Под старыми клёнами

Где зимуют ёжики?

– Деда, жаворонки, чечевицы, утки улетают в тёплые страны зимовать. Их зимой здесь нет. А куда деваются ёжики, ящерицы? Они тоже уходят от холода на юг? Пешком?

У Алёшки при таких словах Насти глаза сделались круглыми. Он выронил ложку из рук и весело рассмеялся.

– Совсем не смешно, – серьёзно сказала Настя.

– Ага, не смешно! Представь себе, как они перебираются через железные дороги, через реки. Гурьбой на юг!

Он сказал так и начал опять смеяться.

– Железные дороги потом люди понаделали, их раньше не было, – возразила Настя.

– А реки? Волга, например? Она, может, ещё раньше ежиков была! – смеясь, рассуждал Алёша.

– Реку можно переплыть, – уверенно сказала Настя.

– Ёжик переплывёт Волгу! – подивился Настиной фантазии Алёшка. – Никогда!

– Деда, скажи, куда деваются ёжики? – обращается Настя к Сергею Ивановичу.

– Ты только сейчас спохватилась, а раньше?

– Я не думала о них. Некогда было.

– Ну, тогда слушай…

И наш завтрак превращается в беседу. Вера Михайловна присаживается к столу. Тоже слушает.

– Очень трудно добыть пропитание зимой птицам и зверям, которые остаются с нами зимовать. Они страдают от голода. И каждый выживает по-своему. Кое-кто приспособился на самое голодное время засыпать, – говорит Сергей Иванович. – Ящерицы и лягушки, как только похолодает, зарываются в ил, в норы. Там они замирают до весны.

– Деда, а ёжики? – нетерпеливо спрашивает Настя.

– Ёжики, тушканчики, суслики спят в норах всю зиму.

– Выходит, они никогда не видели зиму?

– Получается, так, – соглашается Сергей Иванович.

– Бедненькие какие, – сказав так, Настя горестно вздыхает. Нам тоже становится жалко зверюшек, которые не видели зиму.

– А кто их будит ото сна? – спохватывается Настя. – Они же могут проспать лето? И опять оказаться в зиме. Я один раз проспала. И в школу не пошла. Мама не разбудила, пожалела после болезни. А они как?

– Не проспят, – успокоил Сергей Иванович, – голод не даст.

– Молодцы! Придумали, как выжить, – не удержался от похвалы Алёша.

– Не они одни спят, и не только от холода, – продолжает Сергей Иванович. – Я читал, что в пустыне в неимоверную жару черепахи зарываются в землю на метровую глубину. Без пищи живут более полугода. Спят летом. На глубине – прохладно. Даже крокодилы в Африке и Южной Америке впадают в летнюю спячку.

– Деда, а есть птицы, которые спят? – спрашивает Алёша. Ему тоже, как Насте, оказался интересным рассказ деда.

– Есть, – отвечает Сергей Иванович, – но водятся такие, которые не спят, не улетают на юг. Да ещё и птенцов выводят!

– В морозы выводят птенцов? – громко удивилась Настя.

– Да! Это клесты. Они обитают севернее от нас, в хвойных лесах. Клеста не спутаешь ни с кем. Чуть побольше воробья. Хлопотун. Постоянно семечки из шишек добывает. Клюв у него примечательный. С загнутыми концами. Они торчат крест-накрест. Клёст рождается с нормальными клювом, но потом при добывании семян из шишек он у него искривляется.

– У дятлов от добывания корма бывает сотрясение мозга, а у клестов кривым становится клюв. Так непросто всем, – делает вывод Алёша.

– Я видел гнёзда клестов с птенцами и летом, и зимой. В гнезде самка сидит в мороз, не слетая. Чтобы не остудить яички, самец кормит её. Корм есть – мороз не страшен, – продолжает Сергей Иванович, – если клёст умирает, то очень долго тело его не гниет. И даже оперенье остаётся целым. Говорят, это оттого, что едят они семена хвойных деревьев, а в них – смола.

– И сейчас клесты есть в том лесу? – спрашивает Настя.

– Конечно, есть!

– Тогда пойдёмте смотреть их!

– Ну, прямо и загорелась, – не удержалась Вера Михайловна, – чай-то кто пить будет? Ёжики, что ли?

– Клесты живут страшно далеко, – сказал Сергей Иванович.

– А мне не страшно, – не унимается Настя. – Хочу увидеть загадочную птицу-клеста! Никогда не видела и не слыхала про такую. А мы сидим!

Серая озорница

Мне запомнился рассказ Сергея Ивановича о проделках с Цыганом умных ворон. Теперь стараюсь наблюдать за ними. И вчера был вознаграждён за это.

Из окна мне хорошо видна покатая крыша сельницы – сарая для хранения сена. Крыша у сельницы покрыта листовым железом. Уплотнившийся снег иногда большими кусками сползает по крыше. И шумно падает вниз.

Я заметил, что стайка ворон усаживается на самый конёк крыши и наблюдает за происходящим. Так длился не один день. А вчера на моих глазах одна из ворон явно начала играть. Вернее, проказничать.

Вытянув шею, она с самого конька, усевшись на оторвавшийся островок снега, скатилась вниз по крыше, как заправский наездник. Около самого края крыши взмахнула большущими крыльями и взлетела. Потом села и… пошла, не спеша, наверх к коньку, осматривая снег.

Там она клювом подолбила деловито, на самой верхотуре: небольшой ком слежавшегося снега оторвался и пополз вместе с ней вниз. У самого края она вновь взлетела. Остальные три вороны спокойно наблюдали за её проделками.

Так ворона скатывалась по крыше не менее пяти раз. Она была, очевидно, самая азартная.

Этого не видели Настя и Алёша. Они были в гостях у Дениса.

…Сегодня я вновь увидел проказы вороны и позвал ребят. Теперь-то уж мы посмеялись вместе, наблюдая за любительницей острых ощущений.

Мы тут же нашли имя для озорницы. Стали звать её Катюшкой.

Урок профессора

Сергей Иванович многое видел сам и немало слышал от своих родителей. Вот и знает теперь о разных растениях, птицах и животных столько, что удивляешься.

А дед Дениса Альберт Львович – профессор. Он прочитал много книг.

Ребята попросили его провести урок. И то, что он рассказал, меня ошеломило, кажется, больше, чем ребят.

– Я расскажу вам о том, что не написано пока в учебниках, – начал профессор. – Может, кое-что не совсем достоверно, но… Кто-нибудь слыхал об учёном Николе Тесле?

Мы все молчим.

– Я так и думал. Никола Тесла делал то, что никто и сейчас не может. Это был великий учёный. Он изобрёл первые электронные часы и двигатель, работающий на солнечной энергии.

На окраине Нью-Йорка в самом начале прошлого века по заказу Теслы была построена деревянная башня высотой с двадцатиэтажный дом. Её назвали Ворденклиф. В летнюю ночь 1903 года она чуть не свела с ума жителей Нью-Йорка. От её вершины на сотни миль вокруг сверкали гигантские искусственные молнии. Сделалось светло, почти как днём.

Мы слушаем профессора, стараясь не пропустить мимо ушей ни одного его слова. В необычной тишине он продолжает:

– А за десять лет до этого Тесла пропустил через своё тело электрический ток сверхвысокой частоты и огромного напряжения. В его руках не включенные в сеть лампочки ярко горели.

– Мальчики! – профессор посмотрел на Алешу и Дениса, – вам понятно, о чём я говорю? Как это необычно!

– Конечно, – ответил за обоих Денис, – здорово! Он мог сгореть. Смелый!

– И мне понятно, – заявила Настя, – это был волшебник.

– Вот именно: волшебник, – согласился профессор. – Ты сказала великолепно. Великий сербский ученый был волшебником.

Перед Второй мировой войной и в годы войны он вместе с другими учеными разрабатывал особо важный проект. Целью его было достижение невидимости американских кораблей. Никола Тесла умер в 1943 году. Но через полгода опыт провели. Под влиянием мощного магнитного поля, которое создавали генераторы, эсминец «Элдридж» исчез. Его вообще не стало, если верить публикациям в газетах. Он оказался в 350 километрах от того места, где стоял до того. Выключили генераторы – он вновь оказался на старом месте.

– А люди? – не удержался Алёшка.

– В газетах писали, что одни расплавились, другие пропали. Тесла верил, что с помощью электромагнитного поля можно перемещаться в пространстве и управлять временем.

– Как это – управлять временем? – удивился Алёша.

– Это значит, что можно дни и годы перелистать назад, как листки календаря. И оказаться в прошлом. Поговорить, например, с Пушкиным, представляете?!

– С Робинзоном Крузо ещё! – подсказал Денис.

– С ним нельзя, – возразил профессор, – его писатель придумал. С тем человеком, который, как Робинзон, жил на острове, но носил другое имя, получается, можно.

– Сказка какая-то, – засомневался Денис. – Почему же после Теслы никто этого не сделал?

– Тесла знал тайну и унёс её с собой. В последние годы он занимался изучением космоса. И там у него были необычайные успехи. Он много оставил после себя интересного. Среди них гравитационный мотор, который включается раз в год при определенном расположении планет. Его автомобиль, который, получая энергию движения из вакуума, гонял со скоростью 150 километров в час.

При этих словах Алёша и Денис переглянулись и покачали головами.

– Энергию из ничего! Опять сказки! – произнёс Денис.

Рассказчик спокойно продолжал:

– В Белграде есть музей Николы Теслы. Можно убедиться. Дело за вами, подрастайте быстрее. Я давно хочу туда попасть.

Весь следующий день прошёл у нас под впечатлением рассказа профессора. Мы обсуждали с Алёшкой услышанное на все лады. Вечером перед сном, когда Настя уже спала, он фантазировал:

– Представляете, если бы Тесла сейчас жил? Он помог бы нам невидимками стать! На время. Сколько бы мы узнали о животных разных, птицах. Побывали бы среди них незамеченными. И в прошлые века бы могли вернуться. Всё изучить, со всеми поговорить! И написать самим точную историю всего! Как было!

Он переходит на шёпот:

– Или разведчиком-невидимкой быть – здорово! Любые планы врага узнать можно!

– Конечно, – соглашаюсь я, – заманчиво!

Вера Михайловна слышит наш разговор:

– Ну, совсем как маленькие, что с вас взять? На ночь глядя напридумали. Не заснёте. Вон, берите пример с Насти.

– Бабушка Вера не слышала рассказ профессора, потому так и говорит, – шепчет мне Алёша, – не верит!

– Ага, – соглашаюсь я, – не верит.

Домашнее задание

Январь – месяц суровый, а всё равно, как и ожидали, с его приходом стало уютнее, чем раньше. Чаще выглядывает солнце из-за туч.

Метелица сегодня утихла к полудню и небо явилось чистым.

Оттого и в горнице Чураевых светло.

Идёт последний урок. Завтра гости разъедутся. Каникулы кончаются.

– Кто сегодня начнёт первый? – спрашивает Сергей Иванович и внимательно смотрит на нас – своих учеников. – Домашнее задание приготовили?

– Я прочитаю, – тихо говорит Алёшка, – у меня стихи!

Лицо его серьёзное. Он встал и произнёс:

– Стихотворение «Пуля».

Начал читать, не глядя в раскрытую тетрадь. Ладонь левой руки его скользит по клеёнке, на которой нарисованы большие ромашки.

Алёшка замолчал. И ладонь его присмирела. Наступила пауза.

– У меня спине холодно стало от твоих стихов. Никогда таких не слыхал, – первым не выдержал Денис.

Настя смотрит, не отрываясь, внимательно Алёшке в глаза.

Молчит.

Сергей Иванович, потрогав большим и указательным пальцами усы, обронил:

– Ну, брат, даёшь! Не ожидал… Что это ты вдруг про пулю?

– Не знаю. Так вышло, – отозвался Алёшка.

Он больше ничего не сказал. Но мне, кажется, кое-что понятно. Я привёз с собой и подарил Алёшке книгу «Всадник без головы». Видно, он её прочитал и теперь переживает.

– Стихотворение хорошее, – сказал задумчиво Альберт Львович. Он сидел на диване и внимательно слушал Алёшку. – Я бы так не смог написать.

– Хорошее, – согласился Сергей Иванович, – но только мы договаривались о радостном писать. Садись. Молодец!

– Можно я прочту? – попросил Денис. – Только сидя, потому что у меня – повесть!

– Можно, – ответил Сергей Иванович.

– Повесть для маленьких ребят, – начал резво Денис. – Называется она «О чести и подвиге». Глава первая: «Тайный побег».

Денис горделиво посмотрел на Настю и продолжал:

– Как-то днём Рой – друг Сильвио – гулял у подножья горы с острыми пиками в колчане. Он мечтал о славе, то есть хотел совершить подвиг. Но Сильвио – его верный друг, был против этого. Он, Сильвио, не хотел, чтобы его друг Рой попал в беду. Но Рой отстаивал своё. Он не боялся опасности!

Денис так увлечённо и уверенно читает, что все внимательно слушают. Даже бабушка Вера вошла в комнату и остановилась у голландки. Хотела что-то спросить у Сергея Ивановича, но не решилась.

– И Рой однажды придумал вот что! Когда друг отправился на охоту на львов, он ушёл.

– А, батюшки, куда же он, Сильвио, на львов, глупенький, один-то? Пропадёт ведь! Ушёл… Видать, парень-то хороший… – не выдержала бабушка Вера. – И Рой – тоже один?!

– У мужчин этого племени была обязанность, – важно продолжал Денис, – ходить на охоту. Они добывали зверей и всякую дичь. И было правило: без добычи не возвращаться, иначе – позор.

При этих его словах Вера Михайловна горестно покачала головой и, непонятно, всерьёз или так, спросила:

– Жёны, что ли, такие строгие были?

Один Сергей Иванович улыбнулся при этих её словах, остальные терпеливо слушали:

– Рой ушёл далеко – в город Рич. Там, в этом городе, слабый вождь не мог спасти свою страну от набегов сильных врагов. Этой стране совсем бы конец пришёл, если б не Рой! Рой стал просить у вождя чести защитить его город. Вождь дал согласие. И Рой, отважный Рой, пошёл на битву вместе со своими друзьями-рыцарями. С ними он познакомился в городе Рич. Этих молодых людей звали Антонио, Мигель и Родригос.

Денис перевёл дух и, чуть помедлив, продолжил:

– Глава вторая. Называется «Мигель», – но, перевернув страницу, забеспокоился: – Эх, ты! Не те листы взял. То ли выронил, то ли дома оставил какие надо было…

– Как же теперь, если потерял, – забеспокоилась Настя, – мне так интересно!

– Не переживай, – успокоил её Денис. – У меня всё в компьютере. Я могу сбегать сейчас, – сказал так и посмотрел на Сергея Ивановича.

– Не надо, Денис. У тебя сколько в повести осталось глав? – спросил учитель.

– Две написаны, – ответил Денис, – и три в голове ещё.

– Вот как? Прямо писатель Жюль Верн. Вот и давайте завтра перед отъездом прочитаем обе главы. Принимается предложение?

– Правильно, – подал голос Альберт Львович.

– Что же будет с Роем? Он мне так понравился, – не терпелось Насте.

– Он сначала попадёт в плен, потом его спасут Сильвио и его друг Мигель, который придумает секретное оружие, – загорелся вновь Денис. – А потом… Они всех…

– Дениска, – вмешалась Вера Михайловна, – лучше всё по порядку, не торопясь, а то потом не интересно будет читать.

– Ладно, – сдался Денис.

И снова посмотрел на Настю:

– Настя, твоя очередь. Что приготовила ты? – спросил Сергей Иванович.

– Я свой рассказ не закончила. Он получается длиннющий такой…

– И когда же ты его завершишь?

– Не знаю, – ответила Настя. И добавила, сверкнув глазами: – Не хочу, чтобы он кончался. Это целая повесть обо всех нас. Как у дяди Саши в книжке «Под старыми клёнами».

– Такая длинная? – удивился Денис.

– Да. Приезжайте обязательно летом, тогда я вам прочитаю.

– И как твоя повесть называется, – спросил Алёшка.

– «Однажды в зимние каникулы», – ответила Настя.

– Ты не хочешь, чтобы кончались наши каникулы, – догадался Денис, – хитрая, поэтому не пишешь повесть до конца!

– Не хочу, – призналась Настя. – Не хочу, чтобы все разъехались, а я осталась без вас.

Денис сначала засмеялся, но, увидев серьёзное лицо Насти, примолк. Ему тоже не хочется расставаться. Это видно. Только он не готов признаться в этом.

И мне не хотелось уезжать.

Интересно, что Настя про всех нас напишет?

2005 г.

Сергеич и Сима