Сделка с некроманткой. Магическая Академия

Глава 12. Тренировка несовместимости

Амара забронировала для них самый дальний и самый непопулярный тренировочный полигон. Полигон №7, «Гиблые топи». Никто никогда здесь не тренировался, потому что он граничил со старым академическим склепом, и студенты жаловались на жуткие сквозняки и шепот в углах.

Амара чувствовала себя здесь почти как дома. Прохладный тихий воздух пах влажной землей. Идеально. Дариан же видел вокруг лишь убожество.

— Серьезно? — сказал он, брезгливо пиная ногой покрытый мхом камень. — Мы не могли взять полигон на солнечной стороне? Здесь воняет тиной.

— Солнце мешает мне концентрироваться, — безразлично ответила Амара, раскладывая на земле свои немногочисленные ритуальные принадлежности: мешочек с солью, флакон с ртутью и три обсидиановых ножа.

— Ладно, — он потер руки, стараясь не смотреть на ножи. — План такой. Я атакую, ты защищаешься. Потом наоборот. Начнем с простого.

Он отошел на двадцать шагов и поднял руку. Воздух вокруг него мгновенно наполнился знакомым привкусом металла.

— Готова?

— Нет.

— Что «нет»? — он опустил руку, теряя терпение.

— Моя магия так не работает, — Амара встала, отряхивая мантию. — Я не «защищаюсь», как стихийники. Я не создаю световых куполов. Я... отменяю, убеждаю энергию, что она уже умерла.

— Звучит как бред, — отрезал Дариан. — Просто попробуй!

Он не стал ждать, а запустил в нее простой, быстрый «воздушный клинок». Это было не опасно, просто толчок, едва способный сбить с ног.

Амара не стала ставить щит. Она подняла руку и прошептала слово упокоения.

Результат был катастрофическим.

Ее «мертвая», поглощающая магия столкнулась с его «живой», хаотичной. Воздух между ними не выдержал насилия и лопнул. Прогремел взрыв, похожий на хлопок гигантского хлыста.

Дариана отшатнуло, но он устоял. Амару, легкую, как тростинка, просто смело. Она отлетела на несколько метров и с глухим стуком врезалась спиной в каменную ограду.

— Амара! — Дариан в ужасе подскочил к ней.

Она сидела на земле, сбитая с ног во второй раз за две недели, и кашляла, вытирая пыль с лица. Ее очки съехали набок, в волосах запуталась сухая трава..

— Твоя... магия... — выдохнула она, — она грязная.

— Что?! — он подал ей руку, но она ее проигнорировала и поднялась сама.

— Она неуправляема! — она сердито поправила очки. — Она нестабильна, как дикий зверь! В ней нет структуры, нет фокуса! Я не могу сплестись с хаосом, я могу его только заткнуть, а он, как выяснилось, взрывается!

— Может, твоя магия просто слишком слабая! — огрызнулся он, его собственное самолюбие было задето. — Может, некромантия просто не выдерживает настоящей стихии!

Это было ошибкой. Дариан произнес те самые слова, которые она слышала всю свою жизнь студентки. Слабый факультет. Слабая магия.

— Слабая? — прошипела она, ее серые глаза за очками потемнели. — По крайней мере, я свою контролирую.

Гнев Дариана вспыхнул, подстегиваемый не только ее словами, но и тварью внутри него, которая почувствовала угрозу.

— Контролируешь? — рявкнул он. — А это ты можешь?!

Он не целился в нее, просто хотел выплеснуть ярость. Дариан вскинул руку в сторону, и из нее сорвался ревущий, неконтролируемый порыв ветра с больным серо-зеленым оттенком.

Он снес Амару с ног, как пушинку. Она пролетела несколько метров и с размаху врезалась в стенд с тренировочным снаряжением. Старые, ржавые копья и щиты с грохотом посыпались на землю.

Дариан замер. Ужас мгновенно потушил его гнев.

— Амара! Я... я не хотел! Оно само...

Она лежала в куче металлолома. Медленно, очень медленно, она начала подниматься. Ее мантия была порвана на плече. Очки треснули. И она была в ярости. В холодной, абсолютной, некромантской ярости.

— Заткнись, — прошипела она.

— Я правда не...

— Я сказала, заткнись, Темпест!

Она не думала о заклинаниях. Она просто хотела, чтобы он замер. Чтобы эта шумная, опасная стихия сдохла. Она выбросила вперед руку с растопыренными пальцами, вливая в жест всю свою волю. Но ее магия, пройдя мимо живого мага, нашла ближайшее подобие жизни. В углу полигона, полузасыпанный землей, валялся старый анатомический манекен. Дерево, солома и ржавый металлический каркас вместо костей.

ХР-Р-РЯСЬ.

Манекен дернулся. Его деревянная голова с механическим рывком повернулась к Дариану. Пустые глазницы уставились на мага воздуха. Ржавое металлическое предплечье с тяжелой кистью оторвалось от локтя и, превратившись в снаряд, с жутким свистом рассекло воздух.

— Демоны!

Дариан едва успел рухнуть на землю.

Тяжелый железный штырь вонзился в каменную кладку стены ровно на том уровне, где секунду назад была его голова. Камень треснул, посыпалась крошка.

На полигоне воцарилась мертвая тишина.

Дариан, поднимаясь с земли, медленно повернул голову к дымящейся дыре в стене. А потом посмотрел на манекен, который, совершив бросок, безвольно рухнул обратно в грязь.

— Ты... — голос Дариана сел. — Ты только что... попыталась меня убить рукой манекена?

Амара опустила свою дрожащую ладонь и посмотрела на нее, словно видела впервые. Гнев уходил, оставляя после себя холодную пустоту.

— Я... — она сглотнула. — Я просто... хотела, чтобы ты замолчал.

— Ты анимировала его, — выдохнул Дариан. Он поднялся, отряхивая брюки, и посмотрел на нее уже без злости. В его взгляде был шок пополам с уважением. — Ты сделала из кучи мусора солдата. За долю секунды.

— Похоже на то, — тихо признала Амара, поправляя треснувшие очки.

Напряжение спало так же быстро, как и возникло, уступив место ошеломленному осознанию.

— Ладно, — Дариан нервно сглотнул, отходя от стены. — Это было... неожиданно и мощно. Я бы даже сказал, смертельно.

— А твой «сквозняк» чуть не сломал мне ребра, — беззлобно проворчала Амара, потирая плечо.

Они посмотрели друг на друга. Их первая тренировка завершилась полным провалом. Они были не просто несовместимы — они были взрывоопасны.

— Похоже, — заключил Дариан, — мы оба куда опаснее, чем думали.

— И что теперь? — спросила Амара.

— Теперь, — он с мрачной решимостью посмотрел на разрушения, которые они устроили за пять минут, — нам придется научиться с этим работать. Иначе мы убьем друг друга раньше, чем дойдем до первого тура.

Глава 13. Знакомство с родителями

— Что за траурная драпировка?

Дариан Темпест стоял в дверях общежития некромантов, и на его лице было написано искреннее страдание. Он оглядел наряд Амары с таким видом, будто она оскорбила его лично.

— Это черное платье, — возразила Амара, скрестив руки на груди. — Оно чистое и закрывает все, что нужно. И оно даже не пахнет формалином. Чего тебе еще надо?

— Стиля? Жизни? Цвета? — Дариан прошел в комнату, стараясь не касаться корешков книг по некромантии. — Мы идем не на похороны моей бабушки, Торн. Мы идем на ужин, где должны убедить моих родителей, что я потерял голову от любви, а не от безумия.

— Если я надену розовое или с рюшами, они решат, что я клоун, — парировала она. — Я — некромант. Черный — мой профессиональный цвет. Привыкай.

Амара огрызалась, но внутри она была в ужасе. Стелить некротический туман или усмирять слишком живую энергию было понятной задачей. Но семейный ужин в доме одного из богатейших родов королевства? Это поле боя, на котором у нее ни оружия, ни брони.

— Ладно, — выдохнул Дариан, поправляя идеально сидящий манжет смокинга. — Времени менять наряд нет. Будем играть на контрасте. Ты — загадочная мрачная тьма, поглотившая мое светлое сердце. Им это не понравится, но они хотя бы поверят, что я мог запасть на... твою инаковость.

Он подошел к ней и протянул руку.

— Помнишь условия контракта?

— Держаться за руки, — буркнула Амара, вкладывая свою ладонь в его. — И улыбаться так, будто у меня не сводит скулы от страха.

— Не просто улыбаться. Смотреть на меня так, будто я — центр твоей вселенной. И еще вот что, — он стал серьезным, — что бы они ни сказали... не принимай на свой счет. Мои родители в отчаянии. Они думают, что спасают меня. Любой, кто стоит у них на пути — враг.

Амара сглотнула. Перспектива ужина с людьми, которые заранее записали ее во враги, радовала не больше, чем обнимашки с упырем. Она затормозила у самого порога.

— Слушай, а нам точно надо туда идти? — Амара попыталась отменить неизбежное, сама понимая, что это невозможно.

— Точно, — безжалостно ответил Дариан, крепче сжимая ее пальцы и увлекая за собой. — Мои родители должны поверить, что мы влюблены, что у нас все серьезно. Без вещественных доказательств в виде тебя это не сработает.

Особняк Темпестов встретил их тишиной, от которой звенело в ушах.

Столовая напоминала операционную: слишком много белого мрамора, слишком яркий свет люстры и длинный стол, на разных концах которого сидели Лорд и Леди Темпест.

Когда лакей объявил их прибытие, родители Дариана одновременно повернули головы. Два идеальных ледяных изваяния. У Амары по спине пробежали мурашки.

— Дариан, — Леди Темпест даже не встала. Ее взгляд, острый, как кинжал, прошелся по Амаре, задерживаясь на ее простом черном платье, на старых туфлях, на очках в дешевой треснутой оправе. — И... мисс Торн. Я вас представляла… хм, немного иначе.

— Добрый вечер, родители, — Дариан сжал руку Амары крепче, чем требовалось. — Прошу, знакомься, это Амара — моя невеста. И я хочу, чтобы она стала полноценной частью семьи.

Лорд Темпест хмыкнул, отрезая кусочек стейка.

— Невеста. Громкое слово для студенческой интрижки. Садитесь. Еда стынет.

Ужин начался. Это была пытка звоном серебра о фарфор.

Амара сидела по правую руку от Дариана, чувствуя себя инородным телом, вирусом, проникшим в стерильную систему. Слуги в белых перчатках беззвучно меняли блюда, названия которых она даже не знала. Она боялась взять не ту вилку, поэтому просто пила воду, надеясь, что хотя бы стакан она держит правильно.

— Скажите, мисс Торн, — голос Леди Темпест разрезал тишину, — чем занимаются ваши родители? Они тоже... некроманты?

Вопрос был задан с такой интонацией, словно она спросила: «Они тоже прокаженные?».

— Нет. Они не некроманты. Папа трудится в Гильдии купцов, — ровно ответила Амара. — А у мамы своя лавка с травами.

— Ох. Какая жалость, — в голосе Леди не было ни грамма сочувствия. — Простые работяги. Так ты без приданого, без связей, с сомнительной магией. Дариан, у тебя всегда была тяга к... благотворительности.

Амара замерла. Стакан в ее руке дрогнул.

— Мама, — голос Дариана стал жестким. — Прекрати.

— Я просто констатирую факты, дорогой. Мы понимаем, что ты сейчас не в себе. Твоя... болезнь... она делает тебя уязвимым. И некоторые, — она бросила выразительный взгляд на Амару, — этим пользуются.

— Никто мной не пользуется, — Дариан отложил приборы. Он повернулся к Амаре и, игнорируя родителей, взял ее руку, поднеся к губам. Его губы коснулись ее костяшек — теплые, живые, такие контрастные. — Амара — единственная, кто меня понимает. Единственная, кто видит меня, а не наследника Темпестов.

Амара посмотрела ему в глаза. Она знала, что это игра. Знала, что это пункт контракта. Но в его взгляде, обычно насмешливом, сейчас плескалась такая тоска и просьба о поддержке, что у нее перехватило дыхание. Амара заставила себя улыбнуться — мягко, чуть застенчиво. Она накрыла его руку своей свободной ладонью.

— Дариан преувеличивает, миледи, — сказала она, глядя прямо в холодные глаза его матери. — Но он прав, я не пользуюсь его положением. Мне не нужны ваши деньги или ваш статус. Мне нужен только он. И если для того, чтобы быть с ним, мне придется терпеть ваше пренебрежение... что ж, это небольшая цена.

Лорд Темпест перестал жевать. Леди Темпест сузила глаза.

Повисла звенящая пауза.

— Сколько вам нужно денег, чтобы оставить моего сына в покое? — прямо спросила мать. Высокопарные слова Амары не произвели на нее впечатления. — Мы знаем ваше положение. Вы были на грани отчисления. Дариан очень просил отца решить эту проблему. Вы получили свое, но теперь надеетесь получить больше, став его женой?

— Мама! — Дариан сжал кулаки, его лицо побледнело от гнева. — Прекрати немедленно.

— Я просто пытаюсь решить проблему, Дариан, — устало вздохнула Леди Темпест, изящно промокнув губы салфеткой. — Ты сейчас нестабилен. Твоя болезнь прогрессирует, это влияет на рассудок. Ты уязвим для манипуляций. А мисс Торн... скажем так, она очень вовремя появилась.

Лорд Темпест отложил приборы и сцепил пальцы в замок, глядя на сына как на неразумного ребенка, который притащил в дом бродячую собаку.

— Мы не виним тебя, сын. Это естественная реакция — искать утешения на стороне, когда на плечи ложится груз ответственности. Побалуйся, если тебе так нужно выпустить пар. Поиграй в спасителя для бедной девушки. Но не смей тащить это за семейный стол и называть «невестой».

Амара почувствовала, как внутри закипает холод. Они говорили о ней так, словно ее здесь не было. Словно она была вещью.

— Я не «это», — ровно произнесла Амара.

Лорд Темпест перевел на нее скучающий взгляд.

— Для нас, мисс Торн, вы — временное затруднение. Дариан сейчас бунтует. Он отказывается от брака с Элизой, отказывается от Печати, потому что боится. И вы — часть этого бунта. Но это пройдет.

— Вы ошибаетесь, — тихо сказал Дариан. Он смотрел на родителей с пугающей ясностью. — Это не бунт. И это не пройдет. Я не женюсь на Элизе. Я не приму помощь Кассианов.

— Примешь, — уверенно, без тени сомнения заявила мать. — Потому что у тебя нет выбора, дорогой. Кассианы — единственные, кто может тебе помочь. Они спасли тебя, когда ты был малышом, и спасут сейчас.

Амара вдруг отбросила всю неприязнь к родителям и спросила, стараясь, чтобы его голос звучал не слишком заинтересованным.

— Малышом? У Дариана были проблемы с магией с детства?

— О, ему только исполнилось три, и это был кошмарный год, — Леди Темпест покачала головой, на секунду утратив свою ледяную маску. — Он угасал на глазах. Целители разводили руками. Мы думали... мы думали, род прервется. Но Лорд Кассиан нашел мощного мага, который смог помочь. Мы обязаны им жизнью Дариана. И плевать в руку, которая тебя излечила — это верх низости, сын.

Дариан скривился, словно от зубной боли.

— Я благодарен за спасение своей жизни, пусть этого и не помню. Но я не отдам вам свою душу в качестве оплаты.

Он отодвинул стул и встал.

— Мы уходим.

Лорд Темпест даже бровью не повел. Он спокойно отпил вина.

— Иди. Проветрись. Тебе полезно. Карманные деньги мы тебе оставим — гуляй, развлекай свою подругу. Но когда тебе надоест играть в героя-любовничка и ты почувствуешь, что тьма снова подступает к горлу... ты придешь домой. Ты наденешь Печать. И ты извинишься перед Элизой.

— Не ждите, — бросил Дариан.

Он протянул руку Амаре.

— Идем.

Амара медленно поднялась. Она поправила очки и посмотрела на Лорда Темпеста изучающим взглядом, но так ничего и не сказала. Дариан взял ее за руку, и они вышли из столовой под аккомпанемент звенящей тишины.

Они шли через холл с высоко поднятыми головами. Лакеи распахивали перед ними двери, и этот звук эхом отдавался в пустоте дома. Они вышли в прохладную ночную тьму. Дверь особняка закрылась мягко, с едва слышным щелчком.

Дариан не останавливался. Он быстрым шагом, почти бегом, тащил Амару прочь от этого мраморного склепа, через ухоженный сад, к кованым воротам. Только оказавшись на улице, за оградой, под обычным мигающим городским фонарем, он замедлился и, наконец, отпустил ее руку.

— Ты как? — спросил он, не глядя на нее. Он поправлял галстук-бабочку, и руки его едва заметно дрожали.

— Я в порядке, — Амара потерла запястье, которое он сжимал. — А вот ты выглядишь так, будто вот-вот вызовешь шторм.

Дариан издал короткий, нервный смешок.

— Они даже не разозлились, ты видела? Они смотрели на меня как на больного ребенка, который отказался есть кашу. «Побалуйся». «Погуляй». Они уверены, что я приползу обратно, как только мне станет хуже.

Амара подошла к нему.

— Они тебя любят. По-своему, но любят. И они боятся тебя потерять.

— Возможно. — он горько усмехнулся и снова взглянул на собеседницу. — А ты хорошо держалась, Торн.

— Вот именно. Твои родители великодушно оставили тебе карманные деньги, так что купи нам по «Саламандре» с двойным соусом. Я заслужила. Я высидела ужин в серпентарии и никого не прокляла.

Она кивнула в сторону ларька с уличной едой, который светился в конце аллеи. Дариан ухмыльнулся и посмотрел на нее. В его взгляде смешались благодарность, ярость и что-то еще — теплое, живое.

— Жирная «Саламандра» в парке сразу после того, как я удрал из дома? Звучит как идеальное первое свидание.

— Не наглей, Темпест.

Они двинулись по аллее прочь от богатого квартала. Два изгоя: один — отвергнутый собственной семьей, другая — отвергнутая всем миром. Но сейчас, в темноте, плечом к плечу, они выглядели опаснее любой армии. И гораздо свободнее, чем кто-либо в том мраморном особняке позади.

Глава 14. Странная синергия

Попытка Амары понравиться родителям Дариана провалилась с оглушительным треском, но тот нелепый ночной ужин на скамейке в парке оставил после себя странное послевкусие. Пока они ели дешевую уличную еду, ледяная стена между ними дала едва заметную трещину.

Они встречались на полигоне №7 каждый вечер после занятий и тренировались до полного изнеможения. Их магии продолжали конфликтовать. Воздух Дариана был слишком «живой», стремительный, неконтролируемый, постоянно на грани взрыва. Некромантия Амары была слишком «мертвой», поглощающей, медленной, но неотвратимой.

Их отношения колебались между яростными спорами и неловким молчанием.

— Почему ты такой... громкий? — однажды выдохнула Амара, едва увернувшись от его очередного хаотичного вихря, который чуть не снес ей голову. — Твоя магия просто орет!

Дариан, красный от усилий, отмахнулся.

— А почему твоя такая... холодная? Как будто всасывает всю радость из мира!

Они швырялись друг в друга оскорблениями, не подозревая, что именно так и выглядит прогресс. Вместо того, чтобы пытаться навязать свою магию партнеру, они начали интуитивно чувствовать ее суть.

Прорыв случился во время очередного провала. Дариан, потеряв концентрацию, обрушил на девушку мини-шторм. Амара не стала ставить щит. Она рефлекторно вскинула руку — не чтобы остановить поток, а чтобы впитать его.

Ощущение показалось грязным. Она почувствовала, как его избыточная, хаотичная энергия ударила по ее внутренним накопителям, словно электрический разряд. Это было больно, непривычно, но…

Это сработало.

Его шторм затих. Просто угас, лишенный своей силы. Дариан удивленно опустил руки.

— Ты... ты что сейчас сделала?

— Я... заземлила, — прохрипела Амара, массируя виски. Ее тело гудело от чужой энергии. — Твоя магия слишком сильна. Моя способна ее поглотить. Я сработала как накопитель.

Глаза Дариана загорелись.

— А если… а если ты начнешь забирать излишки, когда я на грани срыва? Это даст мне контроль!

Идея была рискованной. Это требовало от Амары принять в себя часть его проклятой нестабильной энергии. Но в этом предложении мерцал первый проблеск надежды.

Тренировки изменились. Дариан концентрировался на чистой, контролируемой стихии. Когда он чувствовал, что сила нарастает, и «тварь» начинает вырываться, Амара подходила ближе и, прикасаясь к нему, начинала медленно, осторожно вытягивать излишки. Она чувствовала, как по ее венам бежит чужая, бурная энергия, смешиваясь с ее собственной, более спокойной. Это напоминало попытку пропустить молнию через руки и не сгореть. Странно. Болезненно. Но эффективно.

Амара, в свою очередь, экспериментировала со «мертвыми туманами». Порожденный медленным разложением эфира, ее туман получался плотным и холодным, но двигался предательски медленно. Он лениво стелился по земле, затрудняя обзор и высасывая силы, но враг легко мог бы убежать.

— Твоя штука еле ползает, Торн, — заметил Дариан, проходя сквозь серую дымку. — В бою нас убьют раньше, чем она дотянется до противника.

— А твоя слишком быстрая и неконтролируемая, — ответила Амара. — Что толку от урагана, если он разнесет и нас, и врага?

Они смотрели друг на друга. И тут до Дариана дошло.

— Мой ветер... Он может нести твой туман.

Это стало настоящим открытием. Дариан создавал направленные потоки воздуха, которые, словно невидимые реки, подхватывали некротический туман Амары и швыряли его через поле с невероятной скоростью. Туман превратился в их щит, оружие и дымовую завесу одновременно. Ветер Дариана разгонял мертвые испарения, делая их стремительными и непредсказуемыми. Выглядело жутко, работало безотказно.

Ругань по поводу несовместимости стихий прекратилась. Теперь споры касались только тактики.

— Нет, направь ветер вот сюда! Ты же меня саму снесешь!

— А ты шевелись, Торн! Я не могу ждать, пока твой могильный туман соберется в кучу!

Совместить несовместимое — именно так выглядела их синергия. Союз воздуха, дающего жизнь, и тлена, забирающего ее. Союз мальчика-солнца, боящегося собственной тьмы, и девушки из подземелий, способной эту тьму обуздать.

В конце одной из тренировок, когда их магии сплелись в единый опасный танец, Дариан посмотрел на напарницу.

— Мы можем это сделать. Мы можем победить, — тихо сказал он.

Амара, вытирая пот со лба, кивнула. На ее лице не было улыбки. Но в ее глазах, за треснувшими оправами очков, горел холодный огонь решимости. Они готовы.

Глава 15. Семейный визит

Они как раз закончили очередную изматывающую тренировку. Амара стягивала с рук защитные перчатки, пропахшие ее собственным «мертвым туманом», а Дариан пытался отряхнуть с парадной тренировочной формы кладбищенский мох. Они молча шли через главный холл Академии, соблюдая между собой дистанцию в два шага — уже не враги, но еще и не друзья. Скорее, сообщники, повязанные общей тайной.

— Если ты еще раз направишь свой ветер на полметра левее, Темпест, — ровным голосом выговаривала Амара, — я призову десяток духов-плакальщиц, которые будут всю ночь выть тебе под дверью о том, какой ты криворукий...

— Ама!

Громкий, чистый, как колокольчик, возглас разрезал гул холла.

Амара споткнулась на полуслове. Она узнала этот голос, и ее плечи инстинктивно напряглись.

Из толпы студентов, словно луч солнца, прорвавшийся сквозь грозовую тучу, вылетела девушка. Она была полной противоположностью Амары. Если Амара была тенью, эта девушка была светом. На ней была ослепительно белая форма студентки-целительницы из другой академии. Светлые волосы, в отличие от тугого хвостика Амары, рассыпались по плечам мягкими волнами, а огромные зеленые глаза сияли восторгом.