, что чувства могут возникнуть быстро, спонтанно, словно удар молнии?
Она пожала плечами.
– Не знаю. У меня такого никогда не было.
– А у меня это произошло, когда увидел тебя в самолёте в тот твой первый и судьбоносный для нас обоих рейс. Увидел и понял, что ты женщина, которая мне нужна. Алина, ты нравишься мне! Я хочу быть с тобой рядом.
– Что?
– Ты нужна мне!
– Вы смеётесь надо мной?
Он поднялся со стула, подошёл ближе и опустился перед ней на одно колено.
– Ты нужна мне. Я могу повторять это тебе бесконечно. Я думаю о тебе постоянно все дни с момента, как мы расстались в аэропорту. Не могу работать, забросил все дела, подготовку к выставке в Сочи. Не могу без тебя, не могу, слышишь… – он опустил ей голову на колени.
– Олег Алексеевич, я прошу вас… это неудобно… я… – она дрожащими пальцами погладила его по волосам.
Разумовский поднял голову и, приблизившись к её лицу, внимательно посмотрел в её глаза.
– Позволь, мне быть с тобою рядом. Позволь. Я очень тебя прошу.
Она, молча, смотрела на него.
Её телефон на столе завибрировал без звука. Она посмотрела на дисплей. Звонил Андрей.
– Простите, мне нужно ответить.
Олег накрыл её руку своей ладонью.
– Не отвечай. Прошу тебя, – он пронзал её взглядом, словно пытаясь гипнотизировать, подчинять своей воле, заставить делать всё, как хочет он.
– Мне нужно ответить, – она стремительно поднялась из-за стола и, взяв телефон в руку, отошла к ограждению балкона.
– Да. Да, Андрей. Привет! Нет, не дома. Всё в порядке. Да, я перезвоню перед сном. Пока.
Она отключила телефон и, склонив голову, перегнулась через перила.
Разумовский подошёл к ней сзади и, забрав телефон из её руки, крепко прижал её к себе, обнимая руками. Он склонился к её шее и начал покрывать её кожу лёгкими поцелуями.
Алина прикрыла глаза.
Олег резко развернул её к себе и стремительно накрыл её губы своими.
Она обняла его руками за шею и приоткрыла свои губы, впуская его. Отдавая ему свою нежность, свою покорность и своё желание. И признавая своё поражение и бессилие перед этим мужчиной, который уже свёл её с ума, и заставил разрушить окончательно всё, что было в её жизни до него.
Она видела только его перед своими глазами. Утончённый, изысканный, красивый и необыкновенно обольстительный. Она слегка отстранилась от него, но он лишь крепче прижал её к себе. Снова раскрывая её губы, он поглощал её до дна, выпивал, словно дорогое вино, пробуя, смакуя и упиваясь её изысканным вкусом. Движениями своих губ, он забирал её сомнения и страхи. И наполнял её своей магией, порабощая и уничтожая в её сердце всё, что она могла испытывать к другому мужчине. Он ласкал её тело руками, быстро расстёгивая её платье и обнажая кожу. Покрывал поцелуями её кожу и заставлял подчиняться ему во всём.
Алина остановила его руки.
– Олег, подожди, пожалуйста.
Он недоумённо посмотрел на неё.
– Что моя девочка, что случилось?
– Я хочу уехать домой.
– Почему?
– Всё происходит слишком быстро. Я не могу. Не могу так.
– Но почему? Мы взрослые люди. Я хочу тебя, а ты меня. Прошу тебя. Успокойся, девочка моя.
Она отрицательно покачала головой, отошла от него и привела свою одежду в порядок.
Разумовский тяжело вздохнул.
– Ну что ж, будь, по-твоему. Хотя мне кажется, ты будешь жалеть о том, что не осталась сегодня.
– Прошу тебя, Олег, пожалуйста. Поедем, – она осторожно коснулась пальцами его руки.
Он согласно кивнул и, взяв её за руку, направился из комнаты. Посадив её в машину и прикрыв двери, присел с ней рядом.
– Ты в порядке? – он нежно коснулся ладонью её щеки.
– Да. Поедем, пожалуйста.
Разумовский завёл двигатель машины и повёз её в посёлок. Когда они остановились у её дома, он погладил её по щеке и, обняв за плечи, прижал к себе.
– Хочешь, я завтра покажу тебе свою новую коллекцию фотографий. Её ещё никто не видел.
Она на него посмотрела и улыбнулась.
– Я подумаю, до завтра.
– Ну, хорошо. Подумай. Я завтра позвоню тебе. Дашь мне свой номер?
Она согласно кивнула и продиктовала ему номер своего телефона.
– Ну, иди, девочка моя. Выспись, как следует, – он протянул ей коробку с цветами. Склонившись, легко поцеловал её в губы и вышел на улицу, открывая дверь с её стороны.
Алина вышла и медленно направилась к своему дому.
– Спокойной ночи. Спи крепко, – тихо прошептал он ей вслед.
Она улыбнулась и, приоткрыв дверь, скрылась за своей калиткой.
Разумовский сел за руль и откинувшись на спинку кресла, задумался. Он внимательно смотрел на её окно, в котором загорелся свет, и вспоминал прошедший вечер. И лишь когда свет в её окне погас, он, взглянув на часы, развернул машину и направился к себе домой.
У ворот своего особняка, Олег заметил женский силуэт.
Милена, девушка, которую он подвозил из аэропорта три дня назад, вышагивала перед его воротами, словно часовой. Он уже успел вкусить её прелестей, в тот же самый день, как подобрал её на дороге. Ничего особенного. Милая невинная простушка, на деле оказалась довольно раскрепощённой в постели, и они провели с ней очень приятно время, до самого утра. Вот только, увидеть её снова у своих ворот, он никак не ожидал.
Разумовский приоткрыл окно автомобиля, и она с улыбкой подошла к его машине.
– Здравствуй, милая. Ты что-то забыла в прошлый раз?
– Здравствуй, Олег. Я соскучилась. Ты обещал позвонить.
– А ты забавная… Я же сказал, позвоню сам, а ты поторопилась. Извини, но у меня сегодня не приёмный день.
– Но, Олег, а как же…
– Поезжай домой.
– Но, Олег….
Разумовский закрыл окно в машине и нажал на кнопку пульта. Ворота автоматически открылись, и он въехал на территорию двора.
Сегодня у него не было желания, не только ложится в постель с другой женщиной, а даже думать об этом. Он забыл обо всём два дня назад, когда внезапно потерял покой, ожидая из рейса Алину. Метался по комнатам, словно безумный в пустом доме, забывая о делах и намеченных планах. Она заняла всего его мысли. Сам поражался тому, как быстро она захватила его голову. Ведь изначально он планировал лишь необременительную интрижку, просто хотел одной ночи, но почему-то уступил сегодня её просьбе, оставил в покое и отвёз домой.
Разумовский горько усмехнулся.
Нет… Это просто иллюзия, самообман. Он просто переспит с ней, и всё будет так же, как и со всеми. Он не создан для серьёзных отношений, это не в его духе. Он никогда и никого не любил, и эта девчонка не изменит ничего. Она не сможет изменить его судьбу и заставить его жить по-другому. Так не бывает в жизни. Он не верил в сказки, не читал подобных книг и не смотрел никогда романтических фильмов. Он жил реальной жизнью и всегда был прожжённым циником и бабником. Через его постель прошло множество женщин, и она такая же, ничем не отличается от остальных.
Он налил в бокал вина и присел на балконе в кресло, пристально вглядываясь в морскую даль.
На мгновение, прикрыл глаза.
Снова увидел её перед собой, сначала гордую и решительную, дерзкую и вызывающую и потом в его руках кроткую и податливую, готовую уступить, сдаться его силе и напору. Всегда в разном настроении, но неизменно нежная и прекрасная. И это восхитительное белоснежное платье… Он заметил его на ней ещё на выставке. Чистота и пленительность, каждый изгиб её тела и нежный запах сладкой чайной розы. Он сходил с ума, вспоминая её обнажённые участки кожи, когда целовал их на балконе. Он мучил сам себя. Желание становилось необузданным, жестоким, срывающим все ограничения. Захотелось прямо сейчас услышать её голос.
Он достал телефон и набрал её номер, но абонент был недоступен. Резко поднявшись, заметался на балконе и со злости отбросил телефон в сторону.
Ревность? Откуда бы ей взяться… А вдруг её жених приехал, и они снова вместе. Он снова касается её, обнимает, занимается с ней любовью.
Безумие… Но он уже считал её своей, после сегодняшнего поцелуя на балконе. После того, как ответила, как приняла, после того, как почувствовал её податливость и желание, когда она сама обнимала его, когда позволяла ласкать её кожу и тело.
Корил, ругал себя, за то, что не довёл всё до конца. Не взял её там же, не упивался ею всю ночь, не брал её снова и снова, чтобы теряла сознание в его руках от удовольствия и растворялась в его желании. Он хотел её до безумия, хотел поработить её тело, взять его сполна, попробовать, искусить, заставить желать его снова и снова. Он знал, что всегда было именно так, и она не окажется исключением. Она будет его, и только его, потому что он уже так решил.
Олег ещё долго ходил по комнате, теряя последний контроль над эмоциями. Вышел на улицу и, распахнув настежь ворота, ушёл к морю.
Долго блуждал по берегу, а потом просто лежал на песке и смотрел на звёзды. Впервые в жизни, вот так, один наедине, и признаваясь сам себе, что проиграл в этой игре, которую сам же и затеял. Полюбил, полюбил ту, которую просто хотел сломать, уложить в постель, теша своё самолюбие и пополняя свою очередную коллекцию редких жемчужин. Но теперь всё оказалось иначе.
Он не просто хотел её, он любил. Любил впервые в своей жизни, как только может любить одинокий изголодавшийся зверь, которого никогда не любили по-настоящему. И он хотел этой любви от неё и только к нему одному.
Разумовский не смог уснуть до утра. Вернувшись в шесть домой, он принял душ, переоделся и поехал сразу к ней, намереваясь сегодня расставить все акценты и уже её больше никуда не отпускать. Потому что верил, что нужен ей. Потому что чувствовал, что нравится. И потому что понимал, теперь уже наверняка, что она его тоже полюбила.
Глава 7
Разумовский ходил возле дома Алины уже не один час, и беспрестанно набирал номер её телефона. Но абонент по-прежнему был недоступен.
Она ответила ему только в половину девятого, тихим, слегка охрипшим после сна голоском.
– Доброе утро, моя девочка!
– Олег, это ты?
– Я.
– Ты что так рано звонишь? Что-то случилось?
– Случилось, что я без тебя не могу.
– Где ты?
– Под твоим окном.
Алина поднялась с кровати и накинула халат поверх сорочки. Она отодвинула занавеску и приоткрыла окно. Разумовский улыбнулся и махнул ей рукой.
– Я сейчас оденусь и спущусь, – тихо сказала она ему.
– Лучше одевайся, и поедем сразу ко мне домой.
– Но, Олег… я…
– Алина, мы просто позавтракаем. Я покажу тебе свой дом, новые фотографии. Я просто хочу, чтобы ты была рядом со мной.
Она немного подумала.
– Ну, хорошо. Я сейчас спущусь, – она прикрыла окно, а Разумовский вернулся к своей машине.
Алина вышла в коридор и направилась в ванную комнату, но на лестнице столкнулась с Ярославом.
– Доброе утро, папочка! – она поцеловала его в щёку.
– Доброе утро! Ты куда-то собираешься?
– У меня дела…
Она немного замялась.
– Вероника меня ждёт.
– А едешь к ней, я так понимаю на том же такси, что мы возвращались из аэропорта? Смотрю, дежурит у ворот нашего дома с семи утра.
Алина промолчала.
– Андрей мне звонил. Говорит твой телефон и вчера и сегодня был недоступен.
Ярослав внимательно посмотрел в её глаза.
– Я ему перезвоню чуть позже.
– Алина, что у вас происходит? Ты не хочешь мне ничего рассказать?
– Ничего не происходит. Всё в порядке. Папочка, давай поговорим вечером. Мне пора. Пока!
– Пока.
Алина развернулась и стремительно сбежала по ступенькам лестницы вниз.
Ярослав снова взглянул в окно на припаркованную машину у своего дома, нервно вышагивающего возле неё молодого человека и, развернувшись, поспешно вернулся в свою спальню.
– Полина, мне не нравится, этот новый поклонник Алины.
Женщина на него внимательно посмотрела.
– Мне тоже. Но что я могу сделать? Я вчера говорила с ней. Ты знаешь, мне кажется, она влюбилась.
– Что значит, влюбилась? А с Андреем что было? Разве не любовь?
– Я не знаю. Я сама не понимаю свою дочь. Она ведь никогда не была такой легкомысленной. Меня пугают все эти перемены, но не могу же я её посадить под замок.
– Я хочу поговорить с ней сегодня вечером и очень серьёзно.
– Ярослав, может не стоит? Я боюсь, что наша строгость сейчас, будет неуместна, и она всё равно сделает по-своему. Только уже нам назло. Я думаю, нам лучше не вмешиваться. Я её обо всём предупредила, а она сама должна сделать выводы. Ей через месяц исполнится двадцать один год. Она взрослый человек. Пусть сама делает свой выбор.
Одонецкий вздохнул.
– Может ты и права. Хотя, я всё равно очень переживаю, – он обнял жену и, коснувшись её щеки губами, прижал её к себе.
– Ты думаешь, я не переживаю. Всякий раз, когда она тайком уходит из дома к этому человеку, у меня душа не на месте. Но, я ничего не могу сделать. Только теперь, я начинаю понимать свою маму, когда вспоминаю себя в возрасте Алины. Мне тогда было абсолютно наплевать на чужое мнение и на все предостережения. Потому что, на тот момент в моей жизни, Беркутов был для меня самым важным и любимым мужчиной на свете.
– А сейчас? – Ярослав уложил её на спину, нависая над ней, и пристально вглядываясь в её глаза.
– А сейчас… – она погладила его по волосам. – Для меня уже пятнадцать лет, существует только один мужчина на свете.
– И кто же он? Я его знаю? – он склонился к её губам.
– Думаю, знаешь… Он такой….
Ярослав не дал ей договорить. Он требовательно поцеловал её в губы, и накрыл их обоих с головой одеялом.
Алина появилась у машины Разумовского, спустя полчаса, после разговора с отцом. Олег подошёл к ней ближе и, обняв за талию, помог ей сесть в салон автомобиля. Присел рядом, и внимательно посмотрел на неё.
Сегодня она была практически без макияжа, в простых голубых джинсах, белой футболке с забавным девичьим рисунком, лёгком пиджачке, накинутом на плечи, а её волосы были собраны на затылке в конский хвост.
Он склонился к её губам, и она, улыбнувшись, сама его поцеловала.
Олег крепко обнял её за плечи и прижал к себе.
– Как же я соскучился!
– Когда ты успел? Ведь прошла всего одна ночь, как мы расстались.
– Для меня она была бесконечной, – он развернул машину и стремительно направился домой.
Огромный и красивый особняк открылся перед взором Алины, когда они въехали на его территорию. Она стояла в большом холле и осматривалась по сторонам, слегка замерев на месте, от восторга.
Разумовский смотрел на неё, не скрывая улыбки.
– Что тебе приготовить на завтрак?
Алина промолчала.
Олег подошёл к ней ближе и коснулся рукой её плеча. Алина вздрогнула, перевела свой взгляд на него и улыбнулась.
– Прости, что ты спросил?
– Я спросил тебя, что приготовить на завтрак?
– А ты что, будешь готовить его сам?
– Разумеется.
– А как же твоя прислуга?
– У меня нет прислуги. Или ты думаешь, раз я живу в таком огромном доме, то я должен окружить себя многочисленным обслуживающим персоналом?
– Я думала, что это логично.
– Это дом моего отца. Я получил его в наследство. Возможно, что на него и работало много людей, а для меня всё это неприемлемо. Ладно, я понял, что спрашивать тебя о завтраке бесполезно. Приготовлю что-нибудь на свой вкус, а ты погуляй пока по дому, только не заблудись… – он нежно поцеловал её в губы и вышел на кухню.
Алина медленно бродила по бесчисленным коридорам дома и обходила комнату за комнатой. В таком красивом и огромном месте могли бы поселиться и жить сразу несколько семей. Ей очень понравился особняк, несмотря на то, что обилие комнат и их объёмы её немного смущали. Но сама обстановка, элементы декора были приятны и вызывали чувство комфорта.
– Эй, ты где? – раздался голос Олега на первом этаже.
Алина поспешно вышла из комнаты и направилась к лестнице. Сбежав по ступенькам вниз, она сразу же оказалась в руках Разумовского. Он, с лёгкостью поднял её на руки, остановился в центре холла и, прижав к себе, нежно коснулся её губ своими. Она обняла его руками за шею и, приоткрыв губы, ответила на его поцелуй.
Олег принёс её на кухню и осторожно опустил на сидение стула. Алина обвела взглядом просторное помещение. Такое же роскошное и помпезное, как и все остальные.
Бесконечные ряды белоснежных шкафов кухонного гарнитура и обилие бытовой техники, множественные точечные светильники над варочной поверхностью, декоративная фреска на стене, выполненная на холсте, с изображением узкой мощёной дорожки в цветущий сад, и красивая изящная люстра над обеденным столом со стеклянной поверхностью.
Она осмотрела сервировку стола и улыбнулась. Ей на минуту показалось, что она в ресторане.
Аккуратно разложенные столовые приборы, фарфоровые тарелки с нежным рисунком по краям, и искусно сложенные в виде банта тканевые салфетки. Тонкие кусочки хлеба в плетёной берестяной корзинке, овощной салат в маленьких фарфоровых пиалах, нарезка из сыра и ветчины, несколько стаканчиков домашнего йогурта, свежеотжатый апельсиновый сок и кофе, такой же ароматный, как и тот, что Олег пил возле её дома.
– Ну вот, всё что смог, сообразил по-быстрому, – Разумовский развёл руками в стороны, словно извиняясь.
– Всё, очень аппетитно выглядит, – тихо ответила Алина и улыбнулась.
Они завтракали молча, лишь иногда улыбались друг другу и обменивались нежными взглядами. После еды, Алина захотела убрать со стола, но Олег взял её за руку, и настойчиво повёл за собой в другую часть дома, куда она ещё не успела дойти.
Он распахнул перед ней двери в просторное и хорошо освещённое помещение.
Стены, задрапированные лёгкими воздушными тканями различных оттенков, немного мебели, на полу источники постоянного искусственного света, по периметру импровизированного подиума расставлены зонты на просвет и отражение, а белый виниловый фотофон, занял практически основную часть центральной стены всего помещения.
Алина заметила на небольшом столике у окна фотокамеру и другие элементы оборудования профессионального фотографа. Она вопросительно посмотрела на Олега.
– Это моя временная фотостудия, пока не найду подходящее помещение в городе. Я здесь работаю. Правда, в силу последних обстоятельств, я уже несколько дней сюда не заходил.
– Это из-за меня?
– Из-за тебя. Ты заняла все мои мысли. Лишила не только покоя, но и вдохновения.
Алина посмотрела на него, и улыбнулась.
– Мне жаль, что ты потерял из-за меня столько своего драгоценного времени.
Разумовский подошёл к ней ближе.
– Ничего страшного. Зато теперь, когда ты со мной рядом, я думаю, что всё наверстаю.
– Ты обещал показать мне свои фотографии для новой выставки.
– Конечно, покажу. Садись, – он подвёл её к большому кожаному дивану шоколадного цвета, который стоял у стены. – Сейчас ты всё увидишь.
Алина присела на краешек сидения и проследила глазами за Разумовским. Олег подошёл к столику и, открыв большой конверт, извлёк из него пачку глянцевых фотографий. Он вернулся к ней и протянул снимки ей в руки.
Алина аккуратно взяла их, и не спеша один за другим начала созерцать удивительные образы, созданные фотографом.
– Эта выставка будет не совсем обычной, – сказал он и присел с ней рядом. – Она в какой-то степени будет наполнена тематикой волшебной фантазии. Мне захотелось погрузить современную женщину в таинственный, созданный мною мир. Мир моей выдумки и иллюзии. И чтобы каждая из них, олицетворяла тот образ, который наиболее близок её внешности и её душе.
Алина внимательно его слушала и зачарованно смотрела на фотографии. Необыкновенные и очень красивые художественные работы предстали перед её глазами.
Ожившие ангелы, сказочные ведьмы, принцессы, славянские красавицы. Нежное кружение осенних листьев и бабочек, присутствие диких животных, роскошные пейзажи природы, изысканные украшения, перья, тонкие вуали, кружево, бархат и многообразные цветы. Всё это создавало необыкновенный антураж, окружающий неземных красавиц, которые смотрели на неё с фотографий Олега. Задумчивые одухотворённые лица, печальные и радостные, потерянные и отчаявшиеся. Каждая проживала на фото небольшой, но яркий отрезок жизни своего образа, созданного гениальным автором.
Алина перевела свой взгляд на Олега, который внимательно смотрел на неё всё это время.
– Знаешь, я никогда не видела ничего более прекрасного и завораживающего, чем эти работы. Я очень люблю все твои фотографии, но эти, меня просто околдовали. Это удивительно и не поддаётся никакому словесному описанию. Ты, просто гениальный художник.
Олег улыбнулся и, поднявшись с дивана, стремительно вернулся к столику и взял камеру в руку. Он быстро подошёл к Алине и сделал несколько снимков, стремительно перемещаясь вокруг неё.
– Олег, что ты делаешь? Я не хочу сейчас фотографироваться. Я без макияжа, причёски и на мне эта простая одежда.
– Алина, я знаю, что делаю. Поверь мне. Вот такая, в простой одежде и без макияжа, ты будешь выглядеть нереально.
Сделав ещё несколько снимков, он присел с ней рядом и продемонстрировал ей то, что получилось. Алина затаив дыхание, листала свои фотографии.
Да, Разумовский был действительно настоящим мастером своего дела, – подумала она про себя.
Серая мышка, в образе которой по её мнению, она пребывала в настоящий момент, на фотографиях, выглядела совсем иначе. Утончённая модница в стиле Casual. Повседневный стиль одежды обычной городской девушки с безупречной кожей, на которую, слегка оттеняя её основной тон лица, падали пробивающиеся в окно солнечные лучи. Расстроенная, слегка удивлённая, зажмурившая глаза от переполняющего счастья, и тут же ушедшая в себя и погрузившаяся в свои мысли. Выражение её лица на снимках было многогранным и прекрасным одновременно.
Алина внимательно посмотрела на Олега, который увлечённо рассматривал её фотографии. Она коснулась пальцами двух чёрных прядей его волос, упавших на лоб, и подняла их наверх, пытаясь вернуть идеальной стрижке былой безупречный вид.
Олег отложил камеру в сторону, и внимательно посмотрел в глаза Алины. Склонившись, он, не отрывая от неё взгляда, коснулся её губ легко почти неощутимо. И почувствовав её податливость, приоткрыл её губы своими, и ворвался в её рот уже настойчиво. Он ласкал её губы искусно, погружая её в лёгкие призрачные миры, полного расслабления, и заставляя почувствовать её собственное желание. Олег аккуратно уложил её на диване, нависая над нею. С нежностью во взгляде посмотрел в её лицо и легко, почти неощутимо коснулся подушечками пальцев её лица.
Алина, прикрыла глаза, погружаясь в негу чувственных ощущений его прикосновений, но внезапно раздавшийся мелодичный звонок в доме, заставил её вздрогнуть, и открыть глаза.
Разумовский нехотя приподнялся над нею.
– Совсем забыл о них, – он встал на ноги. – Извини, моя девочка. Я сейчас вернусь.
Олег поспешно удалился из комнаты.
Через мгновение, пространство помещения наполнилось разговорами и смехом. На пороге возникла девушка с кейсом визажиста в руках и молодой человек, сжимающий пальцами два аналогичных чемоданчика.