Испытание времени

Глава первая: Исчезновение

Последний луч солнца цеплялся за верхушки качелей, окрашивая их в жидкий, расплавленный золото. День угасал, как и положено теплому сентябрьскому вечеру. На площадке «Космос» – так ее называли из-за ракеты из синих труб и горки в виде лунохода – царил привычный пред ужинный хаос: крики, смех, визг тормозов самокатов, усталые голоса мам и бабушек на лавочках: «Саш, домой!», «Маруся, шапку надень!»

Артем, или просто Тема, не слышал ни криков, ни зова, он был в самом сердце бури, на космическом корабле, вернее, на его капитанском мостике – верхней площадке ракеты. Оттуда был лучший вид на империю: песочница-марсобойня, где его друг Ваня возводил крепость из мокрого песка, и астероидный пояс из разбросанных игрушек. Тема крепко сжимал штурвал – холодную железную перекладину – и всматривался в горизонт, где за забором начинался взрослый, непонятный мир многоэтажек.

«Внимание, экипаж! – мысленно командовал он. – Курс на туманность Андромеды! Преодолеваем гравитацию!»

Гравитацией была мама, она сидела на дальней лавочке, уткнувшись в телефон, изредка поднимая голову, чтобы кивнуть ему или сделать строгое лицо, когда он слишком уж раскачивался. Она была его центром притяжения, его главной станцией, ну и конечно, как всякая станция, иногда требовала возвращения для дозаправки – ужином и уроками.

Тема вздохнул потому, что приключение подходило к концу, солнце почти спряталось, и фонари на площадке щелкнули, заливая все мертвенно-белым, не космическим светом. Дети начинали разбегаться: Ваню уже позвала его бабушка, пора было спускаться.

И тут его взгляд упал на старую, дуплистую березу на краю площадки, за заборчиком из синих столбиков. Ее все обходили стороной – говорили, там живут злые духи или просто грязно, но сейчас, в косых лучах уходящего солнца, в дупле что-то мерцало. Не просто блестело, как фантик, а именно мерцало мягким, теплым, медовым светом, как крошечная звезда, упавшая с неба и застрявшая в дереве.

Сердце Артема заколотилось громче, чем когда он качался на самых высоких качелях. «Это знак», – подумал он. «Настоящий космический сигнал! Может, это послание от инопланетян? Или волшебный артефакт, как в любимой игре?»

Мама была поглощена телефоном, переписываясь с кем-то, ее лицо было серьезным, она не заметит, если он сбегает на минутку.

«Капитан всегда исследует аномалии лично», – решил он, и его ноги сами понесли его вниз по скрипучим ступенькам ракеты.

Он перелез через низкий заборчик (это было запрещено, но разве запреты останавливают капитана?) и подошел к березе. Земля здесь была усыпана прошлогодней листвой и какими-то обломками, а дупло оказалось на уровне его лица. Мерцание внутри было еще загадочнее вблизи – он не видел источника, только этот пульсирующий, живой свет.

Артем осторожно, как его учили с незнакомыми собаками, протянул руку, он хотел только потрогать, узнать, что это. Его пальцы коснулись шероховатой внутренней поверхности дупла, было тепло, и тогда свет вспыхнул не ослепительно, а будто обнял его руку мягкой, золотистой перчаткой. Артем ахнул от неожиданности, но не испугался, а наоборот, его охватил восторг. «Так и должно быть! Это был портал!», – подумал он.

Он обернулся, чтобы крикнуть маме: «Смотри!», но площадка за его спиной вдруг показалась очень далекой. Мама на лавочке была маленькой, как кукла, и все вокруг нее – качели, горка, уходящие домой люди – двигались как-то странно, очень-очень быстро, словно в ускоренной съемке. Звуки тоже исказились – детские крики превратились в тонкий, завывающий писк, а голос мамы, звавшей его, донесся растянутым, низким гулом: «Ааартеееем…»

Его охватила не паника, а ошеломляющее любопытство, он снова посмотрел в дупло – золотой свет теперь заполнял все его поле зрения, манил, звал. Без единой мысли, повинуясь чистой, детской жажде чуда, Артем шагнул вперед, сунув голову и плечи в узкое отверстие и провалился…

Не вниз, не в яму, он провалился сквозь барьер чего-то плотного, теплого и вязкого, как мед. На миг ему показалось, что его тело растягивается, как жевательная резинка, а потом сжимается в точку.

Он сильно зажмурился, а когда он открыл глаза, то понял, что стоит на том же месте. Ноги утопали в прошлогодней листве, перед ним была та же береза. Он облегченно выдохнул: фокус не удался, но облегчение длилось доли секунды.

Все было не так: было тихо, гробово тихо, ни писка, ни гула, ни голосов. Он обернулся – площадка «Космос» была на месте, но она была… пустой: качели были покрыты толстым слоем ржавчины, краска на ракете облупилась и висела лохмотьями, песок в песочнице застыл серой, каменной массой. Фонари не горели, а на небе не было ни звезд, ни луны – только сплошная, бархатисто-фиолетовая мгла.

А главное – не было ни души: ни мамы на лавочке, ни Вани, ни других детей… Никого.

«Мама?» – позвал Артем. Его собственный голос прозвучал приглушенно, словно его съела вата, набитая в уши. Ответа не было.

Первая волна страха, холодная и липкая, подползла к горлу. Он бросился назад, к заборчику, его ноги странно тяжело двигались, будто он бежал по глубокой воде. Он перелез через забор (дерево было сухим и хрупким) и побежал к лавочке, где сидела мама. Лавочка была та же, но дерево рассохлось, и на сиденье лежал слой пыли и каких-то сухих листьев, которых не могло быть вечером в сентябре.

«МАМА!» – закричал он уже во весь голос, и в тишине его крик был похож на треск сухой ветки.

Паника, настоящая, всесокрушающая, накрыла его с головой. Он закружился на месте, крича, зовя, плача, но ответом была только непроглядная, равнодушная тишина. Он был один, совершенно один в этом мертвом, изуродованном парке.

Внезапно его взгляд упал на свои кроссовки, на новые, ярко-синие кроссовки с зелеными шнурками, которые мама купила ему в субботу. Они были покрыты толстым слоем серой пыли и стерты. Подошвы, которые утром были с четким, острым рисунком, теперь выглядели гладкими, почти стертыми, как будто он прошел в них не одну сотню километров.

«Как…?» – прошептал он.

И тут он услышал глухой, мощный, равномерный стук. Он исходил не откуда-то извне, а изнутри всего вокруг и из него самого. Это был стук гигантского сердца или тиканье часов таких размеров, что их маятник качался где-то между небом и землей.

Тук-ТАК. Тук-ТАК.

С каждым «ТАК» мир вокруг чуть-чуть менялся. Артем в ужасе наблюдал, как на ржавой поверхности качели за секунду появлялся новый слой окиси, как трещина на асфальте у его ног медленно, но неотвратимо расширялась. Время здесь текло, но оно текло наглядно, как вода, размывающая берег и текло оно с чудовищной, неестественной скоростью.

Он попал не в другую планету, он попал в время или время попало в него…

Артем отшатнулся назад, споткнулся и упал на колени. Слезы, горячие и соленые, потекли по его грязным щекам. Он хотел домой, к маме, к теплому свету на кухне, к котлетам, к своему игрушечному космическому кораблю на полке. Сюда, в эту ужасную тишину и разруху, все это казалось сказочно далеким, почти нереальным.

«Портал… – вдруг сообразил он, поднимаясь. – Надо вернуться через дупло!»

Он побежал обратно к березе. Дерево стояло, такое же древнее и дуплистое, но дупло было пустым: никакого мерцания, никакого света, только черная, сухая дыра, пахнувшая тленом и пустотой. Он сунул в него руку – глубокая, холодная пустота. Он кричал в нее, бил по краям – ничего… портал закрылся.

Артем опустился на землю, прислонившись спиной к холодной коре. Отчаяние сдавило его так сильно, что он не мог плакать, он просто сидел, смотря в фиолетовую мглу, и слушал мерный, всесокрушающий стук времени.

Тук-ТАК. Тук-ТАК.

_____________________________________________________________________________________________

В это же самое время, в нормальном времени, на площадке «Космос» разыгрывалась драма.

Анна, мама Артема, оторвалась от телефона, где спорила с коллегой о срочном проекте.

«Тема, пора!» – крикнула она, вставая, её взгляд скользнул по ракете, но верхняя площадка была пуста.

«Артем?» – позвала она громче, подходя. Ее сердце сделало неприятный, маленький толчок. Она обошла ракету, заглянула за горку, в песочницу – его не было.

«Тема! Артем! Немедленно выходи!» – в ее голосе появилась металлическая нотка. К ней подошли другие мамы.

– Что случилось?

– Моего сына не видите? В синей куртке, синих кроссовках? Головы покачались. Кто-то видел его десять минут назад на ракете, а кто-то – нет.

Паника, холодная и цепкая, начала подниматься по ногам Анны. Она обежала всю площадку, заглядывая под каждый куст, в каждый угол, ее голос срывался: «АРТЕМ! ОТЗОВИСЬ!»

Через пять минут на площадке уже была вызвана полиция. Через пятнадцать приехала первая патрульная машина, мигая синим. Соседи спускались из домов, образуя встревоженный круг. Кто-то уже обзванивал больницы, кто-то предлагал прочесать ближайшие дворы. Ваня, друг Артема, плача, рассказывал полицейскому, что видел, как Тема слез с ракеты и куда-то пошел, но он не видел куда.

Анна стояла посреди всего этого хаоса, сжимая в руках телефон, на который уже звонил муж, и не могла вымолвить ни слова. Ее мир, такой надежный и понятный час назад, рухнул в одно мгновение. Ее мальчик, ее солнышко, просто испарился в тонком осеннем воздухе и самое страшное было то, что не было ни крика, ни борьбы, ни следов – ничего, как будто время открыло пасть и бесшумно проглотило его.

А где-то в параллельной реальности, слушая стук великих часов, маленький мальчик, стерший подошвы своих новых кроссовок, делал первый, страшный вывод: чтобы выжить и найти дорогу назад, ему придется стать взрослым, прямо сейчас.

Анна не помнила, как прошли следующие часы. Время для нее превратилось в разорванные, острые осколки. Вот она стоит, сжимая в ледяных пальцах телефон, и диктует оператору полиции приметы: «Синяя куртка с желтой полосой на рукаве, синие кроссовки Nike со светящимися зелеными шнурками, рост около 120…» Вот она видит, как ее муж, Денис, выскакивает из такси у детской площадки, его лицо – маска ужаса и неверия. Вот она уже в отделе, смотрит на монитор, где камера с соседнего дома показывает пустынную площадку в тот самый момент. Видно, как Артем слезает с ракеты, идет к краю кадра, к той самой березе за заборчиком… и пропадает, просто шагает за угол обзора и не появляется больше никогда. Никто не подходил, не уводил его, он просто растворился.

«Портал», – вдруг, с безумной ясностью, подумала Анна. Она тут же отогнала эту мысль, чувствуя, как ее разум начинает скользить по опасной грани, но образ – ее сын, шагающий в золотой свет в дупле дерева – засел где-то глубоко, как заноза.

Тем временем механизм поиска, огромный и бездушный, набирал обороты. Объявление о пропаже ребенка разлетелось по всем новостным пабликам и телеканалам. Город, только что дремавший в вечерней рутине, вздрогнул и насторожился. В соцсетях множились посты с хештегом #НайдиАртема, люди выкладывали карты для волонтеров. К утру на площадке «Космос» и в прилегающем лесопарке работали уже сотни человек: полиция с собаками, МЧС, отряды добровольцев в ярких жилетах. Они прочесывали каждый куст, каждый овраг, проверяли подвалы и чердаки ближайших домов.

Но для Артема прошла уже целая вечность.

_____________________________________________________________________________________________

Он не знал, сколько просидел под березой часы внутри мира били свой ритм: Тук-ТАК. Тук-ТАК. С каждым ударом он чувствовал, как голод и жажда становятся острее, а холод проникает глубже под куртку. Страх не уходил, но его острая, режущая кромка притупилась, сменившись тяжелым, гнетущим оцепенением. Он должен был двигаться потому, что сидеть здесь – значило позволить времени стереть его в пыль, как оно стирало краску с ракеты.

Он встал, отряхнул запыленные штаны и посмотрел вокруг. Мир был узнаваем, но искажен до неузнаваемости: знакомая тропинка, ведущая от площадки к его дому, была почти не проходима – ее завалили упавшие, сгнившие стволы деревьев, которых раньше не было. Дома вдалеке, его родная девятиэтажка, стояли темными, безжизненными силуэтами, а в окнах не горело ни одного огонька, казалось, весь город вымер.

Артем сделал первый шаг, потом второй. Он шел по направлению к дому, потому что больше не знал, куда идти. Двигаться было невероятно тяжело, воздух был густым, как кисель, и каждое движение требовало усилий. Он чувствовал, как время обтекает его, пытаясь замедлить, размыть, стереть, но он упрямо шел, повторяя про себя, как мантру: «Домой. Надо домой к маме».

Пейзаж вокруг продолжал меняться на его глазах. Он видел, как асфальт трескался, и из трещин за считанные минуты вырастала буйная, странная растительность – не трава, а какие-то толстые, сизые стебли с колючими листьями. Он видел, как металлический забор у детского сада за несколько десятков его шагов покрывался ржавчиной, которая расползалась по нему, как язвы – мир старел с катастрофической скоростью.

И тут он услышал звук… первый звук, кроме биения времени – скрип низкий, протяжный, словно кто-то открывал огромную, никогда не смазанную дверь. Скрип доносился из переулка между гаражами. Артем замер, часть его отчаянно хотела убежать, а другая часть – та, что была капитаном космического корабля – шептала: «Это может быть помощь или знак».

Осторожно, прижимаясь к стене гаража (краска с нее осыпалась у него под пальцами, как пепел), он заглянул за угол. Там, посреди заросшей диким плющом и трещинами дороги, стояли Часы. Не настенные и не ручные, а огромные, ростом с два этажа, напольные часы в темном деревянном корпусе, с маятником, который мерно качался за закопченным стеклом. Они были здесь абсолютно неуместны, как если бы рояль стоял посреди леса. Скрип издавал именно их маятник – огромный, блестящий диск, который при каждом движении словно с трудом преодолевал невидимое сопротивление и возле этих часов кто-то был.

Фигура была сгорбленной, закутанной в темные, обвисшие лохмотья, она стояла спиной к Артему и, казалось, что-то делала с основанием часов, водя по нему длинными, костлявыми пальцами. От нее веяло таким холодом и такой древней печалью, что Артему захотелось плакать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.