Мартынов. Неделя стюарда

Глава 9

– А вот если такой бастард будет иметь потомство от матери с Ярой, да если ещё и из другого поместья, то тогда у него оба родителя будут с благородными предками, и ребёнка можно безболезненно признать наследником титула и соответствующе воспитать? – предположил я.

– Совершенно верно, – удовлетворённо кивнул князь Мартынов, – но, само собой, такие вещи делаются обдуманно, подконтрольно. А самодеятельность в этом вопросе мы прислуге запрещаем. Всё понятно?

– В целом, понятно, – сказал я, – но разве не получается, что мы мешаем простым людям иметь Яр и подниматься по социальной лестнице?

– О, как заговорил, – даже удивился дед, – какой радетель интересов простого люда нашёлся!

Он хлопнул себя по коленке, что у крайне сдержанного князя означало степень веселья просто запредельную.

– Ну, раз уж ты спросил, то Его Величество Государь Император уже несколько лет держит на особом контроле проект школ для детей простолюдинов, у которых есть Яр или Яра, – всё ещё улыбаясь, ответил развеселённый моим вопросом князь Мартынов, – более того, по расчётам наших академиков, через сорок лет более половины простолюдинов в какой-то степени будут иметь Яр или Яру. А через сто лет планируется, что все граждане Российской Империи будут иметь благородную кровь хотя бы частично.

– Это каким же образом? – скептически спросил я.

– Когда массовое обучение управлением Яром и Ярой будет налажено, мы снимем все запреты для простолюдинов. А бабы, как мы уже говорили, сразу побегут к тем, у кого есть Яр, – ответил дед, – значит, количество населения с силой будет только увеличиваться.

– А мужики, у кого Яра нет? – спросил я.

– Или, не мужики, а например, княжичи Матвеи Мартыновы, да? – нахмурился, вспомнив о моём пустом резервуаре, князь. – Во-первых, тут уж не мы, а Господь Бог и мать природа так распорядились, что бабу на Яр тянет. А во-вторых, есть проекты и на эту тему. Хорошо оплачиваемая служба за границей, например. Есть много стран, в которых Яра нет ни у кого, думаю, бабы там посговорчивее наших будут. Я и тебя подумывал куда-нибудь отослать, но решил, что лучшим выбором будет оставить тебя при дворе.

Быть внуком влиятельного человека не всегда просто. Тебя могут взять и отправить куда-нибудь, без твоего согласия. Как какую-нибудь посылку.

– Если я правильно понял, – сказал я. – То, через сто лет у всех будет Яр. В какой-то степени, конечно. Учитывая, что образование и Табель о рангах и так уже открывают всем гражданам Российской Империи огромные возможности, то, с появлением у каждого простолюдина Яра, грань между дворянами и обычными гражданами окончательно сотрётся?

– В принципе, можно сказать и так, – пожал плечами дед.

– Не будет ли это означать то, что дворяне перестанут быть дворянами? – спросил я. – По крайней мере, в глазах обывателей? Не случится ли так, как когда появились дешёвые ружья в странах, где у людей не было Яра: дворянин двадцать лет учится фехтовать и управлять лошадью, а торговец во время бунта его из мушкета убивает?

– Ты говоришь о том, что такой торговец будет считать себя ничем не хуже дворянина? – спросил князь.

– Да, – кивнул я. – Он будет думать так: «деньги у меня есть, образование какое-никакое тоже, есть и Яр, чем я хуже»?

– А тебе обязательно нужно, чтобы не-дворяне считали себя хуже нас? – спросил Юрий Мартынов.

Я задумался.

– Нет, по большому счёту мне всё равно, что они считают. Просто это плохо, когда у человека появляются иллюзии, когда торгаш начинает думать, что его образование равно образованию цесаревича и его знания о мире равны знаниям о мире Его Величества, – пожал плечами я. – На мой взгляд, это может привести к плохим последствиям.

– Согласен, но средний человек часто пребывает в самых разных иллюзиях, – ответил Юрий Мартынов. – Мы ничего не сможем с этим поделать.

– Если у всех будет Яр и грань между дворянами и не-дворянами сотрётся, мы все станем как будто бы простолюдинами, – задумчиво сказал я.

– Скорее напротив, – возразил дед. – Все станут дворянами. Просто кто-то станет дворянином без титула. Ведь у нас никто не заберёт Яр, совсем наоборот, мы поделимся Яром с людьми. Мы поднимем их до своего уровня. Вообще, сформированная, осознавшая себя нация, это и есть такой народ, где каждый является дворянином. Пусть не по титулу, но по уровню жизни и гражданских прав.

– Поднимая их, мы неизбежно немного спустимся сами, – ответил я. – Хотя бы в их глазах.

– Ну, ничего, потерпим, – ответил князь. И риторически вздохнул: – На что только не пойдёшь ради того, чтобы народ жил хорошо…

– Да ладно, – усмехнулся я. – Что-то такие заявления на тебя не похожи.

– Здесь не моя воля, а воля Его Величества всё решила. И потом, как ты сам сказал, у населения могут возникнуть иллюзии, что мы равны, но это именно что и будут лишь иллюзии, – сказал Юрий Мартынов. – Наша власть, наш уровень информированности о том, что по-настоящему происходит в политике и финансах, наше богатство, наши связи, – всё по-прежнему останется при нас. А на людях мы, аристократы, будем улыбаться в камеру и открывать благотворительные фонды.

– Кстати, а что случится с нетитулованным дворянством? – спросил я.

– А вот они постепенно и очень быстро сольются с основной массой русских, – ответил князь. – Либо все станут дворянами поголовно, либо это перестанет иметь какое-либо значение.

Тут до меня начало доходить.

– Погодите-ка, – протянул я, соображая. – Это же… это же получается…

Я расхохотался. Князь Мартынов и красивая дама смотрели на меня, чуть ли не хватающегося за живот от смеха. Дама смотрела с нейтральной полуулыбкой. Дед смотрел спокойно, как всегда.

– Титулованное дворянство только укрепит свою элитарность! – воскликнул я, утирая слёзы, вызванные смехом. – Потому что сейчас между нами и обывателями существует прослойка дворян без титулов и до титула дворянина можно дослужиться лет за десять-двадцать…

– А до титула даже барона, не то, что графа или князя, дослужиться практически никак нельзя, – закончил за меня старый князь. – Его можно только получить личным указом Его Величества.

– А значит, когда титул обычного дворянина перестанет иметь какое-либо значение, – продолжил я. – Титул барона, графа или князя, будет иметь на контрасте иметь значение ещё большее!

Я снова рассмеялся.

– Да, всё внимание общества по-прежнему будет приковано к нам, все будут хотеть ездить на таких же машинах, как у нас, покупать своим детям коляски, как у наших наследников, копировать наш стиль, – сказал князь. – И мы будем продавать им эти машины, коляски и стиль. И всё остальное.

Я выдохнул.

– Да уж, – сказал я. – И кто же это придумал?

– Это, Матвей, даже придумывать не надо, это очевиднейшая вещь, лежащая на поверхности, – ответил дед. – И всем хорошо: население нашей страны имеет Яр, то есть, имеет лучшее здоровье, живёт дольше, в случае войны становится гораздо более полезно, а мы делаем вид, что теперь наши титулы существуют только формально, а на самом деле даже увеличиваем наше влияние.

– Слушай, но сейчас княжич может жениться на простой дворянке, а если нетитулованные дворяне окончательно смешаются с простолюдинами, то, как же быть? – спросил я. – Не получится же женить княжичей только на графинях и княжнах, так и до вырождения недалеко.

– А так и быть, – ответил князь Мартынов. – Представь заголовки газет на прилавках и в Паутине: «молодой граф Гагарин женился на простой кассирше из бистро! История современной Золушки!».

– То есть, будут разрешены браки между дворянами и простолюдинами? – не поверил я.

– Мужчине можно будет жениться на простолюдинке, – поправил меня дед. – Тогда их потомок по мужской линии будет сохранять титул. Это будет своего рода династический союз между аристократами и обществом.

– Потому что если аристократы будут заключать браки только между собой, то простые граждане имеющие все общественные права, да ещё и Яр, могут задаться вопросами, зачем вообще нужны аристократы? – спросил я.

– Именно так, – кивнул дед.

– А если девушка-графиня или там, княжна, влюбится в простого учёного или писателя, или допустим даже уборщика, ей, получается, замуж нельзя будет? Ущемление прав женщин какое-то намечается.

– А тебя это так волнует? – прищурился Юрий Мартынов.

– Это будет волновать журналистов и всяких баламутов, которые будут искать, в чём бы нехорошем обвинить аристократию, – ответил я. – Ты же и сам это знаешь.

– Конечно, знаю, – кивнул князь. – Естественно, ребёнок от их союза никакого титула не унаследует. Но браки никто не запрещает и сейчас, не так ли?

– А титулы будут существовать просто как красивый фантик, – сказал я. – Точнее, так будут считать неаристократы. Мол, замуж-то девушке выйти можно, а то, что она потеряет титул, так и пусть, кому он нужен-то? Так?

– В точности так, – подтвердил князь Мартынов.

После этих слов мы погрузились в молчание. Я глубоко задумался над тем, что мне рассказал дед. Через пару минут он нарушил тишину обратившись к девушке, о присутствии которой я, погружённый в мысли, уже успел забыть, хотя она сидела всё это время напротив меня:

– Ну что? Чувствуешь что-нибудь?

– Нет, – покачала та головой, сочувствующе глядя на меня, – совсем ничего.

– Я попросил нашу прекрасную спутницу проверить, есть ли у тебя Яр, – объяснил мне дед, – у неё огромный резервуар Яры, что позволяет ей уникально чувствовать мужскую энергию.

– Которой, у вас, князь, очень много, – она посмотрела на него с восхищением.

– Благодарю вас, вы очень добры, – склонил голову старый князь.

– А зачем меня проверять? – спросил я.

То есть, сам-то я понимал, что у меня был Яр и что только то, что я снова его истратил, помогло мне сохранить мою тайну, но мне было интересно, почему вдруг у моего деда появились сомнения.

– Ну, вдруг ты какой-то нечеловеческой силой воли, которой, впрочем, у тебя никогда не наблюдалось, смог вытерпеть недавние испытания и скрыть наличие у тебя Яра, – ответил дед. – Мне же нужно знать всё о своих потенциальных наследниках.

Я молчал.

– К тому же, вчера тебя видели в ресторане с фрейлиной Аматуни, видимо, ей нравится твоя компания, – продолжил Юрий Мартынов. – Вот я и предположил, что у тебя есть Яр, который её притягивает,

– Ну, как видишь, мы просто друзья, – пожал плечами я.

– Хм, вероятно, – задумчиво ответил князь Мартынов. И спросил: – Я ответил на все твои вопросы?

– Да, Ваше Сиятельство, – сказал я.

– Тогда всего хорошего, – он указал глазами на дверь.

Машина остановилась, и я обнаружил, что мы снова находимся у двери в мою квартиру. Я потянулся к дверной ручке, но дед покачал головой. Это означало, что если я не дождусь, пока водитель выйдет и откроет передо мной дверь, то я окончательно опозорю весь род Мартыновых.

Выйдя из машины как положено, я, наконец, зашёл в квартиру. Последние дни я под вечер бывал совершенно вымотан, так как каждый новый день приносил что-то новенькое. И, самое, интересное, мне до сих пор удавалось держать в неведении о своих приключениях самого близкого ко мне человека, – Тараса.

Который уже встречал меня у дверей.

– Матвей Михайлович, я вам на ужин омара, фаршированного фунчозой приготовил, дак вы с князем кататься уехали… – начал Тарас.

– И? – у меня возникло сильное ощущение, что омар меня не дождался.

– …ну так я его эт… сам… того. Употребил, в общем, – закончил Тарас. – Не пропадать же ему, а остывшего разогревать, так это издевательство над блюдом.

– Ну и что мне с тобой делать? – риторически произнёс я.

– Матвей Михайлович, так у меня тут в ванне ещё два плавают, я вам быстренько сейчас запеку, хотите? – чувствуя свою вину, Тарас стал очень предупредительным.

– Запекай, шут с тобой, – разрешил я и поднялся в свои комнаты.

В моём холодильнике ещё оставалась капикола. Я бросил её на тарелку и, открыв бутылку чёрного лимонада, уселся за компьютер. Нужно сказать, что, будучи пустышкой, я тем не менее имел опыт использования некоторого слабого подобия Яра. Я говорю, конечно же, о видеоиграх. Эта индустрия чрезвычайно развита в Российской империи, в наши игры играют по всей планете.

По понятным причинам, высшая аристократия, то есть, все, кто знатнее баронов, больше заняты государственными и светскими делами, наведением знакомств, образованием коалиций и так далее. К тому же, рассчитанные на простонародное большинство видеоигры так или иначе обыгрывают применение Яра, а высшая аристократия и без этого с самого детства по горло сыта тренировками по использованию своей силы.

А вот простые дворяне и люди безродные, то есть, не знатного рода, в свободное время играют настолько много, что индустрия видеоигр является одной из самых прибыльных в мире. Ну и, естественно, я, как пустышка, тоже играл.

Теперь же мне было с чем сравнить. Нужно сказать, что хотя и Яр в видеоиграх, конечно, слабо был похож на действительный, однако же этот опыт, думаю, всё же помог мне сориентироваться с тем, как управляться с настоящим Яром.

Включив компьютер марки «Харбин», сделанный, естественно, в русском городе с таким же названием, я начал смотреть какой-то сериал. Он рассказывал о каких-то разработчиках программного обеспечения, живущих в Алтайской Губернии. Жанр сериала определялся как комедия ситуаций или «ситком». В подобном жанре редко можно встретить что-нибудь по-настоящему смешное, но конкретно этот сериал был неплох.

Задумавшись о буднях программистов, я унёсся мыслями в неожиданном направлении. А что, если бы кто-то решил сделать видеоигру, такую же, как те, в которые играю я, но, чтобы в ней игровой мир продолжал свою жизнь и тогда, когда я покидаю игру?

Предположим, я создаю персонажа, а в другом доме, другой молодой человек или девушка (почему бы и нет?) создаёт своего, а в игровом мире мы, точнее наши аватары-персонажи, встречаемся так же, как встречались бы в игре по одной сети. Но только с той разницей, чтобы весь игровой сюжет был устроен таким образом, чтобы его можно или даже нужно было бы проходить как минимум вдвоём.

Я почесал затылок. Что-то в этой идее было. Допустим, я выхожу из игры, но сюжет продолжается и без меня. Другие игроки могут играть дальше, а я присоединюсь к ним, когда снова зайду в игру. Или сделать так, чтобы конкретно моё прохождение игровых заданий останавливалось одновременно с моим выходом и возобновлялось тогда, когда я возвращаюсь в игру. Чтобы другие игроки не зависели от моего прохождения сюжета.

В такой игре, вероятно, главным противником для игрока быстро бы стали другие игроки. Можно было бы продавать им игровые предметы, позволяющие одерживать преимущество, за реальные рубли. В этот момент, когда речь зашла о реальных прибылях игра из области фантазии стала превращаться в реальный проект, о перспективах которого следовало поразмыслить более конкретно.

«Так, это нужно запомнить» – сделал я пометку. Этого мне показалось мало и, через десять секунд, я схватил бумажку и написал на ней, чтобы не забыть:

«Игра со внешним сюжетом, который могут проходить разные игроки, как одновременно, так и отдельно друг от друга».

Мысли мои понеслись ещё дальше. Известно, что не все игроки любят уделять время тонкостям сюжета или предыстории персонажа. Для таких игроков можно было бы сделать подобную же игру, можно прямо с теми же самыми персонажами, но с гораздо более быстрым развитием способностей персонажа, чтобы они могли зайти, поиграть полчаса-час против друг друга или командой против команды, не вникая ни в какие истории и выйти. Можно было бы сделать для таких игроков возможность играть разными персонажами, привязанными к одному аккаунту.

А что, если сделать две разных игры, одну такую и одну такую, и продавать их отдельно? Нужно будет поискать в Паутине информацию о разработчиках игр. Не удивлюсь, впрочем, если и у Мартыновых есть доля в подобной компании.

Правда была одна небольшая проблема. Жалование стюарда у меня символическое, я могу купить лучшую из «ладошек» или, скажем, недорогую машину, но игру на него не сделаешь. Нужно поговорить с дедом… Или найти кого-то ещё, кто захочет вложиться?

Глава 10