Земля и Черепаха

Возрастные ограничения 18+

© Спринский Василий

© ИДДК

Глава 1

Уже второй час космические станции дальнего обнаружения следили за появившимся из-за лунного диска крупным неопознанным летающим объектом. На попытки радиоконтакта объект не реагировал. Достигнув земной орбиты и сбавив ход, он скользнул в атмосферу, изящно уклонившись от полусотни предупредительных лазерных пучков, после чего напрочь исчез с экранов локаторов. Остался только слабый след возмущения атмосферы в месте спуска. Ни длинного инверсионного хвоста, ни обломков. Ничего. Можно было бы посчитать его сбитым, если бы не одна досадная мелочь.

Объект выглядел слишком уж большим, и что самое неприятное, направлялся прямо к столице.

Что в таких условиях должен думать министр обороны?

Ну, разумеется, неожиданное нападение неизвестного противника. А потому следовало принять все соответствующие меры предосторожности, вплоть до извлечения на свет божий того самого чемоданчика с известной кнопкой. Хотя и неясно было, как он мог бы пригодиться в данной ситуации.

Пока владыки великих держав ругались по экстренной связи, выясняя национальную принадлежность нарушителя, неопознанный объект успел приблизиться почти к самой столице. Ненадолго задержался над большим нефтеперерабатывающим заводом на дальней окраине города. А ещё через несколько минут завис прямо над центром города, пугая жителей.

Впрочем, не всех.

Многие из них даже не подозревали о происходящем.

Чтобы чего-то испугаться, это «что-то» нужно сперва увидеть, услышать, ощутить. Высоким должностным лицам с имеющимися в их расположении обзорными экранами подобное было достаточно несложно, а вот тем людям, что по долгу службы находились внутри большого административного здания Дворца съездов, ещё только предстояло знакомство с данным объектом.

Ведомственный слесарь-сантехник Косых, например, находился в туалетной кабинке двумя этажами ниже зала заседаний. В данный момент он был занят двумя вещами – забившимся унитазом и на две трети пустой бутылкой виски, что, по идее, могло помочь ему в борьбе с возомнившей о себе невесть что правительственной сантехникой.

Косых гремел разводным ключом и вполголоса материл упрямый болт, не желавший поддаваться его усилиям. Предыдущие попытки прочистить трубу без разборки не привели ни к чему, поэтому следовало принимать кардинальные меры.

– Булыжниками они гадят или чем? Уроды избранные! Ясно же было сказано, документы в унитаз не спускать! Такое впечатление, что они туда пустых бутылок накидали, а кому за вас это всё вычищать? Ну ясно, дяде Васе! Нет, надо выпить! Народные любимцы хреновы!

– Эй, а полегче нельзя? – раздался совсем рядом женский голос.

Как раз в тот момент, когда сантехник в очередной раз приложился к заветному горлышку.

– Кого ещё тут принесло? – поинтересовался он, едва не подавившись. – Что, читать не умеете? Табличка на двери висит – «Ремонт». Или совсем уж невтерпёж, что в мужской туалет зашла?

– Однако и работничков же берут в обслугу! – восхитилась говорившая. – Тебе какое дело до этого? Может, я тут с внеочередной инспекцией. Умолкни по-хорошему, а то уволю без выходного пособия!

– А мне на это всё плевать! – рыкнул возмущённый неожиданным вторжением дядя Вася. – Ремонт – значит ремонт, и нечего мешать человеку. Я же на ваши заседания с умными советами не влезаю, правда? Вот и отстаньте.

– Нет, действительно, пора увольнять! – проговорила собеседница, открывая дверь кабинки, где сидел Косых. – Скажи спасибо, что у нас тут чрезвычайное положение, а то бы точно вылетел в три пинка. О, так ты ещё и пьёшь на работе…

– Какое на хрен положение? – заорал совсем уже взбешённый дядя Вася. – Поработать спокойно не дадут!

– Так, ладно, прекращай свои излияния. Собирай инструменты – и быстренько вниз. Эвакуация идёт. Знаешь такое слово?

– Я ещё много каких слов знаю, – огрызнулся Косых. – Что случилось-то?

Ответ пришёл, но совсем не тот, какого ожидал дядя Вася.

Задрожали стены, с потолка посыпалась штукатурка, затем куски бетона.

Косых подскочил, пытаясь уберечь голову от каменного града, успев краем глаза рассмотреть свою собеседницу, которая удивлённо глядела на рассыпающийся потолок.

Здоровенная глыба похоронила под собой многострадальный унитаз. В дыру в потолке просунулась прозрачная труба метров трёх в диаметре.

Ещё не совсем осознавая происходящее, дядя Вася рванулся из кабинки, стараясь убраться подальше от творящегося безобразия, пока его не накрыло этим, неизвестно откуда взявшимся посторонним предметом.

На своё несчастье он сделал это слишком быстро. Девушка, стоявшая на его пути, не была готова к тому, что на неё обрушится девяностокилограммовый напуганный слесарь. Не удержавшись на ногах, она изо всех сил вцепилась в ручку кабинки. Туфли заскользили по влажному кафелю пола, и она шлёпнулась на пол, заодно сделав подножку дяде Васе. Тот, в согласии с законом всемирного тяготения, тоже растянулся на полу, как следует приложившись лбом к кафелю пола и придавив собой девушку.

Та попыталась высвободиться из-под обмякшего тела. Извиваясь ужом, она наконец выбралась из-под не желающего приходить в себя слесаря. Встав на колени, вновь ухватилась за ручку двери и медленно поднялась на ноги…

…чтобы почувствовать, как её неудержимо всасывает прозрачная труба, проломившая потолок туалета.

Вместе с начавшим оживать Косых.

В этом положении ей не оставалось ничего другого, как потерять сознание.

Камеры внешнего обзора зафиксировали, как из брюха НЛО высунулся длинный цилиндр, устремившийся вниз.

Труба пронзила крышу Дворца съездов, взметнув в воздух куски металлической кровли. В остальном поведение тарелки было мирным. Столичный эфир разрывался от передаваемых по всем диапазонам требованиям немедленно очистить воздушное пространство над комплексом правительственных зданий. Впрочем, безуспешно. Невидимые пришельцы не то не хотели реагировать, не то просто не слышали.

Как и пришедший в себя дядя Вася. Процесс оживания оказался скор и мучителен. Пока глаза Косых были закрыты, он ощущал лишь лёгкое чувство головокружения, вполне уместного после принятого внутрь виски. Но вот когда глаза открылись…

Лучше бы этого не происходило. Дядя Вася летел непонятно куда по неширокой прозрачной трубе, изгибавшейся самым причудливым образом, наподобие кишечника удава, завязанного морским узлом. Голова закружилась ещё сильнее, извлекая из глубин естества неприятное желание сблевать. Косых неимоверным усилием подавил это неуместное предложение собственного организма. Попробовал осмотреться, но такая попытка вновь вызвала муторные ощущения.

За прозрачной трубой проносились какие-то совершенно невероятные металлические конструкции, залы, похожие на пещеры и одновременно на гигантские живые потроха, что-то мигало разноцветными огоньками и сполохами. Премерзкая картина.

Дядя Вася попробовал посмотреть вперёд. В нескольких метрах от него висело довольно красивое женское тело. Вернее, не висело, а летело с той же скоростью, что и дядя Вася, из-за чего казалось неподвижным. Косых безуспешно попробовал окликнуть её. Девушка, очевидно, была без сознания, как минутой раньше и он сам.

Труба поднялась практически вертикально, и два человека сейчас неслись точно в скоростном лифте пневмопочты. Где-то в полусотне метров перед ними возвышался блестящий вытянутый купол. Под куполом тоже что-то неярко светилось, но что – пока не было видно. И купол этот очень быстро приближался.

Девушка влетела туда первой, заодно немного успокоив дядю Васю, который в ужасе перебирал варианты окончания пути. Против ожидания, её не размазало по вершине. Она мягко остановилась и повисла в воздухе. В следующую секунду к ней присоединился и Косых.

Помещение, в котором находился купол, было размером с небольшой крытый стадион, забитый всё теми же металлическими конструкциями непонятного назначения. Дядя Вася и его невольная попутчица медленно вращались под куполом.

Зашевелилась серая плита перекрытия, закрыв собой прозрачный колодец трубы.

Как только это произошло, пленники внезапно обрели вес, шлёпнувшись на холодный металл. Дядя Вася на этот раз был осмотрительнее и успел сжаться в комок, уберегая себя от излишних ушибов и прочих поломок. Девушке повезло меньше.

Плита отозвалась на их падение глухим стуком. Удар был не то чтобы сильный, но достаточно болезненный, чтобы привести её в чувство. Она застонала, попробовав подняться на ушибленных локтях. Безуспешно.

Перекатившись на живот, повторила попытку. На этот раз ей удалось приподняться на колени.

Окинув взором незнакомую местность, она заметила сидящего рядом с ней Косых. Помотала головой, приходя в сознание, и поинтересовалась недовольным тоном:

– Ну и где это мы? Говорила же, эвакуация, бросай всё и беги, так нет. Сам влетел куда-то, ещё и меня с собой прихватил. Как выбираться будем?

Косых открыл рот, чтобы сказать ей какую-нибудь гадость, но не успел. Ответ пришёл сам собой.

Купол медленно полз вверх, освобождая людей. Те, ещё не в силах осмысленно двигаться, медленно поднялись на ноги. Купол находился точно в центре громадного зала. Раздумывая, в какую сторону им теперь идти, люди завороженно рассматривали его внутреннее строение.

Краем глаза Косых ощутил какое-то постороннее движение за своей спиной и резко оглянулся.

Уверенности ему это не добавило.

Три личности, неизвестно каким образом сумевшие подобраться к нему на столь близкое расстояние, выглядели до неприличия жутко.

Двое – зелёные, две руки, две ноги, уши-воронки, вместо носа – хоботки. Третий пришелец походил на медведя, только с шерстью розового цвета и маленькими крылышками, смахивающими на ангельские.

«Допился! – подумал дядя Вася. – До инопланетян допился! Нет, пора бросать пить, пора!»

Ближайший из уродов скептически разглядывал Косых. То наклонит голову, то начнёт пульсировать своим хоботком. А когда ему это надоело, он обратился к своим товарищам на чистом русском, чем несколько удивил дядю Васю, полагавшего, что таким созданиям никак не полагается знать его родную речь.

– Гнилофор, ты кого нам приволок? – проговорил один из зелёных, тот, что повыше ростом. – Я ж просил архивного работника, а это что такое, позволь спросить? И девка ещё какая-то, что мы с ними теперь делать будем?

– Да, кстати, очень интересно, что вы с нами делать будете, – в свою очередь поинтересовалась девушка. – Дворец повредили, туалет разломали, нас вот куда-то затащили, да ещё и не знаете, что с нами делать. Может, обратно вернёте, если уж всё так неудачно получилось?

– Обратно? – хмыкнул самый рослый из уродов. – Сейчас это слегка затруднительно. Нас, похоже, обнаружили, так что пришлось быстро убираться. Обратно вы уж точно не попадёте. Да, кстати, раз вы в сознании оба, может, скажете, кто из вас тут вашими архивами заведует?

– Уж точно не я, – ответил дядя Вася. – А ты точно не галлюцинация?

– Как хочешь, так и считай, – ответил рослый урод. – Тогда, может, кто-нибудь из вас расскажет мне про стратегические запасы химических вооружений, а?

– А зачем тебе это? – поинтересовалась девушка. – И кстати, мог бы объясниться, куда нас затащили, а заодно представиться. Неудобно как-то беседовать неизвестно с кем. Шпионы иностранных держав или мутанты-наёмники – не поймёшь.

– Насчёт шпионов не знаю, про наёмников тоже, а вот с мутантами ты в самую точку угодила. Мы тут все такие. Меня зовут Тривариан, можно просто Трив Лопни Башка. С Гнилофором, техником нашим, вы уже тоже знакомы, да ещё недомедведь этот, Шарна Урмаан, пришёл поглазеть на добычу. Кстати, неплохо было бы и ваши имена услышать.

– Савченко Ольга, главный координатор отдела службы внутреннего кризис-контроля, – ответила девушка.

– Косых Василий, обслуживающий технический персонал, – в свою очередь представился дядя Вася. – Так всё-таки, что вам от нас надо, мутанты позорные? Меня, между прочим, дома любовница ждёт, а я тут с вами прохлаждаюсь неизвестно где и непонятно зачем. Быстро объясняй, куда вы нас затащили!

– Быстро? – усмехнулся Трив. – А не испугаетесь?

– Слушай, я на твою рожу уже достаточно насмотрелся, и вроде пока в сознании, – огрызнулся дядя Вася. – Кончай придуриваться, колись, где мы!

– Шарна, покажи им, – негромко произнёс Лопни Башка, обращаясь к розовому медведю.

Тот даже не сдвинулся с места, тупо глядя в одну точку, где-то за спиной Ольги, явно не желая реагировать на обращённую к нему фразу Трива.

Гнилофор подкатился к Шарне и коротко пнул его нижней конечностью в бок.

Медведь не реагировал.

– Опять ртутным коктейлем похмелялся, скотина тупая? – злобно поинтересовался Лопни Башка. – Гниль, сделай ему больно.

– Это с радостью, – отозвался Гнилофор.

Подойдя к Шарне спереди, Гнилофор поводил рукой у медведя перед глазами, а затем, к ужасу людей, вытянул свой хоботок, всосав в него чуть ли не полморды медведя.

Последнего это, кажется, привело в чувство. Шарна задёргался, но хобот Гнилофора держал его крепко. Не в силах высвободиться, он попытался подобраться поближе к Гнилофору, чтобы оторвать его от себя, но тот был настороже. Как только Шарна приблизился к Гнилофору на критическое расстояние, тот нанёс ему упреждающий удар ногой в нижнюю часть живота, заставив медведя сложиться почти пополам.

Гнилофор освободил его от своего хобота, и Шарна, издав сдавленный писк, повалился боком на пол.

– Ну что, будешь ещё так напиваться в присутствии дорогих гостей? – спросил его Трив. – Делай, что было сказано!

В следующую секунду зал исчез. Люди непроизвольно присели, подавленные обрушившейся на них бездонной тьмой с непривычно яркими точками звёзд.

А под ногами, медленно вращаясь и уменьшаясь в размерах, висела очень похожая на свои снимки Земля. От которой они быстро удалялись в сторону большой жёлтой Луны…

– Ну и что это за представление, позвольте спросить? – справившись с первоначальным шоком, проговорила Ольга, обращаясь к Триву.

– Вы же просили быстро всё показать, – усмехнулся Лопни Башка, – вот и получайте что хотели.

– Так вы что, действительно с другой планеты? – только и смог выдавить из себя дядя Вася.

– И с другой, и с третьей, и с четвёртой, и вообще чёрт знает откуда, – весело подтвердил Гнилофор. – Но на вопрос вы так и не ответили. Повторить или сами скажете?

– А зачем вам понадобились эти запасы? – спросила Ольга. – Государственная и военная тайна, кстати.

– Государство своё можешь забыть, как дурной сон, и в твоих интересах сообщить всё, что знаешь и не знаешь. Нам сказали, у вас тут ещё производят три-хинуклидилдифенилгликолат, так вот мы прибыли слегка им загрузиться. Ну и ещё кое-чем…

– И на кой вам этот трихренодил? – поинтересовался дядя Вася, хлебнув плескавшегося на самом дне виски. А заодно и что он такое есть? Небось отрава какая!

– Тебе это знать не надо, у тебя метаболизм другой. Хотя насчёт отравы ты в самую точку попал. Вечно этим земляшкам всё объяснять да показывать приходится, нет чтобы подчиниться сразу. Ты уже видел, к чему твоё первое желание привело – девушка чуть сознание не потеряла, да и ты сам выглядел не лучше. Много будешь знать – вообще с ума сойдёшь. Так что, где этот ваш хинуклидилбензилат? Отвечай, а то позову сейчас того, кому он здесь нужен.

– Ну хватит, не приставайте к нему, – заговорила вдруг девушка. – Он же наверняка ничего не знает. Только учтите, я всё равно не знаю, где хранилище. Но точно не в Кремле.

– О, это уже интереснее, – оживился Гнилофор. – Ну и что ты нам собралась рассказать?

– Если вам так интересно, то я всего лишь следила за поступлениями и расходами. Работа чисто бумажная, никаких контактов с рабочим персоналом. Знаю только, что запасов этой гадости у нас тонн пять или шесть. И запасы эти очень далеко отсюда.

– Больше Гронгу всё равно не съесть, – довольно произнёс Трив. – Так что, действительно не знаешь или всё-таки позвать Гронга?

– Да кончай ты их пугать, что, не видишь, как пытаются всю правду рассказать, – вступился за пленников Гнилофор. – Двое тупых земляшек, не бывавших даже на орбите, вдруг попадают в компанию монстров с хоботами. Только не говори, что ты бы на их месте не испугался.

– Знаешь, мне твоя рожа тоже не нравится, – проговорил Лопни Башка, повернувшись к Гнилофору. – Мы сюда зачем прилетали? С местными дебилами общаться или глюкогеном затовариться? Нафтанов еле-еле четверть бункера собрали, отрава неизвестно где, ещё и патруль засёк. Сам вижу, что не врут. Шарна, как бы ни был пьян, на враньё реагирует моментально. А он спит сейчас, как полярный слон, скотина счастливая.

– Это кто дебилы, это мы, что ли, дебилы? – вступился за честь землян дядя Вася, поудобнее хватаясь за горлышко опустошённой бутылки, готовя её к бою. – Сам ты тупой, чебуратор ушастый! Взяли в плен, так не издевайтесь, нечего Женевские соглашения нарушать! Изволь обращаться корректно, не то бутылкой по голове получишь!

– Он меня утомил, – поморщился Лопни Башка. – Шарна, отведи их куда-нибудь, а заодно поковыряйся в мозгах, может, вытащишь чего полезного. Сеанс закончен, мне в рубку пора, за патрульными следить. Эй ты, местный, – проговорил он, обращаясь к дяде Васе, – ты случайно не знаешь, где у вас тут можно спрятать корабль от патруля?

– А зачем? – спросила у него Ольга.

– А мы его угнали когда-то, – проговорил Трив, – вот они на нас и обиделись. Уже четыре раза по гиперсвязи угрожали расстрелять из всего бортового вооружения. Ты же не хочешь, чтобы с тобой такое случилось?

– Ну и где вы собрались прятаться? – поинтересовался Косых. – Если я правильно понял, мы сейчас удаляемся от Земли. Куда, спрашивается?

– Ещё не знаю. Главное – оторваться от патрульных, а там посмотрим…

– То есть конкретного плана у вас нет, – проговорил дядя Вася.

– По крайней мере, на Земле не получится – слишком хорошо её охраняют. Так что остаётся сматываться куда подальше и побыстрее.

– А какого размера корабль? – поинтересовался дядя Вася.

– Маленький, – поморщился Гнилофор. – «Сияющий Оргазм» меньше предыдущего нашего «Райского Каннибала» будет. В ваших единицах – метров триста в толщину на километр в длину.

– Однако же и размерчики! – восхитился Косых. – Но можно попробовать…

– Только не говори, что знаешь, а то я не люблю, когда меня обманывают, – проговорил Лопни Башка.

– А когда не обманывают, тогда любишь? – осклабился Косых. – Странная у вас любовь, однако. Ладно, говорить тебе или подождём, пока поймают? Глядишь, заберут нас отсюда, накормят, напоят, домой отправят…

– В хаос тебя отправят, а не домой, – ответил ему Трив. – Приблизятся на дистанцию поражения и спокойно расстреляют из тяжёлых уничтожителей. Больно мы им нужны…

– Ну, тогда слушай, только не смейся, – произнёс Косых. – У меня тут один призрак знакомый имеется. На Луне…

– Откуда там призраки? – фыркнула Ольга. – Что, уже белочка началась?

– А ты вспомни как следует. Два года тому на нашем лунном разведчике потеря ориентации случилась. Свалились в кратер Аристарха, да так удачно, что провалились внутрь системы пещер. Потому и корабля не нашли. А у меня там брат-близнец был. Собственно, почему был, он и сейчас есть, только в виде непогребённого покойника. Скучает, психует, облазил всю луну. Всё ждёт, когда его найдут да похоронят по-людски. От тоски взял да и наладил со мной пси-контакт. Я ему рассказываю, что у нас смешного делается, а он плачется мне о своей скучной послежизни.

– Ну и чего мы тогда ждём? – спросил Лопни Башка.

– Как это чего? – удивился дядя Вася. – Алкоголя, да побольше. А, я же не сказал, что он приходит ко мне, только когда я сильно пьян. Говорит, до трезвого меня не достучишься.

– Я же говорю – алкоголик с белочкой, – ещё увереннее произнесла Ольга. – Ты им ещё про зелёных чертей расскажи.

– Они и есть черти, притом, как ты сама видишь, натурально зелёные, – с достоинством произнёс Косых, показывая в сторону инопланетян. – Зелёные мне только либералы являлись, и то всего с одной просьбой – унитазы им прочистить.

Лопни Башка вопросительно посмотрел на розового медведя. Тот по-прежнему мирно спал, не желая реагировать ни на что вокруг.

– Сдаётся мне, что ты правду говоришь, – медленно произнёс Трив. – Ладно, попробуем, чего уж там. Отравы не достали, так может, хоть в этом поможете…

Он подошёл к спящему медведю и несильно пнул его под рёбра.

– Ты, урод, проверь, что этот земляшка наговорил. Есть там эти пещеры или просто пьяный бред?

– Эй, а что, выпить мне не дадут? – забеспокоился Косых. – Я же без этого способен только громко плакать и стонать. Или вам брат мой уже без надобности?

– Дадим, дадим, – успокоил его Гнилофор. – Мы ж не уроды какие, мы с понятием. Сейчас Жбандита позовём, он тебя осчастливит.

С этими словами Лопни Башка полез к себе под майку и, поковырявшись там, достал небольшой шарик, усеянный кнопками. Поклацал ими некоторое время, потом, явно не удовлетворившись результатом, хрястнул его об пол. Подобрал и вновь проделал тот же ритуал.

Где-то с четвёртой попытки шарик слабо засветился сиреневым. В воздухе развернулась размытая плоскость, в которой проявился чей-то пузатый силуэт.

– Эй ты, жбан ходячий, – обратился к нему Лопни Башка, – ты где есть?

– Где-где, в звезде, – не слишком дружелюбно ответил тот. – Ну, чего тебе ещё? Только забрался куда погорячее, только начал кайф ловить, так опять чего-то хотят. Тебе что, удовольствие доставляет окружающим удовольствие портить?

– Жбан, ты мне сейчас нужен как исполняющий свою основную функцию, – ответил Лопни Башка. – У нас тут клиент случился, как раз для тебя. Ты как, ещё не все внутренности свои иссушил?

– Щас спрошу, – ответил бочкообразный.

Протянув левую конечность куда-то вниз, за пределы видимости, бочкообразный что-то ею сделал.

Послышалось тихое журчание. Вслед за журчанием донеслось тихое обидное сопение:

– Ну, какого вы мой объём тревожите? Что, уже в глубокий космос забрались, алкоголики позорные? Жбан только собрался в себя уйти, я его уже чувствовало, и тут такой облом. Ну, живо говори, чего хотите?

– Трив, с кем ты это треплешься? – вклинился в разговор заинтересовавшийся Косых, подобравшись поближе к сияющей плоскости.

– C утолителем жажды твоей, – ответил бочкообразный. – Это же ты вроде бы выпить хотел? Ну вот я и есть три источника, три составные части твоего счастья.

– Это ещё что за источники? – не понял дядя Вася.

– Это я – пивной робот, само пиво, что у меня внутри, и краник снаружи, – ответил Жбан. – Хочешь выпить – ползи сюда, чем смогу – тем обрадую.

– Ты что, совсем с ума сбесился? – рявкнул на него Лопни Башка. – Он же клеюшник земной, а не ты, тварь титановая. Он ещё в предбаннике горячей зоны загнётся, кто нас тогда от крейсера прятать будет?

– А мне отсюда вылазить влом, – не смущаясь, ответил Жбан. – Нечего другим честный кайф наламывать!

– Я тебе сейчас не только кайф, я тебе всю память твою кристаллическую сейчас выломаю! – зарычал Гнилофор.

– Ещё лучше! – с наслаждением ответил робот. – Без памяти оно, знаете, ещё проще и приятней. Ничего не знаешь, ничего не помнишь, сидишь, тащишься и никому ничем не обязан. Так что давай, я уже жду!

– Жди-жди, дождёшься сейчас, – сменив тон, вдруг ласково заговорил Лопни Башка. – Только не меня и не Гнилофора, нам тебя тоже влом оттуда доставать. Что, забыл, что ли, про Букку? Вот придёт к тебе Букка, погрозит пальцем и поставит тебе дополнительный терабайт оперативки, который ты к ассенизатору под конвертер засунул. То-то порадуешься! Снова станешь умным, забудешь про пиво и будешь Кибермозгу помогать курс рассчитывать. Ну как, позвать Букку или сам придёшь?

– Э, ребята, вы что, кодекс этики искусственного разума нарушать вздумали? – встревоженно поинтересовался Жбан. – Мало вам угона барского корабля, так вы ещё и свободную личность пытать надумали?

– Мы ещё и всё пиво из тебя сольём, а в пустые баки два новых вычислителя тебе пристроим, – подтвердил Гнилофор. – Будешь нормальным контроллером-курсопрокладчиком, если сейчас же не придёшь!

– Ох вы, скоты псевдоразумные! – не сдержался Жбан. – Ладно, иду, только чтоб честно и никакого Букки, я на вас искренне надеюсь!

– И чтоб пиво было холодным! – вновь встрял дядя Вася.

– А плазмовидного не хочешь? – поинтересовался всё тот же негромкий журчащий голос.

– А это ещё кто там выступает? – поинтересовался у Гнилофора Косых.

– А, это пиво внутри Жбана бурлит, – ответил тот. – Мутировало в активной зоне и думает, что ему отныне тоже свобода воли полагается, вот и несёт всякую хрень.