- -
- 100%
- +
День первый
Замедлив скорость на посадочной полосе, самолет вырулил на стоянку. После того как смолкли двигатели, пассажиры стали продвигаться по салону в направлении выхода, суетливо вынимая из верхних ящиков ручную кладь.
Стив Каменецкий на мгновенье остановился на трапе и сделал глубокий вдох. Прохладный утренний воздух заполнил легкие. Последний раз он дышал воздухом этих мест, в которых родился и вырос, более двадцати лет тому назад, в день, когда улетал в Соединенные Штаты. Тогда казалось, что он проваливается в неизвестный мир, в другое измерение, в котором нет никакой точки опоры. Он не представлял, как будет там жить и что делать. Но и в этом мире, из которого уезжал, жить становилось невозможно. Утопая в хаосе и непредсказуемости, всё рушилось прямо на глазах.
Перестройка захлебнулась, наступала власть криминала и беззакония. Предприятия закрывались. Люди оставались без работы и без возможности заработать на жизнь себе и своим семьям. Проектный институт, в котором он работал, вскоре тоже прекращал существование. Вот тогда и созрело решение – уехать. Для него неважно было куда уезжать – главное откуда.
И вот теперь он вновь оказался в родных местах. Стив взглянул на здание аэропорта. За последние двадцать лет оно обветшало и поблекло. Конечно, это не Лос-Анжелес или Нью-Йорк, но всё же могли бы хоть немного привести его в порядок, подумал он.
Спустившись по трапу и пройдя паспортный контроль, Стив отправился получать свой чемодан. За последние годы ему приходилось бывать во многих аэропортах мира. Залы для выдачи багажа там были огромных размеров. Здесь же выдача происходила в небольшой комнате, в которой за столом сидели два таможенника. Во времена его молодости это был внутренний аэропорт страны и никакой таможенной службы тут не существовало. Сюда не прилетали огромные лайнеры, а для небольшого количества пассажиров, этого аэропорта вполне хватало. Теперь же, после распада Союза, отсюда улетали самолеты во многие города мира, и на тех же площадях умудрились разместить еще и таможенную службу. Проверив багаж Стива, и не обнаружив ничего запрещенного, таможня дала «добро». Подхватив чемодан, он покатил его к выходу из здания.
Выйдя наружу, Стив остановился. Ярко светило солнце. Он прищурился и надел солнцезащитные очки. Теплый ветерок наступающего дня, лишь недавно начавшейся осени, ласкал лицо, а воздух был прохладен и чист. Стив вдыхал его полной грудью и не мог надышаться. Вот тебе и «дым отечества» мелькнула мысль, и он улыбнулся.
Вокруг небольшой площадки перед зданием шелестели листвой могучие тополя и клены. А, казалось бы, недавно, это были молодые деревца, подумал Стив. Как быстро летит время!
Невдалеке виднелась стоянка такси и он направился к ней. Асфальт на тротуаре во многих местах потрескался и был в ухабах и рытвинах, на которых чемодан постоянно подпрыгивал и пританцовывал.
– Стас! – за его спиной, неуверенным тоном, позвал кого-то женский голос.
Вытаскивая чемодан из очередной рытвины на асфальте, Стив не обратил на это никакого внимания.
– Стасик! Каменецкий! – громче и увереннее позвал тот же голос.
И тут Стив внезапно понял, что зовут его. За долгие годы, прожитые в Америке, он уже давно привык к своему новому имени – Стив. И то, что в детстве и юности его звали Стасиком, Станиславом, Стасом, постепенно забылось, ушло, растаяло в тумане времени.
Он оглянулся. В нескольких шагах от него стояла русоволосая привлекательная женщина лет сорока пяти и пристально всматривалась в него пытливыми голубыми глазами. Брючный деловой костюм подчеркивал стройность её фигуры.
– Вы это мне? – он ткнул себя в грудь.
– Ты же Стас Каменецкий? Значит тебе.
Он попытался припомнить тех девушек, с которыми когда-то был знаком в этом городе, но эта женщина не походила ни на одну из них. Определенно, её он видел в первый раз.
– Мы разве знакомы?
– Когда-то были знакомы. Но вряд ли ты меня можешь узнать. А вот тебя узнать довольно легко. Ты почти не изменился.
– Это можно расценивать как комплимент? – он улыбнулся. – Обычно комплименты говорят женщинам. Но спасибо. И всё же – откуда вы меня знаете?
– А ты своих одноклассников еще помнишь?
– Разве мы учились в одном классе? Мне кажется вы выглядите моложе меня.
– Ну вот! Ответный комплимент не заставил себя ждать, – женщина улыбнулась, и он невольно отметил её очаровательную улыбку. – Нет. В одном классе мы не учились.
– Ну и…? – он вопрошающе посмотрел на нее.
– Ладно, – всё еще улыбаясь, сказала она. – Не буду тебя томить. Свою одноклассницу Олю Муравьеву помнишь?
– Да. Я помню почти всех своих одноклассников.
– А её младшую сестру Наташу, тоже помнишь?
– Помню, что у нее была маленькая сестренка. Кажется, лет на семь младше нас. Тоже училась в нашей школе.
– И вот она, я, – рассмеялась женщина. – Конечно, ты меня не смог узнать. Я только в третьем классе училась, а вы уже школу заканчивали и считали нас малышней, которая под ногами путается.
– Да. Вот так сюрприз! Только прилетел и сразу такая неожиданная встреча.
–Теперь, наконец, может начнешь говорить мне «ты»? – предложила Наташа. – А то как-то неудобно получается.
– Согласен. А вы… ты что здесь делаешь? Прилетела, улетаешь?
– Ни то, ни другое. Провожала сына. Он улетел в отпуск. А ты, я слышала, уехал из страны.
– Да, уехал. Живу в Штатах.
– Давно уехал?
– Вот уже двадцать лет прошло.
– Ого! А к нам каким ветром?
– Транзитным, – рассмеялся Стас.
– Это как? – не поняла она.
– Вообще-то я лечу в Будапешт. Но раз уж перелетел океан, то решил воспользоваться случаем и проведать родные места. А отсюда на самолете до Будапешта не так уж и далеко.
– И что в городе будешь делать? Есть какие-то планы?
– Особых планов нет. Похожу по знакомым улицам. Да и старых друзей хотелось бы повидать.
– А куда ты сейчас? Где остановишься? У друзей?
– Нет. Не хочу никого стеснять. Да и не предупреждал никого. Заказал гостиницу на набережной.
– Я здесь с машиной. Хочешь, подвезу, – предложила Наташа.
– Спасибо, не откажусь. Если тебя, конечно, не затруднит.
– Не затруднит, – рассмеялась она. – В ваших Америках все такие вежливые? Или только ты?
– В наших Америках вежливые не все, как и у вас. А у меня это осталось еще от советского воспитания. Теперь поздно переучиваться.
– Тогда пошли к машине.
Они направились к парковке, и подошли к черному Nissan Qashqai. Наташа достала из сумочки пульт и нажала кнопку.
– Клади чемодан.
– Крутая тачка, – одобрительно кивнул Стас, укладывая чемодан в багажник.
– Нравится? Тогда садись, поедем.
Он уселся на сиденье, положил солнцезащитные очки на переднюю панель и хотел пристегнуть ремень. Наташа заметила его движение.
– У нас это не обязательно, – предупредила она. – Да у тебя и не получиться. Там уже стоит заглушка.
– Разве за это не штрафуют?
– По теории да. Но полиция за этим не следит. Вот никто и не соблюдает.
– Страна чудес, – покачал головой Стас. – А зачем тебе в городе кроссовер? Ведь везде асфальт.
– Ты еще не видел наших дорог. Вот поедем, узнаешь, зачем в городе нужна такая машина, – Наташа плавно нажала на педаль газа, и машина медленно выкатилась со стоянки.
– Надолго к нам? – поинтересовалась она.
– Дня на четыре.
– А что так мало?
– Больше не получится. Мне через пять дней нужно быть в Будапеште.
– И что ты там забыл?
– Это по работе.
– А что за работа у тебя?
– Занимаюсь системами автоматического управления.
– А здесь ты чем занимался?
– Тоже автоматикой.
– Ты что-то заканчивал?
– Да. Окончил наш Политех. И еще несколько лет успел поработать, пока всё не начало разваливаться.
– Неплохо ты устроился в своей Америке! – она усмехнулась и одобрительно покачала головой. – Работаешь по специальности.
Стас ничего не ответил. Только посмотрел на нее и тоже усмехнулся.
– А как твоя сестра? Что делает? – спросил он через некоторое время.
– Окончила институт. Уехала работать в другой город, да так там и осталась. Иногда приезжает навестить.
– Не хочет вернуться?
– Нет. Она там и замуж вышла. Двое детей.
– Понятно.
Какое-то время они ехали молча. Наташа иногда бросала взгляд на Стаса, стараясь рассмотреть его получше. Что-то притягивало её в нём, но она не могла понять, что именно. То ли улыбка, то ли лёгкий акцент, то ли манера поведения.
– А меня ты как запомнила? Ведь столько лет прошло!
– Ты в те времена не догадывался, как сестра с девчонками перемывали косточки мальчишкам вашего класса. А тебе даже чаще чем другим.
– И за что мне выпала такая честь?
– Ну как же! Ты занимался спортом. Был каким-то чемпионом. Ездил на соревнования в другие города. А еще играл в школьном оркестре. Везде успевал засветиться, – она рассмеялась. – А я страшно любила подслушивать, о чем болтает старшая сестра с подружками. И запоминала чуть ли не все подряд.
– Интересно устроена наша память, – усмехнулся Стас. – Человек помнит незначительное событие, случившееся много лет тому назад, и не запоминает важные детали вчерашнего разговора.
Вскоре машина въехала в город и начала двигаться по улицам. Во многих местах асфальт на них был в буграх и рытвинах разной величины. Попадались участки, где покрытие отсутствовало полностью. Дорогами это трудно было назвать. Наташа вела машину легко и уверенно, объезжая большие выбоины. Но на тех, объехать которые не было возможности, машину трясло и подбрасывало. Стас смотрел по сторонам. На некоторых улицах, где когда-то были тротуары для пешеходов, густо росла трава.
– Теперь понимаешь зачем в городе такая машина? – не отрывая взгляд от дороги, спросила Наташа.
– И не жалко гробить её на таких ухабах?
– Жалко, но другого выхода нет.
– Почему? – удивился Стас.
– У меня свой автосалон по продаже машин. Не могу же я ездить на «жигулях». Покупатели не поймут.
– О, да ты у нас, оказывается, businesswoman!
– Можно сказать и так, – она улыбнулась. – А у тебя, наверняка, тоже есть машина.
– Конечно. В Штатах без машины никак не обойтись. Там уже давно реализовали девиз Остапа Бендера – машина не роскошь, а средство передвижения.
– И на какой машине ты передвигаешься?
– Дороги у нас отличные, поэтому внедорожник или кроссовер не нужен. У меня обычная Toyota.
Наташа вырулила на набережную и остановилась у гостиницы.
– Ну вот, мы и на месте, – она выключила двигатель.
– Спасибо за помощь. Пойду устраиваться, – Стас открыл дверь машины.
– А знаешь, что?! – ей захотелось ещё хоть какое-то время побыть с ним вместе и она нашла повод. – Ты с нашими нынешними порядками вряд ли знаком. Некоторые могут показаться странными. Пойдем вместе. Если возникнут трудности, я помогу.
Они направились ко входу в гостиницу.
– А почему ты выбрал эту гостиницу? – спросила Наташа.
– Когда-то мы с ребятами любили посидеть в гостиничном ресторане. Там хорошо готовили. Надеюсь ничего не изменилось.
Наташа рассмеялась.
– За это время многое изменилось.
– Вот и проверю.
У стойки администратора Стас подал дежурному заказ и загранпаспорт. Дежурный проверил документы и стал что-то заполнять в компьютере. Наташа взяла со стойки паспорт Стаса и начала разглядывать.
– О, да ты теперь мистер Стивен Каменецкий! – произнесла она с иронией.
– И чем тебе не нравится имя Стивен?
– А почему не Станислав?
– Американцам сложно выговаривать такие имена. Стив для них гораздо привычней.
– Вот ваш электронный ключ, – дежурный протянул Стасу карточку. – Номер 506. Можете заселяться.
Наташа вернула Стасу загранпаспорт.
– Ну, вот и все, – кладя паспорт в карман, сказал он ей. – Спасибо за то, что подвезла.
– Не за что, – она пожала ему руку. – Чем займешься?
– Хочу погулять по центру. Вот только чемодан заброшу.
Задерживаться дольше у неё больше не было повода.
– Ну, бывай. Рада была встретиться, – Наташа повернулась и направилась к выходу.
Стас вдруг понял, что вот сейчас она уйдет и он больше никогда её не увидит. Ему захотелось окликнуть Наташу, остановить каким-то образом, но никак не удавалось придумать повод, чтобы это сделать. Наташа вышла из гостиницы. Через широкое гостиничное окно в пол стены, он видел, как она идет по улице в сторону своей машины. Затем Наташа вовсе исчезла из вида.
Стас мысленно отругал себя, за то, что в жизни так и не научился знакомиться с женщинами. С ними он всегда чувствовал себя скованно и неуверенно. А после развода с женой, вовсе перестал обращать на них внимания. На работе женщины были для него только коллегами, продавщицы в магазине – только продавщицами. И вот сейчас, первый раз за последние годы, когда ему понравилась женщина, он все равно не смог её удержать. Хотя, скорее всего, она замужем и никакого продолжения не получилось бы, думал он, направляясь к лифту.
* * *Войдя в номер, Стас поставил чемодан в угол и подойдя к окну, отдернул штору. Окрестности города не изменились. Всё так же в солнечном сиянии вдалеке виднелось высотное здание недостроенной и заброшенной гостиницы и круглый ресторан на реке, к которому с берега переброшен узкий пешеходный мостик. И парапет у воды, и широкая аллея на набережной остались такими же, как и во времена его юности. Только деревья стали выше и листва на них гуще.
Стас залюбовался видом на реку. Как и много лет назад, в ней отражалось небо. Он вспомнил о юношеской мечте – иметь моторную лодку и путешествовать по этой большой реке. Причаливать к её необитаемым островам, ловить рыбу, варить уху на костре, любоваться живописными берегами, отдыхать в тиши нетронутой природы. Он даже окончил курсы судоводителей и получил водительские права. Но мечта так и осталась неосуществленной. Времена изменились, началась перестройка и жизнь пошла совсем не тем маршрутом, который он себе намечал.
Стас вспомнил и о тех, уже далеких временах, когда грезил о приключениях в далеких странах. Ему потом пришлось пережить их, но совершенно иначе, чем некогда он себе представлял.
Стас резко задернул штору и отошел от окна. Длительный перелет и сутки без сна давали о себе знать. Чтобы разогнать сонливость и взбодриться, он принял душ. Затем, сменив пропахшую потом рубашку на свежую, спустился в вестибюль гостиницы и вышел на улицу.
Над головой по-прежнему ярко сияло жаркое солнце. По небу плыли редкие, словно белый пух, облака. А впереди, за деревьями зеленой аллеи, медленно несла свои воды широкая река.
Стас повернулся, чтобы направиться к центру города и увидел Наташин Nissan. Он всё еще стоял на том же месте. Стекла в окнах были опущены. Стас подошел поближе и заглянул в салон машины. Наташа сидела на водительском месте и смотрела на него.
– Приятный сюрприз, – он улыбнулся. – А я думал больше не увидимся. Даже как-то грустно стало.
– Неужели? – недоверчиво спросила она и улыбнулась.
– А почему не уехала? – поинтересовался Стас.
– Ты забыл в машине свои солнцезащитные очки, – Наташа кивнула на переднюю панель автомобиля.
– Действительно! – Стас надел очки. – Что-то забывать стал. Наверное, старею, – он улыбнулся.
Наташа пристально посмотрела на него.
– Ну, на старика ты пока не тянешь, – она включила двигатель. – Ты же в центр собрался? Не передумал? Могу подвезти, чтобы не грустил, – на её лице мелькнула и погасла улыбка.
– С удовольствием. В такой хорошей компании почему бы не прокатиться?
– Тогда садись, – предложила она.
– Я вот подумала, –Наташа включила двигатель. – В центре ты и сам сможешь погулять. Давай, лучше, покажу место, которое ты не знаешь. Это тоже здесь недалеко. Новый бульвар в европейском стиле, которого при тебе не было. Хочешь посмотреть?
– Да, было бы интересно взглянуть.
– Тогда едем туда, – и она свернула на другую улицу.
Минут через десять, проехав несколько кварталов, машина остановилась на парковке.
– Мы уже на месте, – объявила Наташа и выключила двигатель. – Пошли?
Они не спеша двинулись вдоль широкого бульвара. В самом начале, на центральной аллее, из-под каменных плит, били многочисленные струи мелких фонтанчиков. А чуть дальше, посреди пешеходной зоны, за стеклянными витринами, расположился ряд кафе. По обеим сторонам бульвара высились дома современной архитектуры. На нижних этажах, под огромными вывесками, разместились всевозможные магазины, и рестораны. Над бульваром, рыболовной сетью нависали разноцветные светильники.
У стеклянной витрины одного кафе скрипач наигрывал знакомую мелодию. Стас никак не мог вспомнить как она называлась. Перед музыкантом лежал открытый футляр скрипки, в котором виднелась горсть монет. В кошельке Стас нашел quarter – монету в двадцать пять центов и бросил её в футляр.
– Да, – одобрительно кивнул Стас, когда они прошли короткий бульвар из конца в конец. – Как будто попал в большой европейский город.
– Вечером, когда эта подсветка зажжется, здесь будет еще красивее, – пообещала Наташа, указывая на светильники, нависшие над бульваром.
– Тогда надо будет вечером наведаться сюда ещё раз.
– Ну, а пока, если хочешь, можем пройтись по магазинам, – предложила она.
– Я не любитель ходить по магазинам. Но интересно было бы посмотреть, что в них изменилось со времен советского вечного дефицита.
– Тогда пойдем.
– А муж тебя ругать не будет? Сегодня выходной, а ты уехала на пол дня.
– Не переживай. Некому ругать. Я сама по себе.
– Развелись?
– Нет, не разводились. Он умер.
– Извини. Сочувствую.
– Да ничего, – Наташа помолчала. – По правде говоря, развод давно назревал. Но тут выяснилось, что у него рак. Не могла я его оставить в таком состоянии. Нужно было за ним ухаживать, договариваться с врачами, доставать лекарства, навещать в больнице. Но ничего не помогло.
– И давно это случилось.
– Прошло уже больше пяти лет.
– Да. Жаль.
– У каждой жизни есть один недостаток – рано или поздно она заканчивается, – печально усмехнулась Наташа. – Но не будем о грустном.
Они зашли в ближайший магазин. Это оказался магазин одежды и обуви. На полках красовалась обувь всевозможных мировых брендов. На стойках пестрела одежда самых разных фасонов и расцветок.
– Да, – одобрительно покачал головой Стас. – От советских магазинов отличается разительно.
– Не хочешь привезти что-нибудь жене, детям? – спросила Наташа. – Кстати, дети у тебя есть?
– Дети есть. Но они уже взрослые. Им трудно угодить. Всё себе сами выбирают. К тому же и живут в разных местах. Один на западном побережье, другой на восточном.
– Ну, тогда выбери что-нибудь для жены.
– Некому выбирать, – усмехнулся Стас.
– То есть как? Дети есть, а жены нет? Ты же их не сам рожал, – она рассмеялась.
– Конечно, нет. Просто мы расстались.
– А что так?
– Видишь ли, – Стас помолчал. – Как бы это объяснить? Пока обустраивались на новом месте, растили детей, у нас были общие интересы и цели в жизни. Но потом дети выросли, разъехались, стали жить собственной жизнью. Мы остались вдвоем. И тут вдруг выяснилось, что мы совершенно разные люди. Смотрим на мир по-разному, мыслим по-разному, воспринимаем все по-разному. Мы перестали понимать друг друга. Нам не о чем было говорить. Мы стали чужими людьми. В конечном итоге она решила, что нам нужно расстаться.
– Да уж! С годами начинаешь понимать, что вечная любовь бывает только в сказках. А как бы хотелось, чтобы она была и наяву, – Наташа грустно вздохнула.
– И вы с ней совсем не общаетесь? – помолчав, спросила она.
– Практически нет. Она даже успела снова выйти замуж. Ну, а мне зачем лезть в чужую жизнь?
– А не тоскливо жить одному?
– У меня работа, которая мне нравится. Свободного времени не остается.
– Работа – прибежище одинокого человека, – грустно усмехнулась она. – По себе знаю. А как, насчет друзей? У тебя там они появились?
– Друзей заводят в детстве или в юности. Лет, эдак, до двадцати. А все, кто появляется потом – это уже не друзья, а приятели. С ними хорошо посидеть в баре или съездить на рыбалку. Но в трудный момент вряд ли на них можно положиться. Так что все мои друзья, до последнего времени, оставались здесь. Но время бежит – иных уж нет, а те далече.
– Тяжело одному, – посочувствовала Наташа. – У меня хоть сын рядом.
– Я уже привык. Да, что это мы опять о грустном? Давай о чем-нибудь другом.
– Я не возражаю.
– Вот, например, я уже давно проголодался с дороги. Здесь же рядом рестораны. Мне хотелось бы пригласить тебя в один из них. Ты мне сегодня помогла, и я должен тебя отблагодарить. Какие из них хорошие не знаю, так что выбирай сама.
– Какая же это помощь? – она пожала плечами. – Так, пустяк. Ты мне ничего не должен. И у меня есть идея получше.
– Какая?
– Сын на вчерашний вечер пригласил друзей, но пришли не все. А я столько всего приготовила. Сама и за неделю не съем. Приглашаю тебя сегодня на обед. Поможешь расправиться со съестными запасами, – она улыбнулась. – Домашнюю еду, наверное, давно не ел?
– У нас с едой нет проблем. Всегда можно позвонить в ресторан и привезут домой.
– Вот и сравнишь, где вкуснее.
Стас беспомощно развел руками.
– Мне неудобно. Ты и так сегодня меня опекаешь. Тратишь свое время. Мне хотелось бы сделать что-то для тебя.
– Ну, вот представь – не тратила бы я время на тебя. И что бы делала? Приехала домой и сидела бы в пустой квартире уставившись в телевизор. А так гуляю по городу. Вот, с иностранцем общаюсь, – она указала рукой на Стаса и рассмеялась. – Так что, поехали. А в ресторан пригласишь меня в другой день, если не передумаешь.
– Умеешь ты убеждать, – одобрительно покачал головой Стас.
– А ты как думал? Если бы не умела, могла бы продавать автомобили? Машина всё же не буханка хлеба.
Выйдя из магазина на улицу, Стас остановился.
– Постой. Идти к женщине в гости с пустыми руками неприлично. Давай заскочим в супер.
– Ничего не надо. У меня всё есть, – возразила Наташа.
– Уверен, что не всё.
– Ну, если хочешь, можем зайти в этот, – она указала на стеклянную дверь магазина, над которой светилась неоновая вывеска «Супермаркет».
Войдя внутрь Стас осмотрелся. В дальнем углу он разглядел кондитерский отдел. На полках красовались разнообразные торты и пирожные. Он подошел ближе.
– О, старый знакомый бисквитный торт, – обрадовался Стас. – Эти торты еще такие же вкусные, как двадцать лет назад?
– Рецепт тот же. Только посмотри на дату изготовления.
Стас повернул коробку.
– Сегодняшний. Даже время указано. Изготовлен в 10.24. Но сегодня же выходной, – удивился он.
– Всё нормально, – одобрительно покачала головой Наташа. – Фабрика работает без выходных.
– Тогда берем.
– Не возражаю, – улыбнулась Наташа. – Ты нашел моё слабое место. Люблю сладкое.
– Да? – Стас посмотрел на нее. – По твоей стройной фигуре этого не скажешь.
– Моих подруг это тоже удивляет, – улыбнулась она. – Им приходится себя ограничивать.
– И они тебе завидуют?
– Разве что белой завистью, – Наташа опять улыбнулась и пожала плечами.
Затем они остановились у винной витрины.
– Какое вино ты предпочитаешь? – спросил Стас.
– Хорошее. Но я в их названиях не разбираюсь.
– Тогда это будет «Chianti», – объявил он, укладывая бутылку в корзину.
– Что-то ещё надо? А то дальше вина и десерта у меня фантазии не хватает.
– А ничего больше и не надо. Я же говорила – всё остальное есть, – напомнила Наташа.
Подойдя к кассе, Стас увидел чуть в стороне большие емкости с букетами цветов. Он вынул один и стал его разглядывать.
– Берите, не сомневайтесь, – посоветовала кассирша. – Только сегодня срезали. Чувствуете, как пахнет?
– Я чувствую. Но вот, что делать с водой, которая с него льется?
– Никаких проблем! Я вам так упакую, что ни одна капля не упадет, – она завернула концы стеблей в плотную бумагу, затем надела на них целлофановый пакет и стянула резинкой.
Стас расплатился и протянул Наташе цветы.
– Это тебе. Идти в гости к женщине без цветов – дурной тон.
– Спасибо, – Наташа опустила лицо в букет. – Пахнут замечательно.
– Очень трогательно, – добавила она. – Даже не помню, когда мне дарили цветы в последний раз.
– Значит есть шанс, что сегодня запомнишь, – улыбнулся Стас.
* * *Наташа набрала несколько цифр на кодовом замке входной двери в подъезд, и металлическая дверь чуть приоткрылась. Стас потянул её на себя, и она как бы нехотя стала медленно открываться.