Встреча с тобой

– Ага! – коротко ответила и поднялась с дивана, оставив смартфон на нём. Уже почти час дня, нужно собираться в дорогу.

Гаджет снова завибрировал, но это уже входящий звонок. Снимала кофту через голову, поэтому не глядя подняла трубку, и запыхавшаяся, радостно ответила, – алё!

Я, если честно была уверена, что звонит подруга, чтобы уточнить место встречи, либо намекнуть на подарок, чтобы я собиралась быстрее, а то опаздывать люблю и Вика знает об этом не понаслышке.

—Привет, – совершенно не ожидала услышать мягкий мужской голос, раздавшийся на том конце.

—П-п-привет, – наконец выпутавшись из кофты, отстранив телефон от уха и прочитав на экране "мои грёзы", нервно ответила, почувствовав, как всё внутри замерло.

– Какие планы на вечер? – уточнил голос также томно и завораживающе.

—Э э э,– немногословно отозвалась, пытаясь прогнать из головы перекати-поле, но вместо этого чувствовала, как всё вокруг плывёт и кружится.

– Многообещающе для дня рождения, – засмеялся Глеб, добавив, – я просто хотел пригласить тебя провести этот вечер вместе…

– Я не могу! – ответила слишком быстро и нервно.

– Почему? – мягко, почти промурлыкали в трубке мои грёзы.

– Через два часа встречаюсь с подругой и мы идём в кино…

– Кино? Интересно, сто лет там не был. Какой кинотеатр?

– Стрела, в три…, – зачем-то созналась и тут же пожалела об этом, знатно припечатав себя ладонью по голове.

– Аня, у тебя там всё в порядке? – заволновался мой собеседник, услышав мой вздавленый стон.

– Да, всё просто замечательно! – злясь на себя и морщась от боли, сквозь зубы ответила на вопрос.

– Замечательно, тогда жду вас с подругой около кинотеатра, в три у входа. И не опаздывайте, сеанс из-за нас позже не начнут.

– Угу, – только и успела выдохнуть, даже не подумав возразить, да и кто бы мне позволил… Этот нахал так оперативно повесил трубку…

Быстро собравшись с мыслями, стала набирать Глеба, чтобы всё отменить, но он не отвечал.

– Вот хитропопый гад! Ну и что делать? Сказать Вики? Нет, не нужно, а то ещё расстроится и не придёт. А оставаться с блондином наедине как-то боязно… Да и подругу я давно не видела и ужасно соскучилась… Пусть будет сюрприз для неё. Конечно, потом она меня поколотит, но это будет потом. А пока нужно отыскать, что-то с ног сногсшибательное в моём гардеробе, но так, чтоб никто не понял, что я слишком уж старалась.

Не меньше часа мне понадобилось, чтобы привести себя в порядок. Решила облачиться в лёгкую блузку голубого цвета, она шла к моим синим глазам, юбку карандаш с разрезом на бедре, почти приличным и чулки. Я читала в одном журнале, что мужчин они отчего-то привлекают. Вот и проверим. Если сесть вот так, закинуть ногу на ногу, то их можно заметить невооружённым взглядом.

Да… а оно мне надо? Может чулки к чёрту, итак тепло на улице ?

Но только об этом задумалась, как телефон снова ожил, желая моего внимания.

Это была Вика, она написала, что будет на месте раньше, минут на пять.

"Ок, я буду вовремя. У меня сюрприз, но не знаю, понравится ли он тебе…"

"Интересно… жду, давай скорее собирайся! Целую "

И, конечно, забыв обо всём на свете, я выбежала из дома, нацепив мягкие туфли, прихватив лёгкий плащ и сумочку.

У кинотеатра была ровно в три. Глеб и Аня уже стояли у входа и о чём-то мило беседовали. В руках моей подруги красовался небольшой букет из жёлтых роз. Глеб же прятался за ещё одним, просто огромный букет ярко-оранжевых цветов. И как только воркующая пара заметила меня, их диалог тут же прервался. Вика напряглась, а Глеб расцвёл в обворожительной улыбке, снова меня разоружая. И хотела быть серьёзной, но не осознанно улыбнулась в ответ.

Самоуверенный мужчина сделал несколько широких шагов ко мне навстречу, тем самым стерев разделяющее нас расстояние и оказавшись непростительно близко, для моего внутреннего спокойствия.

" Да что же со мной происходит рядом с ним? "

Мне протянули этот огромный пламенный букет с хитрющей улыбкой и лукавый взглядом. Но вот нельзя же так со своими поклонницами, они от таких улыбок и взглядом и так голову теряют, а тут ещё и розы… Растерялась конечно, но букет приняла.

Глеб, довольный, как удав прогревшийся на солнышке, склонился ко мне и прошептал, – здравствуй, – поцеловал в щеку и как будто нечаянно соскользнул своими губами к моим, обжигая их далеко не дружественным поцелуем.

Затем отстранился громко и весело сообщив мне и всем прохожим, – с днём рождения!

– Спасибо, – покраснев как рак, пробурчала я, озираясь по сторонам на заинтересовавшихся этой сценой прохожих. И тут же перевела взгляд на недовольную подругу, перед ней было неудобнее всего.

– Прости! – прошептала ей одними губами, поймав раздражённый взгляд.

Одноклассница лишь вымученно улыбнулась в ответ и небрежно кивнув демонстративно отвернулась. С наигранным интересом принялась изучать афишу фильмов на сегодня.

—Что ж девочки, куда идём, что смотреть будем? Только не говорите, что мелодраму. У меня с собой только один слёзный платок. Да и, если честно, я девичьи слёзы с трудом выношу.

Мы с Викой не сговариваясь окинули грубияна таким предосудительным взглядом, что он по идее, должен был сквозь землю провалиться, но как бы, не так. На мужском лице не дрогнул ни единый мускул.

Вместо долгого и изнурительного полёта в Тартарары, Глеб одним неуловимым движением, весьма по собственнически приобнял меня за талию. Только хотела возмутиться такой беспардонности, как поняла, что та же участь ожидала, обалдевшую от такого напора, подругу. Пользуясь девичью рассеянностью этот ловелас уверенно потащил нас в сторону кинотеатра, привлекая удивлённые взгляды прохожих.

– Вот клоун, из цирка, что ли, сбежал? – внимательно посмотрев на весёлого и довольного собой мужчину, решила я, наслаждаясь его прикосновениями.

Храм кино расположился на третьем этаже торгового комплекса. Поднимаясь на эскалаторе, плотно прижатая к тёплой мужской груди чувствовала, как бьётся его сердце, и мои коленки трясутся, но это было столь приятное чувство, что хотелось остаться в этих объятиях навечно. К моему удивлению, Вика, такому наглому обращению со своей персоной, не сильно возмущалась, просто что-то пыхтела, пытаясь выбраться из чужих лап.

Наверху билеты Глеб купил сам. И даже не позволил отдать за них деньги. И когда мы обе настаивали, слишком уж сурово окинул глупых девушкек недовольным взглядом, и спорить совсем расхотелось.

До фильма оставалось не больше пяти минут, и я осознала, что если не умою лицо холодной водой, то просто взорвусь от чувств, переполняющих тело, а щёки самовоспламеняться. Кажется, ещё минута, и эмоции хлынут отовсюду, словно сбежавшее молоко из кастрюли.

– Вика, не хочешь руки помыть? – позвала подругу с собой. Хотелось попутно ей всё объяснить, чтобы не очень на меня злилась и не прибила, когда останемся наедине. Всё-таки женский туалет в кинотеатре – многолюдное место. Там сложно совершить преступление, слишком много свидетелей.

Но к моему удивлению подруга отказалась, сказала, что у неё есть антибактериальный спрей, он надёжнее любого мыла.

И я пошла одна, оставив Глеба и Вику вместе. В какой-то миг обернулась на весело, что-то обсуждающую парочку, увидела, как лучшая подруга смотрит на мужчину, на моего мужчину, и почувствовала острый, болезненный укол где-то в груди. Но решила не придавать этому значения. Она ведь моя подруга и никогда не сделает мне больно?

Когда вернулась, оба многозначительно молчали, Глеб скромно улыбнулся мне, подхватил под локоть, и мы втроём отправились в пятый зал.

Поднялись по ступенькам, и чтобы долго не выяснять, кто куда сядет и с кем, я пошла по ряду, где находились наши места, первой. Глеб за мной, Вика замыкала наше странное и слишком молчаливое шествие. Зал оказался наполовину пустым. Конечно, будний день, середина дня.

После бесконечного количества рекламных роликов фильм наконец-то начался. Я нервно перебирала лёгкий шарф дрожащими пальцами и никак не могла хоть немного успокоиться. Ведь ничего страшного не происходило, но рядом с этим мужчиной я слишком сильно нервничала. Решив, что мой мандраж слишком заметен, набрала воздуха в грудь побольше и усилием воли заставила себя положить руки на подлокотники, чтобы снова не начать терзать бедный шарф, ему и так досталось.

Как только попыталась сосредоточиться на том, что происходит на экране, тёплые пальцы Глеба, осторожно, якобы случайно, коснулись моего запястья, заставив вздрогнуть, а моего спутника широко и хищно улыбнуться. Но спустя какое-то время, я буквально только успокоилась, а он совсем обнаглел, по-хозяйски опустив свою ладонь на мою, разжигая волну мурашек на коже и жар в сердце. Грозно посмотрела на захватчика моей конечности, а в ответ получила лишь абсолютно невинный бирюзовый взгляд. Но, он уступил моему негодованию, и мужская ладонь тут же освободила пленницу. А мне отчего-то стало грустно, неуютно…

С одной стороны, жалела о том, что была слишком строга, но с другой… Дай ему руку, он и голову откусит! Так ведь тётя про мужчин говорит? А так хотелось, чтобы снова прикоснулся, пусть мимолётно, пусть слегка… Но он как будто издевался. С умным видом смотрел эту ужасную мелодраму, даже не пытаясь снова ко мне приставать. Как будто не знает, что если женщина говорит нет, это значит да, но позже!

Фильм мне не шёл совершенно, да и зачем смотреть, как страдают неизвестные мне личности, когда у самой в душе разброд и шатания? В конечном счёте совсем загрустила и только снова потянулась к платку, чтоб уж добить эту измятую тряпку окончательно, но Глеб не дал. Сгрёб мою кисть своей большой ручищей и принялся наглаживать линии жизни большим и тёплым пальцем вызывая табун мурашек и не позволяя сосредоточиться ни на чём вокруг, кроме этих приятных ощущений. Ну а у меня всё по новой: паника вопила жалобные песни где-то внизу живота, а истерика опять носилась из угла в угол в голове, с плакатом " невиноватая я!". Воображение в тот миг тоже не унималось, решив веселиться по полной и выдавая мне такие сцены, что щёки не просто краснели, а пылали, как только не осветили зал? Как оказалось, напряжена была не только я, но и Вика. Прекрасно её понимаю, если бы она притащила мужика, да ещё не предупредив, сама бы шипела на неё змей. Тем более, мы планировали провести этот день вдвоём. Надо придумать, как извиняться… Мороженым? Смородиновое она любит, но одним стаканчиком тут не отделаться. Килограмм, не меньше!

И, кажется, только Глеб из нашей троицы был спокоен и улыбчив. Расплылся по креслу, как мартовский кот под тёплым солнцем, и наслаждался моментом.

Фильм закончился очень быстро. Мою ладонь всё это время не выпускали, захватив в тёплый и уютный плен. Я настолько привыкла к этим касаниям, что, казалось, они стали частью меня и уже не хотелось с ними расставаться.

После мы выпили кофе и решили разойтись по домам.

Проводили Вику. Уходя, она бросила на нас с Глебом странный взгляд, а после скрылась за дверью парадной.

И вот мы остались одни. Желала этого момента всей душой и боялась до трясущихся колен. Но я же смелая, сильная девушка.

—Пойдём, – предложил Глеб.

– Угу, – ответила, вложив свою ладонь в его, и мы медленно побрели по парку. Всю дорогу держались за руки, болтали, смеялись. Глеб рассказал мне о своём агентстве по организации праздников. Оно у него небольшое, но уже известное в городе. Ага, только найти я его не смогла. Но всё равно, ему есть чем гордиться. В двадцать четыре года уже директор. Выяснила, что день рождения у него середине сентября и сразу задумалась о том, что подарить, денег-то у меня особо нет. Только те, что давала тётя, но тут не разгуляешься. Максимум кино и мороженое… Но разве для него это подарок? Печально вздохнула, зарывшись носом в тяжёлый букет, и впервые в жизни, подумала о том, что неплохо бы по возвращении с юга, устроится на работу. С учёбой как-нибудь совмещу.

Заметив мой молчаливый и задумчивый вид, Глеб крепче прижал меня к себе, и попытался поцеловать, но я выкрутилась.

– Я же тебе не рассказала об институте, в который поступила! – наигранно радостно начала вещать, чтобы отвлечь мужчину оттого, что он задумал. И вроде ничего такого, но вот так, посреди парка, целоваться с ним наедине, поздно вечером. Ох, мамочки, как подумаю, аж ноги подкашиваются. Поэтому заговариваем зубы, Иванова, пока смелости не наберёмся!

В общем, я тоже не осталась в долгу, и всю дорогу до самого дома хвасталась своими достижениями на художественном поприще, обещала как-нибудь показать собеседнику свои работы. И густо покраснела, вспомнив, что из последних работ у меня девяносто процентов его портреты, а оставшиеся десять – море.

– Знаешь, – полушепотом произнёс блондин, когда мы оказались под окнами моего дома, – а я ведь заметил тебя давно.

– На выпускном… – покраснев и невинно опустив глаза в пол, поинтересовалась я, чувствуя, как сердце бьётся в груди бешеной птицей, периодически замирая.

– Нет, гораздо раньше. Когда пришёл в вашу школу договариваться о помощи в организации выпускного. Как сейчас помню, стоял в коридоре, мирно подпирал стену, ждал аудиенции у директора, а тут ты. Такая лёгкая, сияющая, как видение. Твои большие синие глаза так на меня смотрели, что, казалось, видели насквозь. Это было так необычно…

– И, – мимолётно подняв на него взгляд, забывая, как дышать и пропадая в этом бирюзовом волшебстве, поинтересовалась, – что же было потом?

—Потом я вошёл в кабинет директора, и решил не отвлекаться от работы. Но, твои глаза и этот взгляд в самую душу, никак не мог забыть, и когда встретил вновь на вашем выпускном, как мог, пытался держаться на расстоянии, но ты похожа на магнит, который притягивает, и даже если очень хочешь оторваться, то не в силах это сделать.

От этих слов всё внутри запело, чувствовала, как ещё больше краснею и парю одновременно где-то в небесах, над этим облачным и серым городом. А когда Глеб, сделал шаг ко мне навстречу, не давая времени одуматься, коснулся моих губ своими, мягкими, тёплыми и такими требовательными, окончательно растаяла и прижалась к мужчине, как к кому-то давно знакомому и безумно родному. Непонятно откуда появилась долгожданная решимость, но мне было так хорошо и уютно, что совершенно не хотелось всё это прекращать.

Я, то окуналась с головой в новые, ранее незнакомые чувства, то выныривала в реальный мир, но каждый раз , как только позволяла себе оторваться от мужских губ, чтобы хоть как-то набрать в грудь воздуха, меня лишь крепче сжимали в объятиях, и снова целовали до головокружения от переполняющего тела чувства – счастья. Мужские руки как-то слишком бесцеремонно поползли под мою блузку, и именно это заставило прийти в себя и отстранится.

Тяжело дыша смотрела в слишком возбуждённые глаза напротив и не знала, куда деться. Хотелось провалиться сквозь землю и прильнут к мягким губам снова. Но, краем глаза заметила, как тётя выглянула в окно, и тут же отпрянула от Глеба, как от огня.

– Что-то не так? – тут же сделав ко мне шаг, спросил он. Но я помотала головой и отошла от него на безопасное расстояние. Затем отвернулась и сообщила одну важную вещь, о которой совершенно забыла.

– Я улетаю завтра…

– Куда? Надолго? – опешил мой кавалер.

– К родственникам тёти, на юг. Она всегда на лето отправляла меня к своей маме, до моего дня рождения. На праздник я возвращалась к ней и Вике, а на следующий день улетала до конца августа. Вернусь только тридцатого.

Глеб отвернулся от меня и задумался о чём-то своём. Но уже через мгновение, развернулся, улыбнувшись тепло и солнечно, подошёл ко мне, сгрёб в объятия и поцеловав в щеку. Затем отстранился и как-то странно посмотрев в глаза потянулся к уху и прошептал.

– Это всего три недели, и слава человечеству, что придумали телефон и интернет. Ты ведь будешь писать мне, принцесса?

– Конечно, – улыбнулась в ответ и прижалась к тёплой и родной груди, уже не обращая на пристальное внимание тёти. Так хотелось прошептать, – остановись мгновенье, ты прекрасно! Но я понимала, что это ужасно глупое желание и ему не дано сбыться.

Позволила себе провести в тёплых объятиях столько времени, сколько дала тётка. Но когда она начала слишком часто названивать мне на сотовый, пришлось вырваться из кольца уютных рук и грустно отправиться домой. Нужно было сложить ещё кое-какие вещи в чемодан.

Оглянулась около самой двери, поймала лукавый, сияющий взгляд бирюзовых глаз и воздушный поцелуй, и с тяжёлым сердцем отправилась домой.

Как и предполагала, тётя устроила допрос с пристрастием, но я не стала вдаваться в подробности. Просто соврала, что заболталась с Викой и не услышала сотовый. А этот милый молодой человек просто меня проводил.

– Просто только кошки рождаются! А что этому детине от тебя только одно надо и с одного взгляда понятно!

– Мирослава Сергеевна! – возмутилась я, – что это интересно ему от меня может быть надо?

Внятного ответа на свой вопрос я, конечно, не получила. Просто была выпровожена собирать вещи, с комментариями о том, что как хорошо , что я улетаю от греха подальше.

– Какого греха! – возмущалась я в ответ, – за кого Вы меня принимаете?

– За наивную, юную и ещё не смышлёную особу, которая находится под моей полной ответственностью. Так что быстро собирать вещи, мыться и спать. Завтра рано вставать!

С тётей особо не поспоришь, поэтому я быстренько взяла ноги в руки и отправилась делать всё, что сказали. Да и спорить дальше не хотелось. Хотелось остаться одной и зарисовать сегодняшний вечер. Точнее, Глеба, таким, каким я его запомнила.

Блондин, как чувствовал, что все мои вечерние ритуалы окончены, ведь как только моя голова коснулась подушки, телефон на тумбочке настойчиво завибрировал.

Устало протянула руку и, включив экран прочла.

"Доброй ночи, принцесса! Очень буду ждать твоего возвращения и уже скучаю. Целую, Глеб."

Лишь улыбнулась, на столь приятные строки, и отправила в ответ.

"Доброй ночи и до скорой встречи, милый Глеб. Целую, Анна."