Корпоратив на природе. повесть

За столом воцарилась напряженная тишина – все уже знали, о чем пойдет речь.

– Дорогие коллеги! – голос Лады едва ощутимо дрогнул. – Уж не знаю, грустная или веселая та новость, которою я хочу поделиться с вами. Пять лет работы в нашей фирме из жизни не вычеркнуть, да и не собираюсь! Наоборот, здесь я приобрела бесценный опыт, получила знания и профессиональную закалку. Теперь хочу продолжить карьеру в столице. Конечно, переживаю – там наверняка и нравы пожестче, и конкуренция посерьезнее. Вы для меня стали не просто сотрудниками, а хорошей доброй семьёй! Потому не могу без грусти расставаться с «Соло»! Как в песне поется «Наша жизнь – бесконечное соло, ошибся, но играй!» За вас, дорогие мои! Чтобы вы продолжали играть долго и успешно! Но уже без меня! Простите…

Вельчинова села на место и взяла салфетку, которую приложила к глазам.

– Черт! До чего душевно! – проговорила Ленка на ухо Тане.

– Я даже прослезилась, – всхлипнула та. – Жаль Ладку, она девка правильная.

– С чего бы жаль – не померла же! Наоборот, будет вся в шоколаде! – заявила Ленка.

– Интересно, кого шеф на ее место метит? – проговорил Ванюша Ленин.

– Явно не тебя, – хмыкнула Зимина.

– У меня нехорошие подозрения, – Зарова переместила взор на незнакомца, сидевшего по левую руку от Кавярзина.

– Во засада! Что-то мне этот перец не по вкусу, – парень скорчил лицо. – Чую, малость гниловат…

– По внешности не судят, – возразила Таня. – Может, он лапочка!

– Зара, ты жуть, какая гуманная! Неужели по роже не видно? Вон как из-под бейсболки зыркает, словно фотографирует! – Ленка смачно отправила в рот кусок сырокопченой колбаски.

– Ну, Лада, расстроила ты нас! – проговорила с места Ирка Соловьева.

– Мне тоже как-то по себе! – призналась Вельчинова.

– Ничего, привыкнешь, не на пустое место идешь! – проговорил Кавярзин, уже слегка размякший от жары и алкоголя.

– Мы чего-то не знаем? – оживилась Ирка.

– Наверное, пора раскрыть карты: жених у меня в Москве, мы с ним во время моей командировки три года назад познакомилась. А теперь я получила официальное предложение руки и сердца и одновременно места в фирме «Клементина» – если помните, это наш партнер!

– О, везет же! Любовь и работа в одном флаконе! Так за это надо по стопочке! – оживилась Соловьёва и вскочила с места. – Рады мы за тебя, Ладочка, будь счастлива! За молодых!

– Спасибо, друзья! – растрогалась Вельчинова.

– Деток планируете? – поинтересовалась Ираида Арнольдовна, кадровичка.

– Может, через пару лет, надо сначала в фирме закрепиться! – ответила брюнетка.

– Ну, за этим дело не станет! У тебя же голова золотая! – подбодрила ее Таня.

– Танюш, не преувеличивай! – смуглое лицо Лады слегка порозовело.

– А ты не скромничай! – заявила Ленка. – Что есть, то есть!

– Спасибо, девчонки, век не забуду! – улыбнулась Вельчинова.

Некоторое время все переваривали еду и новость, негромко переговариваясь между собой.

– Коллеги, внимание! Тишина за столом! – Кавярзин, которому уже не требовалось предоставление слова, мешковато покачнулся с рюмкой в руке. – В связи с уходом нашей любимой и уважаемой Ладочки, освободилось место начальника отдела. Я долго думал, кого поставить на её место. Наконец, принял непопулярное решение – взять человека со стороны. Знакомьтесь, Дмитрий Алексеевич Захаров! Он вернулся в наш город из Казани, где работал начальником отдела в весьма солидном филиале московской фирмы «Клементина», той самой, куда уходит наша Лада. Увидев в этом добрый знак, я окончательно убедился в правильности своего выбора. Что бы там ни говорили, это поможет избежать раздоров среди коллектива. Опять же, опыт, как говорится, не пропьешь! Есть рекомендация его бывшего шефа, весьма лестная. Словом, прошу любить и жаловать!

Дмитрий Алексеевич поднялся и обвел присутствующих панорамным взором.

– Итак, коллеги! Немного о себе! Сколько себя помню, я всю жизнь работаю. В детстве, чтобы помочь родителям, упаковывал глиняные кувшины в гончарном кооперативе, позже делал их сам, благо, руки росли оттуда, откуда надо. Потом, учась в вузе на вечернем, торговал мясом в киоске предприятия «Живсоюз». Окончив институт, делал карьеру, прошел путь от рядового банковского клерка до начальника отдела в «Клементине». Порой не спал ночами, выходил на работу в выходные, пахал денно и нощно. Главное в наше время – это работать на совесть, не щадя себя! Когда трудился в банке, там была женщина-бухгалтер. Так вот, она больше тридцати лет умудрилась проторчать на одном месте, и жизнь ее состояла из одних и тех же действий. После работы она ехала на дачу, потом готовила ужин для мужа и детей и ложилась спать, и так изо дня в день…

– К чему это он? – Ванюша Ленин снова приложился губами к Ленкиному ушку.

– Пока не въезжаю, – отмахнулась та.

– …посему, деятельность этой, прямо скажем, несчастной женщины, сводилась к формальному выполнению обязанностей. В своем отделе я не потерплю подобных вещей! Работать, как жить – мой девиз! Если мы хотим получать достойную зарплату, то должны выкладываться полностью! Тот, кто трудится не в полную силу, пусть не рассчитывает на лояльность с моей стороны. У нас не социализм, где получали копейки за приход на службу и питье чаев в рабочее время. Всем, всем, всем! Усвоить накрепко! Это тост!

Захаров одним махом опрокинул рюмку водки.

– Вот теперь точно – аминь, – обреченно прошептала Ленка Зимина.

– Вернее, амбец! – проговорил Ванюша Ленин.

– Ну, ребят, мы попали, – заключила Таня Зарова.

Примечания