- -
- 100%
- +
Внимательно следила за выразительными, темными глазами Леонида и читала в них скрытую любовь или тайную страсть.
– Таня, ты говоришь как опытный психоаналитик или гипнотизер, – он точно определил мою профессию.
– Психология всегда меня привлекала, но если честно, то просто интересно больше узнать о тебе, – проговорила я искренне. – Какой ты человек, что тебя волнует, какие женщины тебе нравились блондинки или брюнетки?
– Ты мне очень понравилась, – сказал он, делая ударение на слове «ты». – Кажется, увлекся тобой всерьез, ты чувствуешь? – его деликатные слова проникали глубоко в душу, но понимала, что не имею право расслабиться ни на минуту.
– Правда, ты произвел на меня приятное впечатление, – снова солгала. – Рассказал бы что-то интересное, что произошло с тобой в Сочи? – охмелев от выпивки и осмелев, в лоб спросила я. – Такие прекрасные перспективы открываются после катания на яхте в открытом море. Диву можно даваться!
– Извини, Таня, что мне рассказывать, – его ответ снова насторожил и озадачил меня, потому, что так обычно говорили всегда, когда у человека была богатая личная жизнь.
Меня раздражала его скрытность, но изо всех сил старалась выглядеть по-детски наивно, зная, что он тоже подозревает меня в чем-то.
– Когда мы были на юге, то во время прогулки на яхте мне понравилась одна очень симпатичная женщина. Показалось, что муж ей был безразличен. Когда он заметил наши косые взгляды друг на друга, то затеял скандал, но к счастью я его успокоил, – поведал Леонид. – Потом мы с ним даже подружились.
– Как ты его успокоил? – мой интерес удвоился и, осторожно порывшись в сумочке, включила диктофон для записи его откровений.
– Мы выпили с ним и говорили по душам. Он оказался очень симпатичным человеком, – ответил Шустрый, несомненно, подозревая, что я веду свою тайную игру.
– Они тоже из Тарасова?
– Да. Как ты догадалась?
– Немного логики, фантазии, здравого смысла, – игриво засмеялась.
– Ты оказывается фантазерка, – глаза Шустрого загорелись.
– Вы подружились? – спросила, выдавая собственное напряжение, и усмехнулась.
– Нет. Мы разъехались по гостиницам и после этого иногда встречались, даже визитками обменялись. Просто распили вместе бутылку шампанского в честь знакомства.
– Как мило! И все?
– Ты что ревнуешь?
– Нисколько.
– Таня, ты очаровала меня с первого взгляда! Ради тебя готов пойти на любое рискованное предприятие.
Его рассказ заинтересовал меня и дал пищу для размышлений. Мы пробыли в ресторане часов до десяти. Вскоре стало жарко и душно из-за прибывающей светской публики.
– Пойдем на воздух, подышать, – лукаво предложила, холодная светская львица, давая понять своему партнеру, что ей жарко.
– Да, конечно.
– Замечательный ресторан. У тебя отличный вкус.
Шустрый расплатился. Взяла предварительно купленную еще одну бутылку шампанского и мы, протолкались через толпу народа, вышли на улицу.
– Такси. Сейчас не стоит садиться за руль… – прямо по-отечески сказал он.
Притормозил, вывернувшую из-за угла машину, назвал цену и свой адрес и поехали к Леониду. Свою машину оставила на стоянке. Леонид жил в четырнадцатиэтажном доме.
Зашли в подъезд, поднялись на одиннадцатый этаж и оказались в просторной двухкомнатной квартире.
В углах у окна стояли напольные китайские вазы, торшер Тиффани из разноцветных кусочков стекла напоминал огромный георгин, картина с изображением библейского сюжета в золоченой раме, зеленый кожаный диван и два кресла. Аквариум в виде колонны до потолка, полки с книгами.
Удержалась от расспросов, с интересом разглядывая необычный интерьер квартиры:
– Ты один здесь живешь?
– Да уже год. Жена ушла от меня к родителям, – глубокомысленно ответил он, с грустью рассматривая семейную фотографию на стене.
– Ты очень переживаешь… Расскажи мне о своей жене. Кем она работала, какая она, наверно, часто путешествовали вместе? – пыталась утолить женское любопытство, расспрашивала исподволь.
– Таня, зачем тебе это? – нервно ответил он. – Мы давно расстались, иногда встречались.
Глядя на довольное выражение его лица, поняла, Леонид клюнул на мою удочку, ему приятно было общаться и чувствовать себя хозяином положения.
– Так значит, у тебя целый год кто-то был еще кроме жены? Очень сомневаюсь, чтоб такой красивый мужчина после расставания с женой потерял интерес к женщинам, – мое любопытство переходило все допустимые границы. – Я права? – взглянув на партнера, потребовала язвительно.
– Отнюдь. Ты так думаешь? – осведомился он зло. – У тебя неправильное впечатление, – укоризненно добавил он. – У меня была подруга, но сейчас она уехала работать в Германию. Пока один.
– И ты предлагаешь мне временно занять ее место? – моя язвительность была очень кстати.
– Кто сказал, что временно? Люблю постоянство в жизни, – проговорил он, улыбаясь, по достоинству оценив иронию.
– В этой жизни вообще нет ничего постоянного, – нравоучительно ответила, посмотрела Леониду в глаза. – Но если ты так настаиваешь, как далеко простирается твое постоянство? Год, два, месяц или может быть неделя?
– Все зависит от тебя самой. Насколько ты сама оценила бы свои чувства по отношению к человеку, который тебе нравился – это по поводу личной жизни. Ну, а что касается работы, скажу лишь, что у меня своя фирма, штат сотрудников, постоянные клиенты. Наша работа похожа на работу детективов, и, по сути, это так и есть.
Оценила его проницательность. Возможно, мне еще придется учиться у Леонида хватке и деловым качествам. Однако конкурировать с ним стала бы снова.
– Ты коллекционируешь антиквариат? – спросила, разглядывая старинные подсвечники на столике и гобелены на стене. – Сколько же это богатство стоит, если не секрет?
– Нет. Это вовсе не старина. Просто умело выполненные копии под девятнадцатый век, – ответил он удовлетворенный, что восхищалась его обстановкой.
По интерьеру и книгам на стеллаже поняла, что он разбирался во многих вещах. Наконец, приняв принужденную позу на диване рядом со столиком, загадочно улыбаясь, поинтересовалась:
– Ты, наверно, бывал за границей?
– Был и очень часто. Ну, что продолжим знакомство? – Леонид, достал из стенки хрустальные бокалы и разлил шампанское.
– Хочу много сока. Мне очень хорошо.
– Я тоже выпью много. Какой сок ты предпочла бы? – галантно спросил он. – У меня есть абрикосовый и виноградный.
– Какой ты любишь?
– Абрикосовый.
– Тогда и мне налей абрикосовый сок.
Леонид достал из бара сок и два высоких стакана с красивой гравировкой в виде виноградных листьев и налил по полстакана в каждый. Заметила, что его взгляд медленно скользнул по моим ногам, обтянутым джинсами и пыталась поправить чересчур облегающую шифоновую блузку, его интерес вызвал во мне заметное удовольствие. Поняла, что наступает критический момент и надо срочно действовать, поэтому сказала:
– Леонид, у тебя есть конфеты или шоколад? Обожаю шампанское с шоколадом.
– Извини. Сейчас принесу из кухни.
Пока он ходил в кухню, достала из сумочки порошки снотворного, всыпала содержимое двух пакетиков в один из стаканов, затем тщательно размешала, чтобы весь порошок растворился без осадка.
Нормальная доза для того, чтобы кто-то успокоился и уснул. Через минуту появился Леонид с красочной коробкой конфет.
– Угощайся.
Взяла шоколад и с удовольствием запила соком. Леонид, следуя моему примеру, выпил весь сок до дна.
– Давай теперь выпьем на брудершафт! – он поднял бокал шампанского. – Возражаешь?
– За процветание твоего бизнеса, милый, – мечтательно произнесла. – За успех!
– За наше большое будущее, счастье и взаимное доверие, – глаза Леонида говорили о многом.
Он снова сел рядом со мной на диван. Взяла свой бокал, обвила руку Леонида и выпила залпом шампанское. Леонид сделал точно также. Мы целовались. Заметила, что движения Леонида стали ленивыми и плавными. Он откинулся на спинку дивана.
– Какое-то обычное шампанское, а сразу с ног валит. Таня, ужасно хочу спать,… наверное, это переутомление… весь вечер был такой озабоченный, нервный. Мне… дорогая, ты возражала бы, если…
– Ни в коем случае, дорогой, – ответила, но продолжала сидеть, случайно заметив, что он уже спал.
Встала и начала обследовать квартиру. Везде были разложены всякие антикварные безделушки. Пройдя в ванную и среди шампуней, гелей, паст, порошков и полотенец нашла аптечку с лекарствами. Плохо разбиралась в фармакологии, по некоторым аннотациям лекарств поняла, что среди слабых препаратов были и сильнодействующие средства. Названия всех лекарств записала, чтобы выяснить подробности их действия. Домой добиралась опять на такси. После выпитого шампанского у меня кружилась голова, но походка была уверенная.
«Таня, ты стала чересчур медлительной. Пора бы искать преступника, а не его тень», – подтрунивала сама над собой, зашла в подъезд, нажала на кнопку. Лифт тут же подъехал.
В квартире, за сигаретой переосмысливая и оценивая ситуацию в целом, поняла, что Леонид вряд ли был убийца. Возможно, фирма «Монолит» имела какое-то отношение к фирме Виталия? Вся в сомнениях и противоречиях, набрала номер Алексея. Было начало второго. Наконец, услышала знакомый голос:
– Алло, Таня, это ты, как отдохнула?
– Прекрасно.
– На яхте произошла ссора между Соркиным и Шустрым из-за Ларисы, но потом они помирились. Все это рассказал Шустрый в ресторане, я записала на диктофон.
– Молодец, что еще? Нам нужны вещественные доказательства.
– Дома у Шустрого нашла сильно действующие препараты, влияющие на давление коронарных сосудов сердца, – достала листок с названиями лекарств, прочитала их Алексею.
Он замолчал на минуту, как будто, вспомнил что-то:
– Второе лекарство в твоем списке послужило причиной смерти. Но учти, лекарства, о которых ты говоришь, при желании могут быть в аптечке почти в каждой семье. Чтобы свалить, взрослого мужчину нужна лошадиная доза, и много спиртного.
– Кажется, Лариса что-то скрыла. Возможно, конфликт на яхте был продолжением их семейных неурядиц. Причиной была ревность. Ты говорил, что Лариса была очень красивой женщиной.
– В этом права, все возможно. За Ларой в школе ухаживал Игорь Мурин. Они дружили. А потом у них вышел конфликт из-за Виталия, который встал между ними.
– Понятно.
Мне хотелось уйти от темы.
– Ты запомнил размер обуви, отпечатки на фотографиях?
– Кроссовки примерно сорок третьего размера. Но в кроссовках ходили все. Да и обувь можно сменить.
– Спасибо. Жаль, что сама не видела места преступления. У меня бы тогда появилась хоть какая-то зацепка.
– Таня, ничего нового ты не нашла бы там. Все это уже рассказывал тебе, и ты сама убедилась, рассматривая снимки. Стакан, из которого пил Виталий на яхте, был с отпечатками только его пальцев.
– Алексей, у меня появилась еще одна версия, но ее надо проверить.
– Какая версия, если не секрет? – спросил Алексей с нетерпением.
– Думаю, это были заранее спланированные убийства, – меня обрадовало его логическое умозаключение
– Почему ты так решила?
– Так как все было проделано с ювелирной точностью. Похоже, план преступления обдумывался и анализировался неоднократно. Нет ни отпечатков пальцев, ни других улик, которые могли бы привести нас моментально к истине. Может быть, у преступника был даже сообщник. Но это не обязательно. Одним словом действовал человек, просчитавший все до мелочей, – констатировала я.
– Таня, теперь ты поняла насколько запутанное это дело и здесь мне одному без твоей помощи не справиться, – предупредил Алексей.
– Бесплатно отказываюсь помочь в расследовании, но на это уйдет некоторое время, – предупредила твердо подполковника. – Знаешь мои расценки? Двести долларов в час. Пароль тот же.
– Главное нам надо действовать сообща. Тогда быстрее пойдет дело, – в голосе Алексея были нотки сомнения.
– Тогда можешь на меня положиться, – заверила его. – Начнем сразу со свидетелей.
– Рад, что нашел в твоем лице сподвижника и со спокойной душой ложусь спать.
Мои мысли теперь занимала фигура Шустрого и его деятельность. Посмотрела на часы: было около двух. Имея такой штат сотрудников, он мог бы установить слежение за деятельностью Соркина, даже не появляясь рядом с ним. Как одержимая гоняюсь за преступником, а он не будет прикладывать большого труда, чтобы выяснить, чем занимается Соркин. Но зачем-то он оказался с ним на одной яхте или это было простое совпадение? Не поверю, что они не были знакомы раньше.
Усталость валила меня с ног, но решила все же бросить кости и посмотреть, что же это за человек Шустрый Леонид. После трехразового встряхивания в кулаке, высыпала их на стол. Выпали цифры: 2, 15, 28.
Прочитала разгадку: «Это хитрый, точный, расчетливый, осторожный, знающий себе цену человек. Способен на оправданный риск, неожиданно реализует давно предложенную идею, что принесет неплохой доход. Хочет знать больше других, порой это желание приобретает навязчивые черты».
Значит, он как опытный охотник, которому достанутся лучшие трофеи. Под «неплохим доходом» надо было понимать финансовую деятельность директора фирмы. На этот раз мое любопытство было удовлетворено. Никакой душевной тонкости или глубины, как мне показалось вначале нашего знакомства, там не было.
Это сняло розовую завесу с глаз и отрезвило полностью. Ждать, что преступник сам явится, не могла, поэтому решила проверить каждого подозреваемого. И начать хотела с Шустрого. Сколько бы обаяния не излучал этот человек, моя интуиция подсказывала, что должна быть с ним постоянно начеку.
ж ж ж
На следующее утро, Алексей Серегин, прихватил с собой портфель, пошел на фирму, где работали Соркины, выяснять некоторые возникшие вопросы. Было еще не очень жарко. Алексей торопился сделать многое до наступления полуденного зноя.
Фирма Соркина находилась в самом центре города. Он поднялся на второй этаж, где его встретила улыбчивая секретарша. На столе у нее стояла табличка с названием фирмы «Международное агентство „Орхидея“, секретарь: Ступина Майя». Она еще ничего не знала о смерти шефа и его жены, так как их тела пока находились в Сочи и дня через два будут доставлены в Тарасов.
– Добрый день, чем могу помочь? – поинтересовалась она доверительно.
– Мне нужно выяснить с кем последнее время контактировал ваш шеф, и были ли у него конкретные враги или недоброжелатели? – Серегин сделал ударение на слове шеф.
– Простите, а кто вы такой, если не секрет. Такую информацию мы не разглашаем, – девушка строго посмотрела на Серегина.
Алексей достал из кармана брюк и показал свое полицейское удостоверение.
– Извините, товарищ подполковник.
– Ваш шеф и его жена были убиты на курорте. Кто еще кроме вас знал о месте пребывания Соркиных? – Алексей пытался говорить как можно мягче.
Девушка побледнела и онемела на какое-то время. Затем она закрыла лицо руками и прошептала:
– Да все знали, они ни от кого не скрывали, что уезжают. Каждый день приходят люди и трудно выделить кого-то конкретного. Хотя постойте.… В начале прошлой недели к нему приходил один человек, он запомнился мне. Когда он появился, удивилась, что он сразу без приглашения зашел к Виталию Львовичу. Мне показалось, что он знал шефа раньше, так как назвал шефа по имени.
– А вы не помните, о чем они говорили? Может быть, слышали отрывки фраз? – докапывался Алексей до истины, стараясь восстановить в памяти девушки события прошлого.
– Нет, хотя, впрочем, они говорили о какой-то недостаче или долге, но это не связано с делами фирмы. Скорее всего, личного характера. Они говорили примерно полчаса, и потом шеф мне приказал предупреждать о приходе каждого. И его последней фразой были слова: «Ну, Игорек, удумал, десять лет думал, чтобы сказать мне», – Майя внимательно смотрела на Серегина, пытаясь понять – помогли ее слова ему или нет.
– И что было потом? – не отходя от темы, спросил Алексей.
– А потом Соркин предложил мне оформить этого человека на работу менеджером, – Майя как будто переживала все заново.
– Простите, Майя, а фамилию его случайно не помните?
– Фамилию не помню, но у меня есть его личное дело и заявление о приеме на работу подписанное шефом. Хотите взглянуть?
– Конечно, – подтвердил Алексей, а Майя встала из-за стола, поискала в шкафу папку, выудила оттуда заявление и протянула Алексею, а тот взял заявление и положил к себе в папку.
– Можно мне взять это заявление на некоторое время для графологической экспертизы? – спросил Серегин.
– Возьмите, – у девушки лицо было испуганное, голос дрожал, и на глазах появились слезы. Алексей в это время записывал все тщательно в блокнот.
– А у Соркина был заместитель? И кто у вас за время отсутствия директора исполнял его функции?
– Наш бухгалтер – Соусов Сергей Николаевич.
– Он сейчас у себя? – спросил Алексей, посматривая на дверь, ведущую в кабинет шефа.
– Нет. Он сказал, что придет после обеда. Если он вам нужен, то подойдите попозже.
– Спасибо большое Майечка. Вы мне очень помогли. Что вы делаете сегодня в полдень? Может быть, пообедаем вместе? – Алексею казалось, что Майя что-то недоговаривает, поэтому хотел продолжить беседу в непринужденной обстановке.
– Вообще-то у меня скоро обеденный перерыв, – застенчиво пролепетала девушка. – Я освобожусь в час дня. – Отлично, буду встречать вас у выхода, – Серегин уже собирался уходить, как Майя его окликнула:
– Я вспомнила, Виталий Львович назвал этого мужчину, когда он уходил «Мурик». Он сказал: «Ну, пока Мурик».
Интуитивно Алексей чувствовал причастность Мурина, но прямых улик опять не было. Он также не скидывал со счетов других подозреваемых, в частности Кудинова, Шустрого и Куценко.
Алексей не знал, где живет Игорь. Хотя в отделении полиции должны были знать о его прописке. Алексей посмотрел на часы. «Сейчас Мурин уже, наверно, прилетел домой. Надо срочно узнать его местонахождение». Его домашний адрес Серегин узнал в течение часа, когда зашел в отделение полиции.
В компьютере были внесены также другие сведения. Серегин сразу выяснил и сообщил Татьяне, что Игорь Мурин вышел месяц назад из заключения. Он сидел за крупную растрату. Деньги он так и не вернул, и до самого конца следствия не признался в содеянной растрате. Алексей решил зайти к Игорю сразу после свидания с Майей.
Сыщик встретил Майю у выхода из здания. Майя, с печальным выражением лица, вежливо спросила:
– Ну что, куда пойдем? – и, не дожидаясь ответа, продолжила: – Здесь есть очень милое кафе, где можно хорошо отдохнуть. Кстати и цены там умеренные.
В кафе они заняли столик в самом центре. Заказали бутылку сухого вина, два салата и два пирожных. Выпив бокал вина, Майя немного осмелела и стала рассказывать все, что знала о фирме.
Оказалось, что фирма процветает давно и имеет связи во всем мире. Часто Соркины выезжали за границу для налаживания контактов. Услуги фирмы стоили от четырехсот до тысячи долларов. Отбоя от клиентуры не было. Сама Майя работает там года два, и уже успела неплохо заработать.
– А вы не знаете, Майя, застрахована ли фирма и кто наследник Соркиных? – по-приятельски решил выяснить Алексей все подробности дела.
– Да, фирма, конечно, застрахована и на это имеются соответствующие документы, но прямых наследников у Соркиных не было. Они недавно поженились, хотя знакомы были уже давно.
– Интересно…
– Лара вообще пользовалась большим вниманием у мужчин, можно сказать мужчины ее обожали: образованная, элегантная, привлекательная, знала несколько иностранных языков, умела разговор поддержать. И мне часто премию выписывала. Так что я всегда могла себе позволить что-нибудь вкусненькое.
Алексей и Майя вернулись назад в фирму. Исполняющий обязанности директора Соусов уже был на месте. Алексей после приглашения прошел к нему в кабинет.
– Чем обязан такому визиту? – поинтересовался бухгалтер, крупный пышущий здоровьем господин в элегантном черном костюме.
Алексей сообщил о смерти директора, но не увидел никакой реакции на лице собеседника. Он подтвердил все те сведения, что узнал от Майи, за исключением того, что Соркин последнее время иногда жаловался на сердце. Бухгалтер показался ему человеком хитрым, но недальновидным.
Теперь Алексею предстояло побывать у Игоря и допросить его. Он выписал повестку, в случае если не застанет его дома.
Мурин жил в современном девятиэтажном доме на третьем этаже. Когда Алексей позвонил, ему открыла красивая высокая темноволосая женщина, мать Игоря.
– Простите, Игорь дома? – спросил Алексей, показывая удостоверение.
– Его нет, – лаконично ответила женщина.
– Если он появится, передайте ему вот это, – и Алексей протянул ей повестку.
– Он сказал, что останется ночевать у Оксаны. Они давно знакомы, еще со школы, – продолжила женщина волнуясь. – Но я обязательно все ему передам.
– Извините, а где живет Оксана? Мне нужно срочно его увидеть. Может быть, есть телефон? – настаивал Алексей.
– Да, конечно, вот запишите, – мама Игоря продиктовала номер.
Алексей ушел совершенно сбитый с толку. Когда он пробовал звонить несколько раз Оксане, то ему никто не отвечал.
«Возможно, Мурин со своей подругой уехали куда-то. В данном случае Татьяна будет незаменима для выяснения всех обстоятельств в ходе следствия. Пусть проработает версию исчезновения Игоря. Надо выяснить, не уехал ли он из города снова. За границу ему бы так быстро без визы все равно не скрыться. Надо выяснить, что же Таня накопала о других подозреваемых», – рассуждал следователь.
Алексей взял такси и отправился на квартиру к Тане. За день он здорово вымотался и мечтал только о горячем чае и сне.
ж ж ж
Первая чашка ароматного утреннего кофе подняла мне настроение и прибавила жизненной энергии. С утра несколько раз попробовала позвонить Алексею, но абонент упорно не отвечал. Значит, чем-то занят. Поэтому решила не терять времени впустую и отогнать машину со стоянки на набережной, где вчера ее оставила, а потом съездить и послушать, что же творится на фирме «Монолит». Вышла из дома легкой походкой. Можно было доехать до стоянки на такси, но решила пройтись пешком.
С утра еще не было так жарко и душно. Похоже, лето продлится без дождей. В киосках около рынка купила сигарет и свежие газеты. Вспомнила про одного из своих осведомителей Венчика Аякса – бомжа-философа, неопределенного возраста, живущего близко отсюда в полуподвале.
Венчик Аякс, он же Вениамин Аяксов не работал из идейных соображений, а промышлял тем, что собирал и сдавал бутылки.
Иногда мне приходилось поручать ему, следить за некоторыми подозреваемыми, за что он получал доллары. Куда он их девал, не знала. Но по сроку нашего знакомства, у него уже должно было скопиться приличное состояние.
Заметила Венчика недалеко от пункта приема металлических банок из-под пива. На нем были разорванные на коленях джинсы, подобие майки и кепка на голове. Подошла ближе.
Он перекладывал банки из своей сумки в мешок и методично пересчитывал. Увидев меня, улыбнулся, и мне показалось, что зубов у него стало еще меньше, после нашей последней встречи полгода назад. Речь Венчика была полна притч и философских высказываний, поэтому приготовилась его слушать:
– А, Татьяна свет Александровна! Кто себе друзей не ищет, самому себе он враг. Ранняя птичка и гнездо совьет и птенцов накормит. Что привело вас в столь ранний час в этот «хаос»? – высказался он, не отрываясь от работы.
– Привет, Венчик, – поздоровалась. – Ты прав, действительно у меня к тебе дело. Давай отойдем в сторонку.
– Как пожелаете сударыня. Для вас хоть на край света готов лететь, – было видно, что у него давно не было подобных предложений, и он с нескрываемым интересом слушал меня.
Мы отошли в сторону от любопытных глаз людей стоящих вплотную.
– Нужно понаблюдать за директором фирмы «Монолит» Шустрым и одним из его сотрудников Куценко, – чуть слышно начала. – рин со своей подругой ыхписке как раз послужило причиной смерти. Когда и куда они ходят? Что это за люди? Когда возвращаются? Какие у них привязанности? Ну, сам знаешь. Полное досье.
– Отныне понятно только то, что у тебя с одним из них роман, … если никто тебя не любит неразумно жить на свете. Прав, не так ли? – предположил Венчик, выставляя на показ свой беззубый рот. – Что такое любовь? Это зубная боль в сердце. Да и любви не утаишь…
– Очень остроумно, – чуть не обиделась. – Здесь речь идет совершенно не об этом.
– А о чем? – недоумевал Венчик. – Человеку нужно два года, чтобы научиться говорить и шестьдесят лет, чтобы научиться держать язык за зубами. Таня, лучше скажи мало, но хорошо.
– Сейчас занимаюсь этим делом. Эта фирма находится в районе автовокзала. Вот адрес, – протянула ему визитку с адресом и фамилией. – Сегодня же займись, пожалуйста.