Не будите во мне ведьму

Глава 3

Вытащить мощного красавца Калистрата из-под крыльца – работка похлеще, чем тягать бегемота из болота. К тому же из Драго помощничек так себе. Больше советы давал, чем делом занимался.

– Осторожнее тяни, а то самым ценным за колышек зацепится! – приплясывал возле кот-скелетон. – Ну что ты его как мешок с картошкой? Нежнее же нужно. Смотри, вон, все брюки в репьях.

Психанула! Брякнула Каллистрата наземь и поперла на Драго:

– Еще вякнешь, я тебе все усы повыдергаю! Тоже мне, советчик-доходяга.

Остатки шерсти на загривке кота встали дыбом. Синюшный раздвоенный язык угрожающе выкатился, как и глаза.

– Если б кое-кто меня кормил, я б по-иному помогал, – принялся брехать Драго. – А пока только советом.

– Мне твои советы что мертвому припарка, – буркнула в ответ.

И вернулась к оставленному занятию – к вытягиванию бегемота… ой, то есть князя. Тем более что тот стал приходить в себя и постанывать.

Кое-как затащив Калистрата в гостиную, уложила на диван. А сама метнулась в кухню: добыла стакан холодной воды, а еще достала из сумочки тканевую маску – осталась с лучших времен. Пусть князюшка лучше думает, что я о красоте забочусь, чем воочию ту «красу» наблюдает.

– Не вздумай документы подписать, тебя после этого такие несчастья постигнут, – предупредил Драго.

– Куда уж хуже?! – искренне возмутилась. ― Может, тебе плевать на свою внешность, а мне красота позарез нужна. Хотя, пожалуй, бабулин домик резко увеличился в цене.

Конечно, золотые вещички и мебель можно вывезти и продать отдельно от дома. А то и тому же князю предложить – пусть загребает ручонками своими долгорукими.

– За предательство – жуткое проклятие! – шипит котяра. – Принявшая наследство головой за него отвечает.

Вот тут меня знатно бомбануло. Зло прищурившись, ка-а-ак запульнула стаканом в Драго:

– Ах ты, скелет ходячий! Вот, значит, как! Ты специально меня не предупредил, сразу, с разбега на чердак погнал – чтоб у меня возможности продать дом не было?!

Котяра сжался и, не подумав извиниться, забился в угол между стеной и шкафом. Вооружившись кочергой, я попыталась его оттуда выковырять:

– Врешь, не уйдешь! Ща я тебя, как последний огурец из банки, вытащу. А ну, говори, как можно наследство обернуть вспять! Не хочу я держать гостиницу для монстров. И ведьмой быть не хочу!

– Поздно, – прошипел мерзавец. – Ты просто сдуру так говоришь, потому как не поняла еще своего счастья.

Ага, не поняла я, как же! Мне такого добра и даром не нать, и с позолотой! Все что хочу, так это подправить внешность и вернуться на сцену. Хотя, было б неплохо стать всемогущей и отомстить Макаронычу. Вот бы на него мор какой наслать. Или нестояк – чтоб неповадно было артисток лапать.

Последняя мысль так захватила, что Драго удалось улизнуть от нас с кочергой. И только мы хотели кинуться в погоню, как в кухню вошел князюшка собственной персоной. Расстегнутая на груди рубаха обнажала тугой торс. Даже с всклокоченными бородой и шевелюрой он умудрялся выглядеть отпадно. Так, что я на секунду потеряла дар речи.

– Ну-с, красавица, договор подписывать будем?

Расправила на лице масочку, состроила скорбную мину.

– Тут такое дело… Понимаете, открылись новые обстоятельства. Не могу я дом продать, пока кое-что не улажу.

Каллистрата определенно ответ не порадовал, но он попытался скрыть расстройство за маской любезности.

– Ничего, я могу подождать, – произнес и как бы невзначай положил горячую сильную ладонь на мою талию. – А пока можем обсудить детали будущей сделки. Как насчет чая, не угостите? И как это так получилось, что я на крыльце упал? Со мной никогда прежде такого не случалось. Наверное, всему виной ваша красота несравненная.

Опять он за старое! И не надоело ему?

Аккуратненько убрала его руку со своей талии и притворно вздохнула:

– Боюсь, с чаепитием тоже придется повременить. Я первый день здесь, не обвыклась еще. Так что вам, Каллистрат, придется повременить и с этим.

– Можете называть меня Каллисто, – разрешил князь, – а после близкого знакомства просто Кали. Уверен, мы с вами сможем быть добрыми соседями. Пока я не стану полновластным хозяином земель. А вообще… Мои подчиненные говорили, будто на этом месте избушка стоит, чуть ли не развалюха. А у вас тут, дорогая, настоящие хоромы. Ох, совсем забыл, – он стукнул себя по лбу и покривился: видать, здорово при падении приложился. – Я же так и не спросил, как вас зовут. Как имя ваша, барышня?

Ангелина – как-то не по-ведьмачьи. К тому же, это лишь сценический псевдоним. Где теперь я и где сцена? А, была не была!

– Зинаида, – представилась, как мать назвала.

– Ого! – восхитился князь. Он вообще как-то странно на меня реагировал, может того, невменяемый? – Зена, дочь грома и молнии. Вам очень идет!

А что, мне понравилось. Я как-то никогда не думала, что мое имя можно сократить так. Хотя, я и Каллисто смогла мысленно обрезать лишь до «Кал». Навряд ли князь порадовался бы такому обращению.

Наверху что-то рухнуло. Потом забарабанило, застонало. Кажется, шарообразные таки проломили кровать и продолжили любиться уже на полу. Ну, заодно и паутину немного подчистят, хоть какая-то польза.

– Прошу меня простить, но вам лучше уйти! – посоветовала и в прямом смысле стала теснить князя к двери. – У меня тут не убрано, гости шалят. В общем, приходите завтра. А лучше через недельку, тогда и дам окончательный ответ.

Вытолкала опешившего Каллистрата за дверь и обессилено присела на пол. Что предпринять дальше, понятия не имела. Все мечты о пластической операции и возвращении былой красы разбились об одну тощую и ужасно нахальную морду.

– Ну что, успокоилась? – вот и сам виновник «торжества» появился. – Теперь можем поговорить?

– Не хочу, – отмахнулась вяло. – Ты мне всю жизнь разрушил, сволочь. Вот отдышусь немного и снова убивать буду. На этот раз не кочергу, чего потяжелее возьму.

Видать, обещание котяру задело. Отошел подальше, запрыгнул на окошко и уже оттуда начал вещать:

– Да я тебе помог, а ты… Чем тебе наследство не угодило? Между прочим, этот провал-портал ― самый глубокий из всех ныне существующих. Другая бы от радости на одной ноге прыгала. А ты – убивать!

– Мне деньги нужны, долбокрыс ты эдакий, – покачала головой и указала на свое обезображенное лицо: – Я красивой хочу быть, понимаешь?

– А чего тут понимать, это дело поправимое, – еще сильнее скосился Драго. – Ведьма ты или как? Сейчас ингредиенты нужные отыщем и зелье сварим. Делов-то.

– Правда?! – опешила я.

Забыв об усталости, подпрыгнула и чуть не расцеловала котяру. Правда, вовремя спохватилась: уж больно запашок от него неаппетитный. Да и шерсть клоками выпадает. А вдруг это заразно?

– Правда! – возрадовался котяра. – Так, большинство нужных приправок у нас есть, осталось травы с могилки свежей надрать, и можно приступать. Ох, красавицу из тебя сделаю, закачаешься!

Сильно засомневалась, что полудохлый котяра разбирается в красоте, но за неимением других вариантов согласилась. Накинула уже полюбившийся бабулин плащ с капюшоном и вышла в ночь. Драго скакал рядом с азартом котенка, и не скажешь, что ему несколько сотен лет.

– Так хранитель без хозяйки выходить далеко не может, – пояснил он на мое ехидное замечание. – А прошлая ведьма старой была, даже в лес по травы давно не ходила. Вот и куковали с ней у окошка.

Деревенское кладбище встретило просто-таки замогильной тишиной, кажется, даже ветер стих, а на темное небо выплыла полная луна. Жутенько, аж дух захватило. Еще и косые зеленые глазищи Драго горели как два призрачных фонаря, перепрыгивающих с одного холмика на другой.

– Вот, нашел! – объявил хранитель и замер возле белоснежного крестика. – Трава почахонка, свеженькая, молоденькая! Дери сколько влезет.

Таких невысоких растеньиц с желтыми, слегка фосфоресцирующими цветочками прежде не видела. Так прежде я и ведьмой не бывала. Надрала целый пучок почахонки и, довольная, отправилась в обратный путь.

По дороге увязался следом какой-то коренастый мужичок. Было, приняла его за вурдалака, но быстро передумала. Навряд ли от вурдалаков самогоном за километр несет.

– Девушка-красавица, не страшно вам одной по кладбищу гулять? – обдавая запахом перегара и лука, поинтересовался ухажер. – Давай провожу?

Какие там провожания, он сам на ногах едва стоял. И, сдается, вообще не понимал, где находится. Начал с упорством бешеного барана предлагать пройти в номера.

Я на обращение «красавица» в последнее время неадекватно реагировала. Становилась злой и обидчивой, как положено ведьме. А поддатых мужичков, свято уверовавших в собственную неотразимость, и прежде недолюбливала.

– Да что там… – печально вздохнула. – Вот когда живая была, боялась. А сейчас ниче, привыкла.

И аккуратненько так капюшон скинула, да улыбнулась от уха до уха. Еще и луна точно в поддержку из-за тучи выплыла, да мое лицо осветила.

Надо было видеть, как мужик улепетывал. Он, поди, сам не знал, что умеет так быстро бегать. Перепрыгивая через низкие оградки и холмики, он несся по кладбищу с диким визгом.

И вспугнул трех гробокопателей.

– Это еще кто? – указала хранителю на трех парней с лопатами. – На завтра, что ли, могилку готовят?

– Вот еще! – фыркнул Драго. – Это ж разорители могил. Покойников обыскивают, украшения забирают, а потом обратно зарывают.

– Вот говнюки! – не сдержалась я. – Их бы самих тут прикопать…

Драго забежал вперед и сел на дорогу, преградив мне дальнейший путь. Жалостливо скосил глаза:

– А можно, я их выпью, хозяйка? Ну, хоть по чуть-чуть, не до смерти?..

– В смысле?! – охнула и впала в ступор. Впрочем, это продолжалось недолго, я наконец-то поняла, чем питается этот заносчивый монстряка. – Так ты вампир, что ли, нежить?

– Мяв, – впервые проявил кошачью натуру хранитель. – Можно, можно? Пожа-а-алуйста?

Похоже, без разрешения ведьмы-хозяйки Драго не мог опробовать угощение, и это многое объяснило. По крайней мере, стало ясно, отчего ему пирожки мерзкими показались.

– Пей сколько влезет, – благосклонно разрешила. – Я сегодня добрая.

Сзади послышались стоны и шум драки. А уже возле дома меня нагнал кот. Даже не так – Кот! Гигантский, размером с приличную лошадь, с пушистой шерстью рыжевато-серого оттенка. Лапы с острыми когтями были чуть ли не втрое больше моих ступней. Если бы не по-прежнему косые зеленые глазищи, ни за что не признала в этом мохнатом монстре Драго.

– Спасибо, Хозяйка, – учтиво поклонился он, – наелся досыта. Сначала думал, наркоманы или алкаши какие. Ан нет, здоровые волне парни, только дурные. Но кровушка у них вку-у-усная!..

Котяра облизнулся порозовевшим языком и блаженно прикрыл глазищи.

– Ты их убил? – уточнила на всякий случай. – Или они теперь тоже вампирами станут?

– Да не, живы будут. Полежат немного в крапиве, а к утру очухаются, – миролюбиво сообщил Драго. – А нежитью они не станут, коты и люди разные виды, так что тут без вариантов.

– Ну и славненько, – кивнула я. – Раз ты доволен, идем зелье делать. Твоя очередь помочь мне с преображением.

Дома в огромном котле вскипятила пучок полусгнивших травок, добавила пучок сушеных мышиных хвостиков и ножки саранчи. И последний ингредиент – почахонка. Стоило бросить травку в котел, как все забурлило, в стороны разлетелись желтоватые искорки.

Драго с видом профессионального зельевара окунул в котел мохнатый палец, обнюхал, лизнул и утвердительно кивнул:

– Готово, хозяйка. Мажь лицо с шеей и беги к зеркалу. Эффект у этого зелья – мгновенный! Красавицей станешь – зашатаешься.

Ничего так зельице, приятненькое, пусть и пахло так, будто меня кто в болоте искупал. Красота же требует жертв. В любом случае зеленая жижа приятнее скальпеля хирурга. Кожу так слегка пощипывало, точно лимоном смазали.

– О, пошел эффект! – восхищенно поговорил Драго. – Вот бы тебя сейчас князь увидел, в обморок свалился от такой красоты. Лучшей ведьмы по всей области не отыскать.

Очень мне блаженная улыбка котяры не понравилась. Как и упоминание об обмороке Каллистрата. Вообще-то такие бруталы в обморок от женской красы не падают. Если только…

Полезла в сумочку за карманным зеркалом – у бабули в ее гостинице ни одного не оказалось.

– Последний писк моды! – продолжил комплиментить Драго. И даже прищелкнул языком.

А я глянула на свое отражение и заверещала нечеловеческим голосом:

– Убью, гад! Не успокоюсь, пока твой писк не услышу – предсмертный!

Глава 4

Это ж надо! Схватила тряпку и погналась за мерзавцем. И путь он размером с лошадь – все равно кот, бояться хозяйку с полотенцем у него в крови. Да и спрятаться такой туше на кухне негде. В итоге разгромили запасы бабули: варенье из мух, сушеные грибы и летучих мышей. Сшибли набор кастрюль, пестиков и стопочек непонятного предназначения. Уронили на пол банку с чем-то синюшным, и оно распахлось тухлой черникой и копотью.

Пару раз я все же попала по боку и тупоголовой башке хранителя. Больно ему вряд ли, зато как обидно.

А нечего превращать хозяйку в жабу!

Лицо мое от зелья приобрело нежно-зеленый оттенок, а на щеках и подбородке выросли пупырчатые родинки, из которых торчали пучки черных волос.

– Да ты чего взбеленилась, хозяюшка?! – взвыл зажатый между крепким дубовым столом и стеной хранитель. – У тебя какое-то зеркало, наверное, неправильное!

– Это у тебя вкусы извращенные! – гаркнула взбешенная я. – По-твоему, зеленый цвет кожи – это красиво? А бородавки?

– Очень! – похлопал глазищами Драго. – У нежити это последний хит, говорю же. А-а-а, так ты что, по-человечески, что ль, хотела быть красивой?

Надо же, какой догадливый. А сразу спросить было нельзя? Еще меня тупой называл.

– Да не расстраивайся, хозяюшка, – попытался подлизаться кот. Потерся боком так, что я чуть не рухнула. – Эффект всего-то месяц длится. А после снова будешь бледная и гладкая. Одного не пойму, к чему такое убожество ведьме? О, времена, о нравы!

Он, зараза, даже глаза закатил. А я обреченно завыла. Хотела было сказать проштрафившемуся хранителю пару ласковых, да тут на его счастье в холл скатился шарообразный монстр.

– Что-то не так? – растерялась я. – Дать другой номер? Если что, еду не подаем, кухня… гм, на ремонте.

Вернее, в полной разрухе. То, что чудом уцелело после восстановления дома, добили мы с Драго.

– Все было просто великолепно! – пробулькал шарик. – Вот вам, хозяюшка, за приют.

И подал мешочек с какими-то светящимися зелеными шариками. Точно какой-то чудак поотрывал жопки огромным светлякам и ссыпал в полупрозрачную тару. Но я приняла, не ругаться же с постояльцем. Держа неведомое «сокровище» на вытянутой руке, проводила постояльцев до двери. Точнее до провала, в коем они благополучно и скрылись.

– Что это? – продемонстрировала «подарок» хранителю.

Он сделал жест, в народе называемый рукалицо, вернее – лицолапа. Закатил глаза и простонал что-то нечленораздельное. Я покосилась на полотенце.

– Ты что ж, всю жизнь собираешься силу черпать исключительно из травок и мухоморов? – въедливо уточнил мохнатый. – Этого добра, знаешь, сколько сожрать надо, чтоб хоть простенькое заклинание произнести? То ли дело мана…

Он почти благоговейно покосился на мешочек в моей руке.

О, так это что-то вроде ведьмовской силы? Вот для чего бабуля гостиницу содержала.

– И что с этой маной делать? – уточнила я. Развязала мешочек, принюхалась: лимончиком пахнет и мятой. Видать, не светляки это, ошибочка вышла.

– Жри, дура, пока не выветрилось! – распорядился хранитель. – Прошлая ведьма слабая была, гостиницу запустила, так что следующие посетители не скоро явятся.

М-да, легко сказать, жри. Один раз я уже последовала совету Драго, результат, как говорится, на лицо. Страшно представить, что будет после приема маны внутрь.

А, была не была. Хуже, кажется, уже не бывает.

Зачерпнула пригоршню зеленой фигни и отправила в рот. От малейшего прикосновения языка пузырьки лопались, выпуская сладковатое содержимое. Ничего так, терпимо. А главное, от горла по всему телу стало распространяться непривычное тепло.

Слопала, короче, весь мешочек.

Глянула на руки: от них словно шел зеленоватый дымок. Щелкнула пальцами, и рядом с Драго что-то взорвалось. Кот подпрыгнул и забился в угол, пугливо поджав хвост.

– Ты давай с этим завязывай, хозяюшка, – посоветовал пугливо. – Лучше силу на другое направь. Ты ж, вроде, хотела облик сменить? Вот и давай, действуй!

То есть я? Мне теперь все-все можно? Только как?!

Этот вопрос адресовала хранителю. Экспериментировать боялась, даже дышала неглубоко – уж больно грудь жгло с непривычки. Еще взорвусь от переизбытка маны этой.

– Я хранитель, а не учитель, – покачал головой Драго. – Тебе постигать дело ведьмовское надо, хозяюшка, а не за хранителем с тряпкой бегать. Ступай-ка ты в библиотеку, там точно найдешь что-то полезное.

Перелопатить пришлось немало, прежде чем отыскалось нужное заклинание. Про себя отметила еще несколько весьма полезных книжечек. А еще поняла, что дом бабули требует не только уборки, но и ревизии. Оказывается, многие составляющие зелий и даже книги нельзя хранить рядом друг с другом, во избежание нештатных ситуаций.

До того умаялась, что даже с преображением решила повременить. Вместо этого заварила чай, открыла клубничное варенье (искренне надеясь, что это именно оно). Просеяла муку и – впервые в жизни – наколдовала! Решила начать практику с малого: обновила найденную в шкафчике муку, призвала масло и яйца. Правда, немного накосячила, и вместо обработанного продукта наколдовала исходник – корову и курицу. К счастью, доить я умела, а офигевшая курица снесла пять яиц подряд и лопнула, как мыльный пузырь.

– Ну ты, мать даешь!.. – прокомментировал Драго.

– Не лезь в эксперимент, – парировала я. – Лучше отведи корову в хлев, или что там за сарайка возле дома примостилась?

– Я, чистокровный хранитель, да пастухом служить?! – возмутился Драго.

Сделала вид, будто собираюсь щелкнуть пальцами. Хранитель все понял и обреченно поплелся на улицу. Коровка, точно по зову, отправилась вслед за ним. А я пока напекла блинов и удобно устроилась за столом. Давненько не позволяла себе выпечки, а блинов – тем более. Но сегодня особый день, сегодня все можно.

В самый разгар чаепития скрипнула входная дверь. Вначале я решила, будто это Драго вернулся. Но нет, на кухне возник силуэт, увидев который, ведьма-новичок, то есть я, выпустила из рук чашку.

Предо мной стоял поросший черной шерстю демон – вот самый настоящий. С рогами, копытами и надменной физиономией. Сверлил меня черными, как грех, глазами и вообще вел себя так, будто это не он, а я вломилась в его жилище.

Темный фрак и изящно повязанный красный шейный платок говорили о высоком статусе. Как и золотые часы, нарочито выглядывавшие из нагрудного кармана.

– Простите, свободных номеров нет, – произнесла опешившая я и демонстративно налила себе чай в другую кружку. – Приходите через недельку, когда тут обустроюсь.

Как он вообще мог перешагнуть порог? Как объяснил Драго, в дом могут войти только с моего разрешения: через дверь или через провал. А этого кто пустил? Не помню, чтобы давала свое разрешение.