Придет осень, за все спросит

Глава 4

Прошло какое – то время, прежде чем баба Маня вышла во двор и из-под лобья наблюдала, как дворник Фенька чистит дорожки после метели. В тёплых валенках, в старом коричневом пальто, на голове синий шерстяной платок. Ей совсем не нравился этот мужичок. И лопату он держит неправильно и махает ею не профессионально и снег бросает не туда.

– Ну что ты творишь, бездарь, ну что творишь? – бранилась бабка Маня на Феньку. – Ты вот вроде из деревенских, а не знаешь, как работать лопатойа. Хоть бы вам в ЖКХ какую- нибудь инструкцию выдавали по уборке снега. А то бросаете куда попало, а там и пройти нельзя!

– Ну что вы всё лезете куда вам не надо? – сокрушался дворник. – Везде нос суете. Всё вам не так, всё во не эдак. Идите домой телевизор смотреть. И не портите людям рабочий день!

– Эх, да за тобой не следить, ты работать перестанешь! Вот на прошлой неделе по углам мусор валялся, а ты не убирал – ждал когда побольше наберётся!

– Ну правильно. – ответил Фенька. – Спины не хватит наклоняться, если каждый ребёнок будет фантики бросать, а пьяница бутылки. А еще всякая бабка будет кричать на каждом углу что мне делать, а что нет! Иди давай, не мешай работать, займись чем-нибудь. На пенсии сидишь, времени полно, не знаешь с кем поругаться?

Бабка пригрозила дворнику пальцем:

– Ну смотри, касатик, доведёшь ты меня. Я тебе устрою! Я на тебя жалобу накатаю!

Фенька огрызнулся:

– Да пошла ты, старая!

Бабка буркнула себе под нос и скрылась в подъезде. Она долго сидела на кухне и наблюдала через окно за работой недотепы:

– Ну я тебе устрою! Узнаешь меня! Эх, я тебе задам!

Вечером того же дня бабка Маня прогуливалась вдоль оврага и бормотала себе под нос :

– Ну что, лежите, касатики? Ну лежите! Так вам и надо! Скоро третий к вам придёт. Тоже задирался и попался!

В дремучих зарослях кустов под снежными сугробами торчали чёрные куски строительных мешков.

– Довели меня. Вот и лежите теперь. В сырой земле.

Остановившись справа от мешка, бабка Маня запречитала:

– Эх Зоя, Зоя! Ну зачем ты мне нервы трепала? Зачем Тимофея моего увела, когда мужики за тобой табунами гонялись? И жила лучше меня, одевалась моднее, вот и доигралась. Сидела бы тихо, никто бы тебя не тронул. Сейчас бы дома чай с конфетами перед телевизором пила! Так тебе и надо!

Отошла от первого мешка, подошла к другому:

– Эх и дурная же ты была девчонка! Сколько ещё бед людям принесла! Хорошо хоть бабка Маня тебя вовремя на тот свет отправила. Нисколько не жалко таких девчонок..

Старуха ещё немного постояла молча и, замёрзнув на морозе, отправилась в обратную сторону.

Ночью бабка Маня всегда спала хорошо. Кошмары её не мучили. Снилось лето, ромашки и лес у реки. Деревня родная снилась…

Следующим ранним утром бабка Маня вышла подышать свежим воздухом. Ей на пути, спотыкаясь, встретилась молодая женщина с соседнего подьезда. Её лицо выражало глубокую скорбь. Красные глаза говорили о том, что девушка много плакала и не могла смириться со своим горем.

– Катька, ты что ль? – усмехнулась бабка Маня.

– Здравствуйте… – на бегу поздоровалась соседка, не глядя.

Бабка Маня поправила синий платок на голове и спустила его почти до бровей, потом из- под лобья взглянула на девушку и пробормотала:

– Здрасьте, здрасьте. Забор покрасьте… Иди давай, а то опоздаешь… Стерва…

Последние слова Катька не слышала, она была уже далеко – почти у автобусной остановки.

– Вот дура баба, – бормотала Меня. – нагуляла от женатика. А потом ещё и ревет, что дите пропало. Без дитя-то тебе намного лучше. Вот у меня нет детей и не надо, живу для себя.

Сзади послышались шаги и скрипучая лопата отмахивала снег в огромную кучу.

Бабка злобно обернулась:

– Опять ты, Фенька, людям спать с утра не даёшь!

Дворник простодушно ответил:

– А вам- то чего не спится? Лежали бы в постели и горя бы не знали.

Бабка замычала:

– А с чего ты взял, что я горя знаю? У меня и горя то никакого нет. У тебя будет, если ты своими кривыми руками нормально убираться не станешь!

Дворник усмехнулся:

– Эх и злобная ты бабка! Кто ж тебя так, родимую, обидел, что ты на всех, как злая собака кидаешься?

Мимо проходил слесарь из ЖКХ Федор Жмыхов:

– Вы что тут опять воюете друг с другом? Бабка Маня, иди ты уже, не нервируй нашего Феньку. И так у него проблем куча, ты ещё тут лезешь!

Бабка огрызнулась:

– А ты мне не указывай, Федька! Вот ещё нашлась два сапога пара – Фенька и Федька! Я и без вас найду, чем заняться!

– Вот и иди отсюда! – пригрозил ей Феня.

– Ну погоди, – разозлилась бабка Маня, – я тебе, Феня, такое устрою. Я тебя проучу! Ты у меня будешь кровью истекать. А я буду над тобой стоять с топориком и усмехаться!

Фёдор удивился:

– Вот дура, баба! Что лопочет? Совсем рассудок потеряла!

Бабка Маня скрылась в своей квартире и глубоко задумалась, как ей теперь быть, что ей с этим Фенькой делать? Как его заманить к себе в квартиру без свидетелей…

Дождалась старуха, когда Федя Жмыхов уйдёт в контору и кричит дворнику в окно:

– Эй, Фенька! У меня воду прорвало в туалете, скорее беги сюда, надо воду закрыть, у меня сил нет! Я тебе дверь открыла, давай забегай скорей!

Фенька решил предупредить по телефоу контору, что у бабки Мани из седьмого дома воду прорвало и лишь потом отправился к ней в подъезд.

– Я сейчас подойду к тебе на подмогу! – крикнул в трубку слесарь Фёдор. – Перекрой воду, а я приду починю.

– Хорошо. – согласился Фенька и поспешил к бабке Мане на третий этаж. По пути встретилась соседка Тася. Она жила этажом ниже, как раз под бабкой.

– У вас вода с потолка не течёт? – спросил дворик у соседки.– У бабки Мани воду прорвало.

– Ой! – испугалась Тася.– Пойду посмотрю! Ничего вроде не было.

И побежала на второй этаж в свою квартиру.

– Странно. – вслух подумал Фенька, поднимаясь на третий этаж. Дверь уже была отварена. Бабка Маня ждала его с нетерпением.

Дворник осторожно вошёл в коридор и не услышал шума воды, который должен был присутствовать при порыве.

– Бабка Маня, ты где? – спросил он, неуверенно подходя к туалету. – Я пришёл воду перекрывать!

Бабки нигде не было. Он открыл дверь туалета. Ну и там никакого порыва воды не оказалось.

– Вот старуха! Обманула меня! – вслух произнёс дворник.

Мужчина прошёл в сапогах на кухню, затем последовал в спальню и тут из дверей на него замахнулась топором бабка Маня.

В этот момент в квартиру вошла соседка Тася, чтобы сказать, что с потолка у неё вода не течёт и от ужаса закричала:

– Спасите! Убивают!

В квартиру следом за Тасей забежал слесарь Федор Жмыхов и силой отобрал у бабки Мани топор. Она успела им ударить дворника по голове. Удар получился не сильный, поэтому не смертельный. Федор наклонился к Феньке, чтобы проверить пульс. Дворник дышал.

– Быстро вызывайте скорую и полицию! – крикнул Фёдор соседке и та побежала на свой этаж за телефоном.

– Ну всё, бабка! – прошипел слесарь. – Вот ты и доигралась! Совсем крыша поехала? Хорошо, что меня Фенька предупредил, что к тебе пойдёт, а так бы и не узнали. Убила бы и дело с концом!

Бабка стояла неподвижно, невозмутимо. Её совсем не терзали муки совести. Старуха сунула руки в карманы пальто и опустила глаза.

– Он сам виноват. На нервы мне действовал. – холодно произнесла старая женщина.

– А что теперь всех, кто на нервы действует – убивать надо? – смехнулся слесарь.

Полиция и «скорая» приехали быстро. Феньку увезли в больницу.

Когда бабка вынула руки из карманов, оттуда вывалился билет и полицейский ловко его подобрал и передал дознавателю…

– А вот это уже интересно.– произнес молодой человек в форме.

С соседних квартир позвали понятых. Среди них оказалась девушка с соседнего подъезда. Она случайно увидела на подоконнике плюшевого медвежонка своей дочери и в ярости вцепилась в старушку:

– Откуда у тебя игрушка моей дочери? Признавайся, это ты ее убила? Где ты ее спрятала?

Бабка Маня призналась полиции, что недалеко в овраге скинула два строительных мешка.

– Да как же ты могла? – ревела мать погибшего ребёнка.– Полгода прошло. Мы же с тобой каждый день виделись, здоровались. Как ты живешь с этим? Кошмары не мучают?

Бабу Маню и понятых повели к оврагу, где обнаружили два строительных мешка.

Вы не представляете как тяжело матери на опознании мёртвого тела своего ребенка. Мать не верила до последнего, когда на ее глазах раскопали из – под снега черный полиэтиленовый мешок, в котором лежали останки ее дочери.

– Этого не может быть! – убивалась мать, когда развернули пакет и вынули детское тело.

Криминалистам нужно было знать наверняка:

– Мы понимаем, как вам сейчас тяжело, но проверьте, ваш ли это ребенок?

Женщина в истерике, с мокрым лицом присела возле мешка и дрожащими руками потянулась к почерневшему холодному телу. Если бы трагедия случилась в теплое время года, тело было бы труднее опознать. Под снегом тело прекрасно сохранилось. Все это время бабка Маня стояла рядом и молча наблюдала за происходящим.

Мать судорожно убрала с синего лица дочери темные пряди детских волос и вскрикнула от увиденного. Она узнала свою доченьку. Обхватив ее милое личико, будто уснувшее в ночи, мать завыла от боли:

– Зайка моя! Дочурка! Прости меня! Я тебя не углядела! Божечки мои, как тварь могла такое сделать с тобой? Почему она до сих пор жива, а моя доченька мертва? Я сама тебя убью, бабка! Честное слово, мне уже все равно!

Мать встала на ноги и побежала с кулаками на Марию Русачеву..

Молодую женщину с силой удержали и отвели к карете скорой помощи. Медики ввели ей успокоительное.

Бабка Маня сухо объяснила дознавателю:

– Эта мерзкая девчонка мне язык показывала! Я сидела на скамейке, а она с мамашей шла в садик мимо меня. И каждый раз высунет язык в мою сторону и рожи корчит. Разве такое издевательство можно выдержать? Вот и у меня терпение лопнуло!

Понятые от слов старой женщины не могли стоять спокойно. Как этот человек, который жил по соседству с ними, мог сотворить такие ужасы? Ведь они видели ее каждый день на лавочке у своего подъезда. Обычная старушка, каких множество по разным дворам.

Раскопали второй мешок. Вынули старое тело женщины.

– Кто это? – строго спросил следователь.

– Зойка Кузыкина. Одноклассница. Приезжала в гости ко мне.

– Откуда? Зачем?

– Откуда не помню.

– Это ее билет? – спросил дознаватель, протягивая выпавший билет.

Старуха молча кивнула.

– Значит преднамеренно убили ее?

– Обидела Зойка меня в юности. – объяснила баба Маня, поджимая тонкие губы.

– А в чем подруга ваша виновата? – допрашивал ее следователь.

Баба усмехнулась:

– Да какая она мне подруга? Увела Тимофея моего… А потом замуж за другого вышла. Не нужен он ей был. Так, побаловалась. А я его любила! И не достался он ни ей, ни мне..

– Так зачем убивать надо было? – не понимал следователь. – Это дело прошлых лет. Простить и забыть! Обычно так нормальные люди поступают! Кого еще убила? Кого нам здесь еще раскопать?

Пожилая женщина пожала плечами и опустила голову:

– Больше никого не убила. Не успела…

Следователь пристально посмотрел старухе в глаза:

– Поверьте, для вас сначала суд будет здесь на земле, а потом там наверху… Не боитесь Судного дня?

Старуха поджала губы и отвернулась.

Марие Русачевой предъявили обвинение и спросили в зале суда:

– Жалеете о содеянном?

– Нет.– сухо ответила старуха.– Жизнь свою, как могла, прожила. Ни о чем не жалею… Поделом им!

– А помирать не страшно будет? Ада не боитесь? Кары небесной?

У бабки Мани задрожала нижняя челюсть. Предполагала ли старуха, что и ей придется предстать перед Богом?

Несмотря на пожилой возраст, Мария Русачева заканчит жизнь за решеткой, потому как за свои действия человеку придется отвечать.

Вот так живешь среди хороших людей, а потом бац и попадается какая – нибудь гнида…

За каждый поступок, в зависимости от его характера, следует поощрение либо наказание и от него не отвертеться…

Глава 5

На предприятии, в котором Кристина работала, девушка улучила свободную минутку, чтобы завести обычный девичий разговор с подругой. Они уже встречались за обедом в тесной комнатушке, называемой рабочей кухней, в которую сотрудники по очереди приходили, чтобы разогреть в микроволновке пластиковые ёмкости с холодной едой. Кристина и Лиля обычно приносили баранки или печеньки к чаю.

– Ну как дела? – тосливо спросила, Кристина. Ей хотелось уйти с работы пораньше.

– Да как обычно, а у тебя? – ответила Лиля – барышня роскошных размеров. Её чёрные длинные волосы развивались за спиной подобно крыльям падшего ангела.

– И у меня, как всегда. Ездила к своей бабуле. А как поживает та сумашедшая бабуля на твоей лестничной площадке? – поинтересовалась Кристина.

Фигура Кристины выглядела гораздо стройнее и изящнее, что м у подруги.. Вместе они смотрелись, как два сапога разных размеров. Один тридцатого размера, а другой – сорок пятого…

– Как обычно ведет ритуальные танцы.. – ответила Лиля, которая любит вкусно поесть…

– Ну, расскажи про неё. – не унималась Кристина, больше похожая на крохотную птичку пичугу, поющую на тонкой ветке ивы.

– Знаешь, не хочу про неё рассказывать. – Лиля явно мечтала, чтобы от неё отстали с этими распросами. – Я только на работе забываю о её существовании. Она просто меня бесит, я устала смотреть по камерам, что ещё она вытворит на этот раз… Чем только она не мажет нам ручки дверей…

– Мне так интересно. – засмеялась Кристина. По виду девушка казалась наивной и глупый. – Давай сегодня после работы посидим у тебя и понаблюдаем за ней по камерам?

Лиля удивлённо подняла брови. Брови у неё были роскошные, широкие, чёрные. Как вихрь вздымались к небесам.

– Тебе заняться больше нечем, подруга? Лучше бы парня себе нормального нашла.

Кристина продолжала вести себя как маленький неугомонный ребёнок:

– Да ладно тебе, ну пожалуйста, пожалуйста, пойдём к тебе! Посмотрим за старушкой. Я хочу её увидеть! Ты всё время о ней говоришь и никогда не показываешь. Мне страшно, но я хочу взглянуть на нее..

Лиля в этих дружеских отношениях была зрелым и мудрым человеком. Поэтому понимала, что подруга от неё не отстанет. Глубоко вздохнув, она сделала такое лицо, которое говорило само за себя:

– Уф ладно, ты меня уговорила!

– Ура! – захлопала в ладоши Кристина и обняла подругу. Ей снова удалось сломить несокрушимую скалу.– Ты у меня самая лучшая!

Лиля подняла глаза к потолку. Ну сколько это может продолжаться? Скорее всего Кристина так и останется маленькой трепетной птичкой, которая всего боится.

– Вот дурочка! – вслед ей пропала Лиля.

Девочки разбежались по делам. Работа не особо устраивала Кристину и Лилю, но другого варианта к сожалению не нашлось. Каждая из них в мечтах представляла, что со временем будет возглавлять какой- нибудь отдел или организацию, но к сожалению на долгие годы застряли в своей низкой должности и при низкой заработной плате. Иногда время на работе бежало быстрой струёй ручья, но чаще всего оно тянулось, как тягучая древесная смола.

Через неопределённое время девушки встретились, но уже у выхода. Наконец-то рабочий день закончился и подруги поспешили на вечерний трамвай. С тёмного неба плавной походкой опускались узорчатые снежинки и таяли на верхней одежде прохожих. Многолюдный трамвай, на который успели девчонки, повёз их в старую часть города.

Лиля жила во дворе – колодце. В гулком замкнутом пространстве, из которого казалось не было выхода, только в небо. Сам дом почти под снос, но его наружняя архитектура впечатляла. А внутри в подъезде всё было в плачевном виде – обшарпанные стены, сломанные ступени, в трещинах потолки, измождённые деревянные перила. Только новенькие железные двери квартир выглядели достойно.

Поднялись на четвёртый этаж. На лестничной площадке находились три квартиры. Кристина указала на дверь напротив и тихо прошептала подруге в ухо:

– Здесь живет сумасшедшая старуха?

Лиля кивнула в ответ и вставила ключ в замочную скважину.

– Так вот где это камера! – заметила Кристина, глядя на чёрный пластиковый кружочек вместо глазка.

– Да тише ты, не ори! А то узнает и выбьет нам единственное доказательство.– пригрозила подруга шёпотом.

Дверь открылась и Все Кристина вошла в квартиру подруги.

– А она часто выходит на площадку? – на ходу, снимая пальто, спросила любопытная Кристина. – Примерно в какое время это происходит?

Хозяйка убрала пуховик в прихожую, прошла на кухню и поставила чайник с водой на плиту:

– Как у неё крыша съезжает, тогда и происходит. – усмехнулась девушка.

Кристина открыла рот от изумления:

– А ты можешь мне сейчас показать записи, которые произошли за сегодняшний день?

Лиля устало подошла к экрану и нажала на кнопку:

– Мне и самой интересно, что она сегодня вытворяла пока меня не было дома.

Хозяйка включила видео и девушки замерли. Сначала на экране ничего не происходило, и тогда Лиля нажала на быструю перемотку, пока дверь напротив, не отворилась и оттуда вышла старушка с белыми длинными волосами, в цветастой пижаме.

– Стоп! – сама себе приказала хозяйка квартиры и нажала на кнопку, чтобы видео шло своим ходом.

– Ох! – воскликнула Кристина и не моргая, смотрела в экран.

На экране появилась бабка Вера, которая начала выполнять движения, похожие на выпады фехтовальщика. Будто в руках она держала острую саблю и размахивала ей в разные стороны.

Старушка ежедневно демонстрировала утренний ритуальный танец на лестничной площадке между трех квартир. Иногда обрызгивала железные двери неизвестныой жидкостью из пластиковой бутылки. Часто мазала ручки входных дверей своими испражнениями. Подкидывала трупики мышей и крыс. Чем занималась бабка Вера целыми днями в своей однокомнатной квартире было неизвестно, но то, что она вытворяла на лестничной площадке, знал весь подъезд.. Очевидно, что у бабули давно поехала крыша и ее место в палате больницы. Почему то ее не торопились туда отвозить… Видимо, мест свободных нет. Как приспособиться жить с такой невменяемой старой женщиной это уже другой вопрос. Её старались не замечать. Её обходили стороной, не здоровались. Потому что общаться с полоумной было для себя дороже.

– Мне её жалко. – грустно произнесла Кристина.

Лиля злобно усмехнулась:

– Ну если жалко – забери её себе!

– Ой, ладно, не надо быть такой жестокой, а вдруг это случится с нами на старости лет, вдруг ты и я тоже станем сумасшедшими и будем для своих соседей делать всякие гадости на лестничной площадке?

Лиля взглянула на подругу так, как будто не понимала о чём речь:

– Мы никогда с тобой такими не станем, поняла? Даже не думай об этом. Лучше пошли пить чай, чайник вскипел.

– Ой, да ладно! – махнула рукой Кристина. – От такого никто не застрахован. Вот если с тобой такое случится, неужели я отвернусь от тебя и не буду ухаживать?

Лиля, наливая чай по кружкам:

– Если со мной такое случится, отправь меня сразу в психбольницу, там мне будет самое место, и не беспокойся, за мной будут ухаживать.

– У меня, кстати, шоколадка в сумочке есть. – вспомнила Кристина и полезла за вкусняшкой.

Две чашки горячего чая и плиточная шоколадка посередине стола ждали, когда люди приступят к трапезе.. За окном мела метель, а в квартире тепло и уютно.

– Лиль, можно у тебя переночевать? – спросила Кристина. – Что – то сегодня не хочется идти домой.

– Да, без проблем! – ответила подруга.

– Вот до чего ты добрая душа! – улыбнулась Кристина. – Ты самая лучшая!

Девушки легли спать на диван и тут среди ночи, когда Кристина уже почти уснула, на лестничной площадке раздался жуткий треск разбитого стекла.

– Ну вот, приехали! – очнулась Лиля и встала с постели. – Я так и знала, что сегодня ночью без приключений не обойдётся!

Кристина вздрогнула от испуга:

– Что это?

– Ну как всегда, наша любимая соседка! – ответила Лиля и подошла к экрану монитора.

– Боже, как ты здесь живёшь? – испугалась Кристина.

– Ну ты даёшь, подруга! – рассмеялась Лиля. – Ты же её жалела, хотела забрать к себе.

– Нет, я не хотела её забрать. Она всегда по ночам шалит?

– Иногда бывает. – вздохнула молодая хозяйка квартиры.

– Ну что, будешь смотреть? Что она там выбросила на этот раз?

Кристина осторожно прошла по коридору и с любопытством посмотрела в прямоугольный экран.

– А кто будет убирать стекла после неё?

– Ну кто? Кто пораньше встанет, тот и уберёт. – объяснила Лиля. – Ну точно не мы! У нас завтра выходной, мы можем позволить себе выспаться. Так что, давай спать.

– Ты думаешь, я теперь усну? – дрожащим голосом прокомментировала испуганная девушка.

– Ну, как хочешь.. – простодушно ответила хозяйка квартиры и снова улеглась в постель, как будто ничего страшного не произошло.

Кристина испуганно последовала за ней и, укрывшись с головой под одеяло, постаралась заснуть крепким сном.

– Лишь бы этого не повторилось, лишь бы этого не повторилось … – как молитву шептала себе в подушку Кристина и потихоньку уснула.

Глава 6

Едва открыв ранним утром глаза, Кристина вспомнила о сумасшедшей бабке на лестничной площадке. Какое-то отвратительное мерзкое чувство возникло в душе наивной девушки. Так не должно быть, чтобы люди страдали сами из – за своего психического расстройства и заставляли страдать окружающих. Далее её мысли переключились на родную бабушку Лиду, которой она обещала помыть полы.

– Лиль, ты не обижайся, ладно, я побегу! – сказала Кристина виноватым голосом, на ходу одевая пальто.

Лиля всё ещё лежала в постели и сквозь сон пробормотала:

– Счастливого пути… Только будь аккуратней на лестничной площадке… Там могут находиться осколки стекла и дверную ручку осмотри прежде, чем схватишься за неё… И захлопни за собой дверь…