Последнее искушение свободой

– Конечно, менеджмент не однороден. (Пауза) Видите, как я чётко выговариваю это слово. – Здесь следует до внимательности, обзорный взгляд Кандидата на всех, кто может быть, ещё не узрел им сказанного. – Что и говорить, годы труда не прошли бесследно, но впрочем, давайте к делу. Значит, как его там… а, манахер, он разный бывает. И вот наша задача и заключается в том, чтобы этого самого манахера привести к одной общей линии спроса. Но всё-таки, кто же мы такие? Обязательно, вновь спросите вы. М-да. Что ж, если вы удосужились прочитать вывеску на двери офиса (некоторые из пришедших сюда, кто заволновался, явно прошли без внимания на этот висячий факт), то мне вам не надо долго это объяснять. Для близоруких же, я скажу, без бл*ть, повторений. Мы эффективные менеджеры, элита менеджмента. Мы в своём роде менеджМенты, осуществляющие контроль за работой наших подопечных. И я даже скажу больше, именно от нас здесь и зависит практически всё. – Кандидат вытер появившиеся капли пота на своём лбу. – При этом мы ни от кого не зависим и имеем полную свободу действий. – Кандидат внушающе обвёл всех взглядом. – И только в конце месяца, смотря на свой расчётный листок, в полной мере понимаешь, всю свою нулевую зависимость. – Заржал на последней фразе Кандидат.

Затем, потушив сигарету об пепельницу, он, определённо сосредоточившись на чём-то внутреннем, выдал очередную порцию своего застоявшегося определения. – Значит так, я не люблю разводить сопли. Так что скажу прямо. Мне нужны стойкие манагеры, а не какие-нибудь там менейджеры. Хотя нынешняя проводимая политика компании, в плане выращивания манахеров и менейджеров, идёт в разрез с моим мнением, но тем не менее, пока я руковожу отделом эффективности, – Кандидат грозно посмотрел на Первого, – у меня здесь такое не пройдёт. Да, девочки, именно так. – И не дожидаясь ответной реакции, выпалил:

– Значит, напутственное слово я сказал, а теперь к делу. Далее в основной курс дела вас введёт мой оперативный заместитель. – Кандидат пространно махнул рукой. – А мне же между тем необходимо ….Да какого чёрта я перед вами здесь оправдываюсь. – Кандидат сплюнул и, накинув на себя пиджак, вызвал, как мы поняли, того самого быстроходного оперативника. После чего, без всякого там до свидания (однозначно английские корни бередили душу Кандидату), оставил нас одних в кабинете.

– Любопытно. – Было начал Второй, но его перебил вошедший из дальней двери кабинета, тот самый обозначенный мною Опер.

– Так что вам так любопытно? – спросил он Второго.

– Да, в общем-то, всё. – Не стал вдаваться в детали Второй.

– А не надо стесняться. В нашем отделе это качество находится под запретом. Ведь внутри коллективная откровенность, есть требования эффективности. – В свою очередь добавил Опер, присаживаясь на место Кандидата.

– Так значит, с Боссом вы уже познакомились, и как я понимаю, впечатлились. Ну, а я, также не буду ходить вокруг да около и сразу раскрою перед вами все карты. Причиной вашего приема к нам в компанию, стало недавно случившееся на нашем предприятии ЧП. В общем, один из работников, по всей видимости, обладая только тонкой душевной конституцией, взял и сорвался перед предстоящей эффективной проверкой, где вооружившись карабином, пустил в расход весь наш штат сотрудников. – На одном дыхании выпалил эту информацию Опер. После чего с интересом принялся осматривать нас, как бы изучая произведённый на нас эффект.

И тут вдруг у меня перед глазами всплыли те памятливые воспоминания об этом происшествии в компании. Но почему же всё-таки всплыли, а не как-нибудь по-простому, всего лишь вспомнились. А я вот, может быть, не хочу по-другому, да и, в общем-то, просто иначе нельзя было по-другому назвать этих представших передо мною троих «утопленников». При этом, как сейчас помню, их лица были, как бы смазаны и трудно различимы для всякого стороннего наблюдателя. И именно в таком виде они и предстали перед Годом и Денницей. Ну и естественно перед этими решателями судеб встал насущный вопрос об их будущем качественном пребывании, ответ на который определялся уже исходя из следующих вопросов: Кто же всё-таки будет работать с ними и за кем будет решающее слово?

Там-то, в одном из дальних кулуаров, я и услышал эту историю с расстрелом. Где эти трое эффективных менеджеров, как мне рассказывали, плюс ещё кто-то, находясь в комнате отдыха, развлекались как могли, или насколько хватало их манагерного ума. Ну и как это всегда бывает, скукота подобралась из ниоткуда и тогда, когда её не ждали, хотя возможно, им также надоело на собственной шкуре испытывать свои же шутки, и поэтому, по общему мнению, было решено направить свой пыл куда-нибудь в другую сторону. Ну, а для этого, нужно всего ничего, а всего лишь найти новый объект для приложения их остроумия. В качестве которого, как нельзя лучше и подошёл на свою и как оказалось, не только голову, зашедший сюда утолить свою жажду, один из сотрудников младшего звена компании.

Вот на нём-то, этими эффективными менеджерами и было решено отработать своё остроумие, и тем самым, облегчить своё страдательное безделье. При этом, по всей видимости, это уже было их не первое наклонение этого объекта для насмехательств. Ну, а что же в таких случаях делают все подобные субъекты, желающие быть очень остроумными? Да всё очень просто, они находят наибольшую уязвимость объекта и обрабатывают её по полной программе. Так сложность общения с противоположным полом, видимо и была той ахиллесовой пятой этого объекта насмехательств, на которую и не преминули наступить эти, такие весёлые парни. Да ещё к тому же, эти эффективные парни прознали про объект тайных притязаний этого сотрудника, что никак нельзя было пропустить, и было ими, в форме шантажа использовано на полную катушку.

Так они в категоричной форме предъявили ему свои требования, о немедленном решении вопроса с этой дамой его сердца, на что в случае его отказа, они угрожали уже решить этот вопрос за него – ещё с более категоричной позиции (проскальзывало какое-то упоминание ракообразных, ну а для чего это было сделано, для нас ангелов, так и осталось невыясненным). Не знаю, что творилось в душе этого объекта издевательств, но уйдя с работы раньше времени, он со временем возвращается на неё, уже основательно подготовленным. Видимо карабин, с полным комплектом патронов должен бы быть очень весомым аргументом в отстаивании его позиции. Так проследив за своими оппонентами и, дождавшись, когда они займут прежнее поле действия, наш объект, решив, сразу же расставить все точки над i, не давая и слова сказать этим своим оппонентам, сразу же, со входа, открыл огонь по ним. Ну, а дальше, всё пошло, как по маслу, которым тщательно был смазан затвор карабина.

Так для первого из них, этот полный неожиданностей разворот истории, так и остался таким, что было вполне закономерно, раз он даже не успел сообразить, в чём дело, когда разряд из ружья очень основательно пригвоздил его к стене кабинета. Маска ужаса застыла на лице второго, когда он в оцепенении, даже не пытаясь что-то сделать, получил свою порцию удовольствия. А ведь при этом, разряд, прошив его, в этот момент находящегося в опасной близости с кулером с водой, также не забыл проделать множество отверстий и в этой полной ёмкости с водой. Дальше второй участник, определённо в замедлении (для пущего эффекта), облокачивается на бутыль с водой и начинает потихоньку съезжать по ней вниз. И уже внизу достигнув устойчивости, останавливает ход этого своего, по всей видимости, последнего в жизни движения. Ну, а бутыль, получив сквозное ранение, начинает постепенно опустошать свою наполненность, и вода постепенно начинает заливать убитых.

Третий же, скорее рефлекторно, чем осознанно, пытается с помощью двери холодильника, прикрыть себя, но следующий выстрел, доказывает правоту определённых физических законов, и он, нашпигованный свинцом, наконец-то, занимает своё достойное место рядом с другими. Наш герой, ещё с какое-то время стоит, осматривает место развязки, затем бросает ружье и, не особо соображая, что делает, отправляется к выходу из здания компании. Где он, по одним источникам, задерживается полицией, по другим же, погибает при перестрелке с ней же. Правда есть и те, кто утверждает, что он скрылся (ну, а куда, можете даже не спрашивать, когда и так ясно, что в неизвестном направлении). В таком-то виде и предстала передо мной вся эта история, рассказанная мне на ушко кем-то из всегда готовых поболтать Ангелов.

И если для убийцы ещё предстояла встреча с Денницей, то наша троица, уже сейчас предстала перед судом небесной канцелярии. Что же с ними стало потом, точно не могу сказать, но кажется Денница, пока взял их к себе на поруки, дабы им не слишком скучно было ожидать их отправителя. И если участь убийцы, ещё вызывала сомнение в его земном существовании, я всё же думаю, что версия о его гибели, не имеет должных оснований. Ведь если бы это было так, то он бы давно предстал перед судом канцелярии, но раз его там не было, то значит, что он ещё где-то там, в неизвестном направлении, бродит по белому свету.

Опять же, версия с его задержанием, так же никем и ничем не подтверждается. Как-никак, а никаких официальных сообщений от соответствующих служб не последовало. А ведь подобные происшествия, зачастую вызывают общественный резонанс, и каждое СМИ, только и знает, что кричать об этом, когда как тут, какая-то уж очень странная тишина. Да и вообще, эта история так покрыта мраком неизвестности, что складывается впечатление, будто бы её специально кто-то пытается замять. Так, где же он, что с ним стало, все эти вопросы, так пока и остаются без ответов.

Ну, а когда возникают подобные несуразности, то начинают появляться различные сомнения, уже относительно самого происшествия. Впрочем, и здесь есть свои плюсы, так для меня теперь открылась вся подноготная моего определения на это место службы. И видимо Денница, узнав об освобождении этих вакансий, недолго думая, взял и запихнул меня на это освободившееся место. И тут опять же, возникает невольный вопрос, а не причастен ли сам Денница к разработке этого плана по освобождению вакантных мест в данной компании, или же всему виной моя подозрительность, видящая то, что мне хочется увидеть. Когда как, это всего лишь воля случая и помощь дурной головы этих менеджеров, привело к тому, к чему привело.

– Так вот, значит, – продолжил Опер, – случившееся ЧП, внесло свои корректирующие изменения в работу нашего отдела. Так нами было принято решение, на какое-то время отказаться от стрессовой аттестации.

– Так, по-вашему, это были всего лишь рабочие моменты? – спросил я его. Опер, как говорят в таких случаях и не повёл уха, но всё же несколько сбивчиво ответил мне:

– Да, конечно, как же иначе, но что поделать, раз занесло парней. Ведь такова специфика нашей работы. Когда каждый день приходится работать, чёрт знает с кем. – Здесь следует небольшая пауза, в течение которой, Опер что-то соображает. – Ну, давайте ближе к делу. В общем, в связи со случившимся в компании, администрацией было решено перевести наш отдел подальше от всех основных офисных помещений. Вот почему нам и пришлось преодолеть столь длинный путь. Что же касается нашего отдела, то он носит название «Служба управления персоналом» или коротко СУП.

– Не хотел бы подходить к вам с банальностями, но мне всё же интересно, с чем его едят? – решил вставить своё слово, такой весельчак Второй.

– Для этого я сюда и пришёл. – Не обращая внимания на этот иронический выпад Второго, без тени улыбки ответил Опер. – Впрочем, хотя вы и прошли первоначальный проверочный тест, но всё же это не значит, что решение о вашем приёме к нам уже принято. – Начал чеканить слова Опер. – Для этого вам необходимо будет пройти двухмесячный испытательный срок. И уже после, по результатам вашей аттестации, и будет принято решение по вашему приёму. – Опер обмерил взглядом Второго. – Видите ли, нам приходиться на ходу менять свои правила. Ведь это ЧП, как раз и произошло в ежегодный аттестационный месяц, после чего мы и остались, как без комиссии по аттестации, так и коллектив остался без должного присмотра. Так что, перед нами стоит задача по скорейшей вашей подготовке к исполнению рабочим обязанностей. – Вновь настаёт пауза, для того чтобы мы успели проглотить сказанное. – По поводу же структуры СУПа, то скажу следующее, наше подразделение является обособленным структурным подразделением, и мы подчиняемся только непосредственно генеральному директору. Из чего можете делать соответствующие выводы о важности нашего подразделения (где-то и от кого-то это я уже слышал).

– Так, следующий пункт, это наши задачи. – Опер заглянул в бумажку и, поморщившись, продолжил. – Расскажу в общих чертах. Мы занимаемся подборкой и расстановкой кадров, а также их аттестацией и формированием кадрового резерва. В общем, с конкретикой вы можете ознакомиться в предоставленных для этого документах. Сейчас же вы, согласно регламента мероприятий, отправляетесь для оформления на своё место работы. Ну а в последующем, вам ждёт тест из семи знакомств, где самое первое из них – это знакомство с сотрудниками отдела, в котором вы и будете работать. Ну, а так как ситуация у нас действительно экстра неординарная, то вскоре нам всем стоит ожидать больших перемен. – Опер вдруг решил пооткровенничать. – А так, пока что все вокруг присматриваются и ждут решения сверху. Что же касается вашего наставничества, то на время вашего испытательного срока, из другого нашего отделения будет переведён сотрудник по работе с новичками. Так что, если нет вопросов, то сейчас идите и оформляйтесь, и затем уж, там, в кадрах, и получите для себя все необходимые инструкции. – Сам тому не веря, наконец-то, закончил свою речь Опер.

– Начало обнадеживающее. – Выпалил Второй, выходя из кабинета.

– Да уж. Но главное то, что мы сами начинаем наш испытательный срок в период стрессовой ситуации. – В ответ заявил я.

– Да, точно. И при этом, у меня такое чувство, что что-то здесь не так. Не иначе, через нас хотят пропустить новую методику приёма на работу в этот СУП. Возьмут, посмотрят, как мы поваримся в экстремальной ситуации, из всего этого сделают соответствующие аналитические материалы. Да и сольют. – С расстановкой слов, в свою очередь ответил Второй.

– Не знаю, что сказать по этому поводу, но мне в любом случае деваться некуда. И что скажут, то и буду делать. – Вставил своё слово Первый.

– Да, наверное, ты прав. И что толку возмущаться. Нам же всё равно придётся принять любые их условия. Скажут на колени встать. Встанем. Куда же деваться. – Проявил чуткость к Первому Второй.

Первый же, не смотря на определённые ожидания Второго, не оправдал возложенного на него доверия, и как-то без эмоционально ответил:

– Скажут. Встанешь. – И надо честно сказать, я даже не смог бы определить победителя в этой мини перепалке. Конечно, я находился в ином положении по сравнению с ними, но кто знает, что и кем движет и что над каждым из них тяготеет. Может личные семейственные обстоятельства не дают им право на выбор и команда: «На колени! Сука!», – ещё не самая из них плохая, на которую они без лишних вопросов пойдут.

Пока же нам в отделе кадров предстояло подписать некоторые оформительные бумаги, где кадровичка, наверное, почувствовав общность, уже не была к нам столь не благосклонна и мы без всяких проволочек закончили это бумажное дело. После чего до нашего сведения была доведена следующая информация – так завтра, в восемь часов утра, нам следует прибыть в кабинет № такой то, где нас и будет ждать наш наставник. Что ж, как только мы получили данную разнарядку, то недолго думая, сразу же отправились, кто домой, а кто по своим делам (в чём большой разницы, наверное, нет). Я же, в свою очередь, отправился в свою съёмную квартиру, которую для меня заботливо сняло моё руководство; пока что из небесной канцелярии.

Что же я могу сказать по поводу этого моего земного жилища. В общем-то, квартира, как квартира, в которой я, всего вероятней, думаю, что, как-нибудь, да обживусь. Да и определенный для меня срок в полгода, по сравнению с вечностью, просто мгновение. Что касается внутренней обстановки жилища, то пока что внутреннее убранство квартиры состояло только из мебели оставленной хозяевами, что меня вполне устраивало. В принципе, мне не привычному к земному излишеству и этого было много. Но, как говорят, человек это такое существо, который в своих устремлениях всегда стремится к большему, так что, кто знает, что будет, когда я освоюсь и тогда уж моя непритязательность, может и станет меня тяготить. Пока же есть то, что есть и это для меня уже и так как-то много.

Поболтавшись некоторое время в пустой квартире, изрядно померив шагами её длину и ширину, я всё же, не испытывая большого влечения к точным наукам, решил больше не испытывать своё терпение и выбрался на улицу. Сказать легко, да и сделать, как оказалось, не столь уж и трудно, правда, бездельно слоняться, тоже надо уметь. Так выйдя на улицу, я сразу задался общедоступным для каждого бездельника вопросом: «Ну и что же мне делать? Куда податься потерявшемуся в этом мире?». – Что ж, для ответа на этот вопрос надо обратиться за багажом моих теоретических знаний, которые, возможно, и ответят мне, что же человек делает в таких неопределённых случаях. И хотя досужий выбор на первый взгляд и кажется весьма разнообразным, то при подследственном разборе, оказывается совсем всё по-другому. К тому же, многие предметы досуга должны отвечать определённым внешним условиям – таким, как необходимость хоть какой-нибудь компании, времени суток и дня недели, да и собственная увлеченность, как правило, несущая главную определимость вида отдыха, тоже имеет немаловажное значение.

Решив для себя, что спешка ни к чему хорошему не приведёт, я на первое время решил записаться в категорию зевак. Эта категория праздно шатающихся, да и не только, наверное, самая распространенная в современном обществе. Её можно встретить повсюду, и стоит тебе отступить от правила поведения и выкинуть какой-нибудь трюк, то добрый десяток зевак тебе уже обеспечен. Наверное, на этом свете, нет более успешного лова этого продукта человечества, и видимо только по этой причине, так любят современные «эксгибиционисты», прошу прощения художники, выступать со своими перфомансами на публике. Здесь то они уж точно, с добрый десяток зевак, да поймают на свой крючок. А уж, какой крючок, так это уж всецело зависит от эксгибиционизма художника, хотя, если сказать честно, то они особым разнообразием и не блещут.

Таким образом, половив ворон на улице, я не встретив, и слава богу, этих или тех творцов перфоманса, с чувством выполненного долга, отправился к себе домой, где уже смог бы успокоиться от этих первых впечатлений, лёжа на диване. А почему собственно успокоиться, разве со мной что-то случилось такого, отчего я должен был бы потерять покой и сон? Да вроде бы и нет, но с другой стороны, я всё-таки впервые оказался в незнакомом месте и всё же переживания, самые небольшие, да присутствовали. Ах, вот о чём это я, а то всё не могу точно определить тот объект, вызвавший во мне эти треволнения. А всё эта утренняя игра в эти переглядки, которая всё-таки меня зацепила, и вот сейчас, мне очень сильно захотелось, эту волнующую игру вновь продолжить с той же ненаглядкой.

Так, с этими мыслями я постепенно погрузился в сон и как ни странно, мои сновидения совершенно не были связаны с этими моими последними мыслями. Ну а, что такое сновидения, эта божественная, обучающая нас программа, мне хорошо известно. Но видимо сегодня, творец решил, что для меня сейчас необходимы совсем другие сновидения. И вот мой сон.

Вот я нахожусь в каком-то большом кабинете, пытаюсь получить из автомата порцию кофе. После чего получив её, иду к группе каких-то людей, которая в это время что-то громко обсуждает. Кто они? Трудно сказать. Но из этой группы, состоящей из четырех человек, из тех, кто стоит лицом ко мне, я узнаю Первого и Второго, другие же двое остаются видимы только со спины. Один из стоящих спиной ко мне, что-то там рассказывает всем, я же не вникая в разговор, пытаюсь обойти его и посмотреть на говорящего, но я не успеваю этого сделать, как вдруг происходит резкий переход к другой части сновидения.

Я иду по какому-то коридору, впереди меня идут мои коллеги по работе, рядом же со мной идёт тот, чьё лицо, я хотел рассмотреть впервой части сна. При этом он мне что-то рассказывает, но единственное, что я улавливаю, то это слова про какого-то чистильщика. Вот мы подходим к повороту, и я вновь пытаюсь посмотреть на моего собеседника, но получается так, что он исчезает за поворотом и перед до мной предстает только пустое пространство, в котором, где-то там вдалеке, видятся открытые двери. Я иду к ним. Приблизившись к дверям, изнутри до меня доносятся знакомые голоса и смех. Но только я попытался заглянуть в проём двери, как тут же оказываюсь внутри самого кабинета и уже изнутри вижу этот проём двери кабинета. Но что я там вижу? А всё просто, из темноты коридора на меня смотрят два тёмных (коридор тёмный, значит жерла темны) жерла ружья и следом раздающийся выстрел из него.

После чего я, дёрнувшись, просыпаюсь вовсе не там где ложился спать, а в некотором равно удалении всех частей моего организма от кровати, а именно на полу. Видимо последние кадры фильма, тьфу ты, сна, действуют на меня, как холодный душ, который и становится причиной этого пробуждения. Я спросонья, мало что понимая, оглядываюсь по сторонам и, не найдя то, что искал (как будто я этого помню, да искал ли?), затем заново укладываюсь в кровать. После чего вновь проваливаюсь в сон, и уже лишь для того, чтобы по сигналу будильника, призывающего к подъёму на работу, вновь проснуться через десять минут.

Наверное, специалисты часового завода по наладке будильников, из своей вредности специально подбирают такой противный звук для сигнала будильника, чтобы у засони не было ни одного шанса не услышать этот, так будоражащий нервы звонок. А может просто тебе, так сладко видящему сны, любой звонок извне, посмевший потревожить твой сон, так или иначе, всё равно покажется ненавистным. Не знаю точно, но для меня этот звонок будильника, как только я его услышал, стал одним из ненавистнейших звуков на свете.

Прижав насколько только позволяла моя любезность, кнопку отключения звонка, я в полусогнувшемся состоянии отправился в ванну, для того чтобы улицезреть свою готовность к рабочему дню и если выявятся недочёты, то тут же устранить их. А ведь, как оказывается, сон налагает на спящего свой характерный отпечаток. Лёгкая помятость, не совсем чёткий взгляд, прическа а-ля я в поиске и другие потёртости, вот часть сопутствующих физических факторов сна. Также оказывается, не забывает спать и растёт во время сна мой волосяной покров на лице, в придачу к которому добавляется – моё надышал, что приводит к необходимости чистке этого негативно-нагнетательного аппарата.

Да, всё-таки трудно в первый раз, не с привычки, выполнить все эти утренние процедуры. Выжимая пасту из тюбика и в тоже время тря глаз, так и норовишь промазать мимо зубной щетки. К тому же дыхание, так и норовит замутить твоё изображение в зеркале, в связи с чем, приходиться, то свободной рукой, то рукой с бритвой, постоянно вытирать зеркало от запотевания. А это в свою очередь чревато чрезмерным нажатием бритвы и подрезом своих щёк. И твоему раздражению нет предела и предмета, на который бы оно не хотело выместиться. Но не только ты раздражён, а после бритья и твоя кожа выявляет признаки этой чувствительности. И ты находишь специальное средство, дабы смягчить свои телесные чувства. Правда только после острого послесловия и горячего приёма кожей спецсредства, ты наконец-то, обретаешь относительное равновесие.

Но вот все утренние этапности пути к готовности пройдены и ты, в конце концов, говоришь: «Вот и всё, твои мучения закончились», – после чего, ты, отпивая уже на кухне чашку чая, уже готов к труду и ещё к чему-то там. Ну а горячий тонизирующий напиток делает своё дело, и ты полный энергии, в положенное время отправляешься на работу.

Сегодня, всего лишь сутки, как я здесь нахожусь, но при этом, сейчас, стоя на остановке, мне кажется, что я уже сто лет как живу здесь. Вокруг всё знакомо и привычно идёт, как по заведённому плану – тот же порядок движения маршрутных автобусов, та же очередность подхода служащих, разве что только с небольшими изменениями состава. И уже даже я стал частью этого утреннего ландшафта. Так все мы ждём своего рейса, правда я, даже в тайне от себя, ещё питал надежды увидеть ту встреченную мной незнакомку. Но я не знаю почему, но сегодня её не было. Ну а подошедший автобус, не внёс какую-то новизну в ход этого утреннего движения и, выполнив все свои действия связанные с забором рабочих, тронулся в путь, чтобы, как можно быстрей доставив нас к месту назначения, водитель автобуса смог бы присоединиться к своим коллегам по цеху, для утреннего разбора полётов.

В точно требуемое время, я прибыл в назначенное нам место. Выданный в службе охраны пропуск, поспособствовал моему без промедительному проходу в административное здание компании. Впрочем, как и в прошлый раз, из нашей компании я оказался последним, кто пришёл сюда. И мои коллеги уже были тут как тут. Видимо, личный транспорт, способствует этому раннему их прибытию, ну а я, как поклонник общественного транспорта, за неимением ничего другого, пока что остаюсь в аутсайдерах. Перекинувшись оздоровляющими словами, мы погрузились в безмолвное ожидание. Трудно сказать почему, но такое времяпровождение нас в данный момент всех устраивало. Это ведь только детям легко находить контакт с окружающим его миром. Взрослые же, боясь обжечься, со временем (потраченным на его взросление), становятся более осмотрительным, так что сейчас мы находились пока что на подготовительном этапе, присматривания друг за другом.