- -
- 100%
- +
Оливер посмеялся и сам радуясь легкому снежному покрову под ногами. И будто даже теплым хлопьям. А уж рядом с такой реакцией Алисы всё и правда казалось более значимым.
Встретив ребят, которые уже возвращались, они еще на какое-то время остановились, дожидаясь пока Лиса напрыгается, оставляя на нетронутом снегу свои следы.
– Слушайте, уже два часа ночи, до дома ковылять еще полчаса, а завтра так-то на работу, – зевнув протянул Лекс.
– Не нуди. Нам всем завтра на работу, – перехватив зевоту пробурчал Оливер. – Эй, Лисенок, хватит следы запутывать, как заяц, пошли уже!
Девушка прибежала, тут же врезавшись в троих парней и с восторгом рассказывая какой это кайф побегать по первому, нетронутому снегу.
– Машину тебе завтра к школе подкатить? – спросил Джей обернувшись назад и тут же получив снежком в затылок. А затем второй.
Пока он размышлял как быть с машиной, которую пришлось бросить у студии, ребята начали скатывать снежки.
– Эй! – стоило ему обернуться, в грудь его ударил уже третий. – Детский сад, ей богу!
Но стоило ему поругаться, как он тут же склонился к запорошенной первым обильным снегом земле. Прихватив лишь верхний слой снега он скатал комок и отправил его в брата, который в этот момент смотрел на девушку, запустив в нее свой снежок. Так они играли, на ходу закидывая друг друга снежками, пользуясь тем, что его еще не успели утоптать сотнями ног и они оказались первыми на этой ночной безлюдной дороге.
В процессе игры Лиса все же ответила на вопрос друга, что было бы идеально, если бы он перегнал ее поближе к ней, так как на подработку на машине добираться куда быстрее и удобнее, чем шагать до метро или дожидаться автобуса.
Дорога до дома заняла по итогу час, первой отправив домой девушку, взяв с нее обещание, что она не только тихонечко проберется в дом, чтобы ее не застукали родители, но и снимет насквозь мокрый пуховик, примет теплый душ, и только потом свалится в кровать. Оливер отдал ей ее сумку и парни отправились дальше. Они жили в соседних дворах, а потому идти было близко. Лекс и вовсе жил с братьями в одном доме, только в разных подъездах.
– Чё за жара… – уже давно стянув шапку, которая оттягивала карман его куртки, Лекс теперь уже расстегнул саму куртку.
– Ты бы не раздевался, – подметил Джей, хотя и самому было жарко. На улице стояла нулевая температура, снег валил крупными хлопьями, и снежки лепились на радость подвыпившей компании. А на утро вся детвора выползет валяться в снегу и закидывать снежки друг другу за ворот пуховиков. Он так же успел словить один такой от брата, который изворотливо подбежал к нему, пока тот сражался с Алексом и закинул снежок прямо под пуховик. Ругался Джей долго, потому как тут же почувствовал мандраж, дикий холод и как мокнет любимый джемпер. А потому следующие минут десять у него была одна цель – отомстить. И теперь они оба взмокли, как снаружи так и внутри, и шагали домой, с трудом переводя дыхание от такой ночной активности.
– Забей! Уже дома почти.
Попрощавшись с другом братья направились к своему, более дальнему подъезду.
– Утром опять в студию?
– Работу никто не отменял, – кивнул Джей, зябко передергивая плечами.
– Эх, жизнь моя жестянка, – затянул Оливер, подталкиваемый в спину братом, чтобы тот уже зашел в подъезд, а не пытался своим гортанным пением разбудить половину соседей. С учетом того, что в подъезде его голос и вовсе отзывался эхом. – Живу я как поганка… А мне летать…
– Оли, прикрой уже варежку.
– Ха! Ты то сегодня распелся! Только не пойму никак, чего тебя все на китайский тянет… Может слетаем на зимние?
– Не тянет.
– Мать была бы рада.
– Похер.
– Ага-ага, – дождавшись когда брат откроет квартиру Оливер первым стянул пуховик, отправив его в шкаф и скрылся отогреваться в ванную.
Джей тяжело вздохнул, проводив осуждающим взглядом брата, который порой даже не задумывался об элементарных, как казалось Джею, вещах. Вытащив из шкафа вешалку он достал и пуховик брата. А затем отнес обе куртки в комнату поближе к батарее. Их нужно было не просто повесить в шкаф, а просушить. Затем стянул мокрый джемпер, и оставшись в одних джинсах приземлился на диван, дожидаться когда освободится ванная.
Опустив затылок на спинку дивана он прикрыл глаза, все еще прекрасно помня вопрос подруги. И правда, чем таким зацепила его эта девчонка? Уж точно не маникюром, и он даже посмеялся от этой мысли. Но решил что на данный момент это самый лучший способ делать ей комплимент не заходя слишком далеко и не давая лишних надежд. Ни ей, ни себе. Хотя, на самом деле у него просто язык немел от одной только мысли сказать ей что не только ее маникюр, но и она сама очень красивая. И особенно ее губы. И глаза. Может, стоит уже остановиться на этом?
Он не планировал начинать отношения. Даже морально был к ним не готов. Всеми силами стараясь воспринимать Амелию как просто очередную девчонку со своими желаниями и запросами. Еще и в комплекте с бывшим, который уж очень хочет к ней вернуться. И это бесило больше всего. Навевало воспоминания о Китае, которые больше всего врезались в память молодого и неопытного пацана, проводящего там каждое лето. И последнее лето перед поступлением в универ отпечаталось в памяти как нечто мерзкое, противно осевшее в памяти и растоптавшее гордость молодого и слишком самоуверенного парня. И после того случая он больше не летал в Китай. А отказываясь приехать еще и разругался с матерью и отцом, которые уже давно переехали в Поднебесную по работе.
Но самое противное, что во все это он втянул еще и брата. Ведь вместе они отгоняли все его мрачные чувства на задний план, закапавшись в рутине и вечных делах. А еще доказали родителям что способны справляться без их поддержки. Поступили на бюджет, получали стипендию, жили в общежитии, максимально экономили и откладывали. Собрали ребят и начали зарабатывать на вечерних выступлениях в барах.
У них всегда были одинаковые интересы, одинаковые вкусы, как к занятиям и вещам, так и к девушкам. Именно потому когда начиная с третьего курса их популярность особенно разрослась за пределами универа и все больше ребят ходили на выступления и зажигали под их, никому не известную музыку, к ним начали проявлять наибольший интерес. И именно тогда он начал относиться к девушкам как к чему-то временному, одноразовому. Как и его однажды использовали, он делал это неосознанно, не задумываясь. Оливер так же не замечал, что на пару они делают что-то не так, и просто купался в лучах славы. Тогда и началась вся эта мешанина с девушками, которых они, казалось, делили, а наигравшись отправляли к другому или просто забывали. Будучи близнецами они пользовались этим на полную, ничуть не стыдясь своего поведения. Пока однажды Алиса не вправила им мозги. Но и сама она до сих пор вспоминала о том, какими придурками они были с улыбкой и смехом. Все-таки, у них и правда хватало ума не делить девушек еще и в постели.
А потом его отвернуло от всего этого балагана, который они устроили в универе. Вспомнил Мэй, которая использовала его чтобы вернуть бывшего и от которой бежал из Китая и понял, что поступал не лучше чем она. И впервые после тех отношений ему захотелось чего-то более серьезного и постоянного. Это был последний курс и тогда в его жизни появилась Джессика. Еще одна, что развела его на деньги и смылась на мерсе с более богатеньким и молодым пацанчиком, сыном какого-то депутата из пригорода. А он опять остался без отложенной за полгода стипендии, без отпуска, но зато с растоптанной в хлам самооценкой.
И сейчас он все еще не был готов к новым отношениям. Опять поверить, влюбиться и остаться ни с чем. И это если повезет. Сейчас все эти бабочки в животе, трепет, желания коснуться, почувствовать ее кожу, аромат, вкус… Все эти чувства казались ему настолько жалкими и пустыми, что он хотел отказаться от них.
Попробовать отказаться…
Вначале нужно было разобраться с делами. Студия, школа, репетиции, выступления, вторая вышка брата и его, ипотека. Еще и машину нужно было бы прикупить, а не таскать у Лисы, а это тоже еще один кредит.
У него на девушку не было ни времени, ни денег. Как бы меркантильно это не звучало, но он просто не мог позволить себе такую роскошь.
Глава пятая
Закончив с сессией, с последним экзаменом, уставшие, но довольные мы с Никой сидели в холле напротив аудитории, в которой проходил последний экзамен. Утром мы с девчонками договорились собраться после сдачи и пойти в кафе, отпраздновать все полученные зачеты. И теперь ждали Иру и Карину. Ника лазала в телефоне, а я опустив голову на ее плечо прикрыла глаза, надеясь что не успею уснуть до выхода подруг.
– Девчонки, чего сидим, кого ждем? – только выйдя из аудитории к нам подсел Томас, и Николь быстро отложила телефон, засияв как зажженная лампочка.
А я прыснула от смеха, уже давно обозвав ее улыбку – улыбкой влюбленной дурочки. Так во всяком случае видела я, давно зная о ее планах на одногруппника.
– Иришку с Кари ждем, и пойдем тусить!
– Все зачеты получили, долгов нет?
– Не-а, – довольно протянула девушка. – А у тебя как?
– Все чики-пуки, – посмеялся он, и Ника фыркнула от его ответа. – Грега жду. Тоже планировали в бар заглянуть. Может вы с нами?
– Или вы с нами? – предложила подруга.
– Может, – кивнул он. – К нам еще Артем подойдет, не против? У него сегодня тоже последний зачет.
Переглянувшись, мы с Николь пожали плечами. При этом прекрасно помня наши с ней выводы, что с ним нужно быть осторожнее.
– Нет, не против, – так как Артем учился в другом университете, мы виделись с ним не так часто, но уже успели подружиться. Изначально же именно Томас познакомил нас с ним, так как они были соседями.
– Отлично! Чем больше народу, тем веселее!
Когда вышла Ира, с визгом счастья, что последний зачет получен, вся наша маленькая компания была собрана. Грегори вышел за пару минут до нее, отвечая устный вопрос другому преподавателю из комиссии, а Карина чуть раньше их обоих.
И по предложению парней мы спланировали наведаться в восточный район города. Ребята взахлеб нахваливали бар с подвальчиком «Hookah bar», где офигенные кальян, вино, а на первом этаже частенько живая музыка.
– Праздновать, так праздновать! – решительно заявила Ника, а я задумчиво помотала головой. – Переодеваться не будем забегать?
– Хороший вопрос, – я посмотрела на остальных.
Девушки кивнули, а парни пожали плечами, говоря что и так нормально. Но мы уговорили их разойтись и собраться через час возле универа, чтобы всей компанией отправиться в новое место. Как раз нужно было еще Артема дождаться.
Мы с Никой в восточном районе были крайне редко, так как толком незачем было туда кататься. Во всяком случае я, приехав сюда только на время учебы и снимая квартиру для себя одной, гуляла в основном только по близлежащей территории, не видя причин кататься по всему городу, когда все необходимое находилось рядом. Когда приезжали родители, во время продолжительных праздников или отпуска, мы с ними ездили по магазинам, пару раз были в кафе. Но на этом мои знания о другом конце города заканчивались.
Переодевшись в светлый джемпер, обтягивающие голубые джинсы и накинув зимнее пальто, я выбежала из дома, на ходу набирая подругу.
– Я готова, ты как?
– Уже в пути.
– Ты точно уверена на счет этого похода? Не нравится мне что-то эта идея с подвалом. Далековато.
– Да ладно, подруга! Новое место, интересно же! А обратно на такси домчим.
– Ладно, надеюсь не долго придется ждать, а то дубак… А как хорошо было при нуле! И снег пушистый, и лепится, эх, снеговика слепить так и не успели, морозы вернулись.
– Успеем! Мчи давай, я уже тут. Вон Артем с Томом топчутся.
– А остальные?
– Пока не вижу, сейчас узнаю, – потом подруга отвлеклась, добежав до ребят и уточняя кто где.
– Ира и Карина в универ зашли погреться, – ответил Томас. – Грега еще ждем.
– Слышала?
– Ага! Грега я вижу, как раз догнать пытаюсь, он передо мной идет. Выдвигайтесь к остановке, там вас и дождемся.
Стоило нам собраться, мы загрузились в автобус, заняв заднюю его часть и активно обсуждая прошедшие экзамены. Было очень классно вспоминать о них, когда они уже остались позади. Чувство гордости и свободы переполняло и правда хотелось отпраздновать. Тем более что все зачеты у меня были сданы на отлично!
Выйдя на нужной остановке мы под предводительством Томаса дошли до бара и тут же нас проводили в подвал. Парни заказали себе кальян и пиво, а девушкам вишневое вино. В приглушенном свете мы долго болтали, смеялись и выпивали.
После четвертого бокала, когда Артем наполнил мне его из новой бутылки, я уже хотела было отказаться, замахав руками, чувствуя что все же пора заканчивать. Мысли потихоньку разбегались, расслаблялись, а на лице сама растягивалась улыбка. Было непривычно спокойно и легко. А еще было жарко, от темного помещения, количества людей, дыма кальяна и алкоголя.
– Это ежевичное, – прошептал Артем, наклонившись к моему уху.
– Спасибо, – прошептала я, опуская взгляд и медленно отворачивая лицо. А руки сами потянулись к вину и я сделала маленький глоток, прячась от парня за бокалом.
– Как тебе? – спросил он, а я скривилась. Оно было сладким. Еще более сладким, чем вишневое и я не могла сказать что мне понравилось.
– Сладко, – честно произнесла я, а по довольному лицу Артема поняла что ввела его в заблуждение. Он подумал что мне понравилось. Но я не любила сладкое. А еще я решила что этот бокал буду пить максимально медленно, чтобы не пришлось потом пить еще. Я боялась что тогда просто не доберусь до дома.
Артем шептал мне на ухо вкусовые качества вина, которое ему так же нравилось, а потому попросил у официанта еще один бокал для себя, решив закончить с пивом, и составить мне компанию. А я все это время чувствовала как пристально гипнотизирует меня взглядом подруга.
Когда парень все же отвлекся, я тут же наклонилась к Николь.
– Это жесть, Ника! – резче, чем хотела бы, прошипела я.
– Он тебя клеит!
– А то я слепая?
– Подруга, надо сбегать! Или пользоваться! Такие как Артем на дороге, между прочим, не валяются!
– Если он мне нальет еще хоть один бокал, валяться на дороге буду уже я, – продолжала шипеть я, но Ника только сморщилась.
– Тогда будем сбегать? Можно на танцпол, – практически одними губами прошептала она, с кривой улыбкой глядя мне за спину. И обернувшись я увидела Артема, протянувшего ко мне бокал, как будто желая произнести тост. – Крепись!
И Николь вернулась к Томасу, перехватывая у него кальян, чтобы выпустить колечко дыма. Он как раз учил ее выдыхать не просто дым, а именно колечки.
За что же мне это? Подумала я прежде, чем заметила, как Артем накланяется ближе. Я даже не хотела знать причины, и со стуком поставив бокал на стол, вскочила. Лицо парня в задумчивости застыло в сантиметре от того места, где совсем недавно было мое лицо.
– Я в уборную. Носик попудрю… – и схватив сумку сбежала из-за стола.
Облокачиваясь на мраморную плиту я с сомнением смотрела на свое лицо, которое почему-то расплывалось. Да и глаза уже с трудом концентрировались. От такого резкого побега у меня и правда все поплыло перед глазами. Мой организм почему-то всегда очень резко реагировал на алкоголь. И сегодня я выпила уже больше своей установленной нормы. Мало того, что Артем подливая вино наполнял бокал почти до краев, а не как в приличных ресторанах это делали официанты, наполняя лишь наполовину, а то и меньше. Так еще и бокал был уже пятый. А обычно я останавливалась на трех полупустых.
Простонав своему отражению извинения я плеснула в лицо холодной воды. А потом застонала сильнее, вспомнив что перед выходом накрасила глаза.
– Что же это… – отрывая бумажные полотенца, я как могла вытирала лицо. Одновременно поправляя макияж. Но мое поплывшее лицо было уже не спасти, и выглядела я просто ужасно.
Кое как справившись с мокрым лицом и макияжем, который только благодаря водостойкой туши остался более-менее цел, я вернулась в зал. Девчонки уже танцевали, даже не выходя на небольшой танцпол, прямо рядом со столом, просто, чуть сдвинув стулья.
Я же смотря на нашу компанию со стороны почему-то вспомнила наш предыдущий поход в кафе, где неожиданно встретилась с Джеем.
– Джей… Может, Джереми? – прошептали мои губы и я даже улыбнулась. Мы не виделись с ним две недели, я как могла уговаривала себя не ходить в ТЦ, не ходить в кино и не подниматься на верхний этаж. Особенно в среду и в субботу. Теперь это были мои запретные дни для похода по магазинам. Я боялась что он подумает что я хожу за ним, преследую или еще что хуже… Например, узнает что я чуть ли не каждый день бегала по всем этажам в его поисках. И теперь я хотела увидеть его, но только случайно, больше не ища специально встречи. Нравился ли он мне? Да, и это пугало с каждым днем все сильнее. Но и отрицать этот факт я не собиралась. Сжав в руках черный, пушистый комочек с темными синими глазами, я тяжело вздохнула.
Стоя чуть в стороне заметила взгляд Артема, который смотрел на меня, стоящую в стороне. Он как Хатико ждал моего возвращения не отрывая взгляда от коридора в уборные. Выдохнув, я все же решилась и направилась к столу, нужно было поставить точку над «и».
– Я тут, – заняв свое место я даже не успела взять бокал, чтобы отгородиться им от парня, как тут же почувствовала поцелуй в щеку.
– За что?
– Просто так, – серьезно прошептал Артем, наклоняясь еще ближе. – Ты уже давно мне нравишься, Лиа.
Стоило мне услышать это обращение, как сердце в груди сильно сжалось. От боли и отвращения. Я ненавидела когда меня так называли. Подобное сокращение использовал только Итан, и из-за него я не могла терпеть этого имени.
– Я Амелия, Ами, – жестко произнесла я. – Но только не Лиа.
– Понял, – чуть улыбнувшись проговорил Артем, и его пальцы обхватили мой подбородок. – Ами. Ты нравишься мне.
И после этих слов он наклонился ближе. Его губы мягко коснулись моих, а затем он захотел большего, я же сидела и понимала что это не то, что я хочу. Это не тот человек. Отвернувшись, его губы теперь уже коснулись моей щеки.
– Ами?
– Прости, но, я не могу ответить тебе тем же, – проговорив это я отстранила его руку.
– Я могу подождать.
– Не надо, Артем, – я чувствовала себя виновато. Очень. При этом не могла понять причину, ведь я не обязана отвечать на его чувства, так почему сейчас чувствовала себя настолько паршиво? – У меня уже есть человек, который мне нравится. Так что, ничего не получится.
Отвернувшись от парня, который все же отстранился, я потянулась к подруге.
– Ника?
– А? – почувствовав как я дергаю ее за руку Николь потянула меня вверх и мне так же пришлось встать. – Пошли!
И она потянула меня в центр танцпола.
– Нет, погоди, Ник! – протестовала я, но при этом следовала за подругой. – Я не хочу танцевать…
– Расслабься, милая, – улыбалась она, и заодно махала остальным с нашего стола. – Ближайшую неделю мы с тобой будем кататься за подарками, а ты знаешь как это выматывает! Давай хоть сегодня отдохнем.
– Артем меня поцеловал! – остановившись как вкопанная посреди танцпола я уставилась на подругу. Она так же замерла.
– Он, что?
– Поцеловал меня.
– Вот засранец.
– Может закончим здесь и поедем?
– Давай еще часик? У нас с Томасом только-только что-то начало закручиваться! – и схватив мои руки она начала махать ими и кружить, заставляя меня расслабиться. – Ну пожалуйста!
– Ладно, но только час, хорошо?
– Спасибо, подруга! – и она обняла меня, прежде чем вновь вернуться к танцу.
Пока мы болтали к нам присоединились остальные. Даже Артем поднялся и вышел на танцпол. И когда Ника отпустила мои руки их перехватил Артем, закружив меня вокруг оси. И чуть было не упав от количества выпитого алкоголя, я все же ухватилась за его плечи.
А потом мне пришлось его отпустить, потому что на танцпол, в самый его центр вышли двое ребят, с танцем, для которого явно не хватало размера танцпола. Но зато я смогла расслабиться. Артем тут же оказался где-то в стороне. А моей напарницей по танцу то и дело оказывалась забавная, рыжеволосая девушка. Ее волосы были заплетены в высокий хвост и он весело подпрыгивал, то и дело щекоча мое лицо. Она была высокой, даже выше Николь, хотя и с ней мне приходилось приподнимать взгляд. Девушка весело улыбалась, подмигивая мне каждый раз, когда оказывалась рядом. И не заметив как, мы сами подстроились под их танец, как и все на танцплощадке, и даже музыка сменилась на более зажигательную. Наши танцы длились уже больше получаса, я устала, голова кружилась, алкоголь совсем не выветривался, скорее, он все сильнее подступал к голове. И в какой-то момент я вновь оказалась в руках Артема. Но я уже успела расслабиться, как и уговаривала подруга, и перестав ощущать давление от его внимания, потеряла бдительность. А он, обхватив мою руку, а затем талию, закружил в том же темпе активного танца.
– Не кружи так, – взмолилась я, восстанавливая дыхание.
И когда мы замедлились, я почувствовала его губы. Терпкий, сладкий вкус вина. Но теперь уже он был более настойчив и груб, чем тогда за столом, поцеловав лишь вскользь. Теперь я чувствовала как он своим языком настойчиво открывает мои сомкнутые в полоску губы. Упираясь в него руками я пыталась оттолкнуть парня, но вместо этого просто заваливалась назад. Одной рукой он держал мой затылок, а второй за талию не давая упасть, и при этом нырнув ладонью под джемпер. Я отчетливо чувствовала как его холодные и влажные пальцы впиваются в мою кожу. Мои протесты и стоны потерялись в звуках музыки. По глазам уже текли слезы. И в какой-то момент он отпрянул, да так резко, что я полетела назад, чудом не упав, так как меня поймали чьи-то руки. Сам Артем уже лежал на полу.
– Я ведь не зря вмешался? – услышала я знакомый шепот, но моя голова уже не соображала. Я была просто в бешенстве! Вместо благодарности, даже не замечая держащих меня рук я сделала шаг к Артему, пока он еще не успел подняться на ноги и со всей силы замахнулась на него носком своего ботинка прямо в бок. Судя по вырвавшемуся стону и тому, как он согнулся пополам, попав по ребрам.
– Кретин! – кричала я, замахиваясь во второй раз. Но опять мое равновесие меня подвело.
– Оп! – меня вновь придержали руки и когда я почувствовала что вновь твердо стою на ногах, замахнулась в третий раз.
– Сволочь! – парень позади все так же крепко держал меня, обнимая за талию и не давая упасть.
А затем ко мне подбежала Николь. Замерев, я почувствовала как по щекам текут жгучие слезы и я навзрыд рассказывала ей как сильно в тот момент испугалась. Успокаивая меня она то и дело смотрела на парня за моей спиной, который стоило ей подойти, отступил в сторону.
Томас помог подняться Артему, пересадив его за стол и попросив счет. Грегори подбежал к нам с Никой, обхватив мои плечи и заглянув в лицо, чтобы узнать все ли со мной нормально. Вечер можно было считать испорченным.
– Ты как? – спросила Ника, успокоив друга и отведя меня в уборную.
– Ужасно… – я водой натирала губы, все еще чувствуя как они горят. – Я же сказала что не хочу и что он мне не нравится, так он решил взять меня силой? Подавить и принудить? А потом что, изнасиловать?
– Так, подруга! Завтра устроим ему взбучку! Сегодня он уже получил, дадим ему протрезветь, и посмотрим что он скажет! Попросим Томаса нас привести к нему, и теперь уже я врежу ему по первое число! И Грега с собой возьмем, он для нас его подержит! И уж точно заставим его извиниться!
– Не нужны мне его извинения… – буркнула я, оседая на корточки и чувствуя как плывет сознание. – И видеть его не хочу. Я домой хочу…
– Иди ко мне, милая… – подруга так же опустилась на корточки и обняв, долго извинялась. Оказалось, они с девчонками в этот момент уже болтали за столом, и совсем не смотрели на танцпол. А Томас с Грегом вышли на улицу на перекур. – А еще я видела того парня…
– Какого? – высмаркивая нос после обильных слез я не сразу поняла подругу.
– Что держал тебя и не давал упасть.
– А, точно… Можешь мне показать его? Хочу хотя бы спасибо сказать.
– Угу… – неуверенно кивнула подруга. И когда я уже была готова, она повела меня в зал. – Только тут такое дело…
Я шагала опустив взгляд, чувствуя ужасный стыд, что устроила такое представление прямо на глазах стольких людей. И одновременно решила для себя что в этот бар я точно больше не вернусь.
– Ой, а где же он? – подруга завертела головой, я же успела заметить что парни уехали, а за столом остались только девочки. – Лив, а ты не видела того высокого, черноволосого, что Ами держал?
– Он на первый этаж поднимался, пуховик с собой брал. Но его друзья еще тут.
И Ира кивнула в сторону стола, который стоял чуть в стороне от нас.