Иди за мной

Глава 4

В глазах Вернера Лариса увидела ожидание.

– У меня к вам вопрос, – начала она, когда они уединились в углу за ширмой, расписанной египетскими фигурками. – Почему я не счастлива? Вроде бы все нормально, а я чувствую себя ужасно. Мне хочется плакать, когда я думаю о своей жизни. Мне все немило!..

Эти беседы один на один с учителем назывались «исповедью». Сегодня настала очередь Курбатовой. Вернер с нетерпением ожидал ее откровений. Он настроился на эту женщину, ловил ее флюиды. От нее исходило слабое сияние.

– Я работаю в частной клинике. Родители оставили мне квартиру, а сами переехали в деревню. У них приличный дом: с отоплением, правда, без водопровода. Там раньше жила бабушка. Мама помешана на саде и огороде, а папа…

Лариса запнулась и прикусила губу.

У Вернера было правило: не вытягивать из собеседников признания, а выслушивать лишь то, что они готовы сказать. Придет время, и Лариса сама откроет ему тайники своей души. У нее с отцом связано что-то болезненное, какой-то внутренний конфликт, надрыв.

Вернер не стал растравливать ее рану, а, наоборот, увел разговор в сторону. И женщина облегченно вздохнула.

– У вас красивое имя. Лара! Лара Крофт, расхитительница гробниц!

– Я не похожа на нее…

– Вам никогда не хотелось отыскать сокровища фараонов?

– Грабить мертвых?.. Бр-ррр!

– Вы были замужем?

На ее безымянном пальце вместо обручального кольца был обычный перстень с камнем зеленого цвета. Поддельный изумруд.

– Была. Мы развелись.

– Не сошлись характерами? – усмехнулся Вернер.

– У меня есть любовник, – выпалила она. – Такой же пустой, как и бывший муж. Почему мне попадаются поддельные мужчины?

– Поддельные? – Вернер подумал о камне, и его мысль передалась Ларисе, только в иной интерпретации. «Все же у нее развивается телепатия», – отметил он.

– Ненастоящие!

– Простите, а какой мужчина, по-вашему, настоящий? Можете описать его?

Лариса надолго замолчала, нервно сплетая и расплетая пальцы. Ей было неловко перед Вернером, что она не может подобрать нужных слов. Портрет мужчины не складывался.

– Наверное, я выгляжу тупицей, но…

– Вы не знаете, какого именно мужчину хотите видеть рядом с собой?

– Я об этом не думала.

– Выходит, вы сравниваете бывшего мужа и нынешнего любовника с неким несуществующим образом?

Лариса пожала плечами.

– Обычная история, – кивнул Вернер. – Вы начинаете встречаться с мужчиной, он вам нравится, и вы счастливы. Вам кажется, что это любовь. Проходит несколько месяцев, год… и ваше счастье понемногу тает, как снег на солнце. Вы уже не так восторженны, не так захвачены своим чувством. Вам уже чего-то не хватает, вы разочарованы… раздосадованы. Ваши представления о любви не совпадают с тем, что происходит между вами и вашим избранником. Вы критикуете того, кто еще вчера был вашим кумиром!

– Эдик – не мой кумир, – возразила она. – И бывший муж тоже.

– Значит, вы вышли замуж по расчету?

– Скорее, по заблуждению.

– А зачем вам любовник, который не отвечает вашим требованиям?

Лариса опять задумалась. По ее лицу пробегала дрожь, на лбу обозначились морщины. Недовольство жизнью не красит женщину.

– Честно говоря… сама не пойму, что меня связывает с Эдиком! – призналась она. – Наверное, страх одиночества. Я боюсь остаться у разбитого корыта.

– Благодаря Эдику ваше «корыто» в порядке?

– Какое там…

– В чем же тогда дело?

– Не знаю!.. Не знаю… Он меня не удовлетворяет ни морально, ни физически.

– Но все же вы его не гоните?

– Я не могу! Похоже, у меня комплекс разведенной женщины, которая пытается что-то доказать себе… и другим. Эдик – не самый плохой вариант. Понимаете?

– Вы сказали, что он вас не удовлетворяет, – безжалостно напомнил Вернер.

– А вдруг я больше никого не найду?

Учитель сухо рассмеялся. Веселья в его смехе было меньше, чем в скрипе старого паркета.

– Когда Эдик бросит вас, ваш комплекс укрепится, а одиночество станет невыносимым. Вы боитесь утратить то, что вам, по сути, не нужно.

– Так поступают все…

– Журавль в небе, а синица в руке? Хотите рассказать мне эту старую лживую байку?

Лариса изо всех сил старалась не заплакать. Показывать свою слабость перед Вернером было неловко. Столько медитаций и визуализаций – коту под хвост! Все, что он пытался привить ей, ушло водой сквозь пальцы.

– Если синица – верх ваших мечтаний, вам здесь делать нечего, – отрезал гуру. – Идите и держите Эдика мертвой хваткой, иначе он улетит от вас. Синица выпорхнет в окно, как только вы забудете закрыть форточку. Ваш страх приведет вас к тому, чего вы боитесь!

Лариса чувствовала его правоту, но ей все равно хотелось спорить, доказывать, что нельзя разбрасываться такими мужчинами, как Эдик, когда горизонт пуст. Она не молода, у нее за плечами – распавшийся брак…

– Мне почти тридцать, – выдавила она. – Сколько у меня еще времени, чтобы устроить свою судьбу? Года два, три?

– Все время – ваше. Оно принадлежит вам. Время никогда не закончится для вас, пока вы в игре.

– Что же мне делать?

– Добиваться желаемого! Где ваш настоящий мужчина? Как он выглядит? Чем занимается? Какую одежду носит? Какой коньяк предпочитает? На какой машине ездит? Ну?! Будите свое воображение! Встряхнитесь! Перестаньте ныть и действуйте. Методика вам известна. Приемы я показал. Чего вы ждете?

За ширмой, где они разговаривали, стоял сизоватый сумрак. В медной чаше курился сандал. Вытянутые фигурки египтян хороводом теней кружили в пространстве.

– Я буду говорить банальные вещи, – продолжал Вернер. – Вам придется самой позаботиться о себе. Никто не сделает это за вас! Нарисуйте своего принца, чтобы он прискакал к вам на белом коне. Вернее, на дорогом автомобиле. Лошади вышли из моды, а принцы сменили амплуа. Их главное достоинство теперь не чистота крови и не благородство! Впрочем, вы не хуже меня разбираетесь в нынешних реалиях. Вы – дитя большого города, плоть от его плоти, частичка его ментальности. Вам и карты в руки…

Лариса молчала, потрясенная его словами. В такие моменты Вернер походил на существо из другого мира. А его кот Ра вызывал суеверную жуть. У него были глаза не животного, а какого-то чудища в кошачьей шкуре. Один шутник сравнил Ра с булгаковским Бегемотом, что вызывало у кота возмущенное шипение. Как будто он понимал человеческую речь.

– Ну-с, что вы решили? – донесся до нее вопрос Вернера. – Будете своим собственным провидением? Или собираетесь ждать чужой милости? А ведь ожидание может затянуться.

Ларису снедали сомнения. Она не высказывала их вслух, как и прочие члены группы. Все послушно выполняли указания Вернера, но никто не мог похвастаться удачным опытом. Порой у них мелькала крамольная мысль, не стали ли они жертвами обмана. Эту мысль каждый тщательно скрывал от остальных.

Однажды вечером Ренат Михеев подвозил ее домой на своей машине. И она спросила, что тот думает о Вернере.

«Скользкий тип, – ответил молодой человек. – Мутный до ужаса. У меня от него мурашки по коже бегают! А у вас?»

«Давай на «ты», – предложила Лариса. – Так проще».

«Согласен…»

«Что мы делаем в этом чертовом клубе?»

«Разгоняем тоску и спасаемся от депресняка! – непринужденно выпалил дизайнер. – Мурашки по коже лучше, чем апатия».

«Кто он на самом деле? Я имею в виду профессию Вернера».

«Я слышал, он – бывший скульптор. Ваял в египетском стиле. Говорят, его работы пользовались спросом у слишком узкого круга лиц, и мастер поменял квалификацию. Теперь он ваяет человеческие судьбы! Смело и оригинально».

«Это более легкий хлеб, – заметила Лариса. – Тем более что результат его ваяния практически невозможно проверить. В любом случае он выкрутится».

«В этом-то и фишка! Меня просто прет от Вернера… Вообще-то его зовут Август. Я нашел давний проспект его выставки, там и прочитал кое-что об Августе Вернере. Человек перечеркнул свое прошлое и начал все заново».

«Я бы не сказала, что совсем уж заново. Раньше Вернер лепил образы из глины или вырезывал из камня, а теперь он… лепит людей. Теперь мы – его материал! Ты, я… десятки таких же недовольных собой мужчин и женщин, которые не могут выкарабкаться из своих проблем».

«Тебя это коробит?» – ухмыльнулся Михеев.

«Иногда. В Вернере есть нечто демоническое. Тебе не кажется?»

«Хм… пожалуй, ты права. Он не просто говорит, оноказывает влияние! Может, Вернер учился гипнозу».

«Тебя не пугает его взгляд?»

«Ничуть! Он нарочно смотрит, будто удав. Не стоит придавать слишком большое значение его приемчикам…»

С этими словами Ренат резко крутанул руль, чудом избежав столкновения с маршруткой, притормозил и смахнул выступившую на лбу испарину.

– О чем вы задумались?

Голос Вернера заставил Ларису очнуться. Она растерянно моргнула. Перед ней сидел бритый наголо мужчина, с глазами слегка навыкат, прямым носом и твердыми губами. Под льняной туникой, обязательной для всех членов клуба во время занятий, проступал крепкий торс.

– Я… ищу образ…

– Ну-ну. Дерзайте, милая. Воображение и энергия – вот кирпичики, из которых можно построить все, что угодно.

Холодная улыбка озарила его лицо. Лариса поежилась. Ее проняло не столько от выражения глаз Вернера, сколько от интонации его голоса…

Глава 5

Дома Лариса застала Эдика. В кухне пахло подгоревшим маслом и тостами.

– Я приготовил тебе ужин, – с напряженной улыбкой сообщил он. – Купил грузинского вина. Ты любишь выпить на ночь.

– С чего ты расщедрился?

Эдика перекосило, но он взял себя в руки. Он терпеть не мог намеков на его скупость.

– Тебя кто-то подвез?

– Такси, – сказала она, бросив взгляд на сдвинутую занавеску. – А ты за мной следишь?

Кухонное окно выходило во двор, и в свете фонаря было отлично видно, как Лариса выходила из машины. К счастью, это действительно было такси, а не красная «Мазда» Михеева. Сегодня дизайнер уехал раньше, чем она успела переодеться и привести себя в порядок.

«Надо бы забрать у Эдика ключи от квартиры, – подумала она, глядя на накрытый стол. – Как это сделать, чтобы он не обиделся?»

– Садись. А то яичница стынет.

Лариса ела без аппетита, вспоминая беседу с Вернером.

– Что твои занятия? – спросил Эдик. – Долго ты еще собираешься ходить в этот клуб? Чем вы там занимаетесь?

– Групповухой! – разозлилась она. – Хочешь, присоединяйся! Я тебе предлагала.

– Платить бабки за то, чтобы какой-то мудак пудрил мне мозги?

– Значит, нет? Я так и знала. Ты правильно мыслишь, дорогой. Зачем зря тратиться?

– Я выплачиваю кредит за ремонт, между прочим.

– Да, конечно…

– Вижу, ты не в духе, – надулся он. – Клубный вечер не удался?

– Отстань, а?

– Слушай, в чем дело? Я после работы забежал в магазин, купил еды, все приготовил… ждал тебя…

Лариса выпила вина и попросила еще. Меньше всего ей сейчас хотелось выяснять отношения с Эдиком. Принесла же его нелегкая!

Горлышко бутылки звякнуло о край бокала. У Эдика дрожали пальцы. Возмущенный ее черной неблагодарностью, он осведомился:

– Так и будешь молчать?

Лариса глотала вино, не ощущая вкуса. Эдик наклонился вперед и коснулся ее плеча. Она непроизвольно дернулась, стряхнула его руку.

– Что случилось? Я опять не угодил?

– Прости… я очень устала…

– От групповухи?

– Именно!

– Вас заставляют выворачивать душу наизнанку? – скривился он. – Перед всеми? Как в обществе анонимных алкоголиков?

– Угадал. Сегодня была моя очередь. Я рассказала о наших с тобой разногласиях… в быту и в постели.

– Я тебя не устраиваю, как мужчина?

– Эдик, иди лучше домой. Я хочу побыть одна.

– Ты на взводе. Выпей, – предложил он, снова берясь за бутылку. – Сухое вино полезно для здоровья. Тебе нужно успокоиться.

– Уходи, по-хорошему прошу!

Ларисе казалось, что она не выдержит, сорвется и наговорит ему гадостей. А в чем он, собственно, виноват?

– Может, ты в секту попала? – не унимался Эдик. – Может, этот ваш гуру только прикрывается клубом? Тебе еще не велели отписать квартиру в его пользу? Что вам внушают на этих чертовых сборищах? Спасение в нищете и отказе от секса? Рай в шалаше? Может, вы скоро под землю зароетесь в ожидании конца света? Или устроите коллективное самосожжение?

– Что ты несешь?!

– А как мне понимать твои выходки?

– Клуб тут ни при чем, – огрызнулась она, сознавая отчасти его правоту. – Просто… мы с тобой не подходим друг другу.

– Ах вот что! До сих пор подходили, а теперь не подходим?

– Наверное, я с самого начала должна была сказать тебе…

– Вижу, тебе основательно промыли мозги, – покачал головой Эдик. – Совсем плоха стала.

– Промыли! Промыли! – вызверилась Лариса. – Поэтому оставь меня в покое!

Эдик заупрямился. Поведение любовницы сбило его с толку, но он не собирался сдаваться. Если бы он первый решил разорвать отношения, было бы проще. А позволить этой чокнутой бабенке прогнать его? Ну уж нет! Такого удара по самолюбию он не допустит.

– Я друзей в беде не бросаю.

– Оказывается, мы друзья? Я думала, мы иногда спим вместе…

– Что с тобой творится? Ты на себя не похожа. Какая муха тебя укусила?

– Ядовитая!

Лариса чувствовала волну негодования, которая несла ее прямиком на скалы. Она уже ничего не могла поделать. Пусть будет, что будет. Если суждено им с Эдиком разойтись, это произойдет рано или поздно.

– Ты переутомилась, – примирительно заявил он вместо того, чтобы стукнуть кулаком по столу или уйти, громко хлопнув дверью. – Давай возьмем отпуск, съездим куда-нибудь.

– Куда? В деревню к дедушке?

– Зачем в деревню? В Турцию слетаем. Или в Египет. Покатаемся на верблюдах, поглядим на пирамиды. Поживем в классном отеле. За мой счет!

Это предложение далось Эдику нелегко. Особенно последняя фраза. Он готов был пожертвовать деньгами, лишь бы его самолюбие не пострадало.

Лариса горько рассмеялась.

– Как же твой кредит?

– Обойдусь. В крайнем случае, займу у кого-нибудь.

– Ты приглашаешь меня в свадебное путешествие?

Она знала, как поставить Эдика на место. При слове «свадебное» у него начинался нервный тик. Дергался угол рта.

– Все женщины помешаны на свадьбах! Ты уже была замужем, Лара! Неужели опыт не пошел тебе впрок? Опять грабли? Вечные грабли!

– Зато ты не был женат, – парировала она. – Тебе тоже необходимо приобрести этот незабываемый опыт.

– Уволь. Я не желаю повторять чужие ошибки.

Они поссорились. Осыпали друг друга упреками, обвиняли, нападали. Лариса пожалела об этом, когда закрыла за Эдиком дверь. Неужели нельзя было расстаться мирно? Выплеснуть негатив еще не значит избавиться от него.

Завтра повторится то, что обычно происходит между ними после серьезных размолвок. Эдик выдержит паузу, потом позвонит, будет каяться, просить прощения, давать заведомо невыполнимые обещания. Она покажет характер, потом даст слабину и сдастся. Все вернется на круги своя.

Появись у нее новый ухажер, не чета Эдику, – дать тому от ворот поворот было бы куда проще. Она не задумывалась, какие мысли одолевают его, сидящего в полупустом вагоне метро. Какие зароки он дает себе, какие планы мести строит.

Лариса легла, но спать не хотелось. На душе было тревожно, как перед экзаменом. Примерно так же она чувствовала себя накануне замужества. Словно в преддверии чего-то неизбежного и пугающего. Тогда ее надежды не сбылись, ожидания не оправдались. Почему это происходит с ней? Она плохо разбирается в людях или не знает, чего хочет?

«Грабли! Вечные грабли!» — звучали в ее ушах слова Эдика.

Лариса вздохнула и повернулась на другой бок. От неизбывной глухой тоски разрывалось сердце.

Сон не шел. Она решила выпить чаю. Недоеденный ужин напомнил ей ссору с любовником. На столе не убрано, посуда не вымыта.

– Ну и черт с ним…

Эта фраза не имела конкретного адресата. Она была направлена в пустоту, откуда не могло прийти ответа на крик души. Впрочем, Вернер внушал своим подопечным обратное. Именно пустота – источниквсего.

Взгляд Ларисы остановился на початой бутылке «Цинандали». Наглотавшись вместо черного чая белого вина, она уселась за ноутбук. Открыла игровой сайт. Посидеть в чате, что ли? Пожить в виртуальном мире, если реальный не отвечает ее чаяниям?

Аватар Ларисы не соответствовал ее истинному образу. Очкастая девица в джинсовом сарафане – этакий Синий Чулок, – которая общается на книжные темы и делает ученые комментарии, на удивление, пользовалась популярностью. С ней охотно беседовали. Ради прикола, вероятно.

Лариса и сама была не прочь поприкалываться. Она много читала, и это ей пригодилось.

«Эдик терпеть не может книги, – подумала она, отвечая какому-то ярому поклоннику Шекспира. – Он признает только бесконечные медицинские сериалы. Мечтал стать кардиохирургом, а вынужден лечить зубы. И это очень хорошо. Какой из него хирург? Пусть лучше по ящику смотрит, как делают операции. Меньше будет смертей среди пациентов».

Если бы Лариса сказала ему об этом, он бы страшно обиделся. Поэтому она помалкивала. Ее вдруг осенило, что она гораздо лучше знает, какимне должен быть мужчина, чем каким она хотела бы его видеть.

– Вернер прав на все сто…

Она взялась мысленно создавать своего героя, отчаялась и перешла к просмотру мужских аватаров в игре «Миражи». Таких оказалось много, но практически никто из 3D персонажей не отвечал ее требованиям в полной мере.

Лариса поняла, что нужен компромисс. Она остановилась на одном из тех, кто больше всего смахивал на ее размытый идеал. Это был крутой Мачо в модном прикиде, который согласился пообщаться с новой знакомой, несмотря на поздний час…

Глава 6

Зоя сидела в машине и наблюдала, как за окном движется силуэт ее молодого любовника. Она не верила Ренату и следила за ним. Клуб «Иди за мной!», где он проводил два вечера в неделю, казался ей подозрительным заведением.

Каждый, кто вольно или невольно оказался вовлеченным в эту темную историю, стал немножко детективом. В меру своих способностей.

Зоя навела справки об основателе клуба Августе Вернере. Ее поразило, что бывший скульптор решил заняться духовной практикой. С чего бы это? Его работы, которые удалось отыскать в каталогах частных коллекций, были не актуальны. Кому сейчас нужны все эти подернутые прахом древности? Богам Египта с головами птиц, жуков, коров, шакалов и прочим звероподобным существам нет места в современном мире.

Похоже, Вернера поглотило его увлечение мистикой. Он возомнил себя жрецом какого-нибудь таинственного культа и начал вербовать психически неустойчивых людей в свою престранную компанию. Зою никогда не тянуло к подобным темным личностям, но она не могла позволить Вернеру отнять у нее Рената. А все к тому идет.

В конце концов, ей нет дела до той разновидности безумия, которой страдает Вернер. Но судьба Рената ей небезразлична. Она будет драться за свое счастье.

Вчера Зоя посетила Вернера и прошла собеседование. Она не собиралась становиться членом клуба, – ей хотелось поговорить с этим человеком, посмотреть ему в глаза… прощупать, чем он дышит. Визит оказался неприятным.

Вернер выглядел непроницаемым, зато Зоя чувствовала себя, как уж на раскаленной сковороде. Заготовленные вопросы вылетели у нее из головы под взглядом бывшего скульптора, в груди похолодело, губы не слушались. Она что-то мямлила, он криво улыбался. Она дергалась, краснела и бледнела, он сидел невозмутимо, как статуя. Разговор зашел в тупик.

«Зачем вы пришли? – осведомился Вернер. – Что вам от меня нужно?»

«Я… я слышала… вы помогаете людям… достигать внутренней гармонии…»

«Вас ввели в заблуждение. Я всего лишь помогаю людям осуществлять мечты!»

Зоя невольно подумала, о чем мечтает она. У нее все есть, кроме любви. Годы уходят, семья давно распалась. Она встретила Рената, но их отношения далеки от совершенства. Он моложе ее, а разницу в возрасте никуда не денешь. Она пытается привязать Рената к себе деньгами, что унизительно и для него, и для нее.

«Вам не помешает открыться и дать волю чувствам, – заметил Вернер. – Вас что-то гнетет. Вы подавлены, измучены сомнениями. Не хотите облегчить душу? Быть может, я дал бы вам толковый совет!»

Зоя молчала, глядя на его бритый череп, блестящий в свете лампы, и вспоминала недавнее происшествие. Она видела, как Ренат вышел из клуба вместе с женщиной и та села к нему в машину. Зоя ехала следом, словно в бреду, ее глаза застилали слезы. Она допускала, что Ренат посещает клуб не просто так… но убедиться в этом воочию было больно.

Зоя не имела опыта слежки, отстала и потеряла из виду «Мазду» любовника. Ей предстояла бессонная ночь и ужасный день. Она сумела обуздать свою ревность и не устроила Ренату допроса, понимая, что этим только приблизит конец.

Зоя боялась скандалов, которые погубили ее брак. Будь она терпимее, возможно, семью удалось бы сохранить. После развода Зоя одна воспитывала сына. Парню исполнилось тринадцать, он начал дерзить, прогуливать уроки, допоздна пропадать на улице. Зоя переживала, но к бывшему мужу за помощью не обращалась. Тот тоже не рвался общаться с ребенком. По сути, они давно стали чужими друг другу.

Когда появился Ренат, Зоя оттаяла, обрела надежду. Для нее еще ничего не кончилось! Она еще не исчерпала ни любви, ни страсти. Ее весна запоздала, и на пороге – жаркое лето. Зоя с головой окунулась в нежданный роман. Отрезвление пришло внезапно и причиняло ей страдания, с которыми нельзя сравнить разрыв с мужем. Тогда она была моложе, сильнее духом, стремилась доказать, что выстоит, наладит бизнес и покажет «бывшему», кто есть кто.

Бизнес сложился, а личная жизнь – нет. Должно быть, Зоя преуспела в делах за счет своего досуга, своей женственности и своих чувств, которые приходилось подавлять. Теперь она обеспеченная успешная дама, только очень одинокая. Золотой середины найти не удалось. Да и существует ли эта пресловутаясередина?

Этим вечером Зоя пригласила Рената на ужин в ресторан, надеясь, что он отменит поход в клуб. Увы! Занятия с Вернером оказались для него важнее, чем любовное свидание. Бритый наставник подчинил его себе, сделал игрушкой в своих руках.

– Я хотела бы ошибиться… – прошептала Зоя, уставившись на окна квартиры, где она испытала с Ренатом сладчайшие часы и минуты.

От Вернера веяло чем-то непостижимым и страшным. Его кот обошел Зою кругом, бросая презрительные взгляды. Животные не умеюттак смотреть. Кот, как ей показалось, сделал некий вывод, мотнул хвостом и удалился.

Зоя до сих пор ощущала его незримое присутствие. Словно он свернулся калачиком на заднем сиденье ее «Хонды» и заунывно мурлыкал. Она несколько раз оглядывалась, пока не разозлилась на себя. Вместо того чтобы сидеть в машине, давно пора подняться к Ренату и поговорить. Плевать, что на часах скоро полночь…

– Ты? – удивился он.

– Я! Разве не видно? Будешь держать меня на лестнице?

– Что-то случилось?

– Ничего! Просто соскучилась…

Ренат пропустил ее в просторную прихожую, оклеенную светлыми обоями, помог снять плащ. На его лице застыло недоуменное выражение. Время позднее, о встрече они не договаривались. Являться без приглашения было дурным тоном.

– Чем занимаешься? – с напускной веселостью осведомилась она.

– Медитирую.

– Тебя этому в клубе научили?

– Допустим…

– Ну и как? Получается?

– Честно? Не очень. Надо ждать полнолуния.

Зоя прошла в гостиную и уселась в кресло, скрестив красивые длинные ноги. Ей бы скинуть годков двадцать, он бы, пожалуй, влюбился.

– Я беспокоюсь за тебя. Какой-то ты странный стал, Ренат. Уже двенадцать, а ты не спишь…

– Я привык поздно ложиться. Люблю работать по ночам, как тебе известно.