Библиотекарь государя 4. Империя

Глава 5

Так.

С двумя проблемами, по крайней мере на сегодняшний день, я уже разобрался. С Варей поговорил и немного успокоил её. С Викторией… дела обстояли хуже, но, тем не менее, покамест не требовалось ничего предпринимать на этот счёт.

Но, пока встреча с дедом Амосовой не состоится, надо разобраться с последней, с самой серьёзной проблемой.

С учителем.

Я бесцеремонно ворвался в женскую раздевалку и обнаружил на скамейке Екатерину с Анной. Герцен плакала. Она склонила свою голову на колени Екатерины, а та в свою очередь гладила беднягу по голове.

– Андрей? – произнесла Екатерина, увидев меня.

– Привет. – я немного запыхался, и потому тоже присел. Напротив них. – Рассказывайте, чего случилось.

Герцен приподнялась. Я сразу обратил внимание на её заплаканное лицо. Веки набухли, а худенькие щёки обдало краснотой. Подбородок трясся.

– Он позвонил мне…и… – голос Анны звучал очень неустойчиво и, казалось, что в любой момент он может сорваться на плачь. – И…

– Не перетруждайся, дорогая. – произнесла Екатерина. Она снова начала гладить Анну по голове. Продолжила за неё. – В общем, ей позвонил учитель и заявил, что если она сегодня вечером вернётся к нему домой, то он, так уж и быть, не станет делать ничего плохого. Как бы, дал Анне “второй шанс”. Ну а если она не придёт…

– То что?

– Сказал, что я буду жалеть об этом до конца своих дней… – сказала Анна и тут же смолкла, прикрыв лицо руками.

– А никакой конкретики не было? – поинтересовался я.

Екатерина покрутила головой.

– То есть, он обошёлся одними угрозами…?

– Ага.

– Я понял. А…было ещё что-то важное?

Екатерина с сожалением во взгляде посмотрела на Анну.

– Это сейчас – самое важное.

– Хорошо. Значит, вот как поступим… – я привстал со скамейки и подошёл к двери. Прислонился к ней спиной. – Естественно, никуда, кроме нашего поместья, ни сегодня, ни завтра, ни через неделю, Анна не поедет.

Герцен потёрла глаза и бросила на меня тяжёлый, полный недежд, взгляд.

– Но ведь это будет означать, что он станет что-то предпринимать. – резонно заметила Екатерина.

– Конечно, станет. Я в этом почти уверен. Но… я не допущу того, чтобы это возымело хоть какой-то негативный эффект для Анны.

– Как?

– Придётся очень постараться, но у меня уже есть кое-какие идеи.

– И ты, естественно, ими не поделишься? – чуть нахмурилась Екатерина.

– В яблочко, дорогая. – улыбнулся. – Но это не из вредности. Просто не вижу смысла распространяться о чём-то, пока это всего лишь слова.

– Да ты как обычно. Ладно… Тогда мы с Анной уйдем с последней пары и поедем домой. Если что, держи нас в курсе.

– Домой…? – почти детским голосом спросила Анна. – Но я… я в порядке. Необязательно пропускать из-за этого занятия.

– От одного раза ничего не случится, не переживай.

– Екатерина права. – подтвердил я. – Лучше всего сейчас будет посидеть дома под защитой моих парней. И лишний раз не высовываться.

– Хорошо… – сдалась Анна и стала собирать свои вещи.

В коридоре я сказал Екатерине, чтобы она проследила за Анной. Я опасался того, что Герцен, всё-таки, сбежит к своему учителю, мотивируя это тем, чтобы не навредить остальным.

– Постараюсь. – ответила Екатерина и обняла меня на прощание.

– Спасибо за помощь.

Проводив девушек до машины и убедившись, что всё в порядке, я вернулся в академию. Но, к сожалению или к счастью, не для того, чтобы учиться. У меня оставался всего один шанс, чтобы разыграть свой главный козырь. И этой возможности нельзя было упустить.

А на данный момент моим единственным преимуществом было то, что я имел контакт с Игнатом. С человекой, чей дядя был лучшим другом учителя. И об этом, пока что, никто не знал.

Так как Игнат учился с нами в одной группе, но ни на одном из занятий я так его и не встретил, это могло означать лишь одно – сегодня он пил.

Причём, с вероятность в девяносто девять процентов.

Подобным людям только повод дай, они сразу схватятся за бутылку. А тут повод нарисовался просто прекрасный – расставание с девушкой. Причём не просто с девушкой, а с той, кого он должен был охмурить по поручению дяди.

Я позвонил Игнату. Он далеко не сразу поднял трубку, но, всё же, сделал это.

– Алло. Игнат?

– Олло… – заплетающимся языком проговорил он.

“Было очевидно…”

– Привет. Это Андрей звонит. Узнал?

– А-н-д-р-е-й… – Игнат посмаковал моё имя, будто это закусь к его текиле. – А! Андрей…! Воронцов? Ты щас где?

– Я в академии. А ты где потерялся?

– Да я… дома сегодня остался. Сижу тут, в баре, горе запиваю… приедешь?

– Без проблем.

– Ура-а! У меня появится собутыльник. Какое счастье привалило. Буду ждать!

– Тогда подъеду минут через пятнадцать.

К сожалению, на сегодня Варю придётся оставить на Ивана. У меня теперь проблемы поважнее… написав брату сообщение, что появились неотложные дела, пошёл к парковке. Запряг своего бронированного коня и поехал к поместью Блестящих. Благо, что оно находилось довольно близко.

Во всей готовящейся авантюре было немало опасных мест. Но самое неприятное произойдёт в том случае, если я пересекусь с учителем…

Тогда – всему однозначно придёт конец.

Но, если не рискну, тогда Анне точно не отвертеться от тюрьмы. И это при самом лучшем раскладе. У подобных ублюдков в запасе обязательно припасено что-то и похуже…

“А в чём, собственно, состоит сам план?” – может возникнуть вопрос. Но ответ на него появится чуть позже, когда до этого дойдёт дело.

А пока…

Пока я заезжаю на территорию поместья Блестящих и очень надеюсь не встретить финального босса.

“Фхух. Пронесло…”

Я выдохнул, когда увидел Игната, стоящего рядом с воротами, что огораживают парковку от чужих глаз. Он помахал мне и с помощью нажатия кнопки на специальном пульте открыл для меня проезд.

Припарковав машину как можно ближе к началу, чтобы в случае чего максимально оперативно смотаться отсюда, поднялся к Игнату.

Хотя в глазах его отчётливо проглядывался хмельной блеск, он всё ещё оставался в довольно адекватном состоянии. Думаю, он выпил не больше, чем полбутылки. Мы поднялись в лифте на этаж с его собственным баром, и сели возле барной стойки.

Я то и дело оглядывался по сторонам, чтобы в случае чего заранее заметить приближение врага. Но его было не видать. На всякий случай спросил:

– Ты здесь один?

– Да. В поместье кроме прислуги никого нет. Дядя и остальные только вечером вернутся.

“Обнадёживает”.

– Ну, рассказывай. Какое горе ты тут запиваешь? – я облокотился о барную стойку и устремил взгляд на Игната. Тот разливал по стаканам бутылку свежеоткрытого рома. “Ага, значит, всё-таки, целую уже выпил…”

– А ты разве ещё не знаешь?

– Ну, мало ли что. Я гадать не люблю, хотел бы услышать это из твоих уст.

– Варя меня бросила… – с досадой произнёс Игнат и, как только закончил наливать, тут же отхлебнул из стакана.

– Бросила? Почему? – я, как мог, постарался изобразить удивление.

– Короче… – Игнат закинул в рот ломтик копчёной колбаски. – Ты же помнишь Викторию?

– Ту самую, с розовыми волосами?

– Угу, её. Ну и… когда ты уехал, сразу следом пришла она. Хотя, об этом ты знаешь.

– Да, ты рассказывал мне. Что неожиданно проснулся, и тут… как понимаю, об этом узнала Варя?

– Угу… – Игнат снова отхлебнул рома. – Причём… самым тупым способом.

– Нашла у тебя на кровати чужие трусики?

– Хех. – вяло усмехнулся Игнат. – Если бы. Она ведь у меня дома даже ни разу не была. Нет. Не из-за этого она узнала. Просто… эта дура зачем-то сфотала нас и выложила в интернет. Ну а там… там уже было дело времени.

– Мде-е, дружище, так тупо спалиться… – я ради приличия слегка промочил горло и тут же закусил, чтобы не захмелеть.

– Во-во. Обидно до жути…

– И что теперь будешь делать?

– Пить. – как само собой разумеещееся произнёс Игнат.

– Ну это мне сразу понятно стало. А с Варей?

– Попытаюсь, конечно, как-то извиниться… может, придумать убедительную отмазку… но не уверен, что поможет.

– Правильно думаешь. Девшуки такое неохотно прощают. Тем более, если доказательства почти на лицо.

– А может ты с ней поговоришь? Ну… вы же друзья. Тебе она должна поверить. А? – Игнат с надеждой посмотрел на меня, но уже через секунду снова переключился на бутылку.

– Могу попробовать, но ничего не обещаю. А вообще… зачем она тебе?

– В смысле? Не понял.

– Варя. Зачем тебе Варя? Я же, как погляжу, ты к ней сильных чувств не питаешь. Тогда зачем так стараться и убиваться из-за расставания?

– Хм… – задумался Игнат. – Ну почему же не питаю чувств… питаю… у меня там уже планы…всякие…были. Да и… хм… дядю ещё расстраивать не хочу. Он так… хотел, чтобы я, наконец, образумился. Завёл крепкие отношения, и всё вот это.

– Так это можно и с другой девушкой попробовать, не? На Варе же свет клином не сошёлся. Да и после такого вряд ли что-то “крепкое” получится. Не думал?

Игнат нахмурился и опустошил кружку.

– Андрей, ты сам в неё, что ли, втюрился? И теперь подговариваешь меня к окончательному разрыву…?

– У меня уже есть девушка. И у нас скоро свадьба.

– Ну так это не помеха… – Блестящий глядел на меня с подозрением.

– Херню несёшь. Варя моя подруга. И если бы я хотел завести с ней какие-то отношения, то сделал бы это уже давно. – чуть повысив голос, ответил я.

– Ну да. Ты прав… чёт у меня мозги уже поплыли, видимо… извини.

– Да не страшно. Слушай… – я покрутил в руке телефон. – У меня чёт связь пропала. Не дашь свой телефон, чтобы позвонить?

– Телефон… да, держи. – Игнат порылся у себя в карманах и дал мне смартфон самой последней версии. Я взял его и отошёл в туалет, якобы, позвонить.

На деле же, как только закрыл за собой дверь, то через флешку начал устанавливать на него специальную программу.

На днях я заглянул в секретное местечко Фёдора, откуда он следит за поместьем и хранит все свои приспособления, и увидел там много, так скажем, шпионских предметов. Когда вернулся домой после “спасения” Ивана, то снова заглянул туда. Фёдор провёл мне целую экскурсию, рассказал, что и как работает, и я прихватил несколько полезных штук, что должны пригодиться в дальнейшем.

Одной из таких была вирусная программа, которая устанавливалась на телефон через внешний носитель, и чуть позже, когда человек звонил по этому телефону, то программа “запоминала” голос звонившего и по итогу могла воспроизвести его с другого устройства.

Установив программу, я вышел из туалета и вернул телефон Игнату. Он ничего не заподозрил. Теперь оставалось только дождаться того момента, когда ему кто-нибудь позвонит. Ну, или он сам кому-то позвонит. Не суть важно.

Я продолжал общаться с Игнатом, наблюдая за тем, как его состояние постепенно переходит из категории адекватного человека, в категорию ничего не соображающего овоща. И это было мне на руку.

Моей целью было споить Игната, а самому при этом остаться трезвым.

– А расскажи поподробнее о Виктории. Как она вообще в этом плане?

Когда переменили тему на эту, Игнат тут же приободрился.

– Ох… это просто атас. Я настолько резвых девчонок давно не встречал. Она вытворяла такие кульбиты, что… в общем, умеет, умеет… и это в таком юном возрасте.

Так-так-так.

Что-то тут не сходится.

Показания самого Игната и то, что рассказала мне Виктория – чуть ли не противоположные.

И, в принципе, дело привычное. Парни часто приукрашивают свои половые приключения. Только вот… они делают это с той целью, чтобы выставить в выгодном свете именно себя. Показать, что именно они – умеют и могут, а не наоборот. Если их не впечатлила девушка – то они без проблем это признают.

Но Игнат поступал по другому. Он расхваливал Викторию, забывая о себе.

Это заставило меня серьёзно задуматься.

Если учитывать то, что по словам Виктории, “всё закончилось за минуту”, можно сделать вывод, что в реальности так оно и было. И что Игнат, зачем-то, нафантазировал себе целое секс-приключение.

Но…зачем?

Вот главный вопрос.

Ответ лежал на поверхности.

Совсем недолго мне пришлось пообщаться с Игнатом и поразмышлять о его поведении, чтобы прийти к выводу, что он – тот ещё фантазёр. И такую фантазию ему дарит алкоголь. Иными словами, когда Блестящий напивается, то он совершенно не осознает действительность, и по итогу даже и не помнит, что происходило с ним.

Как раз-таки для этого эффекта он часто и напивается. Ему, учитывая его богатое положение, просто напросто скучно жить. Он уже всё перепробовал и мало какие вещи, кроме девушек и алкоголя, приносят ему радость. И чтобы хоть как-то разнообразить существование, он напивается в усмерть, творит всяческий беспредел, что в его этиловом сознании превращается в целое приключение.

Может появиться резонный вопрос – и к чему эта информация?

Оу… она очень и очень полезна для меня. Потому что когда Игнат напьется, я смогу, используя его голос, сворованный с телефона, позвонить учителю. И от лица Блестящего сказать ему нужные для спасения Анны вещи.

А если в случае чего к Игнату возникнут вопросы, зачем он звонил и говорил то-то и то-то, ответ будет честным и справедливым – я напился, и не помню, что делал. И ему поверят.

Но это всё пока что перестраховка, и всего лишь первая часть плана. Вторая часть обещает быть более сложной, и с ней не получится так же просто, как и с первой.

Но… ради Анны мне придётся постараться.

Иначе, если не я, то…кто?

В какой-то момент у Игната зазвонил телефон. Отлично. Он поднял трубку и начал с кем-то говорить. Я не придавал особого значения разговорам и лишь радовался тому, что теперь у меня есть голос Игната, который получится использовать в своих целях.

Я догадался, что это не дядя, и не отец. Потому что с человеком он общался как с другом.

Игнат попрощался с незнакомцем и зачем-то сказал, что ждёт его.

“Стоп. Чего?”

– Кто-то приедет? – чуть взволнованно спросил я.

– Да. Друг моего дяди заскочет. Он здесь неподалёку. Сказал, что хочет прихватить у меня пару бутылок виски. Какой-то праздник у него сегодня, кажется…

Вот чёрт.

Праздник у него, сука.

Этот ублюдок, всё-таки, надеется, что Анна вернётся к нему из-за беспонтовых угроз? Зря. Очень зря…

Но нужно чуть поумерить свою злобу. Всё-таки, теперь я нахожусь в немалой опасности того, что меня увидят. А этого допустить никак нельзя. Поэтому постараюсь быть начеку, и когда учитель явится сюда, я куда-нибудь улизну.

Покидать поместье Блестящих на всех порах уже слишком поздно. Шанс того, что я встречу учителя где-нибудь на крыльце, или у ворот – огромен. Ведь он находится уже где-то очень близко, и его появление – вопрос максимум минут десяти.

– Живот чего-то побаливает… – сказал я вслух, подготавливая почву для отхода. – Съел, наверное, несвежего…

– Гостя-то дождёшься? – спросил Игнат, наливая мне виски в стакан. – Он с минуты на минуту должен подойти. Я вас познакомлю… мужик – классный. Дядя с ним постоянно какие-то свои вопросы решает. Так что, в случае чего… если ты ему понравишься, может как-то помочь в будущем…

Дверь в коридор была чуть приоткрыта, и я постоянно поглядывал на неё. Вслушивался в любойшорох. На счету была каждая секунда, и если я не успею распознать приближающегося учителя, настанет конец.

И вот, когда до моего слуха донёсся стук каблуков, я сделал соответствующую гримасу, схватился за живот, и побежал к туалету.

– Всё, больше не могу… – сказал я и рванул от барной стойки, как от ступеньки на низком старте.

– Ты телефон забыл. Без него-то не скучно будет? – спросил Игнат, увидев мой гаджет лежащим возле стакана.

– Не, всё нормально. – Ответил я и ухмыльнулся. Ведь ничего сегодня не делается зря…

Глава 6

В туалете бара было не особо много места. Всего-то три кабинки, да раковина с сушилкой для рук. Когда сидя за стойкой я услышал шаги приближающегося учителя, то мигом забежал сюда под предлогом больного живота.

Закрылся в самой последней кабинке, в той, что прилегала к дальней стене. Присел на до блеска начищенный унитаз, предварительно закрыв крышку, и стал слушать.

Слушать и ждать.

Рядом со мной из интересного не было ничего, кроме покрытой красным дверцы, мерцающей лампы на потолке и довольно широкой прорези между полом и кабинкой. И хотя Игнат обратил моё внимание на то, что я забыл взять с собой телефон, сделать этого я не мог.

По причине того, что я включил на нём диктофон и нажал кнопку записи. Заблокировал экран, дабы мой план не рассекретили, и положил гаджет поближе к Игнату.

Скорее всего, после прослушивания мне вряд ли удастся вызнать что-то очень важное и интересное. Но, попробовать стоило. Ибо в прошлый раз из-за неожиданности я успел только спрятаться за перегородку и не сориентировался для того, чтобы записать разговоры тех двоих.

Сейчас же подготовился тщательнее.

В принципе, почти все начальные действия к исполнению плана были совершены, и оставалось только ждать.

И я ждал.

Ждал, сидя в туалете бара и прислушиваясь к голосам в основном помещении. Разобрать что-то из произнесённого что Игнатом, что учителем, представлялось затруднительным.

Мой мозг распознавал лишь какие-то отдельные слова и общую интонацию. Без деталей.

Хотя – это ничего. Для меня было главным распознать, когда Игнат останется один, и в этот момент выйти наружу.

Но учитель не уходил.

Наоборот, кажется, что он лишь сильнее втягивался в общение с Игнатом и хотел остаться подольше.

Вот же чёртов ублюдок. Ты заставляешь меня сидеть на унитазе уже пятнадцать минут, будто я какой-то ребёнок с несварением желудка. Это злит.

Злит, но также я и прекрасно понимаю, что он просто не может засиживаться здесь, потому что к нему домой может вернуться Анна. И хотя Екатерина ни за что её не отпустит, он-то этого не знает. Не знает, а посему должен лично присутствовать по возвращении блудной дочери.

От скуки я водил пальцем по узорам на стене и чуть слышно матерился.

– Да когда же ты свалишь, уе…

У-у-у-ить! – шмыгнула дверь и я притих. Выпрямился на унитазе и задержал дыхание. Стал смотреть в прорези между кабинками.

Он медленно прошагал сначала до первой кабинки, но почему-то передумал и вошёл прямо в ту, что располагалась сбоку от меня. Я притворно покашлял, чтобы известить о своём присутствии.

Услышав меня, покашлял и он.

Мне показалась, что в звуках, издаваемых им, слышалась некая ирония. Будто он насмехается надо мной, уже около двадцати минут сидящим в туалете.

Если бы я мог, то вышел бы из кабинки и разбил его наглую рожу прямо о сверкающий бочок.

Но, увы…

Закончив со своими делами, учитель ополоснул руки и вышел из туалета. Ещё не отойдя на большое расстояние, он произнёс:

– Ладно, мне пора. Пойду я.

Ну слава Богу!

Игнат ответил ему что-то невнятное, а потом скрипнула дверь.

Ради приличия я просидел в туалете ещё несколько минут, и лишь потом осторожно выбрался наружу. В помещении бара обнаружил лишь Игната, который, уже заметно опьянев с того момента, как я видел его в последний раз, сгорбившись сидел на стуле.

– О-о-о! – чуть ли не пропел он. – Ну наконец-то! Что-то ты друг з…засиделся там. Живой?

– Живой-живой. Хотя и тяжко пришлось, не спорю.

– Спасибо, что живой… – Игнат посмотрел на меня пьяный прищуром. – Жаль, что не вышло познакомить тебя с другой дяди… он классный. Очень классный… вы бы отлично поладили.

Ага. Просто прекрасно бы поладили. Я до сих пор в восторге от нашей первой встречи…

– Он спрашивал про тебя. – заявил Игнат.

Меня обдало жаром и я спросил:

– Что спрашивал?

– Да так… ничего особенного. Чисто из вежливости и любопытства, кто это там в туалете восседает.

Ох, господи. Ложная тревога…

– Понятно.

– Чёрт… теперь и у меня живот закрутило. – Игнат начал гладить себя круговыми движениями. – Это мы с тобой вдвоём что-то несвежее съели?