Последний бой телепата
- -
- 100%
- +
– Что… что вы с ней сделали? – промолвил Дик. – Вы же обещали, что все будет в порядке.
– Я обещал? – переспросил незнакомый офицер, стоявший рядом с креслом. – Мне поручено извиниться перед вами за это недоразумение. Хотя виноваты в этом не только мы. Вы же сами знаете, какой у неё характер.
– Вы…. Вы… – Дик не мог вымолвить ничего более.
– Обещаем вам, что виновные, допустившие это, будут наказаны.
Из смертельно бледного, Дик сделался ярко красным. Опущенные руки сжались в кулаки.
– Вы…. Вы меня…
– Что? – спросил офицер с некоторой угрозой в голосе. Он с профессиональным интересом ожидал, на что ещё может решиться этот…
Женщина закричала:
– Дик, забери меня отсюда!
Дик бросился к ней, стараясь остановить начинающуюся истерику. Он уже знал, что надо делать. Он уже привык. Взяв жену под руку, он помог ей подняться и уже никого не замечая, повел к выходу. Перебивая начинающиеся рыдания, нежно утешительным голосом он убеждал ее, что всё уже закончилось и всё будет в порядке, что теперь они… – и так далее. Выйдя на улицу, женщина все же разрыдалась, но было видно, что эти рыдания облегчают её душу и вскоре она успокоится. Дик повел её через парк, обняв за плечи, продолжая утешать заботливым, но уверенным голосом. Неожиданно женщина остановилась, повернулась и стала слабо колотить кулачками по его плечам. Дик поднял руки, чтобы прикрыть голову, но затем обнял ими жену, крепко прижав к себе. Её кулачки оказались зажатыми между ними. Постояв так некоторое время, женщина немного успокоилась и судорожно, но, уже не громко всхлипывая, положила голову ему на плечо. Дик осторожно повернул жену и повел её к выходу из парка.
Двое офицеров стояли возле дверей, наблюдая за уходящей парой. Один из них сказал:
– Хоть он и идиот, но что делать с женщинами, он явно знает.
– Очень часто, этого знания оказывается достаточно, чтобы добиться от жизни успеха, даже такому идиоту, – добавил второй.
Основной специальностью Чен Ли была слежка. В Управлении его ценили, и Чен об этом знал. Однажды, штатный телепат признался ему:
– Я не знаю, как ты это делаешь, но ты умеешь прятаться даже от телепатов. Может, в этом виноваты джунгли, в которых ты вырос или что—нибудь ещё? Скажи, как это у тебя получается?
В ответ Чен лишь загадочно улыбался.
– Или хотя бы подумай об этом, – не унимался телепат.
И опять в ответ улыбка, по которой можно было понять лишь то, что Чена просто так не расколешь. Только некоторые высокопоставленные чиновники Специального Управления знали, что Чен не так давно оттачивал свое мастерство, работая карманным вором. Он выслеживал и обрабатывал жертвы так искусно, что его так и не поймали. Чен признался в своем тёмном прошлом, только после того, как прошел, отборочные тесты и был принят на работу в Управление. Его простили. Простили только потому, что он смог скрыть это даже от телепата. Управление очень нуждалось в работниках, которые умеют так хорошо обманывать, обманывать даже телепатов. И конечно в Управлении знали, что Чен поступил к ним на работу для того, что бы научиться обманывать ещё лучше.
Получив очередное задание и краткий отчет о допросе, Чен почувствовал уважение к Дику. Даже если Дик действительно идиот, он все же смог уйти от телепатов, да ещё с любимой женщиной. Но если Дик все же телепат, то он ещё более достоин уважения, потому что смог обмануть все Управление, как когда—то обманул сам Чен.
Все эти эмоции можно было позволить себе только перед заданием. Чен не знал, что столь впечатляющими успехами, он обязан хорошо отработанному приему телепатов. Сам того не ведая, он использовал многослойную защиту с трехкратным перевоплощением своего сознания. После выхода на позицию начала наблюдения, личность прежнего Чена исчезла. На ее месте появился дикий зверь, готовый выслеживать добычу. Затем и зверь, стал всего лишь осенним падающим листом, а лист – легким ветерком, облегчающим дорогу двум уставшим, измученным путникам…
Дик завел жену в ближайшее кафе и попробовал посадить её за столик. Женщина согласилась сесть только после того как сел сам Дик, но села она не на стул рядом, а на колени мужу. Она прижалась к нему боком, крепко обняв и положив голову ему на плечо. Подошедшая к ним молодая, скудно одетая официантка стала терпеливо объяснять, что они зашли в приличное заведение, где не стоит вести себя так распущенно. Дик с сомнением посмотрел на почти раздетую официантку, затем оглянулся на присутствующую публику и засомневался в ее словах ещё больше. Женщина посмотрела на официантку глазами ребенка, у которого хотят отнять самое дорогое. Дик умоляюще приложил руку к сердцу, но затем просто отдал официантке своё удостоверение. Официантка увидела отметку о том, что они только что прошли проверку в Специальном Управлении и находятся под опекой Реабилитационного Центра, вернула удостоверение и принесла ужин на двоих. С этого момента за них платил Реабилитационный Центр. Дик с удивлением посмотрел на хорошо сервированный столик и попробовал уговорить жену что—нибудь поесть. В ответ она только ещё крепче прижалась к мужу. Тогда Дик стал объяснять ей, что он очень голоден, и если она не даст поесть ему, то он съест ее сам – без хлеба и соли. В подтверждении этого он понюхал ее голову, облизнул щеку и укусил за ухо. Женщина тихо вскрикнула, наконец, улыбнулась и пересела на стул. Она смотрела на мужа, пока он не съел весь свой ужин. После этого он вопросительно посмотрел на жену и, не дождавшись ответа, придвинул к себе её тарелку с жаркое и салатом. Женщина улыбнулась ещё больше, вернула свой ужин и начала есть сама. Легкий алкогольно—фруктовый напиток, рекомендованный Реабилитационным Центром, ещё более поднял настроение женщины. Посидев ещё немного, держа мужа за руку, женщина поцеловала Дика и разрешила себя увести.
Дик вёл жену по одной из центральных улиц города. Мимо самых дорогих магазинов, ресторанов и публичных домов. Чтобы добраться до внешнего кольца, оставить машину и дойти до самого центра, необходимо потратить очень большие деньги. Но если их привезли сюда за государственный счет, обработали и отпустили, то было бы большой глупостью не воспользоваться таким случаем. Тем более, дорога из центра была абсолютно бесплатной. Слишком много людей уходило отсюда совершенно пустыми. В поисках новых развлечений, здесь ходила публика всех возрастов и рас – изысканно одетых и изысканно раздетых, одетых просто и просто раздетых. За большие деньги, здесь разрешалось почти всё. Нельзя было только обнажать свои мысли и тем более смотреть на мысли других. За это, публика платила отдельно и даже более щедро, чем за все остальное.
Дик, в простом сером плаще и его жена, в старом коричневом пальто, среди всего этого великолепия выглядели настолько неуместно, что это даже развлекало. Дик подошёл к справочной стойке, прочитал на одной из карточек приглашение остановиться, взял жену под руку и повёл по указанному адресу. Как только Дик завёл жену в подъезд многоэтажного дома, Чен поднялся в подъезд дома напротив, встал у окна, ожидая, в какой квартире загорится свет. Вообще—то, Чен уже выполнил задание и даже расслабился, сняв защиту, но ему было интересно узнать, чем все это закончится.
Дик открыл с помощью карточки дверь квартиры, включил свет и завел жену. Он удивлённо оглядел роскошную комнату, разделся сам, затем раздел и отмыл от косметики жену. Выйдя из ванны, он стал осматривать её тело. Она была покорна как ребенок, тихо стояла посреди комнаты и лишь вздрагивала, когда он находил на её теле очередной синяк и смазывал его какой—то мазью. Дик старался её отвлечь, но она, вспомнив всё, разразилась очередной истерикой. Она опять набросилась на мужа, размахивая маленькими кулачками. Но Дик, неожиданно ловко увернулся, схватил её за талию и повалил на кровать.
Чен, удовлетворенно улыбнувшись, направился к выходу. Все закончилось именно так, как он предполагал.
Выходя на улицу, он спросил себя:
– Интересно, может ли этот идиот делать хоть что—нибудь хорошо?
В квартире, женщина неожиданно сильно отбросила от себя мужа, села в кровати и напряглась. Чен вышел на дорогу, собираясь ее перейти. Он почему—то не замечал грузовика, ехавшего прямо на него.
В этот момент Дик крикнул жене:
– Стой! Остановись! Он должен дойти до Управления живым!
Женщина резко выдохнула, освобождаясь от напряжения, опустила голову и закрыла лицо руками.
Чен, наконец, увидел нёсшийся на него грузовик, выругался и вывернулся из—под колес в самый последний момент.
Дик, погладив жену по плечу, сказал:
– Успокойся. Они ответят за всё, но только позже. Нас ждет много дел.
Просидев неподвижно ещё некоторое время, вспоминая прожитый день, женщина сказала мужу:
– Они же тебя чуть не убили.
– Да, – согласился Дик. – Эта женщина в парке помогла мне пережить твою боль. Я хотел бы…
– Не надо извиняться. Ты делал то, что должен был делать. С чего ты собираешься начать?
– Для начала я пройду через Реабилитационный Центр.
Она с удивлением и страхом посмотрела на мужа.
– Меня давно интересует возможность повторного использования, и мне интересно, что у них нового в методиках восстановления, – пояснил Дик.
Она улыбнулась, представив мужа – уникального телепата с огромным боевым опытом, среди возможно его же бывших жертв.
По негласной традиции, телепаты умеющие убивать, вне боя общались между собой обычным способом – разговаривая. Эта традиция предотвратила немало недоразумений, обид и бесполезных, смертельно опасных поединков. К тому же, они тоже имели право на личную территорию, в том числе и в своем сознании.
Ладно, – подумала она, – пусть они сами его подлечат. Он действительно очень сильно истощен, но только по другой причине. Его биометрия не значится ни в каких конфликтах, потому, что он участвовал в них через других людей. Хоть она и была его женой, но до сих пор не знала полного индекса его квалификации и заслуг. Но того, что она знала, было достаточно, чтобы привести в трепет даже бывалого телепата. Она сама была довольно опытным солдатом, но всё же старалась не думать о том, что может ее муж.
– Интересно? – спросила она. – Что бы ты делал, если бы мой инструктор действительно проиграл пари? Всю жизнь изображал бы из себя идиота?
И не дождавшись ответа, возмущенно объявила:
– Да! Эта женщина в парке тебе действительно понравилась!
– Ты ревнуешь?
– Кстати, она знает и умеет такие штучки, о которых я даже не подозревала. Хочешь, я сейчас для тебя изображу эту шлюху?
– Нет. Ты намного лучше. Тебе действительно надо успокоиться.
– Я успокоюсь. Но только…
Она бросилась на мужа, прижала его к подушке и крепко поцеловала.
Рядом завибрировал столик и лопнул стакан.
Это иногда случается, когда она действительно меня любит, – подумал Дик, вспомнив родные пляжи Кубы Объединённой Центральной Америки, и нежно сказал:
– Моя… Моя Лола.
Глава вторая. Дик
С надеждой и верой
в неизвестное.
В это время дня, эта часть города была закрыта для автомобильного движения. Исключение делалось только для специальных правительственных машин. В 2040 году было решено, что центр столицы будет парковой зоной с самыми важными государственными учреждениями. Вокруг парковой зоны располагалась зона развлечений с самыми дорогими, изысканными магазинами, ресторанами, публичными домами и развлекательными заведениями, объединяющими в себе все эти, а так же другие функции в разных пропорциях.
Специальное Управление располагалось на границе парков и развлечений. Иногда шутили, что оно находится между правительственным и столичным балаганом, гармонично объединяя и то, и другое. Но это были только шутки. На самом деле, так шутили самые богатые, талантливые граждане, со всей страны, стекавшиеся в столицу под защиту Управления. Некоторые из них были бывшими жертвами общения с телепатами. Кому—то прохождение через метод стимуляции и развития телепатических способностей, было строго противопоказано. Другие сами, никогда, ни при каких обстоятельствах, не решатся пройти через испытание, которое, скорее всего, поставит под сомнение, будущее их талантов, капиталов и рассудка. Они готовы были платить большие деньги за уверенность, что в их жизни больше ничего не изменится. На эти деньги ловили, перевербовывали или убивали телепатов, на потеху и для успокоения богатой публики. Но иногда даже здесь, не считаясь ни с чем, телепаты позволяли себе массовые или одиночные атаки. И все же здесь это происходило гораздо реже, чем в других частях большой страны, да и узнавали об этом обычно в случае удачного противодействия подобным атакам. Как правило, телепаты убивали только тех, кто имел оружие. Но когда они всё же убивали, то убивали очень эффектно – с помощью своего внутреннего оружия. Эти обстоятельства вносили дополнительный элемент развлечения для пресыщенной, но невооруженной публики.
Одним из самых модных заведений столицы был реабилитационный центр, предназначенный для восстановления бывших жертв общения с телепатами. Здесь совершенно бесплатно, предоставлялась самая квалифицированная медицинская помощь, серьёзные дотации и льготы для обустройства дальнейшей жизни.
Дик вывел жену на одну из центральных улиц города. Для того чтобы попасть сюда, необходимо было иметь либо большие деньги, либо приглашение в реабилитационный центр. Дик, в сером плаще и его жена в старом коричневом пальто, среди этого великолепия, выглядели настолько неуместно, что на них даже оглядывались. Женщина сразу почувствовала себя неудобно, и это ещё больше развлекло публику. Дик попробовал отвлечь жену, остановившись возле уличного продавца, торговавшего мелким экзотическим товаром. Он надеялся найти что—нибудь подешевле. Его внимание привлекли небольшие, но очень темные очки. В прилагаемом рекламном буклете говорилось, что эти очки специальные – противотелепатные, и в связи с этим, цена их оказалась значительно выше цены обычных очков. Дик понимающе кивнув, попробовал найти отличие в их конструкции – не найдя, попробовал надеть себе на нос. Оглядев витрины и окружающих людей, Дик снял очки, посмотрев на них с ещё большим сомнением. Кто—то из прохожих остановился, заинтересовавшись, чем закончится столь непосредственное излияние чувств столь необычных людей. Дик нахмурив брови, опять надел очки. Он выглядел очень комично. Посмотрев на жену, он неожиданно скроил такую обаятельную рожу, что улыбнулась даже его жена. Дети, проходившие мимо, восторженно завизжали. Их отец остановился, протянув Дику довольно крупную купюру. Дик попробовал рассмотреть купюру через очки и естественно ничего не увидел. Затем попробовал наклониться к купюре и опять ничего не увидел. Наконец он догадался снять очки. Сначала Дик часто заморгал от яркого света, а затем его глаза расширились от вида протянутой купюры. Дети опять изъявили восторг. Их отец достал ещё одну купюру, присоединив её к первой. Дик взял деньги – ошарашено глядя на довольно крупную сумму в своей руке. Ещё не веря, что эти деньги теперь его, другую руку он засунул в карман за мелочью. Держа в одной руке крупную сумму, он с сомнением смотрел на мелочь, явно разочаровываясь, что её не хватит, чтобы заплатить за очки опять одетые на нос. Это ещё больше развеселило окружающих. Появились новые зрители. Дети упросили отца купить точно такие же очки. Одев их на себя, они стали корчить друг другу милые рожицы. После того, как кто—то ещё купил явно бесполезные очки, продавец объявил, что очки на носу Дика, являются подарком. Кроме того, продавец подозвал к себе уличного фотографа, попросив сфотографировать Дика в очках. Дик изобразил ещё более обаятельную рожу. Фотограф, сняв, бросился в мастерскую напротив. Менее чем через минуту, он вынес такую великолепную фотографию в рамке, что продавец восхищённо вздохнул и, повернувшись к Дику, предложил ему работу. Дик, кивнув, протянул ему удостоверение. Продавец достал из кармана бизнес компьютер, вставил в него удостоверение, затем вынул, отдав обратно Дику. Это означало, что их сделка зарегистрирована на государственном уровне. Продавец попросил сделать фотографию немного другого содержания. Дик, снял очки, глубоко вдохнул, выкатил глаза как рак и, скривил такую страшную рожу, что проходивший мимо пожилой мужчина остановился, охнул, схватившись за сердце. Дик, тут же сменив лицо на нормальное, бросился к мужчине с извинениями.
Публика была в восторге.
Фотограф всё же успел снять самое интересное, опять бросился в мастерскую и вскоре вынес ещё более великолепную фотографию. Продавец, взяв обе фотографии, поставил их на витрину с надписью: «Так вы можете выглядеть в очках и без них». Затем продавец вручил Дику достаточно большую сумму денег, предложив прийти завтра в это же время.
Владелец магазина напротив, ранее наблюдавший всё это через витрину, неожиданно вывел сногсшибательную девицу, «одетую» преимущественно в драгоценности, поставил её рядом с ошеломлённым Диком и, зарегистрировав сделку с помощью своего бизнес компьютера, попросил сделать ещё одну фотографию. Фотограф быстро выполнил заказ, и на витрине магазина появился большой плакат с великолепной, богато раздетой девицей и смущённым, старомодным, но обаятельным Диком. Над плакатом возникла надпись:
«Приходите к нам. Мы вас разденем».
После того, как владелец магазина тоже вручил Дику пачку денег, неожиданно подошёл ещё один мужчина, предъявил удостоверение налогового инспектора и начал терпеливо объяснять. Дик рассеянно слушал, кивая в самых неожиданных местах. Но что—то из услышанного, он всё же понял, потому, что тут же, отделив от пачки денег около половины, протянул её инспектору. Публика вокруг забушевала от восторга. Налоговому инспектору хватило ума понять, с кем он имеет дело и не обидеться. Он только отметил удостоверение Дика в служебном компьютере, уйдя под аплодисменты зрителей.
Публика была довольна. На их глазах, какой—то провинциальный идиот, заработал большую сумму, получил работу, и как всякий добропорядочный гражданин даже начал платить налоги. Среди протянутых купюр появились визитные карточки. Дик собрал деньги вместе с визитными карточками, попробовал их разделить, перепутал ещё больше, затем, пересчитав всё подряд, засунул в один карман, сорвав ещё одну волну аплодисментов. Дик поблагодарил зрителей, взяв жену под руку, повел её дальше.
Напротив них сидел солидный пожилой мужчина. Его голос был ровен и убедителен.
– Я, Управляющий Реабилитационного Центра. Вы прошли нелегкий путь. Я обещаю вам – все ваши проблемы закончились. Если у вас возникнут новые проблемы – можете обращаться лично ко мне. Хотя я уверен – никаких проблем у вас здесь не будет. Вы многое пережили, пережили вместе. Вы вместе пришли сюда, вы вместе уйдете, уйдете в новую жизнь, мы вам в этом поможем. Здесь вас ждут лучшие врачи, лучшие специалисты, ваши новые друзья. Вас скрепили ваши испытания, ваше горе, но теперь вы среди друзей. Вы начнете новую жизнь отдельно, в разных группах восстановления, но потом вы соединитесь. Здесь только ваши друзья, здесь вам помогут.
Первые три недели были раем. Они ели что хотели и сколько хотели. Предлагались ещё и обязательные блюда, но они превосходили то, что можно было вообразить. Обязательными являлись также бассейн, сауна и спортзал, лучшие инструкторы, лучшие массажисты, лучшие врачи. В бассейн для пациентов мужчин, разрешался бесплатный вход для всех девушек города. Для пациентов женщин – весь цвет мужского общества. Обязательными были также приятная музыка, государственный гимн и ободряющие речи президента. Все политические партии страны и самые солидные фирмы платили огромные деньги за право разместить свои эмблемы и лозунги в бассейнах, спортзалах, на дне тарелок и даже в тапочках.
Но потом рай закончился и начался ад. Их заставляли вспоминать то, что с ними произошло, рассказывая всё это в присутствии таких же несчастных, как и они. Это было шоком. До этого, каждый из них думал – то, что произошло с ним, никто никогда не переживал. Так же были обязательными биографии уничтоженных телепатов и гневные речи президента. Затем последовали три недели свободного режима, доверительных бесед, близких знакомств с совместным планированием дальнейшей жизни. Эту идиллию немного омрачил один инцидент. Это случилось в начале четвёртой недели – в начале ада.
Рассказывал молодой крепкий мужчина:
– Наша патрульная команда устроила засаду на одной из дорог. Мы залегли полукругом, выставив на дорогу одного из наших. Каждый день мы выставляли другого. Мы все, по очереди, выходили почти на смерть. Наш командир был очень строг, но справедлив…
На глазах мужчины появились слёзы.
– В тот день это был Рэд. А я… Командир приказал мне залечь немного дальше, за всеми, так больше шансов, что хоть кто—то останется в своём сознании…
Слёзы уже текли по его лицу.
– Рэд остановил машину. Из неё вышли трое – муж, жена и дочь.
Мужчина уже рыдал, но продолжал рассказывать.
– Они выбрали именно меня… я… они меня использовали. Я расстрелял всю нашу команду… я… я все помнил. Я все понимал, но я… ничего не мог сделать…. Я убил всех наших,… а эти трое сели в машину и уехали.
Дик тоже вспомнил, но вспомнил молча:
Это были Лин, Рея и их десятилетняя дочь Сьюзи.
Больше всего Лин боялся, что если начнется стрельба, то почти наверняка убьют его жену и дочь. Он не хотел никого убивать, но у него оставался только один шанс. Именно его он и использовал.
Сьюзи была очень многообещающим телепатом. Но она была ещё ребенком. Скоротечный, насыщенный бой опытного телепата – её отца, и пятнадцать смертей на глазах десятилетней девочки, которая умела Видеть…. Её лечат до сих пор. Надо будет навестить девочку. Кажется, ей становится лучше. Если она выздоровеет – это будет её первой победой, её первым боем.
Далее должен был рассказывать мужчина постарше. Дик с самого начала заметил здорового, крепкого мужчину, в котором чувствовалась внутренняя сила и ещё что—то необычное. Для своего эксперимента, Дик выбрал именно его. Если кто—то сможет выжить после повторного использования, то только он. Но всё же… что—то в нём есть ещё… Неожиданно Дик Увидел, что этот мужчина является «почтовым ящиком». Кто—то из телепатов высокого класса, заложил в него своё послание. Дик уже не имел права просто убить его повторным использованием. Сначала он должен был вскрыть этот ящик.
Внезапно служащий центра повернулся и посмотрел на Дика. Дик понял – перед ним телепат, работающий на правительство; телепат класса Ученик, при полностью открытом канале восприятия, мог видеть мысли только тех на кого смотрел.
– Теперь ваша очередь, мистер Дик.
Сейчас он смотрел на Дика, и надо было говорить только правду.
– Вы…. Вы не поймёте,… Я… я жил среди них… Вы же знаете, я сам оттуда. Они… они развлекались со мной… Вам этого не понять. Я больше не мог там жить. Они меня… Я больше не мог это терпеть. Меня бы убили…. Моя первая жена… Она погибла.
На глазах Дика появились слёзы.
– …Я тоже должен был умереть.
Дик разрыдался.
– Они…. Они её…
– Успокойтесь Дик. Напрасно вы думаете, что мы вас не поймём. Здесь каждый пережил подобное.
Служащий центра, опустив глаза, достал свой компьютер.
– Дик, вас срочно вызывает управляющий. …Что—то случилось с вашей женой.
Войдя в кабинет с управляющим, Дик мысленно спросил и получил мысленный ответ. Управляющий тоже был телепатом.
Брови управляющего поползли вверх.
– Вы нас обманули! Откуда вы знаете, как спрашивать и как получать ответ?
Дик разозлился.
– Это вы нас обманули! Вы говорили, что здесь только друзья! Вы и ваш служащий телепаты! Это вы нас обманули!
Они смотрели друг на друга, наливаясь ненавистью.
Дик процедил сквозь зубы:
Каждого из нас… там… научили…. Мы были никем и обязаны были отвечать – кто мы такие, когда телепат спрашивал. Мы сами, не имели права спрашивать. А если кто—то из нас осмеливался спросить телепата, нас жестоко наказывали.
Я вас спросил. Вы меня тоже накажете?
Управляющий выдохнул и успокоился. Он был смущён.
– Успокойтесь, Дик, вас никто не накажет. Я действительно телепат, но я… вырос здесь, и я прошел через Метод с разрешения правительства. Я вас не обманывал, здесь действительно только ваши друзья.
– Но почему тогда вы…?
– Поймите, Дик. Идёт война и мы…
– Что с моей женой?
– Теперь я её понимаю. Она набросилась на служащего, вырвала ему клок волос и исцарапала лицо.
– Она сошла с ума, когда телепат инструктор проводил её через первый этап Метода. Она ненавидит всех телепатов и готова убивать. Она чувствует их…. Вы должны были нас предупредить!
– Мы должны вас вылечить и ещё мы обязаны…. Послушайте Дик, ваша жена может нам помочь. Она могла бы определять…
– Нет!!!
– Успокойтесь.
– Да поймите же вы! Когда она видит телепата, она опять вспоминает это безумие – своё прохождение через Метод. Она никогда не выздоровит, если будет видеть телепатов. Мы уехали оттуда, чтоб больше никто и никогда….