Мои порочные связи

– Да, но молодые – это отличный способ почувствовать себя беззаботной девочкой, – не унималась я. – Ты не согласна со мной?

– Так… – протянула Ольга, ее лицо растянулось в хищной улыбке. – Колись: кто этот счастливчик?

– Ты, о чем? – я смущенно улыбнулась.

– Ну, неспроста ж тебя так заинтересовал этот вопрос, – Ольга пожала плечами.

– Да не, – я махнула рукой. – Соседка у меня с молодым спит, и мне захотелось узнать твое мнение.

– Ну-ну, – озорно хихикнула Ольга.

– Я серьезно, – по моему лицу снова растянулась смущенная улыбка.

– Да я так и подумала сразу, что ты про соседку говоришь, – делая чувственный глоток кофе, коллега с хитринкой глянула на меня.

– Да ну тебя, – отмахнулась я. – Неужели не хочется красивого, упругого тела?

– Все дело в твоем восприятии, – Ольга вздохнула.

– Что ты имеешь в виду? – мой взгляд стал вопросительным.

– Если ты не воспринимаешь молодых парней как мужчин, никакие кубики пресса не помогут возжелать юнца! – заявила Ольга и одним глотком допила кофе.

– Да, наверное, ты права… – кажется, мой голос стал потерянным.

– Ладно, мне пора, – Ольга как-то грустно улыбнулась. – Дома дел полно.

– Давай, – по моему лицу растянулась доброжелательная улыбка. – Спасибо, что заглянула в гости.

– Дорабатывай по новому предмету и вали домой, отдыхать! – озорно хихикнула Ольга.

– Хорошо, – я кивнула.

Лучики тайной славы

Вскоре Ольга ушла, а я так и осталась сидеть на месте, словно приклеенная. Мой взгляд, наполненный тоской, нехотя устремился в окно. Приятный вечер поманил, свежий воздух навязчиво ворвался в класс и закружил голову. Сексуальное наваждение уже отступило, в душе стало расцветать спокойствие и умиротворение, желание побыть в одиночестве становилось невыносимым.

Поведение Саши выбило меня из колеи. Такого поворота я никак не ожидала, мысли вихрем кружились в голове. В целом этот сорванец не в первый раз позволял себе лишнее, предлагая неформальную встречу, я привыкла, но никаких решительных действий не принимала, и на это у меня были вполне обоснованные причины: Саша – сын Ильи… А это тот самый человек, который любит привлекать общественность к проблемам аморального поведения. Я боялась, что он поднимет шум вокруг этой истории. Разумеется, ничем хорошим для меня это не пахло.

Возможно, никто не поверил бы в мою связь с учеником, посчитав это пустыми сплетнями. Но любая огласка в данном случае казалась недопустимой. Строгость по отношению к себе воспитана во мне с раннего детства, ведь я выросла в семье преподавателей.

“Ты педагог и общественность будет требовательна к твоим поступкам”, – всегда говорил покойный отец.

Тогда я еще была молоденькой студенткой и подобные разговоры воспринимала как нотацию. Но в голове навсегда отложились эти слова, сформировавшие во мне настоящий педагогический менталитет. Именно этот менталитет двигал мною всякий раз, когда возникала мысль о том, чтобы поставить Илью в известность о поведении его сына. Кроме того в голове бесконечно прокручивался неутешительный сюжет худшего развития событий: я прекрасно понимала, что эта огласка может стать бездной, в которой моя безупречная репутация накроется осуждением общественности.

Поэтому приходилось терпеть. Вообщем-то терпеть приставания Саши было очень приятно… это льстило мне, хоть и жутко смущало. В каком-то смысле я чувствовала себя значительно моложе, когда получала повышенное внимание от такого смазливого паренька. И тот факт, что вместо очаровательных сверстниц он выбрал “престарелую” учительницу, откровенно кружил голову. Да, в глубине души я гордилась, моя самооценка грелась в лучиках этой тайной славы.

Правда, прежние приставания Саши были невинными и ограничивались смелыми прикосновениями, легкими обнимашками. Я старалась не обращать на это внимание, словно ничего не происходит, отвечая нахалу незначительными репликами, и в целом даже такое поведение казалось мне сверх наглым. Поведение, выходящее за грань здравого смысла. Но в этот раз Саша решил штурмом пройтись по моим тайным желаниям, напомнил о том, как приятно находиться в объятьях сильного, молодого тела. Он, словно буря, ворвался в мою голову вихрем сексуальных переживаний.

После такого потрясения мне жутко захотелось переварить произошедшее, подумать, оценить свое отношение к неожиданному повороту, чтобы никто не мешал мыслительному процессу.

Любовная жидкость

Я медленно шагала по вечерней улице, искренне наслаждаясь отсутствием шумной ребятни и назойливых коллег. Лето всегда радовало меня, несмотря на любовь к работе. Каникулы казались способом отдохнуть, переключить мозг с педагогической работы на административную. Разумеется, ковыряться в документах не предел моих мечтаний, однако это помогает, разгружает сознание и придает происходящему эффект подлинности.

В моем вооружении было две банки пива, поэтому я решительно прошла мимо своего подъезда и направилась в сторону парка, чтобы не распивать на глазах у соседей: моральный облик преподавателя придает мне особый авторитет среди жителей подъезда, терять это отношение совсем не хотелось.

Я быстро нашла укромное местечко в парке, чтобы побыть в гордом одиночестве, моя задница устало плюхнулась на лавку. Прогретый за день воздух беспощадно атаковал тело, темные очки с трудом защищали глаза от солнца. Я достала из пакета баночку пива и щелкнула крышкой, резвый поток газов стремительно вырвался наружу.

– Ну… за выходные, – по моему лицу растянулась довольная улыбка.

Первые глотки сорвали с губ нежный стон, умиротворение целиком захватило душу. Это были долгожданные мгновения, когда можно расслабиться и просто побыть собой. Яркие лучики солнца очаровательно игрались в листве, а пение птиц разливалось по душе сладостной песней.

В какой-то момент мне показалось, что я нахожусь на курорте, а совсем рядом, в нескольких метрах от меня – пляж. Шум моря эхом прокатился внутри воображения, на мгновение я закрыла глаза и чувственно простонала. Но долго наслаждаться мне не пришлось: в поле зрения вдруг появился Саша. Он быстро приближался ко мне, его взгляд был наполнен безумными искорками.

– Эльвира Альбертовна! – послышался бодрый голос. – Можно присесть с Вами?

– Блин! – от неожиданности я схватилась за сердце. – Демидов, че тебе надо?

– Отдыхаете? – хмыкнул парень и сел рядом.

– Ага! – я кивнула. – Устала от вас, лоботрясов! – с моих губ сорвался смешок. – Довели старушку.

– Я готов искупить вину за весь класс… – хмыкнул Саша и крепко обнял меня. – Может, переместимся в более укромное место?

– Интересно, зачем? – словно не понимая намеков, пробормотала я, мой равнодушный взгляд устремился вдаль.

– А зачем мужчина и женщина уединяются? – вопросом на вопрос ответил искуситель.

– Слушай, Саш… – как-то неуверенно пробормотала я. – Ты это серьезно?

– Абсолютно, – невозмутимо ответил молодой человек. – Я хочу предложить Вам кое-что большое и твердое…

– Саша, ты мой ученик! – сорвалось с губ. – Я тебя с первого класса воспитываю.

– И что? – Саша делал вид, что не улавливает мою мысль.

– Я приняла тебя в школу, когда твой член, который ты мне предлагаешь, был крошечным прыщиком! – мое лицо растянулось в легкой ухмылке. – О каком уединении ты говоришь?

– Для разнообразия надо трахаться с молодыми, – хмыкнул Саша. – Тем более я не чужой Вам. Научите меня чему-нибудь новому…

– Трахай одноклассниц, это будет логичнее, – я попыталась засмеяться, но волнение было слишком сильным.

– Кого там трахать? – воскликнул Саша и засмеялся.

– Вон! Кочеткова с шестого класса возле тебя крутится, а ты ее не замечаешь, – я закусила губу.

– Одноклассниц я всегда успею, а вот зрелую, опытную женщину… – жарко прошептал Саша. – По-моему, Вам очень понравился мой член, разве нет? – наглая ухмылка коснулась симпатичного лица.

– Послушай, Демидов! – собираясь с мыслями, начала я. – Ты совсем не переживаешь за свой аттестат?

– Ну, оставите меня еще раз на второй год, подумаешь… – молодой человек пожал плечами.

– Саш… – я повернула к нему голову, наши лица стали сближаться. – Перестань, пожалуйста.

– Да ладно Вам, – искуситель трепетно коснулся моих губ.

– Так, стоп! – я резко вскочила на ноги и стала суетливо поправлять волосы, словно это помогает справиться с волнением. – Мы не можем…

– Почему? – Саша плотно прижался ко мне и снова попытался поцеловать. Я отвернулась, поэтому жаркие губы впились в шею.

– Ах! – вырвалось из глубины души, мои ладони стали судорожно гладить спину искусителя.

– Ммм, – хмыкнул Саша, – какая Вы чувственная женщина.

– Не надо… – пролепетала я.

Наглые руки забрались под юбку и крепко сжали ягодицы. Все мое женское естество мгновенно заполнилось “жидкостью любви”. Саша атаковал шею так, что желание отдаться ему становилось нестерпимым. Кажется, я начала представлять, как молодой жилистый пенис входит в меня, настойчиво растягивая изголодавшуюся плоть.

Да, мысленно я уже вовсю стонала под этим крепким, подкаченным телом, в котором воплотилось все мое либидо, внутри воображения поселилась мечта: скинуть лет двадцать и полноправно насладиться связью с Сашей, не переживая из-за моральных угрызений.

В какой-то момент сильные руки развернули меня, крепкое тело прижалось к спине. Сил противостоять соблазну становилось все меньше. Вожделение нарастало, новые потоки горячей жидкости забурлили где-то между ног, ничего кроме секса в голове уже не было. Я с трудом сдержалась, чтобы не принять позицию “раком”, от переизбытка желаний по моему телу бегали мелкие судороги.

– Вы вся дрожите, – вдруг подметил искуситель и снова начал атаковать шею жаркими поцелуями.

– Саша… – только и смогла вымолвить я.

– Тихо! – было мне ответом.

Наглая рука ловко пробралась в трусы. Словно на автомате я раздвинула ноги, сопротивление стало временно недоступно мне. Конечно, в силу возраста Саша не имел никакого опыта. Он ковырялся в письке достаточно небрежно, словно впервые прикоснулся к женским гениталиям. Но уровень возбуждения был настолько высок, что я кайфовала каждым прикосновением, никакого дискомфорта от неумелых пальчиков не наблюдалось.

Почти двадцать лет мне не доводилось испытывать такого мощного возбуждения, мое тело превратилось в сплошную эрогенную зону. Особенно стоит отметить физиологическое возбуждение: моя “розочка” откровенно истекала желанием. Она чувственно раскрылась навстречу пальчику и с нетерпением ожидала крепкого, молодого члена. Клитор увеличился вдвое, сладостное напряжение буквально поселилось в нем. Мне казалось, что он вот-вот загудит в приступе этого напряжения.

Я рефлекторно двигала бедрами, теряя всякий контроль над ситуацией, мне хотелось как можно глубже принять мужской пальчик. Да, готовность к сексу превысила все допустимые нормы и это откровенно пугало. Саша практически склонил меня к интиму, но в какой-то момент мне удалось взять себя в руки.

– Так, все! – мой взгляд стал мрачным, я резко оттолкнула парня.

– Что-то не так? – невозмутимо спросил он.

– Мне пора, – я рывком накинула сумочку на плечо.

– А как же я? – молодой человек ухмыльнулся.

– А тебе доброй ночи, – буркнула я.

– И Вам доброй ночи, Эльвира Альбертовна! – в голосе Саши послышались нотки сарказма.

Ноги сами понесли меня по дороге, тело искренне дрожало от перевозбуждения. Все, о чем мне мечталось на тот момент: поскорее скрыться из вида искусителя. Мне было стыдно перед ним и перед собой. Перед самой ситуацией, которая не укладывалась в голове. Я пулей залетела в подъезд, едва не сбив нашу управдомшу и побежала по лестнице.

– Здравствуй, Эльвирочка! – послышался радостный голос.

– Здравствуйте, Софья Викторовна, – я обернулась, – как Ваши дела?

– Ну, если не считать соседку, то отлично! – хмыкнула женщина.

– Вы имеете в виду Таню? – я остановилась, по моему лицу растянулась смущенная улыбка. – Которая в “нашем” Магните на кассе работает?

– Ну да, – Софья Викторовна кивнула.

– А что она сделала? – мои глаза раскрылись от удивления.

– Каждую ночь стоны и крики, спать не дают, – Софья Викторовна махнула рукой.

– Ну, это дело такое… – я пожала плечами, наверное, в этот момент в моих глазах загорелся дьявольский огонек.

– Ей уже сорок шесть, а любовник совсем молоденький, лет двадцать ему! – вздохнула управдомша.

– Ого, – я покачала головой. – Нехилая разница.

– Это называется разврат! – глаза старушки стали такими огромными, словно перед ней стоит приведение.

– Как так можно, – я отвела взгляд.

– Вот именно! – воскликнула женщина. – Совсем совесть потеряла это Татьяна.

– Вы правы, – я смущенно улыбнулась, – женщина должна быть морально устойчивой и целомудренной.

– Ах, все б были такие как ты, жизнь стала бы лучше! – старушка одарила меня теплой улыбкой. Честно говоря, в этот момент мне стало не по себе.

– Да, наверное, – по моему лицу растянулась смущенная улыбка. – До свиданья, – я вежливо кивнула и настолько резво побежала по лестнице, словно за мной гонится маньяк с бензопилой.

По моим ногам неумолимо текла “жидкость любви”, которая бурными потоками выработалась во время объятий в парке, набухший клитор мерзко терся об швы трусов. Впервые в жизни подобные прикосновения были неприятны мне: клитор стал катастрофически чувствительным и любое неловкое прикосновение вызывало бурю негативных ощущений.

Мое тело заполнилось сексуальными рефлексами, нервная система превратилась в бомбу замедленного действия. В голове было лишь одно: поскорее забежать в квартиру, чтобы меня никто не видел, психологическое состояние вышло из-под контроля, держать себя в руках казалось невозможным.