- -
- 100%
- +
– Продолжай.
Жду когда наконец прольётся свет на правду.
Внезапно она начала кашлять и подхватила стакан с водой с тумбочки, сделала несколько глотков, одной рукой держа стакан, другой – касаясь лба.
– Извини, мне, порой, бывает тяжело говорить… Комната вращается перед глазами периодически, чёрные пятна мигают и даже провалы в памяти случаются. Это всё из-за опухоли. Опухоль головного мозга. Врачи говорят, случай тяжёлый.
– Операция, лечение?
Качает головой, вздохнув.
– Риск большой, они не хотят браться. Я уже в разные клиники обращалась, даже за границей. Только с сочувствием смотрят на меня и разводят руками.
– Сколько есть времени?
– Слишком мало… Смерть может наступить в любой момент.
Я промолчала, прикрыв глаза. Буря ярости внутри меня немного успокоилась, так как её речь и поведение выглядели правдоподобно.
– Если всё настолько серьёзно, почему тебя домой из больницы отпустили?
– Стёпочка плакал. Он так сильно по мне скучает. У него ночью случилась истерика, и вот я здесь. Врачи всё равно не могут ничего сделать, а я приняла решение отказаться от госпитализации и оставшиеся дни провести со Стёпой, если Владимир не будет против. Он согласился…
Снежана говорила с паузами. Медленно. Делая периодические глубокие вдохи и массируя виски. Мне стало не по себе… Как будто она сейчас рухнет и лишится чувств.
Опять внутри меня забились противоречивые чувства.
– У меня есть все заключения от врачей, можешь взглянуть там, на тумбочке, чтобы ты не думала, что я аферистка.
– Почему именно в день свадьбе ты решила напомнить о себе?
– Я не знаю… Так получилось. Наверно у меня был шок. Сорвалась на эмоциях и в панике бросилась искать Владимира, потому что за Стёпу сердце разрывалось. Я боялась, он останется один. Сиротой останется! А он у меня такой маленький и хрупкий… Я не могу об этом говорить, слишком больно. Тяжело!
По её щеке скатилась слеза.
Я впервые не знала, как мне реагировать.
– Вова сказал, у вас с ним была связь до меня и забеременела ты ещё когда мы с ним не встречалась, это правда?
Снежана сделала глубокий вдох, я обратила внимание, как задрожали её пальцы. Она спрятала руки под кроватью, посмотрев прямо перед собой в одну точку стеклянными глазами.
– Да. Это правда.
– Тогда почему ты скрывала от него сына все эти годы?
– На это тоже есть объяснение. Я думала, этот ребёнок от другого мужчины. Я была в этом уверена. Пока однажды, когда он начал расти и меняться, я не заподозрила неладное.
Вот как…
И последний вопрос, который волновал меня больше всех остальных.
– Владимир мне изменяет? – спросила я решительно и подошла впритык к её кровати. – У вас что-то было? Вчера… Может раньше? Кто знает, теперь я в нём не уверена!
Снежана поджала губы.
Сделала короткую паузу и ответила…
Глава 8
– Нет, не было! Он не изменял тебе после того, как мы расстались. Я уехала, он смирился с этим и начал строить свою жизнь. Прошло время, и вот вы… теперь вы вместе. А у нас ничего с Владимиром не было!
Я слушала её. Я наблюдала за каждым движением и мимикой. Но что-то в голосе Снежаны и в её поведении вызывало у меня замешательство.
Она избегала прямого контакта, особенно визуального, а её глаза отражали всё ту же безжизненную пустошь.
Что-то не сходилось в её рассказе. Я не могла понять, или она врёт или она всегда такая ледяная и высокомерная.
Всё вокруг казалось расплывчатым, словно картина, нарисованная мазками неуверенности и сомнений. Я пыталась собраться с мыслями и проанализировать все, что пережила сейчас.
Я уже так устала от всего этого, что моё терпение практически лопнуло, хотя я по жизни неконфликтный человек, рассудительный и мягкий. Истерики, разборки, драки – не моё.
Поговорив с Вовой, поговорив с ней, я, наконец, увидела общую картину более чётко. Меня всё это не устраивало. И я сделала свой выбор…
– Послушай, Снежана, – возвышаясь над кроватью бывшей девушки мужа, серьёзно произнесла я, – мне жаль, что у тебя неприятности в жизни, что ты тяжело больна и врачи ничего не могут сделать, но это не мои проблемы. Ты мне чужой человек. Прошу тебя покинуть этот дом, вернувшись в больницу, и уяснить, что ты имеешь дело с женатым мужчиной. Тебе и твоему сыну нужна помощь? Не вопрос. Поможем. Но, между нами, должны быть чёткие границы…
Теперь она глянула на меня с вызовом, нахмурив свой идеальный лоб, будто я ударила её физически.
– Какая же ты…
Договорить Снежана не успела. Её прервал топот шагов за дверью.
– Снежа… – неожиданно послышалось со стороны коридора. – Мне показалось, или ты меня звала?
Дверь открывается до конца, входит мой муж.
– Тебе что-то нужно?
Голову поднимает и его взгляд упирается в меня…
А затем на Снежану, за моей спиной.
– Катя?
Интонация такая, будто его застали врасплох за преступлением.
Вова ерошит волосы на затылке, переминаясь с ноги на ногу.
– Вы… Вижу вы поближе познакомились.
– О да! – выкрикиваю я. – Как ты её назвал? Снежа?
Он словно был не рад нашей встрече, а во мне закипела новая порция гнева! Потому что Вова не сказал мне, не предупредил, что Снежана, вместо больницы, вдруг переедет к нам.
Я смотрела на мужа с отвращением. Сейчас мне абсолютно точно захотелось влепить ему пощёчину.
Промолчал.
Я оставила Снежану, направившись к нему.
– Надо поговорить.
Кивнул.
– Пошли.
Мы вышли из комнаты, пока Снежана с гордым видом смотрела нам вслед. Я не могла видеть её лицо, но мне казалось, будто она улыбается.
* * *Когда мы вошли в нашу спальню, я хлопнула дверью и обернулась, чтобы посмотреть в глаза этому негодяю.
– Ты сошёл с ума?! Как ты мог так со мной поступить? Ты за кого меня принимаешь?! Кто я тебе? Наивная идиотка для битья?!!
Всё. Сорвалась.
Во мне долго копилось терпение и ярость, которые я сейчас же выплеснула на Гордеева.
– Катя, нет! Уймись, подожди, дай мне слово!!!
Вова вонзился в мои плечи пальцами, прижав к себе. Я начала сопротивляться и говорить ему прямо, что о нём думаю. Без цензуры.
Потом расплакалась. Вся красная, дрожащая, в слезах.
В пылу эмоций мечтала его поколотить как следует, как боксёрскую грушу, но он держал меня крепко. Терпел, молчал. Ждал, пока я выговорюсь и выплесну всю свою ярость.
В конце концов, я выдохлась. Застыла и обмякла перед ним. Тогда Вова подтянул меня к кровати, сел на неё, а меня к себе на колени посадил, заключив в объятия.
Голова непроизвольно упала на его плечо, а слёзы скатывались на пиджак мужчины. Он поглаживал мои волосы, плечи. Что-то на ухо утешающее шептал, но я не слушала.
Мне хотелось исчезнуть.
– Моя девочка, моя любимая… Вот как ты, оказывается, умеешь.
– Я хочу уйти! Не могу больше всё это терпеть. Отпусти меня, сейчас же! Лжец и подлец! Прекрати надо мной издеваться!
– Ещё немного, Кать, ещё чуть-чуть… и всё наладится.
– Я уже это слышала, но прогресса нет! С каждым часом только хуже! Сначала Снежана явилась в разгар церемонии с твоим сыном, устроив падение в обморок, затем вечером я обнаружила свекровь с чемоданами в нашем доме, а теперь твою бывшую в соседней комнате, рядом с нашей спальней! Ещё немного, и я увижу вас вдвоём, голыми, в нашей кровати!
– Ты преувеличиваешь, остынь, – Владимир цыкнул, – прекращай! Выслушай меня, у меня есть для тебя важная информация!
– Мы… наша жизнь… ты и я! Наш брак трещит по швам, а отношения уверенно летят в пропасть, как ты не понимаешь? Мы должны сделать выбор. Выбирай: я или Снежана.
Со страхом выдавила это из себя. Перед глазами вспышка тёмных пятен.
– Развод…
Не думала, что заговорю об этом так рано. Тем более, на следующий день после регистрации брака. Я вообще не думала, что когда-нибудь допущу такую мысль.
Жизнь непредсказуема. И жестока…
Бьёт в самый неожиданный момент. Не щадя.
– Прекрати, Кать, прекрати! Я нашёл выход, хочу доказать, что люблю только тебя, что только ты мне нужна!
– Я сомневаюсь в твоих словах, Вова. После того, как увидела Снежану в нашем доме. Без моего согласия ты притащил её сюда!
– Я как раз хотел тебе об этом рассказать, но ты спала. А потом ты побежала наверх, прервав наш диалог, когда я опять собрался тебе рассказать о ней. Далее, увидела Снежану и не так всё поняла.
Владимир коснулся моей щеки, стирая слёзы, и с отчаянием прошептал:
– Пока ты спала, я думал, как поступить. Ночь бессонную провёл в муках душевных. Я слишком сильно тебя люблю и готов ради тебя на всё… Но и Стёпу мне жаль, и Снежану. Я же честен перед тобой и не изменял тебе с ней. Наша связь была до тебя, – повторил он ещё раз, неотрывно рассматривая моё, залитое слезами лицо. – Так что ни я, ни они не виноваты… Так получилось. Обстоятельства сложились, которым я не подвластен.
– Она должна была сделать тест на отцовство раньше! Спутать мужчин и не знать от кого ребенок – какой абсурд! Как так можно?! Как можно быть такой безалаберной?
– Шшш, котёнок, обними меня. Успокойся. Дай кое-что скажу.
Опять к своей груди притянул, уткнув носом в шею. Из меня вырвался рваный вздох, а Вова продолжал нежно поглаживать меня по спине, успокаивая.
– Снежана здесь временно поживёт. И моя мама тоже. Мама поможет со Стёпой. Я не смог поступить иначе, потому что это последние дни жизни Снежаны… Она захотела провести их с сыном, хотела увидеть меня. Извиниться, что правду скрывала. Поэтому я забрал её из больницы и привёз сюда. Но это временно, Кать. Просто подумай, человеку осталось жить всего несколько недель, может дней, часов – только бог знает! Как я должен был поступить? Мне их жаль искренне. Обиды и злость в такие моменты просто превращаются в ничто, когда к тебе приходит осознание, что этого человека скоро не станет… Мы не увидим его никогда, а он никогда не увидит наш мир.
Что-то внутри меня в этот момент сжалось. Нахлынула тоска.
– Просто поставь себя на моё место. На место Снежаны. А как бы поступила ты?
Я поежилась от мурашек, лавиной вдруг накрывших меня.
Это было жутко.
– Когда Снежаны не станет… – ему горько было об этом говорить, но он держался, – мама заберёт Стёпу себе. Они в Питер уедут, а мы останемся здесь, в столице. Мама будет воспитывать Степана сама, а я лишь временами буду их навещать. Если хочешь, ты его больше не увидишь. У нас будет своя семья, своя жизнь. У них – своя.
Я успокаивалась в его объятиях и от его мягкого, нежного голоса.
Я опять начинала ему верить, потому что говорил он убедительно.
В таком случае… Это многое меняло. Его план… Он был продуман хорошо. Но насколько честным будет его исполнение?
– Как тебе идея? Солнце, – коснулся моего подбородка, – ты мне веришь? Я не могу тебя потерять… Я не смогу смириться с тем, если тебя больше не будет рядом! Я не увижу твою улыбку, не услышу твой смех, не почувствую твоих прикосновений… Моя жизнь превратиться в ад, а я в дьявола, если рядом больше не будет тебя.
– Вова…
– Твой ответ, Катя…
– Я тоже не могу без тебя! Я люблю тебя! Но у меня своё условие…
– Какое? Говори. Я готов!
– Снежана, Антонина Павловна и Стёпа немедленно съедут из нашего дома. А дальше будет так, как ты только что озвучил. Только при таких условиях я согласна дать тебе второй шанс.
* * *Владимир смотрел на меня с совершенно спокойным выражением лица, отражающим что-то нейтральное. Хотя я ожидала другой реакции – протест.
Когда я закончила диалог, сделав глубокий выдох, чтобы перевести дух, муж вдруг кивнул, сжав мою руку, и ответил:
– Твоё право. Ты имеешь полное право предъявить мне такие требования, я тебя прекрасно понимаю. Я хочу ещё раз попросить у тебя прощение, Катя, за то, что, возможно, сделал тебе больно и заставил понервничать.
– Правда?
Слава богу!
Ну вот, ситуация сглаживается! Внутренне мне становится легче.
НЕУЖЕЛИ…
Как хорошо, что мы с Вовой находим общий язык, мы с ним сейчас на одной волне и он принимает мою сторону, соглашаясь с моими условиями.
От сердца отлегает… В какой-то момент я с благодарностью тянусь к любимому и обнимаю его в ответ.
– Девочка моя… – радуется моему жесту и прижимает ещё крепче к себе. – Я так скучал по твоей ласке! Обещай, что между нами больше никогда не будет разлада.
– Ты правда согласен?
– Верно.
– Ты поставил себя на моё место?
– Ух, – выдыхает, хмурясь, – это был бы ад!
– А если бы на нашу свадьбу пришёл, скажем так, мой бывший, с которым мы встречались, как бы ты себя чувствовал?
– Лучше не спрашивай меня об этом, – раздался хруст его кулаков, – убил бы всех… Не нужно спрашивать такое у мужчины. Катя, я очень ревнив, ты меня знаешь. Начищу морду любому за тебя!
На моих губах невольно расплылась улыбка.
Это точно. Вова частенько меня ревновал к другим мужчинам. Ему не нравились даже взгляды в мою сторону – коллег, знакомых, простых прохожих. Бывали и конфликты, когда Вова грубо затыкал кому-то рот, если про меня что-то говорили, что его раздражало.
В кругу знакомых и друзей Владимира его все уважали и боялись, считая самым сильным и решительным.
У Вовы есть компания друзей – мужчин, с которыми они любят периодически расслабляться в узком кругу. Это все его друзья, что были на церемонии вчера.
Гордеев всегда любил им прихвастнуть, насчёт меня, какая ему досталась идеальная невеста. А они молча завидовали, бросая на меня заинтересованные взгляды. Девчонки, которые с ними общались, так мне и говорили, что они реально пускали на меня слюни, пока Вова им не объяснил, что ему это не нравится.
– Хорошо, моя маленькая, да будет так! Вот видишь, мы решили проблему. Всего лишь нужно было сесть вдвоём и поговорить, в спокойной обстановке, как я тебя и просил ранее.
Действительно. Так хорошо на душе стало! Наконец-то… Любимый меня успокоил, развеяв мои страхи и сомнения. Именно этого мне не хватало.
– Да, Вов, ты прав. Надеюсь, всё будет хорошо и мы забудем нашу неудавшуюся свадьбу как страшный сон.
Мужчина ласково прильнул губами к моему лбу, поцеловав… И мягким тоном прошептал:
– Обязательно. Мы всё исправим. Когда всё более-менее уляжется, мы отправимся на Мальдивы и сыграем свадьбу заново. Только ты и я! Я люблю тебя и никогда не передумаю! Ты моя вторая половинка, Катюш! Раз и навсегда. Да пусть хоть сто Снежан к нам заявится, я всё равно буду любить только тебя.
– Вова!!!
Легонько бью его кулачком в грудь.
– Не пугай так, какие ещё сто Снежан?!! Типун тебе на язык!
– Да шучу!
Мы обнялись, а затем Вова предложил выйти во двор, воздухом подышать, и пообедать на веранде.
– Да, давай. Я голодна.
Кстати, замотавшись, совсем забыла, что уже практически сутки в моём желудке пусто. Слава богу тошнота отступила, мне стало легче.
Новость о беременности я всё-таки решила отложить до более благополучного момента.
Доверяй, но проверяй…
– Только ты и я. Столик на двоих, – игриво подмигнул, я не смогла сдержать улыбку.
Любимый коснулся моей щеки, чувственно проведя по ней, бережно заправил прядь моих золотистых волос за ухо. Несколько секунд он просто молча любовался мною, рассматривая моё лицо, и сказал:
– Какая же ты красивая, Кать! Пожалуйста, улыбайся почаще. Мне не хватало твоей улыбки…
– А мне не хватало такого тебя – живого, искреннего, заботливого.
Вова наклонился ко мне и нежно коснулся губами моих. От поцелуя сладкая нега потекла по всем мышцам моего тела, и я обрадовалась этим ощущениями, которые облегчили напряжение.
Мне ужасно этого не хватало. Моего Вову – такого, каким я его знала прежде. Мы никогда не ссорились, поэтому вчерашний разлад показался мне вечностью. Я безумно сильно скучала по нашим гармоничным отношениями! Хотя говорят, трудности только укрепляют отношения.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.