Просто вор и простофиля
- -
- 100%
- +
Тот глазами незаметно показал на Кирюшку. Потом, мол, все разговоры о делах. Без малышни.
– Одевайся. Я его домой отведу и на обратном пути зайду, через минуту, – сказал Филя.
– А моих мамы с папой, наверное, еще нет дома, – радостно уточнил Кирюшка. – Так что вам придется при мне болтать о своих секретах. Не стесняйтесь!
Филя даже закашлялся от такой наглости.
– Ты что это себе позволяешь? – постарался он сказать как можно строже. – Болтать! Так о старших не говорят. Сейчас привяжем тебя до прихода родителей к мусоропроводу, чтоб не сбежал, а сами уйдем.
Кирюшка улыбался во весь рот. Ничего не стоило сейчас прочесть его мысли. Чего, мол, зря угрожать? Ничего вы со мной не сделаете, а возьмете с собой как миленькие. Пошли уж, куда вы там обычно ходите секретничать, а я послушаю, о чем будет речь идти.
– Аську с Аней позвать? – спросил Даня.
– Нет, пока незачем, – ответил Филя. – Бесполезно. Совершенно ничего не ясно. Ну ни капельки! Тут бы хоть что-нибудь понять. А потом, конечно, и девчонки понадобятся.
– А я? – опять подал голос Кирюшка. – Понадоблюсь?
– Вот что, – уже совершенно серьезно сказал Филя, – будешь мешать, я тебя просто оставлю рядом с дверью твоей квартиры. Я обещал твоей маме только привести тебя из сада. Вот и привел. Чего еще? Развлекать тебя целый вечер?
– Не надо развлекать. Я не буду мешать, – обиженно шмыгнул носом Кирюшка.
Что Филе нравилось в этом малыше – мгновенный переход из одного настроения в другое. Кирюшка мог баловаться, а мог мгновенно стать серьезным. Мог шутить, а мог сразу же понять, что продолжать шутки опасно. Чего доброго, и правда останешься в полном одиночестве у закрытой двери своей квартиры! Лучше не испытывать Филино терпение. На всякий случай он напомнил:
– Как талисманку отдать, так Кирюшка нужен. А как взять с собой секреты говорить…
– Ладно! – засмеялся Даня. – Что вы тут затеяли глупый спор? Пошли все вместе. Спускайтесь, а через минуту и я вас догоню.
«И почему это мы всегда на улицу спешим? – подумал Филя, когда они с Кирюшкой ехали в лифте. – Как только что-нибудь интересное случается, сразу выскакиваем из дома, будто уже знаем, что надо делать. А ведь ничего не знаем. Можно было и в квартире посоображать».
Под почтовыми ящиками Кирюшка собрал рассыпанные рекламные буклеты.
– Что ты подбираешь всякую гадость? – недовольно буркнул Филя. – Хотя ладно, раз уж поднял, выбрось в мусоропровод. Перед Новым годом этой рекламой, наверное, весь подъезд завалят.
– Красивые открыточки, – разглядывал Кирюшка. – Я их в карман положу, пусть торчат, как будто варежки. А то мама ругаться будет…
Совсем забыл Филя «отобрать» у снеговика Кирюшкины варежки! Теперь придется еще раз зайти в садик.
– Ты бы еще на этого снеговика свои майку с трусами надел, – проворчал Филя.
Кирюшка прыснул смехом.
– А ты откуда знаешь, что я варежки нацепил на снеговика? – спросил он.
– Вместо погон, – добавил Филя. – Весь двор об этом знает. Все стоят у окон и любуются.
– Правда? – удивился Кирюшка.
Все-таки он был еще совсем маленьким. И такого «юмора» – когда говорят глупости абсолютно серьезным тоном – он не понимал.
– Ну-ка, ну-ка! – Филя вдруг вгляделся в одну из открыток. – Покажи…
Конечно, на открытке был изображен Дед Мороз. Ничего удивительного, Новый год ведь скоро. Все рекламные трюки основаны в это время на новогодней символике. Но на рекламке красовался именно такой Дед Мороз, каким Филя его увидел из-за ширмы, когда подглядывал в щелочку! Конечно, это было совпадение – но до чего же странное!
Ведь никогда раньше не приходилось Филе видеть Дедов Морозов в серебристых очках. Да и к чему эти очки? Понятно, если человек плохо видит, тут хоть чертом переоденься, все равно придется очки нацепить. Но на рекламке зачем рисовать очки? Странно.
«Приглашение в сказку, – прочел Филя. – Прокат маскарадных костюмов».
– Ну, что там у тебя стряслось? – застегиваясь на ходу, спросил Даня.
Филя молча протянул открытку.
– Ну и что? – не понял Даня. – Что ты мне даешь?
Но Филя так задумался, что говорить пока был не в состоянии. Только махал рукой – мол, на улицу, на улицу…
Даня недоуменно разглядывал буклет.
– Это я нашел! – похвастался Кирюшка.
– Да дело не в открытке, – махнул рукой Филя, когда они вышли на улицу. – Но я, наверное, теперь от каждого Деда Мороза шарахаться буду.
– Чего от них шарахаться? – хмыкнул Кирюшка. – Наоборот, поближе надо держаться. Чтоб подарок вовремя выхватить.
– Подарки не выхватывают, – машинально поправил его Даня. – А получают. Хотя, наверное, ты прав. На большом расстоянии не дотянешься до подарка.
– Кирька! – грозно сказал Филя. – Еще подашь голос, вернешься в подъезд. С мысли сбиваешь!
– Почему ты с ним так строго? – рассмеялся Даня. – Давай, рассказывай, что случилось. А то у меня складывается впечатление, что у тебя накопились одни только педагогические проблемы.
– Какие проблемы? – не понял Филя. – Когда ты говоришь такими умными словами, я ничего не понимаю!
– Со мной проблемы. Педагогические – это значит про детей. Даже я это знаю, – пробурчал Кирюшка, на всякий случай держась от Фили подальше.
Знал он, что Филя иногда может и подзатыльник дать. Не очень чувствительный, но обидный. Любое наказание, даже в шутку, обидное.
Ребята подошли к садику, который находился прямо во дворе их дома.
– Ну, иди, проблемный ребенок, за своими варежками, – подтолкнул Кирюшку Филя. – Да не торопись. Укрась своего снеговика как следует этими буклетами. И погоны нацепи, и награды. За выдержку и терпение.
Пока Кирюшка возился со снеговиком, Филя неторопливо рассказал все свое недавнее приключение. Хотя – никакого приключения ведь и не было. Какая его заслуга в том, что он просто подсмотрел? Подсмотреть – это еще ничего не значит…
– Странная история, – вздохнул Даня. – Знаешь, чего мне жалко в первую очередь? Что этот человек испортил тебе праздник. Наверное, раньше при виде каждой красной шубы и шапки настроение улучшалось, а сейчас ты уже не про Новый год будешь думать, а эту странную кражу вспоминать.
– Да не в этом дело, – отмахнулся Филя. – Не до праздника! Детство и так кончилось, – важно объяснил он. – Меня даже не интересует, Дед Мороз украл эту этажерку или… Баба Яга какая-нибудь. Важно другое. Зачем он это сделал? Хочется знать только это.
– Только это? – хмыкнул Даня. – Этого маловато будет. Я, например, могу тебе целую историю придумать – зачем эта кража совершена. Со всеми подробностями и объяснениями. Заслушаешься! Но легче от этого не станет.
– Намекаешь, что без расследования не обойтись? – спросил Филя. – Я и без тебя это знаю. Ты думаешь, я тебя позвал, чтобы просто рассказать интересную историю? На помощь я тебя позвал! Вот и помогай, думай, раз такой догадливый.
С этими словами Филя слепил твердый снежок и с такой силой впечатал его в стену, что он даже не прилип. Только мокрое место осталось.
Даня тем временем разглядывал шишечку от этажерки и пуговицу. Его черные глаза блестели интересом.
– Что ты там собираешься увидеть? – недовольно пробурчал Филя. – Ты лучше изучай этот фоторобот. – И, ткнув пальцем в буклет, он спросил: – Ты видел когда-нибудь Деда Мороза в очках? И я не видел. Точнее, не видел до сегодняшнего вечера. А тут такое совпадение – и на похитителе были очки, и на рекламке такой же Дед Мороз красуется. Как будто он эти очки специально рекламирует.
– Конечно, совпадение интересное, – задумчиво произнес Даня. – Но ведь и его можно объяснить. Преступник надевает очки, чтобы быть неузнанным, художник рисует очки, чтобы не рисовать глаз. Их же трудно рисовать. А очки – раз-два и готово.
– Если ты и дальше будешь все так объяснять, то мы никогда ничего не расследуем! – воскликнул Филя. – Была единственная зацепка, а ты ее так объяснил, что и расследовать не хочется. Да лучше дома сидеть с такими рассудительными мозгами, как у тебя. Как же, все мы знаем, все понимаем! Все умеем объяснить. Лучше сидеть и подарочка ждать от Деда Мороза! Может, бросит в окошко еще одну шишечку… Сдачу от этажерки.
– Да не кипятись ты, – одернул друга Даня. – Какой нетерпеливый! Начитался всяких дурацких детективов, в которых все расследование укладывается в три страницы. Между прочим, бывают такие преступления, которые никогда и не раскрываются. Преступления века!
– Ага, – хмыкнул Филя. – Например, у нашего дворника лопату украли. Наверное, кому-то понадобилась, машину от снега откапывать. Дворник целый месяц всех расспросами мучает: не видали лопаты? Бесследно исчезла и вряд ли найдется. Преступление века!
– При чем тут дворник? – Даже невозмутимый и рассудительный Даня начинал сердиться. – Глупости не надо болтать, если хочешь чего-то добиться.
Кажется, надвигалась гроза. Не настоящая – ведь сейчас была зима, а гроза в отношениях между Филей и Даней. Вот сейчас они обменяются еще парочкой не очень вежливых фраз – и гром прогремит, и молния сверкнет! А это будет означать, что пропало все дело. Накрылось со всеми концами, которых, кстати, так никто пока и не заметил…
Выручил, сам о том не подозревая, Кирюшка.
– Там кто-то страшный ходит, – испуганно шепнул он, подбегая к ребятам и показывая на угол здания.
– Да ладно тебе бояться. – Филя взял Кирюшку за руку. – Кто здесь может быть страшным? Кошка какая-нибудь в подвал шмыгнула.
– Он большой, как медведь! Черный… И ползет по снегу.
На всякий случай ребята, конечно же, вышли за ограду детского сада. Как тут не выйти, если Кирюшка изо всех сил тащил их за руки? Филю тащил и Даню, как два больших прицепа. А они не очень-то, если честно сказать, и упирались.
Вдоль детсадовского забора в снегу была проложена тропинка. Фонарей рядом не было, и тропинка едва различалась в снегу. Ребята пошли по ней. Кирюшку поместили в середину, но Филя все равно не выпускал его руки из своей.
– Т-с-с! – скомандовал Филя, оглядываясь. – Молчи, Кирька, и не бойся. Мы только издалека подсмотрим.
Но издалека все выглядело еще страшнее. Наверное, из-за того, что совершенно невозможно было рассмотреть, кто же копошится в темноте под окнами.
Странный темный клубок, скрипя снегом, прокатился в одну сторону, потом в обратную…
Филя почувствовал, как в его руке задрожали Кирькины пальцы.
– Не надо, не надо бояться, – прошептал Филя – скорее, не Кирюшке и не Дане, а самому себе.
Удивительно, но Кирюшка наблюдал все это довольно спокойно. В смысле – без всяких там возгласов ужаса и смертельного испуга. Наверное, дети все-таки более смелые, чем подростки. Из-за своей неопытности. Любой подросток, глядя на бесформенную тень, копошащуюся в темноте под окнами, черт-те что может придумать. Чем и заняты были сейчас Филя с Даней.
Пьяный? Непохоже. Очень уж уверенно двигается это существо. Большая собака? Нет. Собаки так себя не ведут. Они более шустрые.
– Подойдем ближе? – шепнул Филя.
– Ты что, спятил? – вцепился в его руку Даня. – А может, это твой Дед Мороз вернулся? Забыл что-нибудь. Или потерял под окнами?
От этой мысли Филе стало жарко. Он только успел подумать: почему это от страха летом всегда мороз бежит по коже, а зимой, наоборот, в жар бросает? Всегда в важные минуты Филе на ум приходили самые глупые и несвоевременные вопросы. Ответить на них и в спокойные минуты не сумеешь, а тут…
Черный клубок прокатился вдоль стены, потом вдоль длинной полосы кустарника, росшего возле забора. Казалось, он останавливался и касался кустов, словно срывал с них невидимые ягоды. Потом вернулся к зданию, потоптался, покряхтел и начал распрямляться. На фоне светлой стены силуэт выделялся отчетливо, поэтому ребята сразу сумели рассмотреть на голове этого чудовища… рога! Они были длиннющие и загнутые, как ятаганы, а под ними еле заметным отблеском различалась какая-то противная и страшная морда! И самое непонятное было в этом чудище – почему это оно курило? Огонек сигареты, освещая скрюченные когти, вспыхивал где-то ниже морды, и клубы дыма поднимались в темном воздухе, оставляя на светлой стене причудливые тени…
Филя некстати вспомнил, что совсем рядом, на Большой Садовой улице, есть дом, в котором жил самый главный черт Воланд со своей свитой. Об этом даже в книжке написано… А вдруг он опять появился в Москве?
Первым вскрикнул Кирюшка. Прозевал Филя, не зажал мальчишке вовремя рот. Прозеваешь тут, когда и сам перепуган, как котенок! Кирюшкин возглас, похожий на мяуканье кошки, которой наступили на хвост, слился с криками Фили и Дани. Наверное, они хотели что-то друг другу сообщить, но получился крик, обращенный в никуда. В вечерний холодный воздух.
Глава IV
Оборотни по соседству
Легко столкнуться с кем-нибудь в темноте, когда бежишь не разбирая дороги! Особенно если бежишь по скользкому предпраздничному тротуару, обкатанному тысячами спешащих ног.
– Ой! – вскрикнул тоненький голосок человека, опрокинутого в сугроб.
Да так сильно опрокинутого, что торчали из сугроба только красивые пухленькие сапожки с пуховой оторочкой. Знакомые сапожки.
– Аська! – первым узнал Филя, рванувшись разыскивать в сугробе девчоночьи руки.
Надо же как-то вытаскивать человека из беды. Тем более если сами в эту беду, то есть в сугроб, и столкнули.
Наверное, с любым другим человеком встреча получилась бы легкой. Ну, натолкнулись бы ребята на какую-нибудь тетеньку, отрикошетили бы от нее в этот самый Аськин сугроб, и все дела. Но ведь всякие там тетеньки на скользкой дорожке снижали скорость, а Аська, наоборот, эту скорость только развивала. Потому что старалась достичь какого-то немыслимого рекорда. Например, скользнуть от подъезда до ближайшего поворота за одну секунду с маленьким хвостиком.
Вот, наверное, секунда уже прошла, а хвостик как раз и подвел Аську. Именно в это лишнее мгновение из-за поворота и вынырнула тройка запоздалых и испуганных сыщиков. Тройкой, конечно, их можно было назвать с большой натяжкой, потому что Кирюшка жалкой плюшевой игрушкой висел на руках Фили и Дани. Они из последних сил тащили его поближе к подъезду, на яркий свет, подальше от страха.
И вот эти два с половиной человека на всем ходу снесли маленькую, худенькую Аську, как пушинку, несмотря на ее нешуточную скорость. Понятное дело, такое лобовое столкновение должно было повлечь за собой самые печальные последствия.
Но печальные последствия выразились только в удивленном возгласе «Ой!» да в бесконечном сплевывании снега, которым был битком набит Аськин рот. Совсем не любила она есть лежащий снег. Тот, который летает в воздухе, – пожалуйста. Она могла ловить языком огромные хлопья сколько угодно. Не надоедало ей это занятие. А вот тот снег, который немножко полежал рядом с тропинкой, рядом с теми местами, где прогуливаются собачки, – нет уж, увольте! Даже такая прожорливая девчонка, как Аська, понимала, что этот снежок не очень съедобный.
Филя с Даней бросили Кирюшку, впопыхах легонько оттолкнув его в сторону, и принялись отряхивать Аську.
– Ну, ты летаешь! – отчитывал ее Филя. – Как Путин на горных лыжах. Смотреть надо хоть немножко вперед!
Аська наконец закончила отплевываться.
Кирюшка жалкой плюшевой игрушкой висел на руках Фили и Дани. Они из последних сил тащили его поближе к подъезду, на яркий свет, подальше от страха.
– У Путина, между прочим, охрана есть, а я одна. Некому дорогу проверить. А здесь такие неповоротливые медведи бродят…
При напоминании о медведях Филя опасливо посмотрел в сторону садика.
– Да уж, медведи… – пробормотал он, потирая ушибленный бок. Хоть и легонькой была Аська, но на такой скорости и пушинка больно ударяет. – Ты, кстати, просто так несешься или от кого-нибудь убегаешь?
– Просто так, – махнула рукой Аська. – Сама по себе спешу. Ой, наверное, помяла весь свой наряд…
И Аська стала копаться в большом пакете, который не выпустила из рук даже при падении. Она достала из пакета красивую сверкающую корону и показала краешек белого ослепительного платья. Конечно же, хвасталась перед друзьями. Не было ведь особенной необходимости в том, чтобы доставать сейчас эти вещи из пакета.
– Снеговиком будешь, что ли? – хмыкнул Филя. – Наверное, для этого и тренируешься, в сугробы ныряешь.
– Я для снеговика слишком худая. Хотя, как вы заметили, Снегурочкин костюмчик у меня белее снега, – кокетливо заявила Аська. – Между прочим, он вовсе не маскарадный.
– А какой же? – не понял Филя. – Свадебный, что ли? Рано тебе жениться.
Даня фыркнул и засмеялся. И Кирюшка хихикнул.
– Фу, глупости какие говоришь, Филька! – замахнулась на него Аська. – Специально дурачком прикидываешься. Это мальчишки женятся.
– Мальчишки? – состроил удивленное лицо Филя. – Что-то не знаю я ни одного женатого мальчишки.
– Да ну тебя! – отвернулась Аська.
И вдруг стала копаться в пакете так старательно, будто обнаружила какую-то пропажу.
– Ой! – опять воскликнула она, совсем как при падении в сугроб. – Потеряла!
– Морковку, что ли, для носа? – продолжал Филя свои приколы. – Не переживай. Я тебе другую подарю, еще больше. Раз в пять.
Но на этот раз Аська даже не отозвалась на шутку. Она прыгнула обратно в сугроб и стала ползать в нем, что-то разыскивая.
– Да что там можно найти? – пытался остановить ее Даня. – Мы же там затоптали все. И что ты потеряла, можешь сказать?
Аська чуть не всхлипывала:
– Это не здесь, не здесь. Я бы их обязательно здесь увидела. Они такие большие… Наверное, по дороге…
Она внимательно исследовала пакет и тут же обнаружила в нем длинную дырочку. Пакет просто разошелся по шву.
– Что ты потеряла? – Филя потерял всякое терпение. – Хвост, что ли, Снегурочкин?
– Пуговицы! – всхлипнула Аська. – Нам выдали в студии по три огромных пуговицы, чтобы мы сами пришили их к шубке. А я их… посеяла где-то. Что же делать?
Ясно было, что в сугробе нет никаких пуговиц. И дырявый пакет словно подтверждал это, ехидно улыбаясь своей огромной дырой.
– Если посеяла, вырастут, – успокоил ее Филя. – Да что ты расстраиваешься из-за каких-то пуговиц? Дома, что ли, замену не найдешь? И я у своей мамы спрошу. Эти пуговицы мне вечно на глаза попадаются. Большие, говоришь?
– И белые, – добавила Аська. – Нет, Филя, таких пуговиц больше я нигде не видела. А если я завтра принесу шубку с другими пуговицами, меня из представления исключат… А вы даже не знаете, где мы должны выступать!
– В зоопарке, – подсказал, не удержавшись, Филя.
– В Кремле? – спросил Даня.
– В детском доме, – сказала Аська. – Перед детьми, у которых нет родителей. Знаешь, как их жалко? И меня ни за что не пустят выступать с неправильными пуговицами… Потому что малыши сразу поймут, что я ненастоящая.
Ребята притихли.
– Детский дом – это не шутка, – сказал Филя. – Это поважней, чем Кремль и зоопарк, вместе взятые. Таким детям, которые живут в детском доме, нельзя ни в коем случае настроение испортить…
– Сбегай опять в свою студию, возьми еще пуговиц, – предложил Даня. – Тебе это одна минута.
– Ушли все, – печально сказала Аська. – Мы и так репетировали допоздна. Никого там нет. А завтра утром представление. Что же делать?..
Странно было видеть Аську такой растерянной. Потому что в любых ситуациях она мгновенно находила верное решение. Но одно дело, когда требовалось умение прыгать, лазать, бегать и вытворять еще черт знает что. На это Аська была способна, наверное, с самого детства, как только научилась вставать на задние быстрые лапки. Но сейчас необходимо было что-то быстро придумать – а на это Аська не очень-то была способна.
Аська с Филей, словно по команде, посмотрели на Даню – снизу вверх, потому что Даня был высокий, а они… Ну, если честно говорить, Филя был ненамного выше совсем маленькой Аськи.
Конечно же, и Кирюшка повторил за ребятами этот ожидающий взгляд.
– Что вы на меня смотрите, как на фокусника? – недовольно проворчал Даня. – Или как на волшебника. Я еще не Дед Мороз.
И вдруг он, произнеся последние слова, подпрыгнул.
– А ну, покажи еще раз свои трофеи! – ринулся он на Филю, хлопая того по карманам.
Филя опешил, не понимая, чего Даня добивается от него.
– Ты чего? Какие трофеи?
Но Даня до того был увлечен какой-то своей догадкой, что не успевал ничего объяснять. Он сумел-таки вытащить из кармана Фили шишечку с пуговицей. Шишечка за ненадобностью сунулась обратно в руку Филе, а пуговица выставилась прямо перед Аськиным носом:
– Такая?
Если бы Аська умела падать в обморок, то сейчас обязательно воспользовалась бы своим умением.
– А где вы ее взяли? – пролепетала она. – А где остальные две?
– Такая? – еще строже повторил свой вопрос Даня, словно допрашивал какого-нибудь преступника. – Я спрашиваю – похожа?
– Д-да, – кивнула Аська. – Дай рассмотреть.
– Нечего рассматривать! – вскричал довольный Даня, размахивая пуговицей. – Если ты на таком близком расстоянии не отличила, то детишки и подавно не заметят разницы. Пойдем, наделаем тебе этих пуговиц, как снежков.
Филя смотрел на Даню с совершеннейшим недоумением.
– При чем тут снежки? – пробормотал он. – Что ты болтаешь?
Наверное, Даня хотел, чтобы и Филя сообразил самостоятельно. Если потерянные Аськой пуговицы точь-в-точь такие же, как и эта, то…
Дальнейшие мысли – и Данины и Филины, – наверное, были похожи. Во всяком случае, они вскрикнули в один голос:
– А у Деда Мороза тоже такие пуговицы?!
Аська захлопала ресницами. У нее был такой растерянный вид, что, казалось, в одно мгновение она забыла все на свете. Потому что попыталась ответить на этот глупый вопрос.
– Н-не знаю… – пролепетала она. – Н-наверное… Н-не обратила внимания…
– Ну, ты хоть видела этого Мороза? – допытывался Филя. – А какие у него глаза? Или очки?
Тут Аська почему-то сразу успокоилась. Наверное, решила, что ее разыгрывают.
– Видела. И глаза у него нормальные, как у самого настоящего Деда Мороза. Ой! – Аська хлопнула по своему раскрытому рту ладошкой. – А я не помню, в очках он или без очков. Странно…
– Ничего странного, – хмыкнул Филя. – Ты никогда хорошей зрительной памятью не отличалась. Но сейчас тебе придется напрячь свои извилины.
– А я не собака, чтобы отличаться хорошей зрительной памятью, – обиделась Аська. – И почему это я должна напрягать свои извилины? Еще чего!
Ясное дело, что говорить с Аськой в таком тоне – все равно что сделать ей подарок. Любит она поспорить, когда у нее плохое настроение.
«Нельзя ее злить, – подумал Филя. – Злая она вовсе бесполезная».
– Я и говорю – хорошо, что не собака. – Филя постарался сказать это как можно добродушнее. – И извилины не надо напрягать. Просто ты нам сейчас все быстренько расскажешь. Не все подряд, конечно, а только то, что нам нужно.
Наверное, он опять не удержался, сказал что-то обидное.
– Вот еще! Я всегда говорю только то, что мне интересно, – заявила Аська. – А не хотите мне помочь пуговицы сделать, не надо! Сама справлюсь.
– Да ладно тебе, – совсем миролюбивым тоном произнес Филя. – Не пойму: почему мы никогда нормально не разговариваем? Вечно цап-царап, вечно какие-то ершики друг другу цепляем. А мутант до сих пор спокойненько за оградой детского сада ползает. Хотя, наверное, это самый обыкновенный оборотень.
Аська застыла на месте, как заколдованная, и уставилась на Филю немигающими голубыми глазами. Сколько она может так смотреть? Филя даже решил проверить. Он молчал и ждал окончания Аськиного взгляда.
Детский сад был совсем рядом. И все звуки из-за ограды доносились очень даже ясненько. Гортанное рычание, какое издают страшные динозавры в фильмах, заставило всех вздрогнуть… После Филиных слов о мутанте и оборотне этот звук был особенно страшным. Аська первой сорвалась с места и со всех ног бросилась к подъезду.
– Стой! – закричал Филя. – Подожди, Аська! Ты же нам ничего не рассказала!
Но его никто не слушал. Аська, конечно, уже смылась с перепугу, а Даня и Кирюшка вцепились в обе Филиных руки и дергали их изо всех сил – мол, заткнись ты, пожалуйста, побыстрее! Не привлекай внимания этого страшного существа, с которым, к счастью, так и не успели познакомиться поближе…
Глава V
Ошибки Деда Мороза
– Дусечка! – завопил Кирюшка, едва переступив порог Филиной квартиры.
У черной кошки Дуси, выбежавшей навстречу, мгновенно поднялась дыбом шерсть, распушился хвост. Ее спинка выгнулась, лапки стали упираться в пол, готовясь оттолкнуться и побежать куда-нибудь за диван или шкаф.
– Если будешь дрессировать кошку, выброшу за дверь! – строго сказал Филя.
– Кого выбросишь? – хитро прищурился Кирюшка.
– Обоих! – отмахнулся Филя.
Некогда ему было заниматься словесным пинг-понгом. Так Филя называл обычные препирательства с Кирюшкой. А как это еще назвать? Филя, как подачу в пинг-понге, посылал Кирюшке замечание. Тот отбивал, стараясь ответить похитрее и поершистее. На это Филя делал еще замечание – ну и так далее. Вот так и проводили они время в те вечера, когда Кирюшкины родители задерживались на работе. К счастью для Фили, таких вечеров было не так уж много. Раз в месяц, не чаще.