Инфериум. Ты (не) герой

Регенерация всё восстановит, но боль от секундного ожога оставит свой отпечаток. Психологи могут назвать это посттравматическим синдромом, детской травмой, да чем угодно. Но от одного только вида белого, хрупкого как тончайшее стекло фарфора, и кипятка, на лице выступал пот и становилось душно.

Даниэль положил свою широкую, мягкую, довольно сухую ладонь с множеством прожилок на сжатый от нервов кулак Алексея.

– Всё в порядке. Отчистив разум от страха, ты не прольёшь и капли. – утвердительно поддерживал он.

– Тебе легко говорить, ведь занимаешься этим давно. А я сейчас всё провалю.

– Эта традиция… – выдержал Драгулин паузу, задумчиво смотря вниз. Будто на него нахлынули старые воспоминания, причём не самые радостные. Его голос стал более тихим, томным. – Передавалась в нашей семье из поколения в поколение именно в таком виде. Передавалась точно также, как чередовались имена первенцев – Август и Даниэль. Мой отец был очень строгим и влиятельным человеком…я помню, как лет в десять он учил меня правильно обращаться с этой чашей. В той обстановке сильно боялся ошибиться, так что руки затряслись и фарфор раскололся, глубоко впившись в кожу. Как же больно тогда было, всё испачкал кровью. Шрамы до сих пор остались.

Рассказчик повернул ладонь, и юноша увидел на ней множество протяжных тёмных полосок. Были поменьше светлее оттенком.

– Он не стал жалеть меня, оказывать помощь, а сразу же взял розги и высек за то, что разбил ценную посуду. Следующие попытки тоже были неудачными, вода проливалась, попадала на кожу, я кричал, ронял миску, та разбивалась. С каждым разом отец усиливал наказание, высекал ещё сильнее, ещё усерднее. В итоге я настолько смирился со своей участью, был готов к следующей порции ударов, что стал совершенно спокоен! Это перестало пугать, ведь происходило регулярно. И вот тогда всё случилось. Будучи в полном безразличии, у меня получилось наполнить гайвань!

– Мне жаль, что у вас было такое детство…

– Ничего, этого человека уже нет в живых. Но я благодарен ему, что вместо развлечений меня постоянно учили истории, наукам, не делал поблажек. Он – часть моей жизни и её нельзя отвергать. Это один из элементов, сделавших меня тем, кем сейчас являюсь. Как хорошо, что Арсению не пришлось расти во всём этом. Я сделал его детство настолько счастливым, насколько мог. Обучая сына этому ритуалу, никак не наказывал. Он совершенно спокойно всему научился. Знаешь, почему?

– Он был готов к боли?

– Верно. Арсений не боялся обжечься и это сохранило ему спокойствие. Даже если бы потерпел поражение, то принял бы его.

Услышав этот рассказ, Алексей почувствовал, что боязнь начала отступать, дыхание нормализовалось.

– Значит я сделаю это с лёгкостью!

Подросток ухватился за стенки чаши по середине, так как к верху был риск сломать их, а к низу температура увеличивалась. Сделав глубокий вдох, он плавно оторвал предмет от стола, вода чуть качнулась и пошла рябью, но не пролилась. Доходила до самых краёв, так что одно малейшее движение и попытка будет потрачена.

Стараясь не шевелится и в упор смотреть на хрустальную гладь, Юртин смог поднести миску к гайвань. Затем наклонил её, перенося свой собственный вес вперёд. Вода равномерно полилась, заполняя чашку без ручки. Улыбнувшись, полностью довольный победой ученик поставил чашу на место.

– Всё получилось с первой попытки…поздравляю! – обрадовался учитель.

– Твоя история мне тоже помогла отпустить волнения. Всё получилось даже легче, чем я представлял.

– Это хорошо, а сейчас пора приступить к завариванию.

Под руководством мастера новичок в этом деле повторил весь ритуал, даже не забыл вдоволь напоить чайного духа. В итоге парень держал пиалу с ароматным напитком, который раньше не пробовал. Отхлебнув, он почувствовал прекрасный насыщенный вкус.

– Гораздо лучше обычного чая! – удивился блондин.

– Всё верно, ведь заварили мы пуэр правильно. Ещё можно экспериментировать: подержать не тридцать секунд, а две минуты, сделав его маслянистым. Или проделать заваривание быстро и много раз, раскрывая совсем другие нотки. Процесс довольно творческий!

– Как-нибудь надо повторить церемонию, мне она понравилась. – кивнул сидящий напротив.

– Обязательно. Существует множество самых разных сортов, которыми приятнее наслаждаться вместе.

Когда собеседники допили чай, то Юртин захотел обсудить информацию, о которой он узнал вчера.

– У меня есть несколько вопросов, в порту удалось увидеть много нового.

– Я готов на них ответить. – скрестил пальцы в замок хозяин кабинета. – Сегодня утром я ходил к Эрвину, он мне обо всём поведал. Так что в деталях можешь не пересказывать.

– Хорошо. В общем, Ния Лэйк вколола себе некую сыворотку под названием «Кровь Драга». Эрвин рассказал, что это кровь нынешнего главы Последователей, которую вернули в состояние тысячелетней давности. Основатель рода обладал ей. Так что это вообще было, как им удалось такое провернуть?

– Хм…да, это любопытно. – взялся он за широкий подбородок. – Но начать придётся издалека. Семён поведал тебе о падении Сверхборья. В тот день армии тёмных магов открыли портал, призвав самого Мордэгарда, и вступили в сражение с защитниками Земли. Если со стороны героев выступали Старейшины с Антимагом, то врагами руководил Драг. Так звали сильнейшего колдуна, когда-либо существовавшего на нашей планете. Он собирал войска по всему миру, губил целые города ради своих целей, основал Последователей Мрака. Этот человек смог постичь тьму, слиться с ней, сравнившись по силе с Владыками Инфериума. Его сердце и разум стали настолько чёрными, что кровь, получившая магические свойства, передавалась в его роду все эти тысячелетия. Сам Драг в тот день погиб, но душа была запечатана и сейчас хранится у Последователей. Они не могут возродить монстра, ведь для этого нужно выполнить три условия: вернуть пятую часть короны Крахора, открыть портал для прибытия самого Владыки, а также собрать неимоверное количество жертв в одном котле, где все они сольются в единое тело во время ритуала воскрешения. Стражи Мироздания препятствуют выполнению этих условий, это наши главные задачи. Стоит исполнится чему-то одному из списка, как разом произойдёт и остальное. А что касается наследников чудовища в человечьей шкуре, то они спокойно жили, передовая чёрную кровь. Но с каждым новым ребёнком её сила угасала, происходило смешивание с обычной. За тысячелетия от первоначальной жидкости остался совсем небольшой процент, сила которого невелика. Но наши противники недавно научились отчищать первоначальную кровь от всех тех примесей, скапливающихся с каждым поколением. Это сложный алхимический процесс, но он вчера проявил себя. Небольшая порция сыворотки превращает носителя в практически неубиваемое существо с одной лишь уязвимой точкой. Правда человек, не принадлежащий к роду, может выдержать только пару минут. Ведь эта кровь является паразитом, носящим волю основателя. Недостойных он просто сожрёт, устроит моментальное разложение.

– А откуда вы это знаете? – собирался с мыслями Лёша, который старался не упустить важную информацию и быстро переварить её.

– Мы пару лет назад проводили тест пробной сыворотки на лягушке. У них есть сердце, вводить иглу надо именно в него. Существо сразу изменилось в размерах и стало агрессивным, но вскоре истощилось, почернело, а затем сгнило на глазах. Подобный опыт мы бы ни за что не провели на человеке или млекопитающих.

– Понятно, но для этого вы должны были каким-то образом найти того, в ком есть тот небольшой процент.

– Нам не пришлось искать. Ведь это я.

Парень удивился, как такой добрый мужчина, борющийся на стороне добра, может быть потомком главного злого колдуна?

– Знаю, ты удивлён. Фамилия моя образована от имени основателя. А само объяснение тут простое. Во главе Последователей всегда стоял человек из рода Драга. Титул передавался по наследству. Если же наследник погибал, а родственников не было, то искали другого, в ком существовал тот самый процент. В итоге мой отец занял этот пост и готовил меня в качестве следующего предводителя. Растил идеального бескомпромиссного лидера, лишив обычной человеческой жизни. Закрыв под железными шторами светлую сторону мира, показывая тьму как единственный верный вариант. Но однажды я познакомился с добрыми людьми, открывшими глаза на весь тот ужас, происходивший от организации. Наблюдая за постоянной жестокостью, аморальными поступками, я не мог терпеть это. Хотел уничтожить Последователей и защитить Землю. Отец восхвалял демонов, их культуру, говорил, что они возвысят нашу семью, но его пропаганда уже не действовала на меня. Это он применял гипноз для манипуляции подчинёнными и собственным сыном. Блестяще владел психологией и умел надавить на точки любого стоящего перед ним. Манипуляции, хитрость, иллюзии…я знал все эти приёмы в идеале и умел не поддаваться на них. Сам себе при этом пообещал никогда не использовать такие алчные методы в жизни. Разработав план побега, в подростковом возрасте я совершил его, открыв для себя реальный мир. Тогда я присоединился к Стражам Мироздания, а во главе Последователей Мрака встал… – рассказчик сделал паузу, печально смотря куда-то вбок. Затем более тихо и мрачно добавил. – …Другой человек.

Алексей понял, что его наставник скрывает в душе личную тайну.

– Но вы говорили, что пытались создать обычную жизнь, как у простых людей.

– Да, пытался. – выдохнул он. – Но знаешь…если ты был рождён с якорем, то отправится в плаванье не выйдет. Спокойная жизнь оборвалась, а всё из-за того, что я решил закрыть глаза на существование других миров и опасных магов. Это стало мне уроком. Уроком того, что никогда нельзя забывать своё прошлое. Никогда. Каким-бы ужасным оно ни было. Стоит только забыть о нём, как оно напомнит о себе, уничтожив настоящее.

Появилась гнетущая пауза, Драгулин о чём-то сильно задумался.

– Но сейчас всё хорошо. Моя семья знает обо всём и состоят в Стражах. Так для неё безопаснее.

– Скорее всего. Но я не готов открыть правду для своей семьи. Тогда их отношение ко мне поменяется, у нас не будет спокойной жизни. Всё станет гораздо сложнее.

– Я понимаю тебя. – кивнул Даниэль. – Открыть эту тайну непросто. Но это не может длится вечно. Рано или поздно они узнают. И лучше, чтобы это произошло рано, чем поздно…но сейчас твои родители под нашей защитой, так что поводов для волнения мало. Когда я был у тебя дома, то поставил в некоторых местах руны, препятствующие проникновению магических существ. Такие же руны охраняют академию.

– Спасибо за это.

– Такова наша работа.

– Кстати, а кто послал нам на помощь стеклянного человека? – вспомнил парень загадочное появление. – Без него Нил мог победить.

– Мы не знаем. – серьёзно ответил учитель, сложив выпрямленные ладони вдоль лица. – Понятия не имею что это было.

От этих слов Алексею стало не по себе. То есть существуют ещё защитники, помимо Стражей? Или это самостоятельный защитник, действующий в личных интересах? То, что громила убил преступника, решило исход сражения. Но кто и для чего это сделал остаётся загадкой!

– То есть даже ни одного предположения? – вскинул брови парень.

В ответ, сидящий напротив покачал головой, закрыв глаза.

– В нашем мире…по-прежнему полно тайн, загадок, чудес, даже когда вокруг происходят удивительные вещи. И это прекрасно, всегда есть что искать. Ясно одно: некая третья сторона заинтересована тобой, так что следит и оберегает. Как показала практика, иногда даже получше нас. Главное, что они против наших врагов, а как говориться: враг моего врага – мой друг. Да и тем более после устранения врага загадочный спаситель скрылся, значит пока не намерен выходить на контакт. Мы не планируем выискивать их. Это было первое появление, посмотрим, как дело пойдёт дальше.

– Понятно…в таком случае это всё, что я хотел спросить. Мне идти на занятия?

– Ты вчера отлично поработал, так что по праву заслужил выходной. Наберись сил, встрется с друзьями, а завтра продолжим обучение и тренировки.

«С друзьями…нужно навестить Бориса. Может он уже проснулся, тогда я расскажу ему обо всём случившемся и извинюсь. Хотя он не должен меня прощать.» – подумал светловолосый, поднимаясь со стула.

– Спасибо. – сказал он, подходя к выходу. – Ты очень мудрый.

– Рад был провести с тобой чаепитие, Лёша. Увидимся завтра! – улыбнулся на прощание учитель.

Когда ученик ушёл, улыбка упала с лица Даниэля, сменившись меланхоличной тоской. Он встал с кресла, подошёл к окну, через который лил мягкий солнечный свет. Отсюда открывался вид на расположившиеся вдали небоскрёбы. Горизонт накрывали плотные серые тучи, готовые вот-вот заполонить ясное небо над Вестовиром.

– Первый раунд за нами. – говорил Драгулин, прищуренными глазами всматриваясь в свой блеклый силуэт, отражающийся в окне. – Интересно, о чём ты сейчас думаешь, Август?

***

Разгневанный Даниил добрался до туалета, ударил дверь ногой и шагнул внутрь. Парен разрывался от злости и печали, весь покрасневший, заляпанный собственной кровью. Он поставил руки на большую раковину, выложенной мозаикой, посмотрел в зеркало. Увидел там того, кого в эту минуту ненавидел за поражение – себя самого. Вид был сейчас максимально жалкий. Он выкрутил кран с холодной водой на полную.

– Паскуда… – прошептали сухие губы.

Гаспаров стиснул зубы, плотно зажмурив едкие глаза, а затем сжал кулак и замахнулся. Удар вышел быстрым, осколки впились в костяшки, пальцы, со звоном разлетелись по всему полу мелкой крупой. Боли не чувствовал, ему хотелось получить её ещё больше.

– Как так вышло?! – завопил он, озираясь по сторонам в поисках груши для битья.

Развернувшись, юноша начал наносить серию ударов по стене, выкрикивая от того, что осколки входили в мясо всё плотнее. Но ученик не собирался останавливаться. С каждым прикосновением сила нарастала, челюсть скрипела, а глаза заливались бешенством.

– КАК. СУКА. ТАК. ВЫШЛО?! – с каждым словом бил всё жёстче.

Проделав это много раз, покрытые кровью ладони дрожали. Костяшки разбиты. Стекло дошло до костей. Вдоль пальцев множество длинных порезов с разодранной кожей. Квадратики белой мазики на некоторых местах откололись от стены. Обессилив, проигравший упал на колени, прямо на сотни мелких блестящих частиц. Тишина. По разгорячённым слезам потекли горькие слёзы, подросток начал всхлипывать, утопая в истерике.

– Эта м-мразь, я в-всю жизнь ей посвятил. Всю. Хотел отомстить. Р-ради…родителей. А урод за пару ми-минут меня унизил. Меня!

Вода в раковине уже достигла предела и стала выливаться вниз. Холод расплёскивался на макушке коротких жёстких волос, стекал по рубашке, вдоль рук, окрашивался в красный. Потеряв силы сохранять равновесие, парень полностью повалился, распластавшись на полу. Вода омывала тело полностью, придавая спокойствие. Голова лежала в прохладной тени под круглой стойкой с раковинами. Это был момент полного смирения, но он не мог продолжаться вечно.

Парень, шатаясь, медленно встал на ноги. Схватился за вентиль на кране и уже начал его поворачивать, как вдруг по руке вновь пробежала искра, начал отходить жар. Железный кругляшек расплавлялся от увеличивающейся температуры. Способности вернулись. В сердце возродилась та самая решимость. А на рту возродилась та самая ухмылка.

***

Даниил вновь повернулся к стене, смотря на неё уже героически, будто перед ним враг всего человечества. Тот, о ком он думал каждый день своей жизни. Тот, на кого он потратил каждое заветное желание.

От кожи на предплечьях отходило оранжевое пламя. Его языки переплетались в быстрой пляске. Энергия в воздухе сгущалась, становилось душно и невыносимо жарко. Целые зеркала запотели, появились капли от конденсации. Ледяная вода, заполонившая уже весь пол, становилась густым паром. Единственная лампа на потолке начала мигать, свет то пропадал, то вновь появлялся. В один момент её закоротило, лампа с треском взорвалась от возникшего магического напряжения. Глаза уверено стоящего человека были настолько жгучими, что могли испепелить любого огнём ненависти.

– Антимаг… – выдавил ученик это подлое слово. – Убийца людских надежд. Убийца…моей судьбы. Убийца…моих…родителей. Это только начало. Я стану сильнее, и мы сольёмся в финальной схватке, где уже не будет пощады, страха, бегства. Где будут только твои адские муки. Где я наконец-то совершу свою месть, уничтожив тебя, Алексей Юртин!

Гаспаров замахнулся, а затем с дичайшим воплем нанёс мощный удар. Когда рука двигалась, то языки закручивались на ней спиралью, от локтя сливались в единую световую линию, будто придавая ускорения. При соприкосновении с поверхностью произошёл выплеск пламени, мелькнувшего по всей комнате. Стало настолько светло, что вспышка залила весь коридор. С грохотом кулак пробил толстую стену, кирпичи вместе с мозаикой вылетели наружу, оставив вокруг чёрный дым. Разбитые камни ссыпались на пол. Возле дыры всё запятнала сажа, тянувшаяся повсюду от центра.

Юноша взглянул на кисть, оставшуюся в целости. Новая способность создала настолько плотный покров пламени, что он сыграл роль щита и спас носителя от повреждения.

Довольно усмехнувшись, Даниил вышел из туалета.