Идеальный
- -
- 100%
- +
– Привет, мелкая, – прикоснулся губами к моей щеке, – Скучала по мне?
– Где ты пропадал все эти две недели? – набросилась на него, – Трубку не берёшь, на мои сообщения вообще не отвечаешь, – замолчала на миг и продолжила, – Зачем приехал? Я, между прочим, обижена, – надув губки, как маленький ребенок отвернулась от него, скрестив руки.
Не успела нахмурить брови для вида, как перед моим носом появился букет роз. Вот зараза! Знает же, что я люблю розы. Быстро забыв о своей обиде, я выдернула его из рук Алана и, закрыв глаза, нюхала лепестки роз. Ммм, какой аромат.
– Прости, мелкая. В те недели у меня были сложные периоды. Сама знаешь, чем я занимаюсь в последние дни, – виновато промолвил он, – Я прощён? – с надеждой спросил он, смотря, как я втягиваю запах роз.
– Я не могу обижаться на тебя, Алан. Тебе это прекрасно известно, – в конце улыбнулась ему, – Спасибо за букет, – кивнула на них.
– Да пустяки, – махнул рукой, – Кто будет дарить тебе розы, если не я? – спросил гордым тоном.
– Алан, если ты ещё раз так скажешь, считай, что пришёл конец нашей дружбе, – шутливо сказала я.
– Ладно, – поднимает руки вверх, – понял. Давай прогуляемся, – уже опуская руки, предложил он, – Как смотришь на это? Я хочу провести время со своей очаровательной подругой и мне очень за эти две недели не хватило нашего общения. Ну что решила? Прогуляемся вместе? – спросил он, ожидая, мой ответ.
– А знаешь, я не против побыть в обществе с тобой. Куда едем? – поинтересовалась я.
– Да куда угодно. А куда бы ты хотела поехать? – задал встречный вопрос.
– Может в парк? – ничего не пришло в голову кроме этого.
– Я руками и ногами только за, – одобрил моё решение Алан, – Тогда поехали.
Алан открыл для меня передний дверь чёрного внедорожника и села на кожаное сидение. Парень, закрыв дверь сел за руль и завёл машину. Как только машина выехала на дорогу, Алан включил радио, а там играла наша любимая песня. Мы, подпевая песню, улыбались друг к другу и не заметили, как доехали до нужной нам точки.
Мы шли вместе по тротуару и говорили о разных вещах. Когда наши ноги онемели от пешего хода, мы сели на парапет фонтана. Неожиданно Алан брызнул в меня водой, и моя рубашка тут же впитала капли холодной воды, от чего я вздрогнула.
– Эй, так нечестно, – спрыгнула с парапета для того, чтобы ответить ему тем же.
Так мы продолжали плескать друг друга водой. Потом я уже вся дрожала и стучала зубами. Алан заметив это, непременно снял с себя ветровку и надел на меня. Поблагодарив его, я укуталась в неё. Благодаря ветровке, я окончательно согрелась, и рубашка тоже немного высохла. Алан сидел рядом на скамейке и. скрестив свои пальцы, задумчиво смотрел над собой.
Вы похожи друг на друга, как две капли воды, – промелькнула в голове слова Кэндис.
Я решила воспользоваться этим моментом, чтобы разглядеть Алана, как следует. Вынула из сумки телефон и, разблокировав экран, начала искать наше семейное фото. Фотографию я, к счастью, быстро отыскала и увеличила лица родителей на максимум. Подглядывая на Алана, я начала сравнивать его с родителями.
Чем больше я сравнивала, тем больше подвергала себя в шок. Самое ужасное было в том, что в чертах лица Алана было сходство с моими родителями. Его волосы, черты губ были моего отца, а чёрные глаза были моей мамы. Почему я раньше не замечала эти сходства с моими родителями?
– Почему ты так пялишься на меня? Неужто влюбилась в меня? – в шутку спрашивает он, смотря мне в глаза.
– Ты, наверное, сейчас будешь издеваться надо мной, но я всё – таки скажу, – томно вздохнув, серьёзным видом произнесла я, – Ты очень похож на моего отца. Только цвет глаз, как у мамы.
После моих слов, улыбка Алана незамедлительно скрылась с лица. Я думала, он сейчас будет смеяться и издеваться надо мной, говоря, что у меня вышла удачная шутка, но всё вышло не так, как я предполагала в начале. Наоборот, я заметила, как он еле заметно напрягся.
– Раз речь идёт о твоих родителях…, – встал со скамейки и стоя спиной ко мне, продолжил, – Я должен кое – что рассказать тебе, Вирджиния, – тут он повернулся ко мне, – Но сначала я хочу задать тебе вопрос. Что бы ты сделала, будь я твоим родным братом? Как ты приняла бы эту новость? – осыпал меня вопросами.
Я не ожидала от него такого вопроса и не знала, что ответить ему. Потому что я впервые оказывалась в такой ситуации. Алан смотрел на меня, ожидая моего ответа, но я молчала, словно в рот набрала воды. Не дождавшись от меня ни ответа, он отвернулся.
– Я и есть твой родной брат, мелкая, – вдруг прошептал он, – И не вини меня ни в чём. Я сам недавно узнал об этом.
Я и есть твой родной брат, мелкая. Как эхо прошлось в голове.
– Люди, которых я всё это время считал своими родителями, оказались не родными, мелкая. Ты бы знала, какого мне было, когда я узнал об этом. Из – за них я ни разу не видел своих настоящих родителей, которых уже нет в живых и в то же время тебя, сестрёнка, – он произнёс последнее почти с нежностью, но следующие слова были произнесены с гневом, – Из – за них я потерял свою настоящую семью. Из – за них я не мог быть рядом с тобой и стать опорой, когда наших родителей не стало. Мне, правда жаль, – внезапно всхлипнул он и тут же взял себя в руки, – Но я не могу винить их в этом. Барбара бесплодная и в этом нет её вины. Они не виноваты в том, что хотели иметь ребёнка. Я их понимаю. Но допустить такое. Я не знаю, что сказать.
– Они забрали тебя у родителей? – смогла выдавить из себя.
– Да, – повернулся ко мне, – Они давно хотели ребёнка, так как Барбара была бесплодной, как я ранее говорил. В день моего рождения они пришли в больницу. Генри предложил большую сумму денег одной медсестре, принимающую роду у нашей матери, взамен на новорождённого младенца. Знаешь, что сделала та бессердечная тварь? Она, отдав меня в руки Барбары, укатила куда-то, сквозь землю провалилась. Генри и Барбаре глубоко было глубоко плевать на то, что я являлся первым ребёнком в семье МакНейл. Они хотели ребенка и все, – смотря вдаль, он сказал и замолчал, – Ладно, забудем о минувшем. Не вернешь время вспять. Сейчас это не к месту.
Я уже плакала, не сдерживая своих солёных слёз. Ведь я после смерти родителей думала, что осталась совсем одна в своей семье. Ни брата, ни сестры. Задаваясь вопросом: «За что Судьба так поступила с нами? Разлучив нас друг от друга.»
Сейчас радует меня только одно, я теперь не одна. У меня есть брат, и он нашёл меня. Он был рядом всё это время. Мы не зная, что приходились братом и сестрой друг другу, сдружились.
– Иди в объятия своего потерянного брата, сестрёнка, – раскрыл руки в стороны, глаза были красными, хотя он улыбался.
Я с места кинулась на него, и Алан прижал меня к себе, при этом качая из стороны в сторону. И тут ДНК не нужно, чтобы быть уверенными нашему родству. Даже это объятие казался особенным. Алан выставил свой подбородок на мою голову, а я положила голову около его груди, при этом крепко обнимая его за торс. Его рука гладила мой затылок.
– Рад познакомиться с тобой, сестрёнка.
– Я тоже, – хихикаю ему в грудь, шмыгая носом. – Мы с тобой теперь семья? – спрашиваю у него, как маленькая девчонка, подняв голову.
– Конечно, – вытирает большим пальцем слёзы с моего лица, – Теперь ты не одна, сестрёнка. У тебя есть я, твой брат, который будет защищать тебя от всяких назойливых парней, – и вновь прижал к себе груди.
Машина плавно остановилась перед домом дяди. Левая рука Алана держала руль, а другая гладила мою щёку. Я смотрела на него совсем иначе. Алан Частер, которого я до этого момента считала своим другом, оказался моим потерянным братом ещё после рождения. Смотря на него, я внезапно вспомнила странные моменты в своей прошлой жизни.
Когда мне было двенадцать, я четко помню, что однажды сказала маме, что хочу брата или сестру. Она в тот момент резала помидор и замерла после моих слов. Я видела, как её лицо побледнела. После мама, вытерев руки о полотенце, ушла в свою комнату. Я, конечно же, пошла за ней.
Дверь была закрыта и я без шума открыла его. И там застала маму, лежащей в постели и тихо плачущей. Она что-то шептала под носом, громко всхлипывая. «Где же ты, мой мальчик?» были единственными словами, которые я смогла услышать от уст матери. Потом я молча закрыла дверь, так как в тот момент не знала, о ком она говорила.
Ещё один момент. Папа беспрерывно кого-то искал, и я в один день случайно услышала разговор родителей в кабинете отца. «Я найду его, Рэйчел, найду. И найду тех тварей, которые посмели отнять у нас сына. Они ответят перед законом. Наш сын жив. Я с уверенностью могу сказать. Поверь мне, любимая. Мне тоже нелегко, как и тебе. Я обещаю. Я их из – под земли их достану. Только для этого надо немного времени».
– Завтра мы не можем встретиться, мелкая, – возвращает в реальность голос брата.
– Почему? – тут же спросила у него.
– Надо переделать документы заново. Я решил изменить свою фамилию на МакНейл, – сказал Алан, смотря на меня.
– Правда? – глаза мои загорелись.
– Конечно, правда. Мы же ведь одна семья, забыла? – щелкнул пальцем кончик носа, – Алан МакНейл, – попробовал на слух, – Как тебе?
Я, улыбаясь, показала ему большой палец. Алан наклонился в мою сторону и чмокнул щёку, не отбираю правую руку с моего лица. Он хотел уже отстраниться от меня, но я, воспользовавшись моментом, обвила руками его шею и тоже чмокнула в щёку.
– Спокойной ночи, сестрёнка, – провёл рукой по моим волосам.
– Спокойной ночи, брат, – вышла из машины.
Глава 10
Вот прошло несколько дней, как мы набираемся много опытов в компании Morgan Stanley, что я даже сбилась со счёта. Мы с Кэндис с любыми поручениями отлично справлялись. Наше с ней отношение помаленьку росло к наибольшему, то есть к дружбе. Мы с ней за эти несколько дней успели стать лучшими подругами, хоть я здесь на время.
Если сказать о моих однокурсницах, то как я узнала, что у Джесс и Хейзел служебный роман с руководителями. Не понимаю, зачем они сюда пришли. Набираться опыта или же мутить с сотрудниками этой компании? Вовсе не понимаю их, вот честное слово.
С мистером Шерман мы виделись почти каждый божий день. Он временами заходил к нам «в гости» перед перерывом на обед и всякий раз интересовался у меня, как продвигаются мои дела в практике, что смущало иногда. Он помогал мне с кое-какими делами, когда Кэндиса не бывала в кабинете, и объяснял мне некоторые детали, которых я вовсе не была осведомлена.
А мое сердце почему-то билось быстрее с пребыванием этого мужчины вблизи. Я не могла управлять им. Сердцем. И тело бросало в жар, когда он находился совсем близко ко мне. И исходящий от него запах сводила меня с ума, что слегка крышу снесло. Я всё ещё не могу понять эти чувства, которые появляются при виде Райана.
Я с умом понимала, что такая реакция моего тела на него значит только одно. Это именно то чувство, от которого я остерегаюсь уже, как три года. Не хочется попадать в одни и те же грабли. Не хочется вновь испытывать раздирающую изнутри боль.
Ко всему этому сегодня знаменательный день для меня. В этот злополучный день я лишилась моих родителей в крушении самолета. Если бы не мое день рождение в этот самый день, этого возможно не случилось б.
Родители были на командировке в столице. Они хотели с первым же рейсом попасть в Нью – Йорк, чтобы успеть поздравить меня ровно в полночь. Это было нашей семейной традицией, к слову они так баловали меня с ранних лет.
На каждое мое день рождение они будили меня в полночь и, держа в руках испеченный мамой вкусный торт, просили задуть горящие свечи, при этом загадав желание. Потом вручали мне дорогостоящие подарки, за что в благодарность целовала каждого в щеки и крепко обнимала обоих.
Я хотела бы остаться дома, сославшись на это, но работу никто не отменял. Личная жизнь не должна влиять на работу, так учил меня папа. Он научил меня еще маленькой быть ответственной к своей работе. Папа с мамой «готовили» меня к большой жизни с раннего возраста, будто знали, что оставят меня в этом мире одну.
Если бы не они, я не знала бы, как жить в этом мире, который казался мне таким бесчеловечным и одновременно несправедливым. Сперва предательства лучшей подруги, парня, который разбил мне сердце жестоким путем, внезапная погибель родителей, исчезновение Лари и появление брата, которого забрали ещё младенцем. Это было невыносимо для меня. Разочароваться в лучшей подруге, быть использованной парнем, остаться совсем одна в семье, потерять лохматого друга и не знать о брате почти двадцать лет.
Я тихими шагами вошла в кабинет и села на свой рабочий стол. Первым делом включила компьютер и открыла папку с документами, лежащую на краю стола, и принялась за работу. Спустя некоторое время дверь в помещение открылась и вошла Кэндис с сияющей от счастья улыбкой на лице. Я уткнулась в монитор компьютера.
– Привет! – пропела она радостным голосом, положив сумку от Prada на свой же стол.
– Привет, – почти тихо отозвалась я.
– Почему с утра такие грустные? – наклонилась ко мне, заглядывая в мое лицо. – Ведь день только начался. Ну же, улыбнись, – потрепала обе щеки.
– Сегодня не тот день, чтобы быть в таком настроении, – говорю, игнорируя ее руки на своем лице. – Прости.
– Что с тобой с утра, милая? Ты какая-то безжизненная сегодня, – сказала она, вновь заглядывая мне в глаза.
– Сегодня день смерти моих родителей, – сказала осевшим голосом.
– Ох, прости, – тут же извинилась она, искренне сожалея о содеянном. – Я, правда, не знала. Прости, прости, – начало повторять она раз за разом.
– Ничего страшного. Ты же не знала, – успокаивающе прошептала я, гладя её руку, – Так что не надо просить прощения, Кэн.
– Мне стыдно за своё поведение, – не унималась она. – Если бы я только знала.
– Все в порядке, – как-то выдавливаю из себя слабую улыбку. – Можешь работать, не обращая на меня внимания.
– Ещё раз прости, – ушла к своему рабочему столу.
– Кстати, я хотела отпроситься у тебя после обеда.
– Ты хочешь сходить к ним? – понимающе спрашивает она.
– Да.
– Можешь не отпрашиваться по этому поводу. Я и без него отпустила бы тебя.
– Спасибо.
Глава 11
– Ваше кофе, – секретарша наклонилась так, чтобы шефу было видно внутрь её декольте.
Но Райан даже не поднял голову с бумаг, а просто сказал безразличным тоном:
– Спасибо, Сара. Можешь идти.
Блондинка, недовольным видом взглянув на него, покинула кабинет, при этом громко поцокав каблуками.
Вот уже год она не может обратить на себе внимание Райана Шермана и это бесило её. Она делала всё, чтобы он заметил ее. Она даже изменила цвет волос и стала носить откровенный дресс-код, которые едва прикрывали грудь и бедра. Но все было коту под хвост. Райан по – прежнему ничего не замечал, даже не удостаивал девушку вниманием.
Тем временем Райан, выпив кофе до дна, встал с кожаного кресла и направился на выход. Как обычно, мужчина решил нанести Кэндису свой почтенный визит перед перерывом обеда, чтобы хоть раз в день увидеть одну особу.
Райан уже стоя перед дверью кабинета Кэндис, нервно поправил галстук и оглянул себя с ног до головы, проверяя ничего ли не помято. Каждый раз перед входом в этот самый кабинет, он делал так.
Мужчина естественно хотел выглядеть безупречным на глазах Вирджинии и, конечно же, добиться ее внимания. Он находил время видеться с ней в ее рабочее время, хоть работа у него завалом. Свободного времени практически не было. Но не увидеть ее всего раз в день, он не мог. Не мог позволить себе. И сейчас тоже не смог.
Впервые он оказывался в таком положении за свои тридцать четыре года. Никогда в жизни он так не волновался перед встречей с девушкой. Никогда не волновал его внешний вид, так как знал, что он безупречен во всем, во что он ни был одет. Женские вздохи в его сторону говорили об этом.
Мужская рука легла на ручку двери, бесшумно открывая ее. Райан, прочистив горло, как всегда с вежливой улыбкой на лице зашел в кабинет. Стоило оказаться ему оказаться внутри, не застал на рабочем месте свою Ненаглядную.
– Она у меня отпросилась, – выдала Кэндис, будто прочитав его мысли.
Кэндис была наблюдательной девушкой. Сразу поняла, что к чему, когда под ее руководство дали только Вирджинию МакНейл. Ведь вначале им, сотрудникам компании дали право на выбор ассистенток. Вирджинию сразу выбрали два экономиста под свои руководства. Видеть, как Райан Шерман стиснул зубы, при озвучивании выбора парней было то еще зрелище. Но шеф обманным заставил их выбрать других кандидаток на ее место. А Вирджинию доверил Кэндис.
– Куда? – единственное слово сказал.
– В Грин-Вуд*. – коротко отвечает она.
– В Грин-Вуд? – удивился мужчина. – Зачем?
– Сегодня день кончины ее родителей.
– Понятно, – быстро покинул кабинет.
Оказавшись в своем кабинете, Райан без всякого замедления снял со спинки кожаного кресла темно – синий пиджак и направился к двери, надевая его на плечи. Когда он вышел из кабинета, секретарша тут же обратила на него внимания, подняв голову с монитора компьютера.
– Сара, отмени сегодняшнее совещание, – приказал он, не удостоив её даже вниманием.
– Но это же важное совещание, – высказала свое возмущение на неожиданное поручение шефа блондинка.
– Мне плевать. У меня появились дела куда поважнее, – сверкнул на неё холодным взглядом.
Ничего не может быть важнее моей девочки. Моей Вирджинии. Если хочу завоевать ее доверие и сердце, я должен быть там, где она нуждается в мужском плече и поддержке.
– Хо-хорошо, – заикаясь, проговорила она и уткнулась в монитор, чтобы избежать от его взгляда.
Райан быстрыми шагами вышел из просторного вестибюля на выход, где его у машины ожидал Айзек, который при виде босса сразу же распахнул заднюю дверь и покорно ждал, когда Райан нырнет в салон.
– Куда ехать? – спросил водитель, усевшись за руль.
– В Грин-Вуд, – ответил Райан, смотря на тонированное окно темной машины.
Айзек удивлённо взглянул на него через овальное зеркало, но не вымолвил ни слово. Он, кивнув самому себе, выехал на дорогу и ехал в нужное ему направление.
Райан подперев кулаком подбородок, глубоко задумался. Беспокойство в его сердце, не вызвано ли из – за этого. Ведь с первой же встречи он почувствовал душевную близость с Вирджинией. А нахождение на кладбище непременно вызывает чувство боли.
Черная машина плавно притормозила перед каменными воротами кладбища в неоготическом стиле. Айзек, сняв с груди ремень безопасности, вышел с машины, чтобы открыть заднюю дверь для шефа. Наступив туфлями землю, Райан поправил пиджак на себе.
– Нет нужды за мной идти, – бросил за спиной мужчина парню, войдя с вороты в кладбище.
– Понял, – только произнес парень.
Райан шел по широким асфальтированным дорожкам, от которых отходили зеленые тропинки. В кладбище было много деревьев, холмов и мягкая зелёная трава. По сторонам дорожек стояли безмолвные камни и памятники. Надгробия стояли на подстриженной траве среди деревьев.
Мужчина прошел мимо деревьев, образовавших красивую арку, склепов в склоне горы и беседок вдоль тропинок. Затем прошел мимо статуи Молящегося Младенца.
Он поднялся на высокий холм и увидел внизу озеро, а у озера были расположены богатые склепы из белого мрамора. Это место в Нью – Йорке известно тем, что самые богатые представители желали построить себе склепы прямо у воды, чтоб всю вечность наслаждаться красивыми отражениями в глади пруда.
Чуть подальше этих склепов были расположены единственные две могилы, у которых на коленях сидела девушка в черном одеянии и двумя руками гладила каждую из них. Плечи девушки то опускались, то поднимались и спина слегка дрожала. Райан заметил это даже за такое расстояние.
Райан тихими шагами спустился вниз по холму и преодолел это приличное расстояние между ними. Встав за спиной девушки, мужчина прошелся глазами по надписям на двух мраморов. «Кристиан МакНейл (18.06.1968 – 15.03.2016)» и «Рэйчел МакНейл (02.09.1969 – 15.03.2016)».
Его сердце сжалось от боли. Если бы не крушение самолета или не потеря управления, она не потеряла бы их одновременно. Он тоже потерял родителей, но в разное время. Мать скончалась после его рождения, а отец его покинул этот мир из – за рака три года назад.
– … Мы встретились с ним год назад, и… – громкий всхлип, – и он помог мне. Я вам говорила о нём в прошлом году, но тогда я не знала, что он мой потерянный брат. Пап, – поворачивает голову в его могилу и нежно гладит мрамор, – он так похож на тебя. Вы бы увиделись с ним, будь вы со мной рядом, – заплакала навзрыд, скользя ладонями по мраморам вниз.
Не выдержав от плача девушки, Райан сел на корточки рядом с ней и долго пристально смотрел на неё. В конце решил напомнить о себе девушке.
– Должно быть безмерно ужасно, потерять тех, кого сильно любишь, – тихо произнес мужчина, взглядывая на её заплаканное лицо, – В одну секунду, в одно мгновение, – продолжил он, осторожно кладя ладонь на плечо девушки.
– Они навеки ушли, – сказала она, еще раз всхлипывая, – и нельзя ничего сделать, чтобы это изменить или вернуть их, – начала рыдать в голос, не сдерживая новый поток слёз.
– Иди ко мне, – прошептал он, притягивая её за плечи к себе в свои объятия, а она продолжала рыдать, положив голову ему в плечо.
Бедная ты моя девочка. Ты столько всего пережила. Одна, – подумал он, гладя её волосы, – Благодарю вас за такое прекрасное создание, миссис Рэйчел, – взглянул на мрамор, написанный именем матери девушки, – Она больше не будет одна, мистер Кристиан. – перевел взгляд на соседнего надгробия. – Я вам обещаю. Я буду с ней рядом. Всегда.
Он обнимал девушку, успокаивающе гладя её спину, а одной рукой проводила по волосам. Дрожащие руки девушки пробрались на шею мужчины и обвили его. Она потерлась лбом о его пиджак, тихо всхлипывая. Мужчина аккуратно сел на зеленый газон и усадил девушку к себе на колени, продолжая гладить её спину и волосы.
– Мне так не хватает их, – прошептала она ему в шею, обдав то же место жаром.
– Знаю, милая, знаю, – тоже прошептал он, коснувшись губами её виска.
– Чувствую себе одинокой, – продолжает она, покрепче обняв Райана за шею.
– Ты не одна, – не согласился с девушкой Райан, – У тебя есть брат…, – тут же сказал он. – И я, – тихо добавил он.
____________________________________________________________________________
Грин – Вуд – элитное кладбище в Бруклине, Нью – Йорк
Глава 12
Айзек, ждавший своего босса у машины, искренне удивился, при виде мистера Шерман шедшего под руку с мисс Вирджинией перед воротами. Вид девушки говорил все за себя. Опухшие красные глаза, пылающие огнем щеки и высохшие слезы на лице.
Ради этой девушки, босс отменил важное совещание? Такое у него впервые. Значит ли это… то, о чем я думаю?
Парень опомнившись, схватился за ручку дверца и распахнул ее перед мужчиной, обнимающего девушку за талию. Райан, кивнув ему, сперва помог девушке сесть, затем сам сел в салон. Бесшумно закрыв за ними дверь, парень сел за руль, и машина тронулась с места.
Тем временем Райан с заднего кармана водительского сидения достал пачку влажных салфеток и вынул одну салфетку. Повернулся сидящей рядом девушке и поднял руку, чтобы стереть черные следы от туши с ее лица, появившиеся от плача. Но девушка мягко забрала с его руки влажные материал.
– Я сама, – тихо сказала девушка. – Еще раз извините, – кивает на черное пятно, оставшееся на его белоснежной рубашке.
– Ничего страшного.
Мужчина и девушка сидели в уютном кофейне, и пили ароматное кофе. Райан не сводил своих серых глаз от девушки, так как она сидела напротив него. А девушка в свою очередь не поднимала голову, смотря на чашку кофе. Но внутренне чувствовала его пристальный взгляд на себе и боялась встретиться с этим взглядом и потеряться в них.
– В смерти родителей я виню себя, – вдруг начала девушка.
– Почему же? – поддержал разговор, искренно интересуясь.
– Если бы не мое день рождение, этого не случилось бы, – тихо прошептала Джина, уткнувшись в чашку.
– Оно сегодня? – чуть подался вперед.
– Нет, – качает голову. – Завтра. Я его не праздную, – тут же добавила девушка.
– В чем твоя вина? – спросил Райан, желая услышать от нее самой известное ему сведение.
– Простите, я думаю, что вас… – будто опомнившись, начала девушка.
– Тебя, – резко перебил её мужчина, при этом нахмурив брови.
– Что? – не понимающим взглядом выгнула брови шатёнка и уставилась на него.
– Предлагаю опустить формальности, учитывая сегодняшний случай, – на полном серьезе говорит мужчина. – Обращайся ко мне на «ты», когда мы с тобой наедине.