- -
- 100%
- +
Я вздохнула. После первого дня я не могла себя заставить переступить порог этого места, кишащего выродками и еще эти твари с черными глазами, как-будто мой кошмар стал явью.
– Завтра, – я поднялась с кровати и направилась в ванную, – я пойду туда завтра. – была ли это ложь, я сама не знала.
– Сегодня пятница, милая, – мама поправила складки на простыни, – я надеюсь до понедельника ты сделаешь правильные выводы.
Мама улыбнулся мне грустной, любящей улыбкой и от этого я почувствовала себя полной сволочью. И так было всегда. Не помню, чтобы она читала мне лекции и наставления. Меня никогда не наказывали, несмотря на мое поведение и, тем не менее, в конечном счете, я всегда делала так как говорила она.
Я остановилась у входа в ванную и облокотилась о стену прислонившись к ней головой.
– Мам, там одни серплы! Нас всегда учили ненавидеть их. Они заняли наше место, вытеснили нас из нашего же дома, решают наши судьбы. Да посмотри, весь город, весь мир поделен между нами. Эти уроды…
– Кейт, – мама встала с кровати и подошла ко мне, – мы должны научится существовать вместе. Без это у нас нет будущего.
Я вздрогнула, это звучало пугающе. Вдруг раздался звонок. Над телефоном появилось лицо Эрика, нетерпеливо хмурившего брови.
– Ответь ему, пожалуйста.
– Хорошо, – я подошла к кровати и оглянулась на маму, она послала мне улыбку и вышла из комнаты.
– Привет, Эрик, – ответила я приготовившись к длинной, грузовой речи.
– Только не говори, что ты заболела!
– Я заболела!
– Лгунья! – вскрикнул он. – Тебя выпрут из университета и всю оставшуюся жизнь ты будешь продавать газеты в маленькой лавке первого уровня.
– Давай без нравоучений, хорошо? Там кругом одни серплы, я просто не могу находиться там. Когда я захожу туда, у меня как-будто заканчивается кислород и…
– Кейт! – прервал он рассержено, – Что ты знаешь о них? То что нам всю жизнь вдалбливали в мозг?! Что тебе напевают по телику и радио. Нам промывают мозг, как стаду баранов. Я тоже раньше в это верил. Но не теперь!!!! – последнюю фразу он произнес особенно горячо. Они точно такие же люди…!
– Только чуть лучше! Это ты несешь бред, которым нас пичкают сами серплы!
– Нет, это ты несешь бред, которым нас пичкают люди! Кому-то эта позиция очень выгодна, ты никогда не задумываясь над этим? Мы одинаковые.
– Ты прекрасно знаешь, что одна из этих тварей сделала с Кейлом! – уже на крик перехожу я.
– Это был выбор Кейла и он прекрасно знал за что ему платили такие деньги. Он знал куда он шел! На месте того серпла мог быть кто угодно! Тюрьмы с людьми переполнены ублюдками, которые убивали, грабили и насиловали себе же подобных! Ты человек или зверь не зависимо от принадлежности и цвета кожи, роста и цвета глаз. Понимаешь?!
– Не понимаю, – я накрыла лицо ладонями, чтобы не закричать на него, – что с тобой случилось!? – я чувствовала словно меня предали.
– Я был такого же мнения о них, как и ты, до тех пор пока меня не столкнула с ними жизнь – лоб ко лбу. Так получилось, что то, что я ненавидел больше всего мне пришлось принять, погрузившись в их среду.
Эрик был старше нас с Кейлом на восемь лет. Вот уже три года как он закончил университет, в котором остался преподавать.
– Не суди о том о чем не имеешь представления! Скольких серплов ты знаешь лично? – произнес он.
– К счастью ни сколько!
– Так я и думал! – сказал Эрик будто у него в руках появился козырь, – А я, к счастью, много. И многими из этих знакомств я горжусь!
– Я тебя не узнаю!
– Я и сам себя не узнаю и жалею о том каким кретином я был, глотая все эти мифы об «ужасных и беспощадных куклах». Если бы я не знал, что помимо веселой группы тараканов в твоей голове есть еще и мозг, я бы даже не начинал с тобой этот разговор. Думай своей головой! Делай свои выводы! Живи своей жизнью, а не той, которую тебе навязали.
Мне так хотелось ответить ему что-нибудь едкое, но все аргументы вмиг закончились. Эрик, тот человек, которого я безмерно уважаю и всегда прислушиваюсь, но сейчас мой мозг и сердце отказывались идти вместе.
– Дай им шанс. Как только ты узнаешь их получше, ты поймешь, что вся эта история кажется темной и неправдоподобной.
Я молча смотрела на него, а он на меня. В горле ком стоял, не позволяя и звука произнести.
– Просто пообещай мне дать им шанс. Попробуй!
Я всегда выполняю свои обещания, а сейчас я не была уверенна в том, что я смогу это сделать.
– Я не могу тебе обещать, но я попробую, – мой голос прозвучал неуверенно и почти бесшумно.
– Кейт, жизнь идет вперед, ты не хуже меня знаешь как я любил Кейла, какая дружба связывала нас. Он был удивительным человеком и достоин того, чтобы о нем помнили! Помни его и живи дальше – это то чего бы он хотел. Глупо хоронить себя. Боль, которую ты чувствуешь сегодня превратиться в силу, которую ты почувствуешь завтра. И, пожалуйста, перестань жалеть себя!!
– Я не себя жалею, я…
– Умница, малыш, – его дурная привычка называть меня малыш, так же как и перебивать, вводила меня в бешенство, – тогда одевай свою тощую задницу в джинсы и через час будь на Луне.
– Я не…
– Да, – протянул он, – ты обещала попробовать! Я буду ждать тебя там в девять. И если ты не приедешь, мне придется провести весь вечер в одиночестве. Не подводи меня, пупсик!
Я зарычала, а Эрик засмеялся и быстро отключился. Это шантаж, наглый, откровенный шантаж. Я попыталась набрать его номер еще раз и еще раз, но он был не доступен.
На «Луне»… Когда-то я бы визжала от восторга собираясь туда, это было наше излюбленное место встречи и такое недостижимое. Было до того как погиб Кейл. Попасть туда было сложнее, чем на личную встречу с президентом. Похоже, Эрик старательно выживает призраков из моей головы, используя места, где мы любили бывать вместе. Есть я и эти места, но там не Кейла. Я, пока, не научилась жить без него.
За дверью послышался скрежет. Мама деликатно постучалась.
– Да, мам! – я уже знала, что она слышала весь разговор и скорее всего принимала в этом плане активное участие.
– Ты куда-то собираешься? – с надеждой спросила она.
– Можно подумать ты не знаешь?!
Она лукаво улыбнулась.
– Эрик встречается со мной на Луне через час. Но я еще не решила встречаюсь ли я с ним.
– Конечно встречаешься! – воскликнула мама улыбнувшись еще шире. Не помню, чтобы она так старательно меня выталкивала в подобные заведения. Обычно у меня уходили часы на то, чтобы добиться ее согласия.
Ее лицо светилось и улыбка украшала лицо намечая ямочки на щеках.
– Ты позволишь мне, – спросила она присаживаясь сзади. Ее пальцы нырнули в волосы и стали аккуратно отделить пряди.
– Хм, – мама удивленно посмотрела на длину волос, – мне кажется, за неделю твои волосы отрасли на несколько сантиметров.
Я посмотрела в зеркало. Волосы действительно спускались ниже плеч. Как это возможно?
– Наверное, это те восстанавливающие витамины, которое ты пьешь.
– Скорее всего, – произнесла я задумчиво, не признаваясь, что все препараты давно были смыты в канализацию.
Мама казалась такой счастливой и собирая мои волосы в прическу, она непрерывно щебетала, а я кивала в ответ, делая заинтересованный вид, хотя мои мысли были далеки отсюда. Я думала о Маркусе. Может ли он быть подобным мне, человечным. А если Эрик прав и они действительно такие как мы?!
– Ну вот! – вернул меня на землю мамин голос. – Ты такая красавица!
Я подняла глаза и посмотрела в зеркало. Мои глаза опять стали пронзительно голубыми и кожа снова обрела золотистый оттенок.
Я одела короткую черную юбку и тунику спускающуюся лепестками голубого пламени до середины бедра. Из-за худобы, в этой одежде, я казалась почти прозрачной. Мама еще раз поправила волнистые локоны и довольно кивнула. Посмотрим, что станет с этим шедевром после короткой поездки на флае. Именно его я выгуляю сегодня.
Схватив свою куртку я надела сапоги и мама в ужасе приоткрыла рот. Маленькая деталь в корне изменила образ незабудки.
– Нет, нет и нет. Кейт, только не эта куртка!
– Люблю тебя, мам, – я быстро поцеловала ее в щеку и направилась к выходу.
Флай послушно зарычал от легкого прикосновения к кнопке. Я нажала на газ и вылетела навстречу прохладному сумеречному ветру. Скорость и жажда драйва наполняли меня неописуемым чувством. Включив на полную громкость музыку, я летела вперед, под энергичный рев гитары и двигателя.
Постепенно ко мне пришла уверенность и я попробовала лавировать между глайдерами так, как это делал Кейл. Похоже на самоубийство, знаю, но именно это заставляло меня чувствовать себя живой, словно адреналин вытеснял все остальное: заполняя меня новыми ощущениями и жаждой скорости.
Дороги переплетались немыслимыми вензелями друг с другом, создавая узоры над ночным городом. Я вылетела на основную трассу, поднимающуюся спиралью вдоль всех пяти ярусов и уверенно помчалась вверх. Миновав ворота четвертого, я притормозила.
Впереди виднелась серебристая сфера «Луны», распространяя мягкое свечение по всей округе. Я нервничала, и это было то состояние, которое я ненавидела.
Въездом в паркинг служил один из кратеров в нижней части. Впереди выстроилась длинная очередь из флаев и глайдеров. Они в ожидании зависли над подсвеченной аркой, попеременно мигающими огнями.
Когда доходила очередь, на руку гостей наносился знак, видимый только парковочному автомату, забирающему и возвращающему авто. Затем, все выходили на узкий металлический мост и шли к капсулам лифтов, похожих на прозрачные коконы. Они бесшумно поднимались вверх, к главному входу. Это выглядело так, будто вдоль и поперек луны снуют обтекаемые спутники.
Каждый из посетителей оставит в «Луне» большую сумму денег. Это было самым дорогим заведением во всем Обливионе, без специального приглашения сюда попасть было невозможно. Где Эрик раздобыл их, я понятия не имела, но однозначно собиралась узнать. Раньше Кейл делал поддельные пропуска, за которые можно было угодить за решетку. Но нам везло, и мы не разу не попались.
Когда дошла моя очередь, я прислонила ладонь к боковому стеклу, напротив крогера, похожего на шарик ртути. Мигнула красная вспышка, по ладони растеклось тепло. Считывая мои мысли, двери распахнулись. В современных глайдерах, были кнопки, предполагающие механическое открытие дверей и других функций, на случай сбоя в системе, но обычно все действия контролировались посредством мысли, а если быть точнее посредством электрических импульсов мозга считываемых специальным устройством. Это было похоже на код, который несла в себе каждая из них.
Само собой, даже самые современные глайдеры имели очень ограниченный диапазон. Они могли воспринимать порядка двадцати элементарных команд. Остальное все еще приходилось делать вручную.
Получив номер, я оставила свой свой глайдер и вышла на мост. Внизу мерцал четвертый округ покрытый легкой дымкой. Вдалеке виднелись силуэты агрокомплексов, находящихся за пределами Обливиона. Огромные кубы имели сотни этажей. Новейшие технологии значительно ускоряли темпы роста и созревания овощей, снабжая целый город.
Внутри ферм была контролируемая температура, освещение, влажность и даже содержание углекислого газа. Снаружи эти кубы были ничем иным как огромной солнечной батареей.
Миновав мост я вошла внутрь. Здесь стояла плотная завеса из искусственного дыма. Вспышки прожекторов: золотисто-белые, оранжевые и розовые, мельтешили над танцполом. Из серебристых клубов дыма периодически возникали фигуры подростков одетых в разноцветные одежды – на их телах сверкал пот. Некоторые из них были практически голыми, щеголяя по клубу в экзотических нарядах: тонкие полоски ткани и резины; металлические сетки, похожие на древние кольчуги, не скрывавшие абсолютно ничего или модные сейчас кипенсы-комбинезоны из эластичного материала, на ощупь напоминающего кожу. Они были с принтами диких животных или просто диких людей, имитирующих красивое голое тело. Вроде бы ты одет, но выглядишь обнаженным – кроме чувства отвращения подобные модники у меня не вызывали ничего.
Музыка на «Луне» всегда была отличной, от которой просто улетаешь. Она громыхала так, что вместе в басами сотрясались все внутренности, девицы вскидывали кверху руки и крутили бедрами, их длинные локоны разлетались и разные стороны цепляя меня, пока я шла сквозь зал. Раньше мне казалось, что это мое воображение рисует передо мной странные картины, но теперь я знала наверняка, что могу чувствовать человеческую, бьющую через край жизненную энергию физически. Как мизерные электрические импульсы пробегающие сквозь тело. От кого то меньше, от кого то больше. Каждый человек имел свой индивидуальный, это можно сравнить с запахом или отпечатками пальцев.
В местах массового скопления людей ее было так много, что я не всегда выдерживала долгое время. Конечно, своими маленькими секретами я не делилась, после одной попытки намекнуть Кейлу я сдалась. Он подумал я шучу, но так даже лучше.
В следующее мгновение я замерла. Не могу сказать, что определенно заставило меня обернуться, но я почувствовала это затылком. Позади меня, в нескольких метрах, стояли те самые странные парни из университета. Я не могла спутать, у каждого из них, еще в тот раз, я заметила маленький знак на шее в виде буквы «V» и шрам над губой у того, что был меньше ростом. Я озадаченно смотрела на них, ощущая идущую от них опасность нутром.
Возможно, было глупо предполагать, что они следят за мой: я всего лишь семнадцатилетняя девчонка из третьего округа. Во мне не было ничего примечательного, за исключением того, что я с грандиозным успехом ломала всю электронику, даже не притрагиваясь к ней и чувствовала от людей импульсы электричества.
Вдруг на меня навалилась пьяная девица, цепляясь за мои руки влажными ладонями. Меня чуть не вырвало от запаха пота и алкоголя. Хуже серплов, могут быть только пьяные серплы. Я с отвращением отдернула руку и оттолкнула ее, отступая назад, я снова стала искать глазами тех странных парней. Что им нужно от меня?! Пробежав глазами по танцполу, останавливая взгляд на каждом лице, я увидела одного из них – он мелькнул и исчез в дымке.
Прожектора попеременно перемигивались, сменяя полную тьму и яркий свет. Я решительно ввинтилась в толпу случайно задев танцующую рядом пышнотелую блондинку в ярко розовом комбинезоне.
– Эй! Смотри куда прешь! – крикнула она и смерила меня раздраженным взглядом.
– Ой, прости, пожалуйста. – извинилась я и пошла дальше.
От духоты, громкой музыки и вспышек света начала кружиться голова.
Наконец, я заметила их. Двое брюнетов, одетые во все черное, остановились у той самой двери с надписью «посторонним вход воспрещен». Один из них повернулся. Заметив меня он ухмыльнулся, бегло сказал что-то второму и вынул из кармана маленький предмет. Тот, что был ближе ко входу, повернул ручку и оба скрылись за дверью.
Я быстро зашагала вперед, вырвавшись из конвульсирующей массы подростков. Кожу покалывало от напряжения, все зудело от липнувшей к телу одежды и волос. Добравшись до двери, я с нетерпением потянула ручку. Дверь приоткрылась, на мгновение мелькнули стулья поставленные один на другой, коробки сваленные на полу и полки заставленные бутылками и прочей всячиной. Я перевела дыхание, оглянулась назад: никто даже не заметит и шагнула внутрь.
Chapter four
The Dark Side of the Moon
– Кейт! – окликнул меня голос сзади. Я бросила взгляд внутрь темной комнаты, там, в полумраке мелькнула тень. Недовольно вздохнув, я захлопнула ее и повернулась. Знакомых в «Луне» было предостаточно, так что я не удивилась, когда услышала свое имя.
Из облаков цветного дыма вышел Маркус. Сейчас, он больше, чем когда бы то ни было походил на божество. Его плавные движения завораживали, роскошные синие глаза отражали огни прожекторов, волосы казались серебристыми и искорки света сверкали вокруг его головы, как ореол. Черная рубашка плотно облегала торс. На красивых запястьях блестели часы и черные браслеты. На его шее висел тонкий кожаный шнурок с подвеской в виде солнца и куском янтаря внутри.
Подходя ближе, он улыбнулся. Даже сквозь запахи дыма и пота, я почувствовала его аромат.
– Что ты здесь делаешь? – прищурил он глаза и покосился на дверь.
– Могу тебя спросить о том же, – опять съязвила я.
– Дело в том, что, эээ, – Маркус посмотрел на меня с легким прищуром, словно хотел, что-то сказать и передумал, – Эрик пригласил меня.
Я знала, что Эрик что-то задумал. Но такое!
– Как раз искала его, – ответила я и вздохнула оглядываясь на дверь.
– Здесь? – с сомнением в голосе спросил Маркус, – в кладовке? – голос Маркуса был едва различим среди общего шума, и он придвинулся ближе.
– Да. Он знаешь ли большой любитель кладовок! – сказала я на ходу, направляясь вглубь зала. И в этом была доля правды. Иногда вечеринки для Эрика заканчивались в подобных помещениях с очарованными им девушками.
Маркус поравнялся со мой и улыбнулся.
– Выглядишь убийственно, – произнес он почти мне на ухо, от чего я покрылась мурашками.
«Себя то видел» – пронеслось в голове и я сразу мысленно ущипнула себя.
Мы миновали танцполы и поднялись в оранжевую зону. Почему она называлась оранжевой оставалось загадкой. Здесь не было ничего одноименного цвета. Небольшие комнаты отведенные для отдыха располагались по правой стороне, слева были выходы на балконы, из которых открывался вид на танцполы и бар, здесь же стояли диваны и столы. Мы миновали шесть дверей, на каждой из которых был нанесен особый символ и остановились у седьмой.
Я зашла внутрь и как только глаза привыкли к полумраку, увидела Эрика в компании рыжеволосой красотки. Они сидели на белом диване, рядом друг с другом и держались за руки.
– Я думал ты заблудилась! – воскликнул Эрик вставая мне навстречу.
– Примерно так и было, – ответила я ощущая на себе взгляд Маркуса.
Эрик нежно взял девушку за руку и торжественно произнес:
– Познакомься! Это Эмма!
Я взглянула на нее и окаменела. Эмма была типичным серплом, без всяких сомнений. Янтарные большие глаза, копна огненно рыжих вьющиеся волос и тонкие черты овального лица. Ее кожа была светлой, почти белой, цвета сливок. из-под зеленого платья выглядывали длинные стройные ноги. Эрик упоминал ее, несколько раз. Кейл познакомил их незадолго до аварии, но ни один из них и словом не обмолвился о том, что она серпл.
Передо мной снова все закружилось, словно, как только я нащупывала твердь под ногами, ее тут же выбивали.
– Садись, – Эрик потянул меня за руку увлекая на диван.
Я осталась стоять, а Маркус присел напротив. Я почувствовала, как меня захлестывает ярость: в висках стучал пульс, горячий поток лавой заструился по венам. Он сидел в каком-то метре от меня. Из-под подвернутых рукавов рубашки виднелись его руки, с прорисованными под кожей мускулами и линией вен. Он глядел на меня в упор, изучающе, и мне даже показалось, что на его губах есть намек на улыбку. Он что смеется надо мной? В душе зародилось неприятное чувство. Стало гадко, от того, что Эрик так поступил со мной. Единственным желанием было испариться из этого места.
– Что с тобой? – Эрик заметил, что я неотрывно смотрела в одну точку, – на тебе лица нет! Расслабься, малыш. Ты ведь для этого пришла.
– Я думала у тебя более важная причина, притащить меня сюда.
– Так и есть, – невозмутимо ответил Эрик откидываясь назад на спинку дивана, – я хотел познакомить тебя с моей невестой.
– Невестой, – едва повторила я, внутри все похолодело. Не то чтобы это было мое дело, но она была всем серплам серпл!!
Боже! Мне кажется я потеряла равновесие и упала задом на диван. Я чувствую, что нахожусь на грани.
– Это неожиданно, – как можно спокойней произнесла я. Я вообще думала, что Эрик никогда не женится, а вот оно что, он, оказывается, был в очень, очень активном поиске совершенства. Еще раз посмотрев на нее я и вправду подумала, что она совершенна, настолько красивой была Эмма.
– Я подумала, что ты хочешь поговорить со мной, – приобретая способность говорить сказала я. Мои пальцы впивались в мягкую обшивку дивана.
– О чем ты?! – возмутился Эрик, – мне казалось мы обсудили это по телефону. Вытирать твои сопли я не собираюсь. Хочешь жалеть себя, вперед! Прошло почти пол года и, если честно, мне давно хочется выбить из тебя всю эту хрень.
На этом стоит остановиться. Я поднялась.
– Эмма, Маркус, – сухо сказала я, – приятно было с вами познакомиться, – конечно, мои слова прозвучали неубедительно, но это лучшее на что я была способна.
– Сядь! – холодно и по чужому произнес Эрик, словно отдавая приказ. Его слова зазвенели у меня в голове.
– Мне нужно идти, – почти прошипела я.
– В чем проблемы? – Эрик всплеснул руками.
– Проблемы?! – я гневно обвела его взглядом. – У меня одна проблема! Это серплы! И здесь их двое, по твоей милости!
Маркус посерел, до того ему не понравились мои слова. Неужели попался настолько тупой серпл, что с первого раза не понял.
Я неохотно взглянула на него, испытывая противоречивые чувства. Его синие глаза были сосредоточены на мне. Они контрастировали со светлыми волосами, его гладкой кожей, легким румянцем по всей линии скул. Я видела его красоту, причем, это была не только внешняя привлекательность. Его взгляд был особым, глубоким и добрым, и я чувствовала его импульсы ярче чем от других. Они обволакивали меня словно паутина, заставляя трепетать. Это ужасало меня.
Я сидела приоткрыв рот, чувствуя, что еще секунду и моя голова расколется пополам. Собравшись с силами, я произнесла.
– Так вы позвали меня вручить приглашение на свадьбу?
Эрик молчал, просто прожигал меня взглядом.
– Не могу поверить, люди и серплы – это не возможно…
– Кто это сказал? – раздраженно произнес Эрик.
– Я не знаю, – вопрос застал меня врасплох, – кто-то. Да это не важно!
– Это важно, потому что мир, в котором мы живем, совсем не такой, как нас учат. Мы не враги друг другу.
– Слушай, Эрик, если ты сходишь с ума, это твои проблемы. Она даже не человек!!
Эмма поперхнулась, у Маркуса вообще глаза на лоб полезли.
– А кто она?! – прорычал Эрик. Я первый раз видела его действительно злым.
– Серпл, – мой голос звучал как хруст сухих веток.
– Твой дед был черный и что с того?!
– Действительно, и что с того? – меня возмутило это замечание, мой дедушка, по отцовской линии, действительно имел африканские корни, от него мне достался бронзовый оттенок кожи.
– Люди бывают разные – черные, белые, азиаты и серплы тоже люди. Кто-то выдумал эту байку и старательно ей нас кормит.
– Может действительно вам стоит поговорить наедине, – произнесла Эмма тонким голосом, похожим на колокольчик. Неужто она и говорить умеет!
– Прости Кейт, я не хотела ранить твои чувства, после всего, что тебе пришлось пережить.
Она поцеловала Эрика и поднялась в попытке уйти, но Эрик крепко взял ее за руку.
– Ты останешься.
– Замечательно, – выплюнула я, – значит уйду я.
– Услышь меня, пожалуйста! Ты знаешь, ты нужна мне, твоя поддержка, понимание. Где та Кейт, которую я знаю: добрая, открытая и самоотверженная. Моя Кейт!!
Грусть сковала мое сердце.
– Не знаю где она. Та Кейт сгорела вместе с Кейлом.
Неловкая пауза длилась кажется вечность.
– Не думаю, что вам нужно мое благословение! Ты мой лучший друг и ты знаешь, как я люблю тебя, мне совсем не хочется наговорить тебе, – я задержала дыхание пытаясь произнести ее имя как можно мягче, – и Эмме гадостей, мне лучше уйти, правда.
– Уж если быть откровенным, то твое благословение мне бы не помешало, – Эрик широко улыбнулся, резко придвинулся ко мне и схватил меня в охапку. Я с трудом могла сделать вздох.
– Ты меня задушишь, – злобно прошипела я, – ты невоспитанная горилла. Я попыталась вырваться. Руки Эрика, напоминавшие ковши от экскаватора, сжали меня еще сильнее. Эмма испуганно вздохнула.
– Остановись, ты сломаешь ей что нибудь!
– Может она и кажется хрустальной, да только мало кто догадывается, что сделана она из гораздо более прочного материала, – он схватил мое лицо ладонями и поцеловал в губы.
– Идиот, – я скривилась, вытирая рот рукой, – от тебя мерадоном несет!
– Оставь ее, – вежливо, но требовательно попросил Маркус вставая.
Это еще сильнее разозлило меня. Защитники нашлись. Эрик засмеялся.
– Скажи им, малыш, кто был главным хулиганом и заводилой во всем округе? Кейт! Ее природа так задумала: нежную и хрупкую, словно фарфоровую статуэтку, чтобы вводить противников в заблуждение. – Да, Кейт?! – он растрепал мне волосы. Из груди вырвался рык, он знает, что я ненавижу когда трогают мои волосы! Вот это уже слишком.
– Не напрашивайся на неприятности, – проговорила я без тени шутливости и толкнула его острым локтем в бок. Он крякнул и засмеялся.