Возвращение блудного сына

– Так, мальчики, через полчаса обед, так что не опаздывайте, – Нил посмотрел на сыновей, гордясь ими.

Довольно высокий, часто серьезный Тимоти явно пошел в него. Обладая аналитическим складом ума, мальчик любил подолгу сидеть над задачами или какими-то школьными проектами. Крис, наоборот, больше был похож на мать – и характером, и внешностью. В отличие от Тима и отца, Крис был светловолосым и смешливым.

К своему сожалению, Нил стал замечать, что его сын стал не просто смеяться над шутками и придумывать добрые розыгрыши, а как будто начал искать повод как можно больнее сделать человеку. Вроде это и было шуткой, но сам объект проделки Криса обычно не смеялся, а наоборот, расстраивался или сердился.

Нил хотел поговорить с сыном, но все откладывал эту беседу, понимая, что это будет довольно неприятно. Ему не хотелось делать выговор Крису, который и так приближался к переходному возрасту.

– Эй, Крис, не гони так! – раздался голос Тимоти за спиной Нила и мужчина вздохнул.

Он не стал поворачиваться и идти к детям, чтобы остановить Кристофера. Тот должен был научиться отвечать за свои поступки. Правда, Нил надеялся, что младший сын остановится вовремя, и не будет портить подарок старшего брата. Мужчина знал характер Криса, и тот не был злым мальчиком.

Внезапно за спиной Нила послышался крик Тимоти, который смешался с воплями Криса и глухим ударом падающего тела и велосипеда. Мужчина тут же развернулся и испуганно посмотрел на мальчиков.

Крис неподвижно лежал на земле, Тим бежал к нему и что-то кричал. Покореженный велосипед тоже валялся рядом. Нил сразу же понял, что Кристофер на полном ходу влетел в дерево, испортив вещь, и неизвестно что сделал с собой.

Конечно, Нил, оценив ситуацию, тут же побежал к детям. Тим уже тряс брата за плечо и тот тряхнул головой и стал медленно садиться. Первый шок от удара прошел и Крис понял, что натворил.

По его содранным локтям и коленям бежала кровь, футболка была порвана, на плече тоже было видно ссадину. Разбитая губа и набухающий синяк под глазом придавали лицу Криса задиристый вид.

– Что у вас случилось? – Нил оказался рядом с мальчишками и сразу же присел на корточки возле младшего сына, осматривая его повреждения. Мужчина с облегчением выдохнул, понимая, что все не так плохо, как на вид.

– Пап, я ему говорил медленнее ехать! – Тимоти возмущенно посмотрел на брата.

Он понял, что Кристофер пострадал не очень сильно и теперь переживал за велосипед, который явно было не спасти. Сильный удар об дерево свернул руль в сторону, цепь слетела, а одно из колес погнулось.

Тим смотрел на велик и чуть не плакал. Он успел покататься на нем только десять минут. Нил с жалостью посмотрел на сына, поднялся и положил руку на его плечо:

– Тим, не переживай, купим тебе что-нибудь другое.

К ним подбежала Джун, которая тоже слышала крики своих сыновей. Она обеспокоенно присела рядом с плачущим Крисом.

– Как ты, мой хороший? Где ударился?

– У меня все болит! – еще сильнее заплакал мальчик, чувствуя и стыд за то, что позавидовал брату, и боль в руках и ногах, и уколы совести, говорящей, что он сам виноват.

– Мы с тобой еще поговорим! – Нил строго посмотрел на Кристофера, но потом поднял его на руки и понес к дому, не обращая внимания на то, что кровь и грязь пачкают его одежду.

Как раз это мало волновало мужчину. Его больше беспокоило, что Крис врезался в дерево специально. Это было понятно по горевшим щекам мальчика и страху в его глазах. Нил понимал, что сын просто не рассчитал силу удара, поэтому пострадал больше, чем хотел.

Тимоти тоже пошел в дом, его плечи были опущены. Не так он хотел праздновать день рождения. Тим думал, что все внимание теперь будет Крису, который и так не страдал от его отсутствия. А еще хуже было то, что вечером к Тиму должны были прийти друзья, а подарка у него уже не было.

Джун поняла настроение сына и потянула его за рукав. Она любила обоих своих мальчишек, не выделяя никого из них. Сейчас Джун прекрасно понимала, что утешение нужно им обоим, только по-разному.

– Тим, не переживай, мы можем съездить в магазин и купить тебе что-то еще. Хочешь?

Мальчик кивнул, он уже приободрился, осознавая, что все не так страшно. Ему даже стало жаль плачущего брата.

Успокоив старшего сына, Джун поспешила к Крису. Его ранами уже занялась горничная. Эми промывала ссадины мальчика и обрабатывала их, качая головой. Она давно работала в семье Стоун и привыкла к выходкам Кристофера, но все равно считала, что в день рождения можно было бы обойтись и без них.

– Мама, Крис упал? – на Джун смотрела четырехлетняя дочка Саманта.

– Да, Сэм, Кристофер упал с велика и ударился, – Джун покосилась на няню девочки, и кивком попросила убрать ребенка.

Кэтлин поспешно увела Саманту, Тим тоже ушел в свою комнату, и Джун с укором посмотрела на сына. Крис уже перестал плакать и теперь дул на ссадины, пытаясь облегчить боль. Почувствовав взгляд матери, мальчик поднял глаза, покраснел и попытался что-то сказать в свое оправдание.

– Мам, я же случайно! Я не собирался портить праздник! Я не думал, что все так получится…

– Больно? – участливо спросила Джун.

Кристофер кивнул, а женщина добавила:

– Сынок, я не знаю, что у вас там случилось. Об этом будешь разговаривать с отцом.

– Мам, ну он же опять будет меня ругать!

– И что? Крис, я хорошо знаю тебя и чувствую, когда ты мне врешь.

Джун было грустно, что ее сын так себя ведет и нагло обманывает ее. Щеки Кристофера вспыхнули, и он жалобно посмотрел на мать.

– Мам, я не знаю, зачем так сделал… Не сердись на меня, пожалуйста! Мне и так плохо.

Убрав волосы со лба Криса, Джун нежно посмотрела на него и честно сказала:

– Я не сержусь, просто не понимаю, что мы с папой делаем не так. Мы любим вас всех одинаково, а вы что-то делите. Тем более, этот велосипед… Тим бы и так дал тебе покататься.

Крис промолчал, понимая, что мама права. Ему было стыдно, и он сердился сам на себя. Ведь он сам не сдержался и сделал эту глупость. А ведь мог просто прокатиться и сейчас бы они уже сидели за столом.

– Иди переоденься и умойся, – сказала ему Джун. – Спускайся к столу. С отцом поговорите чуть позже.

Кристофер нехотя сполз с дивана и медленно пошел наверх. Конечно, он хотел есть, но встречаться с отцом и Тимом, который был на него явно сердит, Крис не спешил. Наоборот, он оттягивал этот момент до последнего.

Придя в столовую, Кристофер хотел прошмыгнуть на свое место, но Нил остановил его тихим, но твердым голосом:

– Ничего не хочешь сказать?

Крис нехотя подошел к Тимоти и, не глядя ему в глаза, пробормотал:

– Тим, прости, я не хотел, чтобы так получилось.

– Ладно, – Тим тоже чувствовал себя неловко, хотя и понимал, что Крис виноват.

Кристофер покосился на отца, и Нил кивнул, разрешая сыну занять свое место. Мальчик юркнул на стул и немного притих. Но уже через пять минут что-то обсуждал с Тимом, который тоже стал забывать об утреннем происшествии.

Нил болтал с Джун, поглядывая на сыновей и дочку. Он гордился всеми своими детьми, и все они по-своему были дороги ему. Нил хотел, чтобы они выросли достойными людьми и старался воспитывать их, требуя послушания и показывая своим примером, к чему им стоит стремиться. Конечно, у него были свои ошибки, но Нил старался даже на своих промахах учить чему-то детей.

Уже в конце обеда, когда Крис немного расслабился и подумал, что отец забыл про него, Нил негромко произнес:

– Кристофер, через час жду тебя в своем кабинете.

Мальчик вздрогнул и нахмурился, он надеялся, что в день рождения папа не будет его наказывать, но оказалось, что праздник ничего не менял.

Этот час для Криса тянулся очень долго. Он не знал, что ждать от отца, и насколько тот все понял. Тим в это время уехал в магазин с матерью и сестрой, и Крис слонялся по дому один. Ему было скучно, тоскливо и страшно. Наконец, прошел час, и Кристофер негромко постучал в дверь кабинета отца.

– Заходи, – раздался голос Нила.

Крис любил бывать в кабинете папы, здесь было много всего интересного. Взять хотя бы огромную карту с отмеченными местами, где был Нил. Или глобус с тайником. Или шпагу, висевшую на стене, ее строго-настрого было запрещено брать.

Хотя в кабинете имелся современный компьютер и другая техника, интерьер был довольно старинным – красное дерево, массивный дубовый стол, кожаные удобные кресла у стены, такое же кожаное кресло, но на колесиках, было для работы, у стены находились пара узких и высоких стеллажей для книг.

В этот день Кристофер заходил в кабинет без обычного любопытного взгляда на шпагу. Он с замиранием сердца готовился выслушать приговор за свое поведение. Мальчик понимал, что зашел слишком далеко и заслуживает наказания.

– Крис, подойди ближе, – приказал Нил, смотря на сына, остановившегося у двери.

Мужчина видел, что мальчик боится его и на его сердце стало тяжело. Нил любил сына и хотел, чтобы тот тоже испытывал к нему такие чувства. Конечно, Нил хотел, чтобы Кристофер уважал его и слушался, но он не хотел, чтобы мальчик вот так боялся его.

Крис несмело подошел к столу с опущенной головой. Он чуть ли не плакал, хотя и твердил себе, что ему не о чем беспокоиться. Подумаешь, папа поругает, внушал мальчик сам себе, ничего страшного, не в первый же раз. Но все равно смотреть в расстроенные глаза отца Кристофер не хотел.

– Зачем ты это сделал? – спокойно спросил Нил. – Потому что я купил Тиму то, что ты хотел? Крис, ты же знаешь, я бы не стал это делать, если бы тогда в магазине ты меня слушал.

Кристофер по-прежнему не поднимал голову. Его щеки были пунцовыми и Нил мягко сказал:

– Посмотри на меня!

Мальчик мотнул головой, и Нил встал из-за стола. Он не собирался сильно наказывать сына, так как не хотел, чтобы Крис ожесточился и стал еще хуже. Нил видел, как насупился его сын и ждет нравоучений и наказания, но мужчина отчетливо понимал, что это не поможет. Кристофер слышал шаги отца, и боялся, сам не зная чего.

– Подними голову, сынок! – Нил мягко взял сына за подбородок и заставил посмотреть на себя.

Кристофер удивленно посмотрел на отца, в глазах которого была любовь. Этого мальчик точно не ожидал.

– Ты не сердишься на меня? – запинаясь, спросил он.

– Крис, я сержусь на то, что ты не слушаешься меня и так себя ведешь. Но ты мой сын, и я продолжаю тебя любить. Это ничего не изменит.

Кристофер нахмурился, осознавая слова отца, затем, неожиданно даже для себя, крепко обнял отца. Он уже много раз пожалел, что испортил велосипед брата, но теперь отчетливо понял, что больше так не будет делать.

– Пап, прости меня! – прошептал он.

– Все хорошо, малыш, – Нил провел рукой по светлой голове сына. Он был еще таким маленьким и неиспорченным, и мужчина не хотел его сломать. Но и оставлять проступок без внимания не мог.

Они немного постояли, обнявшись, затем Крис высвободился и снизу вверх посмотрел на отца, ожидая, что будет дальше. Нил кивнул ему на кресло.

– Садись, давай поговорим.

Кристофер понимал, что сейчас начнутся нотации и тяжело вздохнул, но он понимал, что сам заслужил это.

– Итак, Крис, что ты скажешь? Как будешь исправлять ситуацию? Велосипед сломан, и это твоя вина.

– Я могу купить новый.

– Ты купишь его с тех денег, что я дал тебе. Получается, что это я могу купить новый велосипед, а не ты.

Кристофер нахмурился и задумался. Нил с веселыми искорками в глазах наблюдал за сыном. Он уже знал, что делать, но давал Крису самому решить проблему. Через несколько минут мальчик грустно посмотрел на отца и пробормотал:

– Ты хочешь, чтобы я сам заработал на этот велик?

– Молодец! Правильно думаешь, сынок. После школы будешь приходить в офис или один из магазинов, и помогать там.

– Но, пап, у меня же много уроков!

– Надо было думать об этом раньше, Кристофер. Ты же знал, что я это так не оставлю!

Крис опять опустил голову и мрачно кивнул. Когда он разогнался на велосипеде и летел в дерево, у него промелькнула мысль, что придется отвечать за это. Но остановиться он не мог и не хотел это делать.

– И долго мне нужно будет работать?

– Как сам думаешь? Мне кажется, что месяца будет достаточно.

– Месяц? – синие глаза Криса расширились от ужаса, но Нил только усмехнулся.

– А ты хочешь больше? Давай два месяца?

Кристофер тут же замотал головой и пробормотал грустным, полным безнадежности голосом:

– Месяц так месяц. Пап, я же буду уставать!

– Ну, сын, ты мне лучше скажи, чья это вина?

Нил испытующе заглянул мальчику в глаза, но тот опустил голову.

– Когда мне начинать работу?

– Завтра, – невозмутимо ответил мужчина. – Сегодня уж ладно, трогать тебя не буду. Отмечайте с Тимом день рождения. И смотри, веди себя хорошо, понял меня?

Кристофер кивнул, он прекрасно знал, что у отца есть свои границы, которые лучше не переходить. Мальчик уже испытывал на себе, что может произойти, если разозлить папу и не хотел это повторять.

***

– Как мне надоело вставать в такую рань! – бурчал Крис. Он уже давно не считал себя виноватым в той поломке велосипеда.

«Подумаешь, упал! Еще и крайним меня сделали! Все как всегда!» – думал Кристофер, расставляя товары на полке магазина.

Сегодня была суббота, но вместо законного отдыха, отец заставил его встать и ехать на работу. Нил разрешал отдохнуть сыну только в воскресенье. Он хотел научить сына ответственности, но в сердце Криса только росла злость и обида. Мальчик жалел себя и злился на отца, считая, что тот мог бы его уже простить, а не заставлять возмещать ущерб.

«Не такая уж большая сумма! И Тим даже не вспоминает о велике! Папе просто нравится, когда мне плохо. Он меня не любит. Только ругает все время и заставляет что-то делать».

Эти и подобные мысли крутились в голове Кристофера в этот довольно холодный октябрьский день. Мальчик был зол, он устал и хотел спать. Поэтому неудивительно, что товары, которые требовалось класть аккуратно на полки, он просто кидал. Только так Крис мог выразить свой протест.

– Кристофер, клади осторожнее, – сделал ему замечание старший по смене.

Мальчик только покосился на мужчину и ничего не ответил. Отец разрешил Сэму командовать им, а Крису приказал слушаться старшего. Мальчика так и подмывало сказать Сэму, что он тут никто, а сам Крис – сын хозяина. Но он не осмелился сделать это заявление, потому что Нил запрещал говорить такие вещи. Вместо этого Крис кинул очередную коробку и там что-то хрустнуло.

– Я доложу твоему отцу о твоем поведении! – Сэму не хотелось это делать, но брать на себя ответственность за непокорного подростка он тоже не собирался.

– Стукач, – прошипел Крис, злясь все больше и больше.

– Ты бы лучше извинился, – не вытерпел Сэм, – я понимаю, что ты сын Нила, но тебе тоже не все можно делать.

– Пошел ты!

Кристофер дал волю своему давно сдерживаемому гневу и обиде, оттолкнул мужчину в сторону, схватил рюкзак и побежал к выходу. Сэм что-то кричал ему вслед, но Крису было все равно. Он чувствовал, что задыхается от унижения, досады, злости и отчаяния. Это была странная смесь чувств, и мальчик чувствовал себя просто ужасно.

Он несся по улицам, не зная, куда направляется. Но домой Кристофер не хотел идти. Там был отец и вероятно, Сэм уже настучал на него, а значит, Нил будет опять его отчитывать и накажет.

Внезапно Крис выбежал к остановке, с которой отправлялись междугородние автобусы. Мальчик заметил на одном из автобусов надпись «Колорадо-Спрингс-Портленд» и осторожно подошел ближе.

Водителя внутри не было видно, а несколько безучастных взрослых не обратили особого внимания на мальчишку с рюкзачком, который юркнул внутрь и забился на заднее сиденье.

Только сейчас тяжело дышащий Кристофер позволил себе немного отдышаться, но расслабляться было еще рано. Через двадцать минут, показавшихся испуганному и растерянному Крису целой вечностью, автобус тронулся в дорогу.

– У меня получилось! – Кристофер чувствовал, как ему стало легче дышать.

В Портленде жил дальний кузен Криса и мальчик надеялся, что ему позволят остаться там. Он был в неплохих отношениях с Джеем, хотя виделись они всего пару раз за жизнь, но зато общались по переписке в соцсетях.

Крис смог незамеченным проехать в автобусе, хотя это было дольше, чем он думал, из-за пробок, и выскочил из него, когда водитель отошел за кофе. В Портленде Кристофер ориентировался довольно плохо, он был тут всего два раза – как раз когда ездил с отцом и Тимом к Джею в гости. Но все же смог найти нужный ему автобус и скоро уже ехал к дому кузена.

– Привет, можно? Я к Джею пришел, – Крис состроил самую невинную гримасу, когда Майкл открыл ему дверь.

– Кристофер, ты один? – мужчина даже посмотрел по сторонам, желая убедиться, что мальчик приехал сам. Был уже вечер и Майкл не ожидал, что придет такой гость.

– Да, я к Джею, – повторил Крис.

– Ну, проходи.

Майкл не мог оставить ребенка на пороге, но обратил внимание на его довольно взъерошенный и испуганный вид. Крис явно приехал не просто так, и, судя по его выражению лица и страху в глазах, он что-то натворил. Но Майкл не собирался пугать его и о чем-то расспрашивать, он просто помог Крису повесить куртку на вешалку и кивнул на комнату сына.

– Джей у себя в комнате. Беги к нему.

Крис уже почти подошел к двери, когда Майкл все же спросил:

– Отец-то знает, что ты уехал? Или ты поссорился с ним?

Плечи Кристофера закаменели, а в душе появилась пустота. Он понял, что дядя Майкл обо всем догадывается и обернулся к нему с умоляющим выражением лица.

– Пожалуйста, не говори папе, что я здесь! Он и так на меня сердится! А теперь вообще кричать будет!

– За что? Ты сбежал?

Майкл шагнул к ребенку, который устал от дороги, перенервничал и просто не знал, что делать. Крис сначала отступил назад, но потом уткнулся в грудь дяди и расплакался. Он понимал, что выдал себя, но не мог остановить поток горячих слез.

– Тише, Крис, тише… Все будет хорошо.

Майкл гладил мальчика по вздрагивающим плечам и светлой голове. Из комнаты вышла жена Майкла – Эдит, она с удивлением посмотрела на эту картину, но Майкл сделал ей предупреждающий знак, чтобы она не подходила. Когда Кристофер успокоился, мужчина присел на корточки и произнес:

– Сейчас умойся и иди к Джею. Он будет рад поиграть с тобой.

– Не звони папе!

– Крис, он беспокоится о тебе! Он же любит тебя. Твой папа волнуется за тебя.

– Ему все равно, – голос Кристофера стал глухим. – Папа давно меня не любит.

Мальчик больше ничего не сказал, и ушел в комнату к кузену. Джей был рад видеть друга, но сам Крис был жутко расстроен и зол. Правда, когда Эдит принесла пирог с соком, он с аппетитом уплел свой кусок.

– Еще будешь? – в голосе Эдит звучало сочувствие и доброта.

– Я тоже буду! – Джей не знал, что происходит, но воспользовался случаем.

А в это время Майкл говорил с Нилом, который уже был в панике, ведь сын ушел из дома утром, почти сразу поссорился с управляющим и куда-то исчез. Когда Майкл позвонил ему, Нил не хотел даже брать трубку, ведь ему было не до этого. Но мужчина был настойчив и звонил снова и снова. Наконец, Нил ответил ему:

– Привет, извини, нет времени говорить.

– Крис у меня, – тут же выпалил Майкл, пока Нил не положил трубку.

– Что? Как у тебя? В Портленде?

– Да, приехал сам на автобусе. Нил, что случилось? Мальчик очень расстроен и считает, что ты его не любишь.

Нил растерянно провел рукой по волосам. Он даже подумать не мог, что Крис настолько обижен на него.

– Да ничего не случилось. Он сломал велик Тиму, и я заставил его отрабатывать деньги. У Криса просто переходный возраст. Вот он и считает, что все против него. Майкл, я еду! Не отпускай моего мальчика.

– Хорошо, только не кричи на него. Крис и так сегодня достаточно натерпелся. Видел бы ты его испуганные глаза.

Нил всю дорогу пытался понять, что и где он сделал не так. Он же любил Криса, постоянно показывая ему это. Да, он не покупал много дорогих игрушек, но у его детей и так всего хватало.

Тим никогда не жаловался на то, что ему недостаточно чего-то, а маленькая Сэм просила даже меньше, чем Кристофер. Да и проблем с другими детьми было меньше, чем с Крисом. Средний сын постоянно влипал в какие-то неприятности. То разбивал стекла, то дрался, то шутил над учителями и одноклассниками, доводя их, то вот сбежал…

Нил не мог любить сына меньше или больше за его выходки, он знал, что Кристофер всегда будет занимать особое место в его сердце. Но он хотел вырастить Криса достойным человеком. Пока это получалось не особо хорошо.

Когда Нил приехал в Портленд, было уже очень поздно. Крис, уставший и перенервничавший за весь день, крепко спал на диване в гостиной. Он приоткрыл глаза, когда Нил бережно взял его на руки и понес к выходу.

– Пап? – сонно пробормотал он.

– Тише, мой хороший, поехали домой.

Крис уткнулся в плечо отца и опять крепко заснул. Только теперь на его сердце было спокойнее, чем до этого. Мальчик знал, что он с папой, а значит, Нил не сердится на него и все будет хорошо.

Но утром, когда Крис спустился в столовую, Нил строго и задумчиво посмотрел на сына. За столом больше никого не было, потому что Нил попросил жену оставить его и Криса наедине.

– Пап, прости…

Крис чувствовал свою вину и не мог смотреть на отца. Нил вздохнул, понимая, что нельзя перегибать палку, но в то же время оставлять поведение сына без последствий тоже не стоит.

– Мне очень жаль, что ты не видишь моей любви, сынок. Ты, Тим и Сэм – это самые большие мои сокровища и я все для вас сделаю.

– Пап, я все понял, – Крис на самом деле кое-что уяснил для себя. Но не то, что думал Нил. Кристофер осознал, что пока он маленький, у него мало прав, и он зависит от других.

«Вырасту и уеду! Буду делать то, что я хочу!» – сердито думал Крис, отстраненно слушая отца.

– Сынок, ты не думай, что мне нравится кричать на тебя или наказывать. Я хочу, чтобы ты был хорошим человеком.

– То есть, я плохой? – Кристофер испытующе посмотрел на отца, прервав его.

– Нет, но можешь им стать, как и любой другой, – не стал скрывать мужчина. – Пойми, Крис, все наши поступки, слова и мысли оказывают влияние на наше будущее и на окружающих людей. Если ты причиняешь другим беспокойство и обижаешь близких, то обязательно будут последствия.

– А если обижают меня?

– Ну, в таком случае, тот, кто обижает тебя, также поплатится за это.

Крис кивнул, сдвинув брови, он начал понимать отца, но все равно жаждал освободиться от его заботы, считая, что и сам знает, как ему жить.

– Можешь больше не работать в магазине, – напоследок произнес Нил.

– Правда? – оживился Крис.

– Да, только с одним условием. Извинись перед Сэмом. Ты нагрубил ему и должен исправить это.

– Хорошо, – Крис хмуро кивнул. Он был рад, что избежал наказания за побег. А извинения – это была маленькая плата за его выходку.

– Деньги за велосипед тоже можешь не отрабатывать. Считай, что твой долг прощен. Но если вздумаешь выкинуть еще раз такое, то будешь строго наказан.

– Я понял, пап. Спасибо, – Крис искренне улыбнулся, радуясь, что папа, наконец, сменил гнев на милость.

Давно надо было сделать это, тогда не нужно будет работать, думал Кристофер, направляясь к магазину. Отец не понимает, что деньги надо использовать не так, как это делает он. Он их слишком экономит, а можно жить лучше и больше себе позволять.

Мальчик не думал, что Нил старается воспитать его как можно лучше. Он видел только ограничения и запреты. Любовь отца Крис замечал, но предпочитал не думать о ней, намеренно заглушая голос совести. Этот тихий голос говорил мальчику, что он неправ, а отец любит его и заботится о нем, но Кристофер намеренно убеждал себя, что это не так.

Он хотел другой жизни, в которой он сам будет решать, как и зачем ему жить, и мечтал о том времени, когда станет старше и уедет из дома. Хотя Крис не был испорченным, и бывали такие моменты, когда он глубоко сожалел о своем поведении. Но такие мгновения были не очень частыми, а голос совести Кристофер намеренно заглушал. Он не хотел быть плохим, но жаждал другой жизни, не как у родителей.

Мальчику казалось, что его мама с папой не умеют жить весело. Они редко устраивали вечеринки и не тратили деньги на вещи, которые им казались ненужными. Сам Крис мечтал о жизни, наполненной смехом, весельем и развлечениями. Он хотел, чтобы дом был полон друзей, и ни один день не был бы скучным, как сейчас.