Мастер Миража. Часть 2

Корн традиционно брал своего черного холеного, блестящего и невероятно красивого коня. Это был конь для прогулок, для праздничных шествий. Боевой конь был серый, своенравный, очень выносливый и сильный.

Итак, девушка вошла в большую конюшню и стала выбирать коня. В глубине души она хотела белого коня. Белый конь нашелся, и Шейра радостно указала на него.

Нил, приготовь белого коня – приказал Корн в глубину длинной и, казалось бы, пустой конюшни.

Откуда-то вышел Нил, он вытирал руки полотенцем и улыбался. На нем были простые брюки и рубашка. Он высок, строен и силен. Темные волосы, карие глаза – далекий образ любимого вновь появился перед внутренним взором девушки. Нил был немного даже похож на него. Только он не был смуглым.

Лучи Ранатаны светили сквозь окно на самом верху конюшни и в их свете, волосы Нила казались мягкими, светящимися. Он как-то естественно, но с достоинством поклонился королю. Шейра невольно залюбовалась им, залюбовалась его крепкой фигурой, и ей показалось, что у нее перехватило дыхание. Королевский конюх был именно тем, которого она видела в детских снах.

Он посмотрел на нее и тотчас отвел взгляд. Шейре показалось, что он тоже что-то почувствовал.

Целую неделю девушка мучалась – она хотела пойти на конюшню и посмотреть на этого красавца еще раз. Может, она ошиблась в своих чувствах?

И, наконец, она решилась.

Я хочу сходить на конюшню. Посмотреть на мою белую лошадь – сказала она своей охране.

Конечно, госпожа. Идемте – последовал ответ.

«Так все просто?» – успела подумать девушка и почти побежала к конюшне.

Ждите меня здесь – приказала она.

Охрана покорно осталась за дверями конюшни. Шейра бежала вдоль ряда лошадей и искала конюха. Неожиданно она столкнулась с ним.

Они стояли и смотрели друг на друга.

Куда вы так бежите, госпожа? – наконец, спросил Нил и широко улыбнулся.

К тебе – еле переводя дыхание, ответила она.

Расчет не всегда оправдывается.

Корн в ярости швырнул маленький чайник редкой работы об стену своей комнаты. Чайник разбился, и осколки рассыпались по всей комнате.

Охрана стояла, потупив глаза в пол. Только что они рассказали ему, что Шейра и конюх Нил уединялись на сеновале.

Что нам делать? – задал вопрос один из охранников.

Ничего – сверкая глазами, ответил Корн.

Но… – попытался возразить охранник.

Ничего не делать! Вы слышали меня? – прикрикнул король.

Его кулаки были сжаты, глаза, казалось, метали молнии. Охрана поклонилась и быстро ретировалась из покоев короля.

Корн подошел к окну и высунулся наружу. Теплый ветер трепал рыжие вихри волос. Он успокоился и теперь думал о том, что не тронет Нила. Пусть все будет так, как есть. Шейра успокоится со временем, ибо теперь, при наличии посредника, она родит ему детей. Дети образумят ее.

И он не ошибся. Почти сразу Шейра забеременела. Дождавшись этого, Корн решился сказать ей, что скрываться ей больше нет смысла.

– Я знаю о твоем любовнике – сказал он ей, когда снова пришел к ней в спальню.

Шейра подняла на него испуганные глаза.

– Не бойся – Корн рассмеялся – я его не трону. Он отлично выполнил свою роль посредника. Вот увидишь, ты родишь рыжего ребенка. Моего ребенка. Таков закон крови.

– Какого посредника? – Шейра похолодела.

– Спроси своего любовника. Он тебе расскажет про закон крови.

Корн мог бы сказать ей, что чуть позже он заплатит конюху, найдет ему богатую жену и сошлет в другой надел, но не стал говорить. Жена должна выносить и родить ребенка спокойно. Нервничать ей не нужно.

Пришел срок, и Шейра родила двух рыжих близнецов. Оба рыжие, как Корн. Король смотрел на малышей – они были так похожи друг на друга Они улыбались этому миру, а Корн улыбался им.

Вы самое главное, что у меня есть – сказал он им. Если ваша мама счастлива с другим, то пусть так и будет. Но, какое-то время… Всему есть предел.

Так прошло еще три года. Шейре редко удавалось увидеть своего возлюбленного, тот был то в отъезде по делам, то уезжал в степи, чтобы найти еще одного перспективного жеребца. Корн часто посылал его с поручениями, и девушка понимала, почему.

Шейра терпеливо ждала, когда дети подрастут, им не нужна будет ее постоянная опека и тогда она снова сможет встречаться с Нилом. Тем более, что Корн знает об этом. По крайней мере, в сезон дождей его точно никуда не отправят. А значит, времени для встреч будет много.

Никто не любил холодный, ветреный сезон дождей, а Шейра ждала этот сезон с радостью, погрузившись в мечты. Наконец, небо заволокло темными тучами, и Нил вернулся в королевскую конюшню. Узнав об этом, Шейра оставила детей няне, а сама кинулась к нему.

Он ждал ее, но не кинулся навстречу.

Ты больше не любишь меня? – с дрожью спросила она.

Люблю. Мы расстаемся. Ты будущая королева и я должен уехать.

Это Корн приказал? – требовательно спросила Шейра с негодованием.

Нил не ответил.

Шейра схватила его за рубашку и жарко прошептала:

– Давай убежим отсюда? Мы скроемся где-нибудь далеко, в самой глуши Он нас не найдет.

Нил смотрел на нее удивленно:

– Ты готова бросить безбедную, спокойную жизнь ради меня?

– Да! Да! Это клетка! А я хочу быть с тобой!

И они стали продумывать план побега Шейры, тем более, что Корн должен был скоро отправиться на Запад – там были какие-то беспорядки. Другой возможности у них не будет.

Расплата за поступки неизбежна -

Вопрос во времени

Ранним утром Шейра встала и выскочила на королевский балкон. Она была полна решимости. Сегодня они убегут.

Король в это время был на Западе, где усмирял вспыхнувшую войну среди людей.

Как обычно, Шейра отправилась в сад, но ее сердце билось. Она боялась. Ведь чтобы убежать, ей надо было убить охранника.

В саду стоял большой цветок из белого камня – на высокой ножке с длинными продолговатыми листьями, а наверху само соцветие. Соцветие похоже на колокольчик. По задумке мастера цветок чуть склонялся к земле, как будто отягощенный медом.

Прямо из соцветия уже много лет постоянно льется вода. Вода попадает в специальный желоб и разносится по саду.

Это не просто вода – это древний, священный родник. Говорят, он свое начало берет глубоко под горами из священного озера, а затем течет под землей и, наконец, выходит в королевский сад.

Согласно легенде, основатель Таванлата – один из трех братьев, что женился на небесной деве, увидел родник, испил воды из него и решил основать здесь город. Город стал легендой и непреступной крепостью.

Родником же пользовались все обитатели замка, включая слуг, а в саду из родника пили и птицы, и мелкие зверюшки, а также растения.

Потому, королевский сад тоже считался священным.

Шейра на глазах у охранника налила в кувшин воду из родника. Улучив момент, она всыпала в воду яд.

Девушка, стараясь, чтобы не дрожали руки, сделала вид, что отпила из кувшина.

– Вода отдает тухлятиной! Там кто-то сдох! – с негодованием воскликнула она.

– Этого не может быть, госпожа – тотчас ответил ей охранник.

– Попробуй.

Он без колебаний взял кувшин и отпил. Шейра отвернулась, чтобы не видеть, как охранник упадет, и будет корчиться в предсмертных муках.

Она слышала, как он упал, она слышала его хрип, и ей было очень страшно оттого, что это сделала она сама. Девушка закрыла глаза и закрыла ладонями уши. Так она простояла некоторое время.

Убедившись, что вокруг тихо, она быстро бросила взгляд назад, чтобы увидеть, что охранник неподвижен, и только тогда бросилась в беседку, где предварительно спрятала сумку с припасами и посадила ждать детей.

Вместе с детьми она отправилась на конюшню, где ее ждал Нил со сменной одеждой служанки.

Из дворцового города они выходили по отдельности – Шейра с одним ребенком, а Нил с другим. Никто не обратил на них внимания. Семейных пар работало много в замке, и покидать замковую территорию им не воспрещалось.

Также, незамеченные, они прошли всю внутреннюю часть города, затем точно также, через внутренние ворота, попали во внешнюю часть города.

Там их ждали последние ворота. За ними уже был пригород, зеленые луга, тракт и желанная свобода.

Неподалеку от ворот беглецы остановились.

– Что дальше? – тихо спросила она Нила – у меня нет пропуска на вход и выход из города.

– Держи – Нил протянул ей маленький желтый квиток.

– Откуда ты его взял? – спросила Шейра.

– Не имеет значения – ответил возлюбленный.

– Но ведь ты не убил владелицу этого квитка? Нет? – испуганно спросила его девушка.

Нил не ответил. Девушка почувствовала, что ей холодно. Они оба совершили зло, и теперь назад пути нет. Только бежать, иначе их могут даже казнить за содеянное.

– Запомни, тебя зовут Кея. Это имя хозяйки квитка. Ты поняла? – Нил встряхнул ее за плечи и посмотрел почти сурово в глаза возлюбленной.

Щейра кивнула и обреченно подумала, что Кеи, наверное, нет в живых.

Стараясь не смотреть на стражу, девушка подала им свой квиток на выход. Нил, как житель города, такой квиток имел свой.

– Имя? – громко спросил охранник ворот.

Щейра вздрогнула и ответила: Кея.

Без каких-либо приключений, она с детьми и Нил вышли из города.

Почти сразу им повезло – они наткнулись на торговый обоз.

– Вот видишь! Нам везет! – сказала Шейра – значит, мы все сделали правильно.

Нил пожал плечами:

– Посмотрим.

У него было нехорошее предчувствие.

Нил заплатил караванщикам. Щейра с детьми спряталась в повозке от посторонних глаз. Так они ехали почти до ночи. Привал сделали в маленьком поселении. Гостиниц в поселении не было, так что расположись неподалеку прямо под открытым небом.

– Это даже хорошо – нас никто не увидит – прошептал Нил.

Шейра кивнула. Она была счастлива. Больше не надо прятаться. Она свободна.

Нил что-то бросил в костер и сел, задумавшись. Шейра присела рядом с ним и обняла его.

– Что ты сжег? – тихо спросила она.

– Твой квиток – также тихо ответил он.

Девушка подумала о той, которая раньше владела квитком, и сердце ее сжалось от жалости к ней.

– Хозяйка квитка… – начала она говорить.

Нил даже не дослушал, а сразу ответил:

– Да.

– Можно же было просто украсть квиток… – тихо сказала Шейра.

– Нет, нельзя.

– Но почему? – девушка недоумевала.

Нил посмотрел на нее сверху вниз, улыбнулся и пояснил:

– Да потому, что квиток так просто не найдешь. Многие постоянно носят его во внутреннем кармане платья. Никто добровольно его не отдаст. Если предположить, что я его нашел и квиток неизвестно чей, то на нем написано имя на языке дэкасов. Ни ты, ни я – читать на этом языке не умеем. А имя владельца квитка нужно знать для того, чтобы выйти.

Шейра задумчиво смотрела на костер и думала, что им никогда не расплатиться за то, что они сделали.

Если нет ответа на вопрос – значит, ты еще не созрел для ответа

Тем временем, королю Итэну доложили, что Шейра убила охранника, который ее охранял, схватила детей и убежала из замка. И с ней убежал ее любовник – молодой симпатичный конюх…

Король еще не знал, что чуть позже они найдут служанку, наспех закопанную в дальнем уголке сада. Корн бросился в погоню.

Ран резко проснулся и сел на постели – что-то случилось. Художник чувствовал могильный холод, что тонкой струйкой шел из щелей его мастерской, плыл по коридору, проползал под дверь его спальни и невидимым облачком скапливался над его кроватью. Он совершил ошибку. Что-то пошло не так и теперь он может поплатиться.

Ран с бьющимся сердцем кинулся в мастерскую, к картинам и, немеющими руками начал рисовать портал, чтобы проверить своего брата Рея. Тот был жив – это хорошо – Ран облегченно вздохнул – ведь это значит, что договор в силе. Старший брат Рат спал в доме и никуда не уходил. Отчим Ордан тоже был в доме, как и его мать. Значит, беда с Корном.

Ран открыл око и стал наблюдать, как король вместе с верными слугами, не щадя коней, несутся по мокрому тракту под холодным дождем. По оброненным фразам, художник понял, что Шейра сбежала. Не имея ничего от Шейры, Ран не мог найти ее раньше самого Корна.

Корн гнал коней, не жалея – он боялся за жизнь своей жены и детей. Он знал, что там, в стороне от тракта были замечены вырги. И если они сойдут с тракта и пойдут одни, то Шейру и детей ждет страшная смерть. Ран наблюдал за ним и чувствовал, что Корн не найдет их живыми, но он ничем не мог ему помочь.

Этот день у Корна навсегда остался перед глазами. Как он мчался всю ночь под холодным дождем… И настиг ее… Она лежала, раскинув руки в мокрой дорожной пыли и смотрела в небо пустыми глазницами. Вырги выкололи ей глаза. Ее дети, разрубленные на куски, лежали в стороне… А конюх был прибит к дереву и был тоже уже мертв…

Ран видел, как Корн нашел Шейру. Погибла чужеземка, та, которая могла спасти мир и которую он так долго искал. И теперь надо искать заново. Может, и прав был тот, с кем он заключил договор? Чужеземку надо отдать в руки Тана.

Ран смотрел на отчаяние Корна и вдруг понял, какую ошибку он совершил. Теперь Корн, потеряв семью и надежду на будущее, откажется от короны и страну ждет хаос, смерть и бесконечная война. Кто придет к власти? Ран зло усмехнулся – Дарк. Вот кто станет королем. Больше некому. И виноват в этом только Ран.

В свое время мастер не стал Дарка убирать в другой мир из-за сна. Во сне ему привиделся бесплотный призрак в темной комнате – хозяин договора. Тот сказал ему – что Дарк – зло, но его нельзя убирать и, тем более убивать. Он должен сотворить свое зло и уйти тогда, когда придет срок. Проблема в том, что тогда его зло было бы меньше. Существенно меньше.

Ран скомкал картину и швырнул в огонь. Дальше смотреть не было смысла. Быть может, если бы Корн не полюбил Шейру, все было бы иначе?

Художник лег в постель, но уснуть не мог – его жгло ощущение вины. Он хотел соскочить с договора раньше и совершил ошибку. Он думал только о себе, а теперь расплачиваться будет люди, жители его страны.

Ран крутился, а в голову лезли мысли о том, что чужеземка давалась многим королям и ни у кого не получилось. Все совершали ошибку. Так, жена короля Итэна была чужеземкой. Так, по крайней мере, говорили… Но она не покидала дворцовую территорию, она боялась незащищенности. И Итэн даже не пытался подтолкнуть ее выполнить предсказание. Даже умерла она в замке, при родах, так и не покинув стен дворца.

Дик… Он сам встретил свою чужеземку. Но и он, вместо того, чтобы использовать этот шанс – ушел вместе с ней в ее мир, где ей было спокойно и безопасно. Он сделал так, как было удобно ей, а не как нужно его миру.

Тиан… И у него была чужеземка. Он вернулся с ней, но было поздно… Обоих постигла смерть.

Остался последний отпрыск королевской династии – Тан. Почему не получается? Как ему не ошибиться в последний раз? Ведь другой возможности не будет.

Ран встал, подошел к окну и настежь распахнул его. Он не мог спать. За окном ветрено и прохладно – большой фронт дождей двигался сюда из Таванлата. Тот самый дождь, что омыл тракт и мертвую Шейру… Художник посмотрел на сад под окном и подумал, что каждый человек любит свою родину. Чтобы он ни делал, чужеземка захочет убежать. Захочет вернуться домой. Как сделать так, чтобы она воспринимала этот мир как свой, а не чуждый и враждебный ей? У Рана не было ответа на этот вопрос. Пока не было.

Одно событие способно изменить всю жизнь

В эту страшную ночь жизнь короля Корна полностью изменилась.

Корн уже никогда не забудет, как он выл на дороге, а по плечам и лицу хлестал дождь. Вся его жизнь разделилась на ДО и ПОСЛЕ.

Боль утраты была слишком сильна, чтобы он мог с ней смириться. У Корна не осталось семьи. И он не видел смысла сражаться дальше. Он стоял на коленях посреди дороги и раскачивался из стороны в сторону…

– Будьте Вы прокляты, люди! – кричал он в черное небо. – Вы не заслуживаете ничего, кроме смерти. Я буду ждать своего конца в уединении до конца дней своих.

Корн сорвал с головы Корону и швырнул ее в лужу… Золотые времена правления Корна закончились…

– Мне не нужна Корона… – сказал Корн.

Верные слуги подобрали Корону и спрятали до лучших времен.

Корн вернулся в замок и как тень, безучастный ко всему, бродил там несколько дней. Его не радовало уже ничего. И тогда король принял решение покинуть замок, в котором столько воспоминаний и в котором он не может спокойно дышать. Сердце словно превратилось в лед и мешало жить дальше в том месте, где жила его любимая и дети.

Корн забрал с собой корону и кольцо наследования трона. У него нет наследников, чтобы передать эти символы власти. Значит, он кольцо и не передаст никому. Кольцо уйдет вместе с ним в могилу, а корона будет спрятана так, что ее никто не найдет. Никогда. Так решил Великий король Корн.

Все остальные правители будут даже не бастардами, а жалкими подделками. А, значит, никто из них не должен получить то, что принадлежало далеким предкам королевской династии – кольцо и корону.

С Корном были готовы уйти самые верные слуги и его личный королевский отряд.

На севере страны есть замок, в котором когда-то жил король дэкасов, но теперь он был свободен и там никто не жил. Именно туда когда-то очень давно хотели сослать печально известного Диена, который избавился от братьев и за это получил проклятие. Про тот замок говорили, что мастера миража хотели сделать так, что в замок можно войти, но выйти нельзя. Однако, работа была не закончена, так как средний брат Диена (и заказчик работ) исчез. Его останки не нашли до сих пор, как, впрочем, и останков самого Диена.

Перед самым уходом из родного ему замка короля объединенных земель, Корн решил подняться в зал королей. Так назывался зал над колонным залом, где стоял трон. Король поднялся в зал королей по потайной лестнице. Сейчас зал не освещался солнцем, было мрачно и тихо. На стенах много веков висят портреты всех предков королевской династии.

Казалось, все они смотрят на Корна с укоризной, что и он не смог выполнить условия для снятия проклятия. Король прошелся вдоль портретов и мысленно прощался с каждым по имени, прося у них прощения за свое малодушие. Остановился напротив портрета отца.

Отец Итэн надменно и сурово смотрел на сына с полотна.

Корн усмехнулся:

– Прости отец. Я не смог выполнить твою волю. Но ведь, и ты не смог. И кое-что я заберу, если ты не возражаешь.

Корн сунул руку за портрет и достал свернутый в трубочку портрет своего брата.

– Ты его забыл. Но не я – закончил он и ушел.

В тот же день он ушел из родного замка в чужой и запущенный замок короля дэкасов.

В новом замке Корн сразу приказал подготовить для него несколько комнат – спальню, библиотеку, столовую, ванную и зал королей. Он решил, что остальные комнаты дворца слуги вымоют и разберут со временем, если будет надо. Он же вполне обойдется и без этих комнат. Даже тронный зал с троном был ему не нужен.

В зале королей тоже были портреты всех членов королевской династии. Видимо, чтобы король дэкасов не забывал, кто правит страной. Портрет отца Итэна был и там, но на этом портрете, отец был более молодой, в его глазах не было печали и тяжкой думы. Он улыбался каким-то своим думам.

– Интересно, о чем ты думаешь? – пробормотал Корн, рассматривая портрет.

Он потрогал стену рядом с ним – портрет Тиана был содран и здесь. Корн усмехнулся, принес портрет брата и приложил его к стене, где он должен висеть и хотел было уже отдать приказ повесить его на законное место, как подумал: «А зачем? Ведь так хотел мой отец, чтобы его забыли. Может, так и надо?»

Корн решительно свернул портрет в трубочку и засунул за портрет отца.

– Покойся с миром, брат – сказал он и покинул зал.

Так потекла его однообразная без суеты жизнь. Корн тихо угасал в замке и не думал ни о чем.

Люди пытались подойти к замку и просить Короля вернуться на престол, война разгоралась с новой силой. Армия распалась, начался хаос, везде была смерть. Корн никого не хотел слушать, а тех, кто осмелился взойти на мост, ведущий к замку, он сбросил с моста в ров, просто приказав поднять мост. Больше никто не приходил к замку. Корн ясно дал понять, что его больше нет.

Он не знал, что еще в эпоху его бурной молодости, далеко от этих мест, женщина, с которой у него случилась случайная встреча, родила сына. Она была дэкасом. Так получилось, что им пришлось драться с разбойниками, и женщина дралась с ним, плечом к плечу. Корн был поражен ее силе и ловкости. Драка была не шуточной, и еще не известно, как повернулось бы дело, если бы не она. Они оба вышли из стычки невредимыми, добрались до города и нашли таверну. Корн оплатил ей комнату и щедро накормил ее. Он хотел заплатить и ей, но она не взяла денег, а ночью пришла к нему в комнату сама. Корн не мог отказаться от ночи с ней. Так он единственный раз нарушил правило.

Эта женщина не была проституткой. Королю нельзя иметь связь с такими женщинами, ибо они могут родить претендента на трон. Но она была дэкасом, а женщины дэкасы не могут иметь детей. Это-то его и подвело.

Он и подумать не мог, что эта женщина могла иметь детей. После ночи страсти что-то нашло на него, и он снял с цепочки кольцо матери, которое он носил с собой и отдал ей.

– Никому не показывай – сказал он ей – я хочу, чтобы ты была моей и носила это. Я заберу тебя с собой.

Она кивнула и легла спать рядом с ним. Когда же наутро Корн проснулся, ее не было. Она ушла.

Тщетно он пытался ее найти, но никто не знал, кто она и куда ушла. Сильная женщина воин. Ее могли принять за мужчину в мужской одежде, не мудрено, что ее никто не знал.

А потом Корн встретил Шейру… Иногда он вспоминал о кольце, но жалеть уже было поздно.

Корн не знал, что женщина-воин родила сына. Он вырос таким же рыжим, как и Корн.

Он так же не знал, что, когда сыну стукнуло девятнадцать, он встретил женщину – человека, которую полюбил. От их брака родилась девочка. Такая же рыжая, как и он сам… Рыжеволосую девочку назвали Лола… И она была очень похожа на своего деда.

Нельзя отчаиваться.

В любой ситуации есть свет в конце…

По вечерам, в новом замке, Корн обычно сидел в библиотеке, пытался что-то читать, но не понимал смысла, ибо его мысли бродили очень далеко отсюда.

Он вспоминал былые дни, и от этих воспоминаний ему становилось горько. Король смотрел на бокал с вином, водя пальцем по его краю.

– Пить не хочется. Я не привык пить много. Даже забыться не удается… – с горечью сказал Корн сам себе.

Его голос одиноким тихим эхом отдавался в абсолютной тишине библиотеки.

Король часто так разговаривал сам с собой, ему не нужны были собеседники, так как его жизнь закончилась той ночью, на грязном тракте.

Он резко поднялся из-за стола и случайно задел бокал с вином. Бокал опрокинулся, и вино пролилось на стол. Корн снова сел и стал смотреть, как лужица красной жидкости потекла к краю и стала капать на пол… Словно кровь.

Капающее со стола вино вдруг напомнило ему о пышной коронации и празднике по этому случаю. Тогда он впервые и последний раз написался до беспамятства. И вовсе не от радости. Наоборот, коронация ему тогда показалась похоронами. Ведь он присягал на верность трону и короне Объединенных Земель, смотря на пустой трон… Отец бросил его и ушел к Тиану. Корн чувствовал, что ни отца, ни брата давно нет в живых.

Впрочем, Корн старался быть настоящим королем и быть достойным высокой фамилии. Почти все деньги, поступавшие с налогов, он пускал на развитие городов, на укрепление армии, на охрану своих земель… Люди любили своего Короля, они знали, что, если случится засуха, Король их не оставит умирать от голода, он позаботится о них. Они знали, что пока жив Корн, Вырги побоятся подойти к его границам… То были золотые времена империи.

Мысли Корна снова перетекли на отца. С ним отношения так и не сложились, хотя отец никогда не поднимал на него руку, никогда не наказывал его… Но он всегда смотрел мимо него. Он любил только Тиана. Поговаривали, что он ушел искать сына в другой мир… Он ушел… и не вернулся… Нашел ли он Тиана? Видел ли он его? Он никогда об этом уже не узнает. Корн снова прислушался к себе и, в который раз, почувствовал, что отец умер… и Тиан тоже… Он давно не чувствует их. А сам он честно был королем объединенных земель долгих 80 лет… Пока не встретил ЕЕ…

Теперь и это осталось в воспоминаниях. Зачем он пошел смотреть на невольниц? Приказал бы просто освободить их, и ничего бы этого не было. Ведь он уже тогда видел, что она его не любит. Но он думал, что он настолько могущественен, что сможет смягчить ее, что она полюбит его… Глупец.

Корн, наконец, встал, принес салфетку и стал медленно вытирать винную лужу. Ему не хотелось звать слуг. Он старался быть один, он пил один, он разговаривал сам с собой… Корн знал, что его ждет безумие… Но он не хотел ничего менять. Отец не любил его… Мать умерла при родах, и он никогда ее даже не видел. Старший брат сбежал от венца и отрекся от короны, когда Корну было всего 17 лет. Никого не осталось.