- -
- 100%
- +
Эфес спросил у них: – Что за шабаш?
– Да, и похоже, не собираются сдаваться. – Ответил один из полицейских.
– А что профсоюз?
– У проституток нет профсоюза. Но, похоже, будет создан.
– И будет: "Профсоюз развлечений". – Усмехаясь, сказал Эфес.
– По всей вероятности. – Серьезно подтвердил полицейский.
– Уже два месяца не думают сдаваться.
Но Эфес его уже не слушал. Он спешил к отелю "Луч". Экзотическое строение отеля напоминало древнюю конюшню. Этот памятник архитектуры служил парадным входом в тридцатиэтажный суперсовременный небоскреб, поражавший воображение легкой устремленной ввысь конструкцией. Прозрачные створки двери вестибюля бесшумно разъехались, впуская Эфеса. В просторном фойе было немноголюдно. В левом светлом углу сидел в кресле пожилой мужчина в сером шерстяном костюме, с газетой в руках. Второй по моложе, в джинсах и тужурке под цвет брюк у стойки бара пил коктейль.
Третий вошел следом. Это был средних лет мужчина в темно-синем плаще, с черным кожаным чемоданом в правой руке. Администратор за стойкой, длинны, сухощавый, с курчавой бородкой и крючковатым носом, еще издали, заметив Эфеса, закивал ему,
дружески улыбаясь. Кивнув в ответ, Эфес поднялся к себе в трехкомнатный номер "люкс". В маленькой прихожей на стене висело большое зеркало в рост человека. Эфес сразу же отразился в нем. И взгляд, придирчиво брошенный на лицо и фигуру, отметил сетку морщин у глаз, да слегка опущенные плечи – неотразимые признаки усталости.
Вздохнув, он сел на стул и снял форменные башмаки, затем комбинезон. Вторая комната представляла собой гостиную, куда он вошел после душа в тапочках и махровом халате. У журнального столика с кипой газет и модных журналов стоял торшер и два кресла. Посреди комнаты разостлан мягкий шерстяной ковер с рисунком причудливой формы, выдержанном в зелено-желтых тонах. На стенах висят две картины, изображающие живописные курортные места с морем и пальмами, облаками и чайками, и белыми кораблями на горизонте. Картины дополняют друг друга, уводя уставший взор в мир теплого солнечного света и ласкающих волн. Мебель гостиной красного дерева состоит из застекленного книжного шкафа с книгами да серванта. Еще несколько неожиданных
безделушек в виде уродливых масок на стенах да на подоконнике дополняли житейский уют. Всякий раз, переступая порог гостиной, Эфес чувствовал блаженство от того, что он теперь никому не принадлежит и можно вот так опуститься в кресло у журнального столика и спокойно отдохнуть. Очутившись в кресле. Эфес потянулся за телефоном, взяв его к себе на колени, он набрал номер.
– Алло, это вы, Вер? – дождавшись ответа, он продолжал, – Принесите, пожалуйста, жаркое, салат и бутылку вина.
Приятный женский голос в трубке спросил: – А кофе?
Эфес пожевал губами, затем отметил: – Нет, не надо. – И положил трубку.
Официантка не заставила себя ждать, ужин был подан в считанные минуты. Эфес с аппетитом поел, запив крепким вином, затем лег спать.
Утром, вскочив с постели, он стал соображать: «Друзья мои не такие простаки, чтобы оставлять свои подлинные имена и координаты в картотеке разведывательного ведомства, уж кто-то, а они..». – улыбка скользнула по лицу. Вспомнилось глупое выражение чиновника, увидевшего на экране дисплея вместо фотографий, имен и отпечатков пальцев, изображения животных. Лис соответствовал Думару, изображение аиста – Азону. Вот почему Эфес получил задание разыскать друзей, вот что взбесило Президента и возвысило их авторитет в глазах Советника Мисара. Эфес погрузился в воспоминания. Азон мечтал подзаработать денег на службе и купить небольшой аэродром, хотел катать туристов над морем и горами. Думар – да, Думар мечтал о каком-то тайном обществе, скрытный и хитрый, не зря он изобразил себя Лисом. Мысли Эфеса невольно завертелись вокруг писем. Он достал из запыленного чемоданчика целую кипу, перерыл их, взял одно. Прочел. Письмо было от Азона, но адреса никакого. Не теряя надежды, Эфес сунул письмо в сканер домашнего компьютера. На экране монитора замелькали буквы, складываясь в слова и предложения; "Курорты Наями, Ярык..». – насчитав двадцать семь названий, махнул от досады рукой и выключил дисплей. – Да-а! – произнес Эфес. При этом он плюхнулся в кресло, ноги небрежно водрузил прямо на письма, разбросанные по журнальному столику. Взгляд невольно скользнул по телеэкрану. Передавали новости. Эфесу вспомнился праздник, это был фестиваль общества Шомонов, в толпе мелькнуло тогда лицо Думара. Эфес бросился в толпу, но
волнение демонстрантов остановило Эфеса: «А черт!" – подумал он, «Помешала моя форма". Отчетливо вспомнился праздник молодежи, съехавшейся в Мираж со всего Мира. От волнения он встал, подошел к окну. С высоты тридцатого этажа автомобили на улицах города казались игрушечными. За окном шел дождь, огни реклам молниями сверкали в его серых струях, причудливо отражаясь в лужах и мокрых стенах домов. Постояв с минуту у окна. Эфес вернулся в кресло и нажал кнопку дисплея. На экране вновь замелькали буквы, слова, предложения: «Общество Шомонов, тайная организация. Координат нет. Количество членов неизвестно. Угрозы государственной власти не представляет".
– Не густо. – вздохнул он. Неудача злила. На ум приходили самые невероятные проекты, пока не вспомнилась статья, написанная в "Вестнике" о гипотезе существования некоего государства высоко в недоступных горах, а представителями этого государства
являются-де Шомоны. "Загадочное государство не обнаруживает признаков обитания в указанном месте, так как космические аппараты и самолеты не зарегистрировали своими радарами ни одного объекта в указанном районе гор..». – читал Эфес.
– Черт побери! – яростно сминая газету руками, вскричал Эфес, – То, что не удается никому, удастся мне в конце то концов! – И скомканный ком газеты полетел в отдаленный угол комнаты. Он оделся в мгновенье ока. Обычный походный костюм позволял это сделать быстро, бросил кое-какие вещи в мешок и, хлопнув дверью, вышел из номера. Улица встретила Эфеса свежим ветерком, обдавшим сыростью щеки. Дождь кончился. Но воздух, насыщенный влагой, еще содержал дождевую пыль. Выкатив мотоцикл из гаража, он вскочил в седло, затем надел шлем и включил двигатель. Дорога в аэропорт тянулась бесконечной лентой по окрестным полям, зеленеющим свежей порослью. Мотоцикл мчался по ней, неся своего всадника в сторону аэропорта. Трансконтинентальный лайнер вмещал в свое нутро шестьсот пассажиров, которые располагались в пассажирском отсеке. В первом этаже размещались их вещи, можно было разместить также и несколько легковых автомобилей. Эфес вкатил свой мотоцикл на посадочную платформу. Вскоре объявили посадку в лайнер. Курорт Наями располагался возле живописного залива. Буйная тропическая растительность и голубовато-зеленые воды придавали ему особое очарование и прелесть. В порту, куда совершил посадку лайнер, царило оживление. Среди множества сновавших взад и вперед пассажиров Эфес разыскал свой шлем полицейского и тронулся было в его сторону, как вдруг кто-то грубо толкнул и спину. Лейтенант яростно рванулся назад, но лишь успел разглядеть убегавшего мужчину в черной рубашке и синих, спортивного покроя, штанах. Пожалев о том, что в руках был мотоцикл, он быстро остыл и направился к выходу. Внезапно его окружил плотный заслон из полицейских. Их суровые лица не предвещали ничего хорошего, а черные глазки автоматов, стреляющие резиновыми пулями, уставились в него, готовые в любой момент угостить изрядной порцией гороха из автоматной начинки.
– Поднять руки! – скомандовал надтреснутым голосом старший. Дуло его автомата на миг двинулось вверх, указывая, куда должны следовать руки Эфеса. Один из полицейских неторопливо приближался, позвякивая наручниками. Эфесом вмиг овладело страстное желание проучить наглецов.
– Извольте. – хладнокровно сказал он, вскакивая на мотоцикл. Стража порядка не успела мигнуть, как мотоцикл, проломив витринное стекло, вынес своего всадница на шоссе и помчал в сторону курортного городка. Вслед донеслась беспорядочная автоматная
стрельба. – Пост номер один! – дрожа от бешенства, кричал в микрофон передатчика полицейский, – Немедленно задержать преступника с номерным знаком "Е" сто один!
Эфес летел по шоссе, подслушивая команду старшего, на что дерзко отвечал: – Ха-ха, вы большой шутник, гражданин начальник!! Однако же, черт побери, вы мне надоели! – он выключил рацию. Не сбавляя скорости, его мотоцикл мчался к посту номер один.
Еще издали зоркий глаз Эфеса различил установленную полицейскими ловушку. Два ее диска, расположенные друг против друга, красными маками выделялись на фоне зеленой поросли полей. Эфес знал, что сильное поле защиты, возникая между этими дисками, способно преградить путь эшелону. Предметы застревают в нем, как в тесте, и никакая сила не способна вырвать их. Впереди поста номер один стоял полицейский в походные черные цвета комбинезоне с поднятым стоп-сигналом. Мотоцикл Эфеса мчался прямо на постового. Расстояние, отделявшее Эфеса и полицейского, сокращалось с невероятной быстротой. С каждой секундой эта дуэль приобретала опасный характер. Один стоял, не шевелясь, казалось, что на жизнь свою ему глубоко плевать, другой мчался, до предела выжимая скорость. Когда расстояние сократилось на величину, не обещающую ничего хорошего для полицейского, а для всадника близкую к миру потустороннему, мотоцикл вдруг, встав на заднее колесо, оторвался от шоссе и взмыл в воздух, обдав выхлопным перегретым паром голову постового. Пост номер один остался далеко внизу, уплывая вместе с деревцами на обочинах шоссе все дальше и дальше назад. Из голубой дымки впереди белыми игрушечными домиками вырастал курортный городок. Вдали, по направлению городка, показалась стайка черных точек. Точки увеличивались, на глазах приобретая удлиненные законченные формы гигантских птиц. Эфес, чуя беду, изменил направление полета, отвернув в сторону залива. Над морем его окружил целый рой полицейских парометов. Один из всадников кричал в мегафон: – Вы окружены! Сдавайтесь!
– Ха-ха-ха!! – засмеялся Эфес, нажимая кнопку индивидуальной защиты. Мгновение – и моторы преследователей умолкли. С дикими воплями все они градом посыпались в залив.
– До свиданья, господа! – крикнул им вслед Эфес, направляя машину к шоссе. Ни один пост больше не остановил его. «Даже странно" – подумалось Эфесу.
И, только закатывая в гараж отеля "Золотая рыбка" свой мотоцикл, он обратил внимание на номер, где зияла черная царапина, разделявшая "Е" от номера сто один черной чертой. Получился новый номер "Е дробь сто один". В отеле Эфес не отдыхал. Поспешно, оставив там свой мотоцикл, он на такси добрался до бюро проката туристических самолетов…
Глава вторая
– Вы хотели, Господин, взять самолет? – спросил Эфеса хозяин, тучный, с красным крупным лицом мужчина.
– Нет, я хочу справиться об одном человеке.
– Да, но перед моими глазами проходит каждый день уйма, – уклончиво ответил хозяин, – а с кем имею честь разговаривать?
– Эфес мое имя.
– Мне ваше имя ничего не говорит.
– Мне кажется, вы любите хорошее пиво! – сказал Эфес и полез в карман за деньгами.
Давая хозяину две зеленые купюры, добавил: – Тут вам хватит на бочку.
– 0! – раздобрел, улыбаясь, хозяин, – Меня зовут Грифс,
и протянул руку. Эфес ощутил в своей руке жирную горячую ладонь.
– Вы, кажется, кем-то интересовались.
– Да, Грифс, мне нужен некий Рауль (так звали Азона), он владелец такой же площадки, как у вас.
– Тысячу чертей. – Выругался Грифс, – Отродясь не знал такого. Сколько помню себя, я один имел на побережье этот пункт.
– А не знаете, случайно, своих коллег на других курортах? – в надежде спросил Эфес.
– Нет, не слыхал, ничего не могу сказать.
Эфес утратил было надежду найти друга, но вдруг вспомнил аиста. Над входом в контору пункта на вывеске изображение совы привлекло внимание Эфеса.
– Постойте, а не можете вспомнить, кто из ваших коллег имеет фирменный знак с изображением аиста?
– Конечно, но, сами понимаете, из-за плохой памяти вспомнить очень трудно.
Эфес дал еще одну зеленую купюру. Когда она скрылась в жирной лапе Грифса и лицо озарила блаженная улыбка, из щелки, образованной толстыми губами рта, донеслось:
– Это, Господин, Километрах в ста отсюда будет.
– Так, черт побери, чего мы медлим, немедленно доставить меня туда!
– Господин, я не располагаю свободными машинами! – развел руками Грифс.
– А это для кого? – указал Эфес на стоявший в стороне спортивный двухместный самолет.
– Этот ждет своего хозяина.
Слов Грифса было достаточно, чтобы подстегнуть Эфеса. Сгораемый нетерпением, он бросился к самолету. Грифс преградил дорогу. Взбешенный Эфес, еле сдерживая себя от гнева, цедил сквозь зубы: – Сколько вы хотите?
Хозяин назвал сумму. Эфес дал вдвое больше. Грифс сам сел за штурвал. Самолет, разбежавшись, повис в воздухе, оставляя за собой предстартовые строения. Вскоре и город остался позади. Отсюда, с высоты, синей пеленой простиралось море, а слева береговая черта тянулась бесконечной лентой к горизонту. Самолет летел, придерживаясь песчаной ленты прибоя, в северо-западном направлении. Примерно через час полета свернули в сторону берега. Внизу простирались бесконечные прерии, с чередовавшимися кое-где зарослями кустарника. Далее пошли ровные квадратики полей высокогорного плато, спускающемуся к самому тропическому лесу. Наконец внизу показалась укатанная полоса. По стоявшему там легкому самолету да одинокому ангару с застекленной будкой можно было догадаться о существовании небольшого аэродрома.
– Вот здесь, Господин! – стараясь перекричать шум мотора, громко сказал Грифс, – тот самый ваш аист. Самолет в стремительном пике терял высоту. С волнением Эфес ждал встречи. Машина, подрулив к ангару, остановилась. Эфес вылез из кабины, ступил на крыло, потом спрыгнул наземь, но увы, поблизости никого не было. Эфес осмотрелся и только сейчас увидел в широких воротах ангара человека, облокотившегося о косяк проема. Эфес быстро подошел к нему.
– Добрый день! – поздоровался он с незнакомцем. Тот нехотя ответил и продолжал нарочито медленно осматривать гостя.
– Не подскажете, кому принадлежит площадка?
– Кто вы и зачем вам понадобился владелец? – прищур злых черных глаз смерил Эфеса не очень-то дружелюбным взглядом. Неожиданный вопрос насторожил лейтенанта, подозрительным показалось и то, что одежду иностранца он где-то уже видел. На нем была черная рубашка с широким воротом, открывавшим волосатую грудь и золотой медальон, болтавшийся на массивной золотой цепочке. Смуглое, загорелое лицо, черные усы, прямой нос и, словно тлевшие угли, глаза делали лицо красивым, а черные как смоль волосы создавали ему приятный фон. Незнакомец был одет в синий спортивный покрой брюк. Минутное молчание казалось вечностью.
– Ах, да, прошу прощения, я не представился, меня зовут Эфес, мне нужен хозяин.
– Мне это ровным счетом ничего не говорит! – хладнокровно проговорил незнакомец и, сложив губы в особую гримасу, резко свистнул. На свист из глубины ангара вышло трое мужчин. Один из них, поигрывая мышцами атлетической фигуры, зашел за спину Эфесу, два других стали по обе стороны. В это мгновение взревел мотор самолета, на котором Эфес прилетел, и умчался ввысь.
«Вот сволочь!" – подумал лейтенант. – "Испугался. Да черт с ним, пусть катится".
– Я повторяю! – теряя терпение, сказал Эфес, – мне нужен хозяин.
– Лу! – сказал незнакомец в синих брюках. На Эфеса двинулась тень сзади. Мгновенно оценив ситуацию, Эфес выжидал. И лишь тогда, когда толстая, как бревно, рука скользнула из-за спины, стремясь захватить шею. Эфес сделал выпад влево и встретил атлета ребром ладони, которые с молниеносной быстротой врезалось в ключицу. Толстая рука противника плетью повисла вдоль туловища. Два других мгновенно отлетели. Корчась в пыли от боли и громко стонали.
– Так где хозяин? – хладнокровно повторил вопрос Эфес.
– Вот! – резкий бросок руки незнакомца вперед, и зловеще сверкнуло лезвие ножа. Эфес мгновенно подался вперед и принял острие ладонью, с амортизировав удар, как фокусник, поставил нож вертикально на ладони. Противник, вытаращив глаза, открыл рот от удивления.
– Я повторяю! – ледяным тоном начал Эфес, – где хозяин?
– Я, я н-не знаю! – вдруг затрясся, как в лихорадке, перепуганный незнакомец.
– Отвечать на вопросы! – приказал Эфес. – Кто хозяин площадки?
– Рауль. – Глотая слюну и облизывая пересохшие губы, неуверенно сказал незнакомец.
– Ну!
– Рауль. – Выдавил из себя тот.
– Так, где он сейчас?!
– Клянусь Богом, не знаю.
– Ну, а теперь в ангар.
Незнакомец бросился в ангар.
– Да не вы! – остановил его Эфес, – этих, убрать!
Вдвоем они перетащили стонущих людей в ангар. Эфес заботливо связал всех, делать это он умел как нельзя лучше. Затем, заперев ворота, осмотрел площадку.
Возле ангара стоял небольшой деревянный домик. Эфес не обратил на него внимания с высоты полета, скорее, потому, что черепичная крыша почти не выделялась на фоне бурой почвы вокруг. Эфес подошел ближе. В окнах, зашторенных кружевными занавесками, стекла были покрыты защитной пленкой медного цвета. Сквозь такие стекла солнечные лучи теряют свою интенсивность, и в комнате царит мягкий свет. По этим занавескам Эфес догадался, что это жилище Азона. Над входом висела табличка "Аэрокомпания Азон и Аист" с изображением парящего аиста среди облаков. Эфес попробовал войти, дверь оказалась запертой. Терять время не входило в привычку Эфеса, и он решительно зашагал обратно к ангару, решив про себя: "Я вырву у этого мерзавца правду". Но ему пришлось остановиться на полпути, так как рокот доносившегося самолета явно свидетельствовал о том, что этот самолет
летит именно сюда. Всмотревшись в небо. Эфес отыскал там серебристую машину, которая уже заходила на посадку. Спрятавшись за стеной ангара, он стал наблюдать. Самолет, покачиваясь, бежал по взлетно-посадочной полосе, приближаясь, и наконец остановился невдалеке. Дверца отворилась. На траву спрыгнул стройный мужчина в кожаной куртке и темно-синих брюках. Затем извлек из кабины мешок и, взвалив его на плечо, зашагал с ношей к домику. Эфес сразу узнал в нем Азона. Плохо сдерживая волнение, он выскочил из своего укрытия и бросился навстречу другу. Тот, увидев бегущего к нему человека, остановился, на лице его запечатлелось недоумение, переросшее в гримасу крайнего удивления и радости.
– Дорогой друг! – закричал Эфес.
– Вы ли это, Эфес?!
Друзья бросились в объятия. Забытый мешок остался на поле.
– Рассказывайте все, как вы живете и что поделываете? – расспрашивал Эфес.
Тяжело вздохнув и отпив из бокала изрядный глоток коньяка, Азон начал свой невеселый рассказ.
– Выйдя в отставку, с небольшим капиталом я отправился на Юг, преисполненный самых радужных надежд и проектов моего будущего. О, дорогой Эфес, о них вы хорошо знаете. Купить готовый пункт проката туристических самолетов мне не удалось. Тогда я
решил сам создать его. На берегу чудной бухты я приобрел у местных властей участок. Нанял рабочих и расчистил его под взлетно-посадочную полосу. Место получилось превосходное. Красивые пейзажи открывались любопытному взору туристов даже с высоты моей площадки. Я, ободренный удачно выбранным местом, продолжал с удвоенной энергией строительство. Наконец все было готово. Предварительные подсчеты моего предприятия сулили мне немалые доходы. Дело оставалось за немногим, это покупка самолета, с чем я и уехал в Мондейл. Вы знаете, там лучшая в мире ярмарка авиатехники. Там купил в рассрочку вот этот легкий первоклассный самолет, который мог одновременно катать шесть пассажиров. Его прозрачная кабина давала прекрасный обзор. С этого момента дела мои пошли как нельзя лучше. Я досрочно выплатил рассрочку и купил еще один самолет, вы его видели. Начиная верить в свою счастливую звезду и удачу, я надумал обзавестись семьей. Не трудно догадаться о месте нашего первого знакомства. Ей тогда стало дурно, и я пригласил ее к себе. Так получилось, что она осталась у меня, ну, а потом мы встречались все чаще и чаще и, наконец, когда я стал поговаривать о свадьбе, она привела в дом своего брата. – Рассказывая, Азон показывал фотографии, на одной из них Эфес узнал смуглого незнакомца. Тем временем Азон продолжал: – Брат моей девушки попросил меня доставить кое-какой груз из джунглей на побережье. Я, не раздумывая, согласился. Далее события разворачивались с головокружительной быстротой. Оказалось, что моя избранница – сообщница банды торговцев наркотиками, а этот, Азон указал на фотографию, – никакой не брат. Они предупредили меня, что если я не буду работать на них, то меня сдадут властям. Так я оказался тут.
– Черт возьми! – вскричал Эфес, – они поплатятся за свою дерзость. Идем, дорогой Азон, я приготовил тебе сюрприз. С этими словами Эфес увлек друга к ангару. Отперев замок,
он воскликнул: – Принимай овец в своем хлеву.
– Сами вы болотные цапли. – Ехидно заметил незнакомец.
– А, так ты, черт побери, еще вздумал насмехаться! – громко выругался Эфес, – Азон, этого мерзавца ищет полиция, в аэропорту из-за него у меня были неприятности. У тебя есть помещение понадежней?
– Конечно. – Ответил Азон.
И они перетащили пленников в подвал, построенный самими же преступниками для хранения наркотиков. Бронированная дверь с пятью замками надежно запиралась.
– А теперь, Азон, в путь, надо выручать твою суженую, уверен, она стала жертвой шантажа. В путь!
Самолет взмыл в воздух. По пути Азон рассказал о плантации опиума. В глухих зарослях джунглей под дулами автоматов трудятся тысячи рабов. Они возделывают почву, снимая несколько урожаев мака в год. Бараки по ночам охраняются часовыми, которые стоят на вышках с пулеметами, а лагерь обнесен двумя рядами колючей проволоки. Эти бедняги клюнули на вербовочную рекламу и в надежде заработка очутились в западне, отравленные опиумом, они никогда больше не вернутся назад.
– Мы их переловим, как мышей! – воскликнул в нетерпении Эфес.
Азон, вспоминая приключения молодости, почувствовал ту уверенность, которая не раз помогала побеждать в сложной ситуации.
– Нет, Эфес. – холодный рассудок Азона подсказывал, что им не справиться в одиночку! – мы сделаем так…, и он наметил план, в котором Эфес должен будет поступить
на службу к Боссу, владельцу плантации, и подготовит побег Ани, так звали невесту Азона. Самолет тем временем сел на поле, огражденное такой же проволокой, как и лагерь, и примыкавшие к нему бараки рабов.
Глава третья
– Так ты ручаешься за друга? – синие глаза, смотревшие на Азона, сузились.
– Да, Господин! – уверенно ответил тот.
– А ты, наверно, забыл, как попал к нам?! – говоривший с Азоном мужчина выглядел моложе своих лет. Сухое лицо, длинный крючковатый нос, сеть морщин у глаз и нависшие брови придавали их обладателю поразительное сходство с хищной птицей. Осанка дополняла схожесть с грифом, птицей, питающейся падалью. Эфес, стоявший рядом, поморщился от колючего взгляда Босса.
– Я без работы уже целых два года. Мне нечего жрать. – Вмешался Эфес.
– Ну, это мы еще проверим. – Ответил хозяин! – А пока посиди до выяснения личности.
Неуловимого движения бровей плантатора было достаточно. Два здоровенных охранника скрутили руки Эфесу и поволокли через залитый тропическим солнцем двор в барак, на стене которого красовалась цифра "2". В полутемной камере, куда толкнули Эфеса, стояла невыносимая духота, пахло плесенью и мышами. Эфес остановился посередине бетонного мешка. Глаза медленно привыкали к темноте. Серые стены, потолок и пол. Напротив, двери, в стене, высоко над головой пробивался сквозь узкое окно свет. Еще лязг замка за оббитой железом дверью и удаляющиеся шаги, в наступившей тишине отдавались звоном крови в ушах Эфеса да глухими ударами сердца. Когда Босс наконец оторвался от разбросанных на письменном столе бумаг и нарочито удивленно стал смотреть на Азона. Длинный, полный презрения взгляд – что может быть обиднее этого, но Азон выдержал. Потупив взор, он молча ждал.
– А-а, ты все еще здесь?
– Следует понимать это, Господин, как ваше согласие? – в надежде спросил Азон.
– Я не люблю повторять, дружок! – с ноткой раздражения ответил плантатор! – но поскольку ты настаиваешь, я отвечу. Следуй обратно и жди дальнейших указаний!
Самолет Азона с попутным грузом взмыл в воздух и взял курс на Наями. На плантации, Богом забытом месте, дни текли за днями, и каждый день кто-нибудь умирал из рабов. Трупы здесь не жгли, их просто закапывали завернутыми в простыни. Прошел месяц с тех пор, как Эфеса бросили в бокс номер 2. Срок вполне достаточный, чтобы умертвить голодной смертью любого смертного. В течение этого срока Азон дважды посещал плантатора и каждый раз встречи проходили деловито, без лишних, не касающихся контрабанды слов. В одно такое посещение Азон встретился с Ани.