Delete. Серия «Превращаясь в бога». Часть 2

Вступление

«Наш Мир изменился. Люди больше не верят в богов и магию. Их вера рухнула. Алчность и насилие, обогащение правящей верхушки, нищета народа, несправедливость судов и озлобленность людей на государственную систему, войны и голод, цинизм и обман, – побудили их сознание к безбожию.

«Господь покинул нас! Он оставил наш маленький Мир, ему не интересны наши души, он больше не защитит нас. Мы обречены!» – сказал в 1863 году Ц.Б.Фредерик III, Великий священник эры Христа. Рим, Италия.

«Столетиями люди были готовы бороться и умереть за бога с его именем на устах. Он был спасителем, повелителем, вдохновителем идей, исполнителем наших мечтаний и целей. Был! И ушёл… Навсегда!» – 2001 год, Джино, студент NYU, факультет древних культур и философии, Нью-Йорк, США.

«Бог? Бесспорно, он существует. Иначе, кто же вселяет в нас веру и надежду?» – 2012 год, Михаил, механик, Москва, Россия.

«Говорят, что перед смертью каждый вспоминает прожитую жизнь в деталях, не упустив ни крупицы, чтобы на Небесах рассказать о себе новым друзьям. Вдаваясь в сентиментальные воспоминания, мы с жаждой смакуем содержимое своей памяти и слизываем его до последней молекулы. Вкусив благости, мы точим языком мельчайшие подробности, чтобы ничего не упустить» – 2017 год, программист Артём Левченя, Лос-Анджелес, штат Калифорния, США.

Я – Арт, сейчас поведаю вам о своей жизни, всё то, что происходило со мной до настоящего времени.

В салоне вертолёта…

Сегодня нас, меня и моего учителя Айса доставят в пирамиду Рамзеса, где и захоронят. Здесь закончится наше существование. За окном жгучее солнце Ливии. В салоне напротив меня стоит Наоми, – моя истинная любовь и её напарник, – наёмник со штурмовой винтовкой, – Сэм. Лететь нам менее четверти суток. Времени осталось слишком мало, чтобы на пути к спасению Вселенной изложить всё, о чём я узнал. Главное не упустить ни единой мелочи. Это путь в ад или рай, как повезёт. Но одного я постараюсь не допустить, – умереть в тишине, сокрыв тайну о богах. Я расскажу вам о событиях последних лет. Это история о происхождении богов на Земле. Кто-нибудь должен услышать мою исповедь и узнать правду.

Сейчас я рассказываю моим захватчикам о своей короткой жизни с середины. Это может быть даже ближе конец моей истории, чем начало.

Ранее…

Мы – пленники, летели в вертолёте. Я предполагал, как долго продлиться полёт, и поэтому хочу поспеть рассказать вам и захватчикам свою историю. Важно, чтобы больше людей узнали о ней. Наёмник – Сэм и Наоми – моя сестра нибируанка, слушали правду из первых уст под гул вертолёта. Подробности моего взросления и перерождения в бога я им уже рассказал. В разделе «Начало» я поведал о том, как я воскрес, став человеком, – это был мальчик. Я почувствовал сильную связь с ребёнком со схожей энергией – она-то меня и привлекла. Так всегда бывает в случае, когда приходит время моей реинкарнации, потому что я не человек, я – аура, – цвет её зелёный. Может, я и вспомню более точную причину, почему именно он, но только когда я и мой учитель поймём, что нас ждёт впереди и когда мы выберемся из передряг. Ребёнок родился в момент существования СССР, поэтому, наверное, я и выбрал именно этого новорождённого мальчика. Это точно одна из весомых причин, потому что государство, в котором проживала семья моего соулмейта, было в то время наиболее развито в вопросе покорения космоса.

Скорее всего у нас, у меня и моего учителя Айса, не получится остаться в живых. Враг чрезмерно силён. Я непомерно устал, мои силы на исходе. Старик изрядно искалечен вражеской пехотой. А Наоми – моя вечная любовь, – не слушает историю или делает вид, что ей безразлична судьба наших нибируанцев. Это меня удручало. Я изо всех сил старался пробиться к её сознанию, к тем крупицам любви и сострадания, которые в ней затаились глубоко в подсознании. Не реагируя на жару и едкую пыль, игнорируя оглушительный шум вертолёта, я погружался в воспоминания и последовательно излагал события, связанные с моей жизнью в новом теле. Единственными слушателями были агрессоры, выбравшие путь зла. Моя задача всколыхнуть в них человечность.

Предыстория…

Давайте я напомню вам, как я встретил братьев и сестёр по моей планете Нибиру. Спустя годы после смерти моего физического тела, я нашёл притягивающую своей энергетикой новую оболочку и до совершеннолетия рос в ней счастливо рядом со своими родителями. И вот после необычайных событий в моей жизни в теле человека и в свете новых, – я явился на встречу к странным людям, которых вовсе не знал. Меня пригласил седобородый старикан. Он (помните?) оживил мой передатчик – жемчужину (ту, что я нашёл на дне водоканала у общежития). Меня не то, чтобы удивила наша встреча, а просто до смерти шокировала. Тогда в жемчужине, увеличившейся до размеров волейбольного мяча, материализовался мужик полувекового возраста с пухлыми щеками, загоревшим лицом с аккуратной бородкой, – эдакий добряк-бородач. Меня весьма удивила первая встреча с Айсом, – «Близнецом» по знаку Зодиака. Он предложил мне встретиться на железнодорожном вокзале, где я, на скамейке, пару часов томился в ожидании его прихода, до момента, когда полицейский, крупного телосложения, попросил меня пройти с ним для прояснения вопроса законного владения жемчужиной, висевшей на моей шее на цепочке.

Мы долго шли с широкоплечим амбалом по пересечённой местности, пока он не толкнул меня в проём обшарпанной двери. Тогда-то и появилось ощущение, что меня вынули из одной реальности, затолкав в другую. Предо мной открылось пространство, схожее с амфитеатром, хотя я ни разу не видел амфитеатр, но точно знал, что именно так он выглядит. Сократ должно быть там читал лекции. Бред! Откуда внутри железнодорожного вокзала – амфитеатр? Зачем? Кто возвёл подобное сооружение?

Верзила столь резко толкнул меня в спину, что я, спотыкаясь, летел вперёд в неизвестность так долго, что даже вспомнил тот случай, когда разбил голову о батарею на вечеринке в студенческом общежитии. Я устоял на ногах и не упал, – объяснить это сложно. Эти события промелькнули так быстро, словно я приготовился в секунду умереть. Удержав равновесие, я одарил гневным взглядом засранца полицейского, когда оглянулся, желая набить ему морду при приземлении. Словно щенка, он бросил меня в центр чего-то масштабного. Я увидел под ногами песчаную арену с каменными колоннами, увитыми лианами. По периметру, за узорным металлическим забором, пышно цвели экзотические кусты.

С братьями и сёстрами я познакомился там – в амфитеатре. Это была необычная встреча в самом центре волшебной Арены. Больше всего меня впечатлил круглый каменный стол в стиле ордена короля Артура. Он был окружён двенадцатью коваными тронами с двухметровыми спинками, коронованными шпилями со знаками зодиака. На них восседали люди разного возраста, внешнего вида и вероисповедания. Объясню, почему я так подумал.

Первым, в этом странном окружении, мне приглянулся монах по имени Чоу. Седобородый азиат со сверкающей лысиной был по уши укручен в оранжевые тряпки и был похож на служителя Шао Линя. На кресле под символом «Скорпиона» он перебирал чётки и бубнил молитву, восхваляющую богов.

На троне под знаком «Рака» сидела восточная красавица. Звали её Рисако. Выбеленное пудрой лицо, яркий макияж и просторное кимоно с рисунком цветущей сакуры делали каждое её движение манким. Гладко зачёсанные в хвост чёрные волосы блестели, словно атлас, радужки глаз в цвет зрачка пронизывали до глубины души. «Гейша, что ли?» – подумал я в тот день.

Под символом «Козерога» – молодой человек лет тридцати – Гарри, был похож на биржевого брокера или риелтора. Он выделялся среди всех элегантностью дорогого костюма и правильно подобранным галстуком. Его золотые часы определяли статус обладателя. Лакированные ботинки указывали на аккуратность хозяина. Я проследил за тем, как мэн провёл ладонями по выбритым щекам и напомаженным воском волосам, а потом резким движением, казалось, сбросил накопленный негатив с затылка на спину. В тот же миг он взглянул на мои запылённые кроссовки. Я даже скукожился от его циничной улыбки.

Жаль, что Лайра – «Весы» по зодиаку, погибла в день знакомства со мной во время внезапно начавшегося землетрясения. Мне запомнилась её слегка обвисшая на щеках загорелая до землистого цвета кожа, что явно выдавало её почтенный возраст. На ней в тот день было красное платье в чрезмерно затейливом стиле. Идеальная для круглого лица подводка её губ эффектно сочеталась с корпулентными женскими формами. Просто копия Монсеррат Кабалье. Меня тогда очень впечатлили весомые достоинства Дивы.

Я был в восторге от знакомства с Журом. Дреды «Тельца» смешно торчали из-под ямайской вязаной шапочки. Круглые, как у участника Ливерпульской четвёрки – Леннона, очки плотно прикрывали, может быть, уже выцветшие глаза. Он походил на хиппи. Распахнутая рубашка оголяла его чёрную тощую грудь, а атрибуты выдавали его принадлежность к группе фанатов битлов.

В первый же момент, когда я взглянул на Наоми, меня свели с ума её пухлые губы. Они манили, словно сахарная вата, и я тут же утонул в синеве чётко очерченных подводкой глаз «Водолея». Безупречное бронзовое тело амазонки с изящным изгибом спины было, словно вылеплено из глины, и, казалось, звенело от мышц, точно натянутый лук. Эту девушку я любил во всех её ипостасях и во всех своих жизнях и, похоже, буду любить вечно. Каждый раз, – как первый.

Милая Кендис позабавила меня схожестью с Покахонтас. Длинные кудрявые рыжие локоны, из которых торчали вплетённые перья и разномастные бусы; кожаная одежда с зубчатым орнаментом; ожерелье на шее из клыков тигра; маленькая кроличья лапка, свисающая из нагрудного кармана, – эти мелочи подходили ей по зодиакальным параметрам «Девы».

При виде Халида все мои мышцы напружинивались. Не то хотелось сбежать, не то – защищаться. Он занимал кресло, означенное знаком «Льва». Чёрный балахон, клетчатая чалма, обвешенный патронташами, – ни дать ни взять собственной персоной террорист «Усамма».

Мужчина и женщина – сиамские близнецы Пит и Пэт – симпатяги два в одном, разместились на сдвоенном троне «Стрельцов». Судя по размеру, он также был «сиамским». Их вид всколыхнул во мне жалость. Не каждому везёт в жизни.

Загадочный полицейский, который привёл меня в амфитеатр, был по знаку зодиака «Овен». Владимир – грубый болван, двухметровый лось с накачанными мышцами – олицетворял мужскую силу. Его татуированный боевой секирой гладкий череп выглядел угрожающе. Дядька воплощал комбинацию лучших физических качеств американских актёров – Дольфа Лундгрена и Вина Дизеля.

Здесь я узнал, что являюсь «Рыбой» по знаку зодиака и моё имя – Арт, а мои братья и сёстры – нибируанцы. Они ждали, когда я повзрослею и наберусь ума.

Так, в сопровождении Владимира, я явился на процесс «воспоминания». Здесь мне восстановили хронологию моих прошлых жизней.

На пути в Ливию…

Мы ехали в вагоне грузового поезда на пути к парому. После долгих сражений за правое дело, в моей голове роились мучительные мемуары прошлых жизней. Это были воспоминания о том, как я впервые познакомился с Наоми – нибируанкой. Жгучая тоска по Родине не давала уснуть. Я рылся в памяти, доставая из неё каждую секунду своих прошлых жизней. Наконец-то я остановился на той, в которой существовал сейчас, – в теле Артёма. Восстанавливал череду событий: как родился, рос, учился, о чём мечтал, детские сны. Друзей, студенчество, первую земную любовь – Катюшу. Момент, когда я узнал, что моё тело неуязвимо. Помог мне разобраться в этом, – жёсткий удар головой о батарею. Затем были фокусы с водой на канале у общаги, на дне которого я нашёл жемчужину. Период овладения магией. И особенно переживания о потере близких людей – братьев и сестёр нибируанцев. На пути к морю я думал о них, о всех и, как они свалились с небес, как снег на голову.

Я хотел остановить неуправляемый табун мыслей. Думал, как упорядочить события последних дней. Намеревался разложить всё по порядку. Но вся моя многовековая жизнь, мигом пронеслась и канула в небытие.

Путешествие в военном поезде на жёсткой постели из обойм оружия продлилось пару часов. Высокие горы окрыляли и вдохновляли на подвиг, чтобы сохранить их величие на века. Обнять каждое дерево, краем глаза взглянуть на море и овладеть моей родной стихией, – это был предел моих мечтаний. Я готов был утонуть в мечтах о тихом счастье. Однако страшное настоящее, – гора патронов под спиной, не давало забыть о суровой действительности. Я видел, из несущегося поезда, города в огне.

После заката война на Земле походила на войну на Нибиру, где так же всё кругом горело жёлтым пламенем, только на фоне вечной мерзлоты.

Владимир, бормоча, уснул. Наш состав миновал удары авиабомб и миномётов. Мы благополучно достигли берега. Добрались впервые без приключений (да и сколько же их может быть на нашу голову?)

Пройдя испытания с братьями и, потеряв родных мне богов на пути к победе, я мечтал встретиться на пароме с теми, кто остался в живых. Было интересно в каком теле представится Жур. Может, он вернётся в образе монстра. А вдруг его подстрелили солдаты, наложив от страха в штаны при встрече с ним. Жалел, что я слишком мало надавал тумаков Владимиру, что ещё пару раз не врезал ему локтем по хребту, чтобы напрочь выбить дурь из его глупой башки. Решил что, когда он проснётся, взгрею ему по затылку, чтобы закончить начатое и вправить ему мозги.

И о многом другом в салоне вертолёта…

Очень важная мысль бередила мне рассудок, – какая же она, – эта «другая магия»? Я рассуждал о другой магии, о её преимуществах. Я радовался, что познал удивительную магию, мечтал в совершенстве овладеть ею. Преимущество её было в том, что древнее заклятие не требовалось приводить в силу. Оно само выбирало нужную магию и защищало в лучших традициях своего назначения. Если заклинание считало (если можно так сказать по отношению к заклинанию), что оно тебе подходит, оно начинало работать. Оказалось, что это несказанно интересная и увлекательная магия – «другая магия».

Благодаря «другой магии» «Телец» Жур, сменив дреды, смешно торчавшие из-под ямайской вязаной шапки и круглые леноновские очки на отутюженный чёрный итальянский костюм, остался жив. Он удачно поменял старое тело на тело седовласого полувекового возраста Карлеоне Палаччо, – барона сицилийской мафии.

Халид, просто умница! «Другая магия» – это его рук дело. Однако он был не в силах победить безразличие Жура к судьбе приобретённого им тела. Халид нашёл выход и строго означил для брата задачу:

– Жур! Ты достанешь нам необходимые вещи для поездки в Ливию. У тебя (намекнув ему, что он теперь сеньор Карлеоне) имеется личный док на побережье полуострова. Теперь твоя задача брат – помочь нам!

После озвучивания просьбы, Халид утих и погрузился в раздумье о собственной магии. По пути в Италию он крепко уснул на заднем сиденье мафиозной машины под громкие споры братьев и сестёр.

Добираясь до яхты главаря мафии Карлеоне, пришвартованной к очередной пристани, мы изучали биографию барона. Журу мы всю дорогу вдалбливали сведения, которые он должен запомнить о человеке, телом которого владеет, чтобы использовать его для реализации нашего плана по поиску сверхмощного механизма, которая по пророчеству Таро, – уничтожит Вселенную. А на спустившийся туман всем было начхать.

Мы приближались к яхте. Она доставит нас на сухогруз. На нём по нашему предположению находятся грузовики с живым грузом. Следуя за ними, мы выйдем на точную цель.

Глава I. Мечты о море

В салоне вертолёта…

Мы с Айсом, изнывая от жары, ждали, пока дозаправится вертолёт.

– Всё готово, капитан, можно взлетать, – рапортовал пилот, укладывая оставшиеся запчасти.

– Принято! – Наоми повернулась к Сэму. Бросив на меня колкий взгляд, она указала дулом на нас и скомандовала: – Сэм, в салон их!

– Так точно, мэм! – наёмник отдал честь. Толкнув меня по-дружески в плечо, будто закадычный друг, он добавил: – Блин, ребята, это самая невероятная история, которую я слышал когда-либо в жизни. Я послушаю продолжение уже в вертолёте. Уверяю, что не скину эту лапшу с ушей и вкушу сей пирог до последней крошки! Так и назову её – «Самая яркая и длинная предсмертная речь». Ха-ха! – он оскалился, оголив ровные редкие зубы похожие на штакетник.

Меня покоробило от дружественного толчка надзирателя. Он явно переборщил с заигрыванием. Может, за крепким рукоприкладством скрывалась некая симпатия? В ответ я только пожал плечами. Скорее он знал, какая нам уготована участь и ликовал, зная о том, что наш конец близок. Иные мысли в мою голову не лезли.

Айс, на ментальном уровне, упросил меня не затевать побег. Мы бездумно выполнили приказ Наоми, вернувшись под конвоем в вертолёт. И тут пилот открыл дверь кабины с пассажирской стороны. В неё ловко запрыгнул военный в униформе.

– Эй! Пилот! Несанкционированное проникновение на борт! – вскрикнула Наоми, сделав резкий выпад в сторону пришельца, на ходу доставая из кобуры пистолет. – В сторону! – оттолкнув Айса, чтобы он не мешал целиться в незваного гостя, она взяла на мушку громилу-пассажира.

– Мэм, простите! – сложив ладони перед грудью, пилот дрожащим голосом умолял её не стрелять и заступился, заслонив собой тело офицера. – Этот человек помог мне найти замену сгоревшему предохранителю, без него мы не взлетели бы. Он местный пожарник, можно сказать, – свой в доску. Я решил оказать ему услугу за услугу. Раз уж мы летим в Гизу, почему не помочь человеку. У него жена в больнице, и только на вертолёте он успеет к рождению своего ребёнка.

Наоми, обдумав сказанное пилотом, отсканировала с ног до головы пришельца, остановила взгляд на зеркальном шлеме будущего папаши, убрала палец с курка и спрятала оружие в кобуру. Одобрительно кивнув, добавила:

– «Взлетаем!»

Пилот похлопал будущего отца семейства по плечу, спасённого от пули наёмницы, и спросил:

– Надеюсь, ты не обделался? Вряд ли рожающей жене захочется стирать твои штаны разом с пелёнками. Хи-хи… – юмор прикрыл страх пилота перед Наоми, хотя плебейские шутки её не цепляли.

Пассажир-здоровяк остался равнодушен к грубости кэпа. Он был спокоен и твёрд, ровно непробиваемая броня. Пугаться нацеленного на него оружия – не удел воина. На его лице сияла готовность сражаться в любой миг. Пилот кивнул в сторону биоробота Наоми и сказал армейцу:

– Кэп – серьёзная машина! – нервный смешок снова выдал его боязнь.

– Норма! Я ожидал подобную реакцию, не впервой, – верзила хлопнул пилота по плечу ручищей-кувалдой так, что его перекосило, и он мгновенно впечатался в своё кресло, – за штурвал.

Лопасти вертолёта подняли песчаный шторм, клубы пыли перекатывались, словно пенные волны. На высоте я вдруг осознал, что жизнь прекрасна. Земля открыла пейзаж до горизонта, которым я любовался через крохотное окно.

– Эй, говнюки! – раздался грубый голос Сэма. – Вы готовы позабавить нас предсмертной сказкой… ха-ха!

Сэм подтолкнул меня дулом в спину и, вальяжно переминаясь с ноги на ногу, почесал плотно набитое бургерами местной кухни, пузо.

Отшучиваясь, я отпрянул от упёртого в меня холодного ствола:

– Почему нет? Чем бы дитя… на чём я остановился?

Каменное лицо Наоми и её пустой холодный взгляд огорчили меня, и я в надежде, что она поймёт, продолжил рассказ.

Море, яхта…

Мы благополучно добрались к морю. Карлеоне по статусу нужно было провести ревизию частного транспортного судна до его отплытия. Чтобы на него попасть, он воспользовался собственной яхтой. Его доброжелательно поприветствовала малочисленная команда и рулевой:

– Капитан, вы быстро вернулись! Куда теперь? – штурман доверчивым взглядом прошёлся по Карлеоне (помните! – это Жур сейчас в его теле). Ожидая приказа, он спросил: – А эти с вами? – он указал на нас, сбившихся в овечье стадо, и пошутил: – Это случайно не свеженина? Не штампованное ли мясцо? – его лицо исказил злобный оскал, оголив через один гнилые зубы. За каждым словом, он сплёвывал в межзубные дыры.

– Закрой свою дырявую пасть. Услышу ещё раз вонь из неё, пару зубов точно оставишь на палубе, – завёлся Владимир.

Но Халид быстро утихомирил его кулаком по почке и громко крикнул:

– Карлеоне обещал прокатить нас с ветерком, так что прошу проявить уважение к гостям вашего шефа, – он поднял сжатый кулак «братания» и, повернув взгляд к рулевому, неприличным жестом уточнил, куда ему идти. Затем дружелюбно обхватил плечо Карлеоне (то бишь брата Жура) и спросил: – Правильно?! – выуживая одобрение в его глазах.

– Да! – выбухнул Жур, мгновенно вспомнив о своём новом теле и обязанностях. И, подхватив беседу с братом, заверил: – Это мои гости, прошу величать и здравствовать! – он выглядел более чем убедительно, приложив максимум актёрского мастерства. Затем посмотрел на братьев, извиняясь за то, что замешкался и слишком поздно сыграл роль барона. Теперь, припомнив вопросы штурмана, он, приподняв бровь, строго спросил: – Что за мясцо? Ты о чём?

– Простите, сеньор, виноват! Вырвалось. Никакого мяса. На борту только овощи и злаки! – он до чёртиков испугался, что ляпнул лишнее и, вытянувшись в струнку, отдал Карлеоне честь.

– Отличненько… – Карлеоне – Жур (и запомните, что настоящий главарь мафии отдал богу душу, чтобы я не уточнялся каждый раз), потирая ладони, оглянулся на нас, осознав в тот миг, что штурман явно что-то скрывает и, чтобы добиться правды, пора ему включить смекалку. А гости разбрелись по палубе с желанием приоткрыть завесу тайны, но ничего подозрительного не нашли.

Мотор взревел, и яхта рванула к транспортному судну на фоне дали. Бороздя морскую гладь, крутая блондинка оставляла позади пенный шлейф. Море под ней бурлило, словно студенческая жизнь, что навеяло мне воспоминания о Кате, которая много раз в мечтаниях рассказывала о нём. Как же она была права. О! Как прекрасно море! Цвет аквамарина не давал мне покоя, будто я снова утонул в синих глазах Наоми.

Время пролетело как миг. Шикарная скоростная яхта пришвартовалась рядом с сухогрузом. Грузовое судно впечатлило размерами. Яхта в сравнении была божьей коровкой на ухе коровы. Карлеоне распахнул дверь на мостик, а служивый при виде начальства рапортовал:

– Сеньор Дон Карлеоне, новая партия из Албании прибыла!

– Ок! Разберёмся… Свободен, – успокоил члена команды Карлеоне и небрежно, пару раз взмахнув кистью, указал на выход, чтобы он выметался.

Жур – наш брат, один из богов, был большой любитель покурить и расслабиться. Понаблюдав за новоиспечённым мафиози, я прошептал ему на ухо:

– Блин, откуда ты знаешь, как вёл бы себя Карлеоне? У меня от твоих мафиозных замашек мурашки по коже.

– Чувак, понятия не имею… – он скривился. – Я обожаю фильмы про мафию. Насмотрелся видать. Пора узнать, что этот гад – Карлеоне перевозит на сухогрузах. Идём, – проверим.

Мы догнали учителя и я, глядя ему в глаза, сказал что думаю о Журе:

– Айс, мне он нравится, когда неукуреный.

Наоми тоже оценила брата в новой ипостаси и, хохотнув, обратилась к Усамме:

– Халид, а ты молодчина, подыскал подходящее тело брату-наркоману. Хотя по мне уж лучше наркоман, чем преступник такого ранга.

Айс саркастично ухмыльнулся и, взвесив все за и против, сообщил:

– Мне тоже он симпатичен, но всё же появилось двоякое чувство. Хитрость и напористость – эти его новые черты помогут нам в дальнейшей борьбе. Хорошо, что он в нашей команде. Очень скоро вы увидите настоящего Жура.

Мы сошли с мостика и через коридор попали на корму, где находился лифт, чтобы попасть в грузовой отсек. Транспортное судно было забито контейнерами. Над палубой качался подвешенный на тросах грузовик, ожидая команду «майна». Вскоре и остальные, их было с дюжину, погрузили на платформу.

Машины плотно упаковали. Военные вместе с людьми в белых халатах покинули кабины и выстроились в шеренгу. Главный сделал шаг вперёд:

– Донни Карлеоне, всё готово к отплытию. Уладим дела? – в голосе прозвучали нотки дружелюбия.

Жур был холоден и в ответ пробурчал:

– Сколько? – Карлеоне всегда было жаль расставаться с деньгами.

– Не хочу показаться грубым, но хотелось бы увеличить сумму на двадцать пять процентов для покрытия форс-мажорных обстоятельств. Дело в том, что одна из чёрных дыр открылась в горном туннеле, и мы потеряли пару грузовиков. Пришлось собирать новое мясо.

– Документы! – Жур был краток, точно пробка от шампанского, во избежание подозрений относительно его личности.

– Вот! Держи! – сутулый очкарик в белом халате протянул папку с накладными и другими бумагами. – Ты в порядке? Какой-то ты неразговорчивый сегодня.