99 Жизней. 15-30 сентября

Загадочные связи

Шумной толпой мы ввалились в автобус. С пивом, с шутками, с диким весельем, свойственным очень молодым и не очень трезвым людям. Где мы только сегодня не были, а сейчас ехали сами не зная куда. Просто не хотелось расходиться. Серёга уговаривал Ирину ехать к нему. Она отшучивалась, но было ясно – поедет. Димон увлечённо целовался с Настей, а я и Марина точно знали, что в результате окажемся у неё дома. Девственников и девственниц среди нас не было.

И тут я заметил, что кроме нас в автобусе находится ещё один человек – мужчина лет 65-ти, крупный, но без лишнего веса, с тонким носом, благородной сединой и с очень пронзительным взглядом тёмных глаз. От него исходило какое-то спокойствие, уверенность и сила. Смотрел он почему-то именно на меня, как-бы, не замечая Марину, которая буквально на мне повисла. Так мы смотрели друг на друга довольно долго, пока незнакомец взглядом не пригласил меня присесть рядом, а я почему-то сразу же это приглашение принял. Марине я сказал, что встретил знакомого и опустился на сидение рядом с загадочным мужчиной.

– Александр Николаевич, – представился он.

– Саша, – ответил я.

А новый знакомый неожиданно спросил:

– Вы планируете всю жизнь прожить с этой девушкой? Вижу, что вы об этом не думали. Тогда мне необходимо многое вам рассказать. Давайте выйдем и посидим в каком-нибудь кафе.

Мы направились к выходу, Марине я крикнул, что позвоню. В окне отъезжающего автобуса лицо её выглядело крайне глупо.

Мы расположились в безлюдном небольшом кафе и продолжили беседу. Вернее говорил Александр Николаевич, а я слушал.

– Саша, вы слышали о реинкарнации, о кармических связях?

– Да, по-моему, все об этом слышали.

– Тогда не буду утомлять вас пересказом известного. Но вот что вы, возможно, не знаете я обязан до вас донести. Замечали, что кто-то рождается, будто, не в своей семье.? Всё ему чуждо. И всю жизнь он живёт и мается в чужеродной среде. А у кого-то и родные, и друзья сплошь приятные и понятные ему люди. А ведь всё из-за беспорядочной сексуальной жизни в прошлом рождении. Не буду вдаваться в подробности, но с кем у вас сейчас физическая близость, те и станут вашими близкими, друзьями в следующем рождении. Конечно, не только из этого сложится ваше будущее окружение, всё сложнее, но помните: из этого – в первую очередь! Я вас покину ненадолго.

Я остался один, представил всех этих Маш, Кристин, Оксан, Марин и мне стало нехорошо. Я и в этой-то жизни больше их видеть не хочу. Наверное я глубоко задумался, к действительности меня привёл голос официантки:

– Извините, мы закрываемся.

Я по привычке хотел было пофлиртовать, посмотрел ей в глаза и увидел пустоту и природную глупость. Ну её, переспишь, а потом в следующей жизни терпи в виде сестры, брата или того хуже-матери. Нет уж, дудки! И я спросил:

– А где человек, с которым я сюда пришёл?

Официантка улыбнулась:

– Вы один пришли, никого с вами не было.

Я шёл по утренним улицам и понимал, что жизнь разделилась на до и после. И тут я осознал то, что лежало на поверхности: незнакомца звали Александр Николаевич, а меня Саша, Александр, а отца моего звали Николай. Неужели я беседовал в кафе сам с собой, опытным и взрослым?! Я пришел к себе себя предупредить!

Мобильник разрывался звонками и светился именем Марина. Я вытащил из него симку и выбросил в мусорницу. Теперь я точно знал, с кем не хочу делить свою следующую жизнь. А главное, настоящую тоже!

Хорошо, да плохо

Жил-да-был мальчик. Его родители когда-то оба мечтали стать знаменитыми: мама грезила о певческой карьере, а папа хотел стать барабанщиком в рок группе. Но этому не суждено было случиться.

Мама работала кассиршей в универсаме, а папа водителем. Жили, не бедствовали. Сына отдали в музыкальную школу. Родители верили, что их мальчик уж точно станет знаменитым музыкантом, а ребёнок страдал. Он люто ненавидел фортепиано и иногда нарочно зажимал пальцы дверями, чтобы получить освобождение от занятий. Родители перевели сына на вокал, но мальчик ел снег и мороженое, хрипел, но не сдавался. Что только не придумывали родители: и вознаграждения сулили, и наказывали – ничего не помогало.

Как только выдавалось свободное время, мальчик в своей комнате вооружался ножницами и шил одежду для кукол. Однажды папа застал его за этим занятием:

– Мать, выброси все иголки, нитки и лоскутки! Ты посмотри, что удумал! Род наш опозорить хочет! Разве мужское это дело – кукол обшивать!? Ну-ка, бери гитару и этюды разучивай! (К тому времени мальчика перевели на обучение по классу гитары.).

Мальчик давился слезами и нестройно бренчал на ненавистном инструменте. Отрадой были каникулы – он уезжал на всё лето к бабушке в деревню и там вволю шил наряды для кукол соседской ребятни.

Шли годы, мальчик вырос и стал известным модельером. Он купил родителям большой, красивый дом. Вечерами папа и мама пили чай на веранде, любовались садом и говорили:

– Эх, жаль, что сын так и не стал музыкантом!

Свидание

Валентин взял её руку в свою и начал:

Поэма была посвещена ей! Она была тронута до глубины души и слушала с восхищением.

Принесли кофе. Валентин, вдохновлённый своей новой музой, продолжил:

Поэма оказалась ещё длиннее, чем прежняя. Дама спросила:

– Вот вы мне писали, что поэт. А где вы работаете? Он ответил:

Валентин читал и читал очередной свой шедевр, а ей хотелось есть, в туалет и курить.

– А давайте закажем что-нибудь из еды, – сказала она.

Он ответил:

Ей хотелось завыть. Она сказала:

– Ой, я совсем забыла, мне срочно нужно уйти.

Он снова взял её руку в свою и начал:

Она сама не поняла, как это произошло, но стоявшая на столе массивная солонка опустилась на голову Валентина. Лёжа на полу он держался за голову, из под пальцев струилась кровь, а он почти шептал:

Она закричала:

– Заткнись! – и пнув его ногой, выбежала вон из кафе.

Мания величия

Сразу несколько человек, не сговариваясь, поставили мне диагноз – мания величия. А у меня, по-моему, комплекс неполноценности развивается.

Я всегда правилам хорошего тона в общении с людьми следовала, а именно: тщательно скрывала истинное моё к ним отношение. А тут, будто прорвало.

Началось всё с одноклассницы Верки. Школу-то мы почти 20 лет назад окончили, но общаемся до сих пор. Даже не знаю – зачем. У Верки как сложился мой образ со школьной скамьи, так и не меняется. Сама-то она ничуть не изменилась. Тогда страдала из-за неразделённой любви и сейчас страдает, только объекты меняются. Да и то не сильно. В 17 лет это был Мишка Снегирёв, обычный ПТУшник, хамоватый, распутный, пьющий.

Сейчас это Толик из Ярославля, строитель, не умеющий и не желающий ничего строить, любитель выпить и приударить за какой-нибудь кассиршей из «Дикси». Живёт Толик у Веры, за её счёт, но она утверждает, что это любовь, встречает сожителя со скалкой, вышвыривает вещи, а потом всё начинается сначала. Она говорит, что только я её понимаю и звонит, рыдает, просит совета, а затем поступает наоборот. И вот на днях Верка снова позвонила:

– Катя! Я больше так не могу! Он кобель! Ночевать не пришёл опять! Не пущу его больше, замок сменю!

И вдруг я, против своего обыкновения, сказала:

– Ну и что? Будешь потом локти кусать? Вдруг на этот раз уйдёт? С кем тебе быть-то? У тебя всё равно все одинаковые. Шило на мыло. Не вижу смысла.

Верка аж задохнулась от неожиданности, а затем начала орать:

– А у тебя и такого нет! Потому что мнишь себя всю жизнь не знаю кем, ставишь себя выше других!

– А я и есть выше других! – сказала я и бросила трубку.

В гости напросилась Ирина. Ну вот о чём мне с ней говорить? Сплошные банальности и штампы. И банальности не замедлили политься рекой:

– Всё больше убеждаюсь, что мужики примитивнее, чем мы. Им только поесть, да секс. Ну иногда футбол или типа того. Потому мужчина – голова, а женщина – шея, – высказала мудрую мысль Ирина.

– Ириш, ты это в 105-ый раз говоришь, не надоело?

Ирина зло на меня зыркнула:

– Ах вот как! Ну хорошо, давай о мироустройстве поговорим. Вот я думаю, что наша цивилизация зародилась не на Земле…

Обычно я любые беседы поддерживала, а тут сказала:

– Ну давай, сейчас все передачи РЕН ТВ мне пересказывать будешь?

– Знаешь, Катя, по-моему ты зазвездилась. А что ж, если такая умная, не в центре живёшь в аппартаментах, а в этой халупе?

Ну, думаю, началось!

Ирина ушла, а я решила: лучше одна буду, чем притворяться всё время, разговоры эти пустые поддерживать.

В субботу я отправилась на день рождения Ленки Зиминой. Народу было много, умела Ленка народ собрать, ничуть не заботясь о совместимости. За одним столом мог оказаться майор полиции, бородатый бард, заведующая складом, балерина, официантка и жена олигарха. Слушать было невыносимо эту кокофонию, где никто никого не понимал и никто никому не был интересен. Чтобы не портить Ленке праздник, я попыталась уйти по английски, но она выбежала в прихожую со словами:

– Ну и мнишь ты о себе, Кать, с таким лицом сидела, будто зубы болят! Будь попроще и люди к тебе потянутся.

Я буквально выбежала из квартиры, а за мной устремился один из гостей:

– Разрешите проводить?

Мы шли, а новый знакомый пытался мне понравиться:

– Катя, вы всегда такая серьёзная?

– Нет, только когда скучно.

– Вы, наверное устали. А я могу помочь. Я, между прочим, целитель.

Наверное мужчина думал, что я скажу: «Ах!», но целителям я вообще не доверяла, так как мой отец был хирургом и доктором медицинских наук.

Ухажёр не унимался:

– Могу вам упражнение показать, только ковёр нужен.

Понятно, в гости напрашивается. Зашли ко мне, показал он упражнение, сели чай пить, а гость соловьём заливается про чакры, карму, фэн-шуй. Постепенно пыл его иссяк.

– По-моему вы на меня как-то свысока смотрите? Напрасно вы такая высокомерная, – процедил гость сквозь зубы и ушёл обиженный.

А я думала: какой же дурой я все эти годы была, что какой бред выслушивала! Какая там мания величия?!

Волшебная сила в ВК

Жил-да-был принц и очень любил он принцесс. Смотрит, бывало, по сторонам: кругом принцессы одна другой краше, аж глаза разбегаются, мозги расплавляются, в животе щекочет, словом – всех он хочет. Только начнёт с одной встречаться, как тут же другая подворачивается. Никак принц не мог остепениться, на одной остановиться. Так что жил он, да радовался, никому ничего не обещал, в любви не клялся, а веселился да улыбался.

Познакомился принц с очередной принцессой. Повстречались около 3-х месяцев и бросил её принц, как всех предыдущих. Принцесса ему и смс писала, и звонила, и на глаза везде попадалась, да всё без толку. Принц был тёртый калач и умело от попыток сближения уворачивался. Но принцесса сдаваться не собиралась, так как звалась Еленой-премудрой. Стала она в ВК статусы поучительные выкладывать, типа таких: «Кто может предать женщину, тот легко предаст и Родину» или «Что имеем – не храним, а потерявши – плачем». Но этого ей показалось мало и принялась принцесса за стихи. Сначала не свои публиковала, а известных авторов: «Ох как захочешь теплоты, не полюбившейся когда-то…» и всё в таком духе. Затем стала она сама стихи слагать :

Принц на её страничку не заходил и ничего этого не видел. Но однажды друг раскрыл принцу глаза:

– Зря ты к своей бывшей на страничку не заходишь. Там такое! Весь интернет взрывается и слезами обливается.

Как зашёл принц на страничку Елены-премудрой, как прочитал: «Мы в ответе за тех, кого приручили», как вник в стихи, так сам зарыдал и понял, какого счастья лишился. Прибежал принц к принцессе, упал на колени, протянул кольцо и сказал:

– Будь моей женой!

Свадьбу гуляли три дня и три ночи. С тех пор и другие принцессы стали на страничках стихи Елены-премудрой репостить, свои сочинять (кто мог), фотографии самые лучшие публиковать, ну и кошечек, конечно – с ними очень мило всегда всё выглядит. Кругом тренинги появились: «Как вернуть принца в Вконтакте». А принцы потянулись вереницей с кольцами и ну-давай жениться. И наступило всеобщее счастье!

Обманочка. Сказка

Жила-была девушка Обманочка: миниатюрная, глаза огромные, голосок, как колокольчик. Никто и не догадывался, что годков ей не 16, а все 26. Бывало, как увидит её какой-нибудь добрый молодец – сразу сердце его тает, хочется Обманочку баловать да на руках носить. Как скажет она своим голоском ангельским:

– Хочу серёжки с бриллиантиками, – впору, если денег нет, идти грабить царскую казну. Многие добры молодцы так и делали, да моментально в тюрьме оказывались, а Обманочка дальше по жизни бежала.

И вот однажды повстречала она Яшку-цыгана, конокрада и хулигана. Провстречались они месяцок и раздался Обманочки голосок:

– Яшенька-красная рубашенька, ужас как серёжки хочется с бриллиантиками!

Яшке воровать не привыкать, да только перед каждой кражей ходил он к шувани (ворожея-гадалка, цыг. яз.)

Говорит ему шувани:

– Ой, беда! Поймают тебя на этот раз. У бубновой дамы язык длинный и король при погонах рядом выпал.

Всё понял Яшка. Решил он за Обманочкой проследить. Пошла она в город, а Яшка за ней, видит – девица в дверь Участка входит и долго не выходит, а как вышла, так сам генерал её провожал, да на прощанье целовал.

Так вот оно что! Значит Обманочка полюбовнику своему, генералу, раскрываемость помогала повышать, да за это ордена получать.

И решил Яшка Обманочку проучить. Украл он на базаре бумажник, да в её доме, в вещах спрятал и цыганёнка подослал о том сообщить, да не генералу, а самому губернатору: и о бумажнике, и о сговоре Обманочки с генералом. Пришли к ней с обыском, бумажник нашли, а генерал заступиться-то побоялся, так как дело на губернаторском контроле было.

А Яшка-цыган Обманочке побег организовал, и подались они вместе в другие края. Думаете зря? Не нам судить, только похожи они были по натуре, а потому стали жить -поживать, да добра наживать. Яшка воровать бросил и кузнецом стал. Обманочка двойню родила и дом вела. А серёжки с бриллиантиками Яшка ей подарил: купил на честно заработанные деньги. Так не только в сказках, но и в жизни бывает, а кто не верит, тот жизни не знает.

Материнский наказ. Сказочка

Жила-была девочка. Мама её очень любила и, конечно же, желала ей счастья, а потому делилась с дочкой своим опытом. А опыта было много: 2 неудачных официальных брака и 4 неудачных – гражданских. Часто мама говорила:

– Доченька, все мужики – козлы. Не верь никому!

Девочка выросла. Мужчины обращали на неё внимание, но помня наказ матери, взрослая девочка старалась представителей противоположного пола избегать. «Еще начнешь целоваться, глаза откроешь, а перед тобой козёл» – всякий раз думала она.

Правда была пара попыток, в одной из которых взрослая девочка потеряла девственность. Но она гордилась тем, что не оказалась дурой и замуж ни за кого не пошла. Мама говорила, что все мужики сперва принцами притворяются, а как замуж выйдешь, козлами оборачиваются.

И вот сидит взрослая девочка у окна, вяжет носочки, очки поправляет – в 75 зрение-то уже не то.

Сидит и думает: «Как хорошо, что не с козлом в одной кровати спать приходится!» – и наливает себе 30 капель валокордина.

Полковник Федотов

Жила-была одна баба и любила она военных, особенно полковников. А на гражданских глаза её не глядели и она говорила, что ненадёжные они все и неорганизованные. Только любить-то она военных любила, а они её – нет. Не то, чтобы полковники от неё шарахались, а просто, как-то не встречались на жизненном пути. Её бывший муж был не из военных, обычный инженер. Никакой выправки, никакого порядка, мусор без напоминания не выносил, сутулился, даже зарядку не делал.

И вот в один прекрасный день повстречала, наконец, баба полковника. Сидела она на лавочке в парке и вдруг к ней мужчина подсел и сказал:

– Разрешите представиться: полковник Федотов Алексей Павлович.

Баба от счастья чуть не задохнулась. Вцепилась она в полковника и домой к себе потащила. Вошёл полковник Федотов в квартиру и сразу к мусорному ведру бросился, схватил и пошёл к мусоропроводу, чеканя шаг. А потом сказал:

– Я из Мурманска прибыл по службе на три месяца, остановился в гостинице ведомственной и туда пригласить вас не могу.

Баба отвечает:

– Зачем гостиница, оставайтесь у меня!

Полковник Федотов и остался. Мусор выносит, не пьёт, не курит, зарядку делает и такой внимательный: каждый день то цветы, то конфеты, то духи дарит. Перешли они на ты и спрашивает он бабу:

– А в Мурманск со мной поедешь?

Отвечает баба:

– С тобой – хоть на край света!

Прошло месяца два и стала баба замечать, что полковник Федотов ходит, как в воду опущенный, грустный, задумчивый. Стала она его расспрашивать, а он отпирается, говорит, что всё хорошо. Но баба не отстала, пока не сознался Федотов, что у него неприятности большие, срочно 300 тысяч требуется и они у него есть, да только вклад такой, что снять деньги возможно только через месяц, а нужны они срочно, отдавать надо. Придётся, говорит, в Мурманск лететь. Баба предлагает:

– Возьми у меня, а как снимешь со счёта – отдашь.

Полковник Федотов ни в какую:

– Не могу я у женщины деньги брать даже в долг!

Уговаривала его баба три дня и три ночи, наконец уговорила. Взял он деньги и исчез. Баба решила, что его ограбили и возможно убили, в милицию побежала.

Составили там фоторобот, а следователь говорит:

– Вот вы взрослая женщина, а как могли такие деньжищи незнакомому человеку отдать?! Никакой этот Федотов не полковник, и никакой он не Федотов, а Гришка Журавлёв, известный аферист, в розыске числится.

Шла баба домой и на военных смотреть не могла. Всюду ей аферисты мерещились.

Федотова-Журавлева поймали только через год. Присудили ему долг из колонии выплачивать, да только денег своих баба так и не увидела. Заработки в колонии – копейки, а потерпевших от Журавлёва десятками насчитывалось.

Ещё через год вышла баба замуж за электрика из ЖЭКа и рада-радёшенька, мусор сама выносит, а на осанку мужа не обращает никакого внимания.

Помешательство

Илья Андреевич полулежал на диване из белой кожи. На столике с ножками, сделанными из слоновой кости, инкрустированном ониксом, агатом и нефритом, стояла початая бутылка шампанского. Машенька хлопотала вокруг то со льдом, то с чаем и казалось, что вместо рук у неё вот-вот появятся куриные крылышки.

– Да убери ты свой чай дурацкий! Не помогает он! Ох, тошно мне! Ох тоска зелёная, да боль головная! Не понимаешь ты мою душу, дура!

У Ильи Андреевича был очередной «большой запой». Раньше у купцов было так: «малый запой» – дня на три, а большой мог недели две-три длиться. Водку пить было ещё рано, а больше никакие напитки помочь не могли.

– Ильюшенька, да что же ты с собой делаешь?! Давай доктора Зильберта позовем. Третья неделя уже пошла, как запил.

– Пошёл твой Зильберт на хрен! У меня от его визита проблемы не исчезнут. Я ж чего пью, просто так, что ли? Это тебе плевать, зачем ты живешь, а я смысл жизни утратил.

– Ильюшенька, да что ты выдумываешь? Бизнес твой процветает. Дети уже взрослые, за границей учатся. Жена молодая, захочешь – ещё родит.

– Вот мозги-то куриные! Дети! Что – дети? Им от меня только финансирование нужно. А жена молодая «ш» и» б», шкура продажная. Купил я её. Думаешь, не вижу, что любви никакой нет? Не был бы я богат, не было бы и жены молодой.

– Ну ты же сам такую выбрал. Всё, что ты хочешь у тебя всегда получается. Вот мы с тобой давно развелись, а я всё рядом, всё о тебе думаю, переживаю, по первому зову лечу. Жена твоя в Лондоне, а я всегда под рукой. И денег от тебя не жду, и подарков не прошу.

– Да что ты трещишь, как сорока? И так голова раскалывается. Сколько времени? Трёх нет ещё?

– Рано ещё, Ильюшенька, водку пить. Всего-то половина первого.

– Знаешь, Машка, я понял, что мне надо! Экстрасенс мне нужен. Только не липовый, из телека, а настоящий. Чувствую, что порча на мне. Вот точно чувствую. Найди мне мага настоящего. Я даже с водкой повременю.

– Иьлюш, ну что ты опять затеял? В прошлый раз психолога требовал, а что получилось?

– А нечего мне всяких дур подсовывать!

Машеньке до сих пор было неудобно перед Анной Николаевной, психологом из центра «Свеча». Они были знакомы еще со школьной скамьи. Потом Маша училась на переводчика, а Аня в МГУ на психолога. И вот когда в свой прошлый «большой запой» Илья Андреевич потребовал к себе лучшего психолога, Машенька обратилась к своей давней знакомой, так как в её квалификации была уверена. Немало труда стоило уговорить Аню приехать на дом: выезды в центре» Свеча» не практиковались. Аня пошла навстречу и приехав, застала полупьяного пациента в атласном халате, развалившимся на диване перед плазмой во всю стену, на которой мелькали кадры девушек в бикини. Картину дополняла огромная люстра из хрусталя Свровски и гигантская картина маслом, на которой был изображен натюрморт: нарезанная ломтями осетрина и большой жёлтый лимон, похожий на крупную канарейку. Машенька понимала, что все это безвкусно до смешного, но не раздражалась, а умилялась, так как знала о нищем и голодном детстве Ильи Андреевича. Именно из жалости много лет назад родилось в ней чувство, которое до сих пор было неизменным и сильным. В браке они прожили пять лет, детей не заимели. Илья неожиданно разбогател и бросил Машеньку. А она его – нет. Бежала к нему, если звал, выводила из запоев, привозила лекарства, докторов, продукты, когда молодая жена Ильи Андреевича отсутствовала. А отсутствовала она часто. Это была четвертая по счёту жена и каждая новая оказывалась моложе предыдущей.

Илья Андреевич скептически оглядел психолога и сказал:

– Ну, давай, удиви меня по Фрейду. Я вообще-то и сам психолог. Посмотрим, что ты умеешь.

Машенька видела, как Аня побледнела. Возможно, если б не многолетнее знакомство с Машенькой, она немедленно вышла бы вон. Но психолог на то и психолог. Как ни в чём ни бывало Аня сказала:

– Меня зовут Анна Николаевна. Я пришла к вам, Илья Андреевич, не удивлять, а помочь. Итак, я вас слушаю.

Илья Андреевич насупился:

– А чего меня слушать? Разве и так не видно, что хреново мне?

– Расскажите, давно ли вы злоупотребляете алкоголем?

– А ты, случаем не лекции о вреде алкоголя читать собралась? Не затем я психолога звал. Ты сделай, чтобы мне хорошо стало. А пить – не пить, я сам разберусь.

– Илья Андреевич, давайте на вы общаться.

– Да что ты мне мозг выносишь?! У меня таких, как ты, психологов, в постели сотня перебывала.

– При чём здесь это? Если вам рассказывать ничего не хочется, давайте тесты заполним, – и Анна Николаевна достала какие-то листы с рисунками.

– Да убери ты эту фигню! Я за свою жизнь все тесты перезаполнил. Всё знаю! Не интересно! Ты лучше скажи – в чём смысл жизни?