Лунная тень

Глава 15

Эрр Иссайя широким шагом направился в подвал, лиса же старалась не отставать. Он, как и всякий из рода Кертов, впервые охотился на изменённых зверей именно здесь, в подвалах Лунной Тени. Он помнил это чувство азарта и волнения, которые наполняли его, когда он спускался вниз, а позже сопровождал Серафину в её первой самостоятельной охоте. Теперь он остался один и уже никогда подростки рода не ощутят этих чувств и не испытают триумф от победы над жестоким и умным врагом. Эти мысли вызывали боль, он отбросил их и сосредоточился на цели.

– Эрр Лис, раз нас свела судьба, я хотел бы дать тебе имя, – сказал мужчина, спускаясь по лестнице, – И мне кажется, лучшего имени, чем эрр Шафл мне не сыскать, так что буду называть тебя именно так.

Остановившись перед поворотом направо, он присел и выглянул из-за угла. Коридор был пуст, но раздававшееся шуршание говорило, что они здесь не одни. Наблюдение продолжалось достаточно долго, пока по коридору не проскользнула серая грязная тень. Удовлетворённо кивнув, эрр Иссайя вернулся за угол и посмотрел лисе в глаза.

– Итак, эрр Шафл, ты однозначно непростая лиса. А в нашем мире известны только два типа существ, которые выглядят как животные, но при этом проявляют похвальный даже для некоторых людей уровень интеллекта. Это куклы и осколки, и церковь настаивает на том, чтобы и те, и другие были убиты, а тела их сожжены. Да вернутся они в лоно Матери.

Услышав это, лиса оскалилась и сделала шаг назад, готовая в любой момент убежать.

– Так что тебе очень повезло, что дорожки дочерей и эрра Иссайи не пересекаются и мне начхать на их предрассудки. Так что не будем нагнетать обстановку и продолжим беседу, – в руке мужчины как по волшебству появилась сочная птичья ножка.

Лиса подозрительно посмотрела ему в глаза, но не устояла перед аппетитно пахнущим мясом и невинно дружелюбным выражением лица человека. Он протянул руку ещё ближе и зубы лисы впились в мясо.

– А ещё и осколки, и куклы могут развиваться и эволюционировать. И я хотел бы заняться сейчас именно этим.

Лиса, не прекращая жевать, с интересом покосилась на мужчину.

– У меня есть свой интерес. Возиться с крысами в подвале мне не хочется, а уговорить Вайса можно, только потратив на это полдня. Видишь ли, он считает это ниже своего кошачьего достоинства. Так что ты нужен дому и своему господину, то есть мне!

Эрр Иссайя поднялся, гордо выпятив челюсть и глядя куда-то вдаль. Скосив глаза вниз, чтобы оценить произведённый эффект, он увидел широко раскрытую в зевке пасть лисы. Пасть захлопнулась и эрр Шафл, заметив оценивающий взгляд, изобразил полную готовность к свершениям на поприще защиты прислуги от жутких монстров. Мужчина вздохнул, расслабился и выглянул за угол.

– Тогда начнём. Не отставай!

Он перехватил трость ближе к концу и ручка, на которую он опирался, оказалась топором. Выйдя из-за угла он быстрым шагом направился к двум крысам, которые, увидев приближающегося человека, угрожающе ощерились. Удар снизу пришёлся ближайшей в грудь, прервав её жизненный путь и окрасив стену каплями красного, а вторая мокро шмякнулась об стену потоком ветра. Перевернув трость, мужчина воткнул конец трости в бедро ещё живой крысы и она взвыла.

Размером крысы были с небольшую собаку, здесь эррари Столмор оказалась права. Опасными они не выглядели, но в большом количестве могли стать неприятными противниками.

– Теперь твоя очередь, – сказал эрр Иссайя, указывая свободной рукой на появившихся из-за дальнего поворота четвёрку крыс во главе с более крупной, с седой бородой и более осмысленным взглядом, – Я думаю, начнём с одной.

Лиса застыла в нерешительности. Драться или бежать? Выбор между этими альтернативами заставлял всё тело мелко подрагивать. Мужчина спокойно смотрел на неё. Крысы приближались, кровожадно сверкая глазами. Вынув трость из бедра болезненно всхлипывающей твари и резким движением пронзив ей сердце, эрр Иссайя повернулся к приближающейся пятёрке хищников. Он расслабленно стоял, опираясь на трость и его взгляд был пуст. Когда до противников оставалось около десяти метров, он произнёс слово силы и четвёрка, перекувырнувшись, упал на пол, прижатая к полу. Вожак, не заметивший потери бойцов, продолжал приближаться, пока его тело не распласталось в последнем отчаянном рывке к горлу расслабленно стоящего мужчины. Эрр Иссайя уже не успевал ничего сделать, но перед его глазами мелькнула рыжая молния, изменившая траекторию полёта твари. Клыки лисы вонзились в плечо крысы, резкий рывок в сторону вырвал кусок мяса из тела. От неожиданности и боли вожак взвизгнул и, поднявшись, бросился на своего нового противника. Лиса отпрыгнула назад, а потом, легко взмыв в воздух, упала на тварь сверху, глубоко вонзив зубы в холку и ломая позвонки и в тот же момент отпрыгнув в сторону от агонизирующего тела.

– Неплохо, давай попробуем на оставшихся четырёх, – одобрительно сказал мужчина и произнёс слово силы, отпустившее силящихся подняться подельников скребущего пол задней лапой остывающего вожака.

Они прыгнули все вместе, выбрав своей целью убийцу их предводителя. Лиса отпрыгнула назад, спасаясь от мелькающих с едва различимой скорость клыков и лап. Её рыжая шерсть замелькала среди серых шкур хищников.

Догонялки не затянулись. Клыки лисы пронзили горло самого бойкого. Резким движением откинув тело в сторону, зверь прыгнул на другую крысу, ломая ей позвоночник. Третья прыгнула, повалив лиса на пол, но упала у стены с разодранным лапами животом и медленно поползла, волоча кишки по земле. Последняя попыталась сбежать, но была безжалостно схвачена за хвост и шмякнута от об стену, после чего ей перегрызли горло. Наступила тишина, в которой было слышны лишь тяжёлое дыхание лисы и скребки тщетно пытающейся уползти умирающей крысы. Дыхание медленно возвращалось в норму и животное посмотрело пылающим взором в глаза человеку.

Глава 16

Беззвучно похлопав в ладоши, эрр Иссайя сел на землю рядом со своим боевым товарищем.

– Вайс научил меня видеть Глинт, энергию смерти и жизни, этот Великий Предел, запретный для людей и столь необходимый для осколков. Посмотри на тела, видишь чёрные языки пламени, поднимающиеся вверх?.. Подойди и впитай их.

Эрр Шаффл, отведя горящий взгляд от человека, посмотрела на испустившего дух главаря. Чем дольше он смотрел, тем явственнее были видны языки тёмного пламени, медленно чадящего в завораживающем танце на поверхности тел. Подойдя ближе, лис склонился над трупом, носом погрузившись в это пламя, а потом мысленно попытался вдохнуть его. Взметнувшиеся языки устремились к нему, исчезая внутри. Глаза разгорелись сильнее, а тело крысы скукожилось и рассыпалось прахом, растворившимся в воздухе. Лис посмотрел на человека, который не мигая смотрел на него. Издав нечто напоминающее смешок, животное впитало крыс поменьше, оставив в коридоре лишь пятна успевшей вытечь крови.

– Что же, идёмте дальше, эрр Шаффл, – сказал мужчина и направился к дальнему концу коридора.

До лестницы на следующий этаж подвала им встретились лишь пара крыс, пытавшихся спрятаться от них в укромных местах, но лиса безошибочно находила их, ломала шеи и впитывала Глинт. Эрр Иссайя наблюдал со стороны и не вмешивался.

Спустившись вниз, они очутились в начале пыльного коридора, уходящего во тьму, из которой раздавалось встревоженное шуршание. Мужчина нарисовал в воздухе символ света и яркий шар медленно поплыл по воздуху в десяти шагах от них. Прыгнувшей из тьмы бокового коридора крысе эрр Иссайя размозжил череп, вторую же поймал на лету лис и задушил. Пока животное поглощало энергию, человек внимательно осмотрел боковые проходы.

– У нас неплохо получается, эрр Шаффл, – сказал он, вернувшись, – ещё немного и можно будет идти назад, выпить и закусить, как говорил один мой знакомый, quantum satis, чтобы это ни значило.

Тщательно осматривая подземный этаж, который оказался больше, чем хотелось бы, пара добралась до приоткрытой железной двери.

– Это подземная тюрьма рода Керт, – сказал мужчина, присев около стены.

Он извлёк из-под одежды бутылку вина и глубокое блюдце, в которое щедро налил из бутылки. Отсалютовав, он сделал глоток.

– Правда, когда мы с сестрой решили исследовать её в поисках загадочных заключенных, которые томятся в тюрьме долгие годы, или их костей, которые стерегут жаждущие мести призраки, то ничего, кроме скучных деревянных ящиков не обнаружили. А когда мы решили вскрыть их, чтобы узнать, что там за сокровища, то нас нашёл отец и выпорол меня так, что я неделю спал на животе. А Серафина провела у себя в комнате две недели под суровой опекой учителя Гороу.

Усмехнувшись и сделав ещё один глоток, эрр Иссайя замолчал, невидяще смотря вдаль. Потом резко очнулся и закупорил бутылку и забрал пустое блюдце, которые исчезли где-то в складках одежды.

– Последний рывок и мы свободны! – сказал он и с силой дёрнул за кольцо двери.

Кольцо с резким звуком лопнуло и эрр Иссайя от неожиданности шлёпнулся на каменный пол. Посмотрев на бесполезный кусок металла у себя в руке, он шёпотом выругался и швырнул его в стену. Странное покашливание привлекло его внимание и он посмотрел на лису. Лиса немедленно перестала улыбаться и преданно посмотрела на мужчину. Борьба взглядов, подозревающего и демонстративно невинного, продолжалась не дольше нескольких секунд, после чего эрр Иссайя поднялся, на ходу сложил пальцами необходимую фигуру и дверь, прогнувшись внутрь, упала, подняв клубы пыли, быстро сдутые внутрь тюрьмы. Мужчина, опираясь на трость, не оглядываясь вошёл в темноту. Фыркнув, лис последовал за ним.

– Кажется мы нашли их гнездо. Будьте осторожны, эрр Шаффл. Нет ничего опасней крысы, загнанной в угол, – тихо сказал мужчина, бесшумно передвигаясь вдоль стены.

Лис, не отводя взгляда от темноты впереди, лишь дёрнул ухом, подтверждая, что он услышал.

– —

Коридор был грязен, захламлён, но пуст. Шар света был погашен ещё при входе, но охотникам темнота не была помехой. Они осторожно приближались к основному блоку бывшей темницы. Мягкий зеленоватый свет проникал из него в коридор.

Они не успели войти, как из камер по бокам на них с диким верещанием бросились злобно ощерившиеся крысы. Эрр Иссайя увернулся от своей, ударив сверху топором и сломав позвоночник. Лис подпрыгнул на месте, упал сверху на врага, уже привычно вгрызаясь в загривок. Умирающие крысы завизжали, и этот визг слился с рёвом бегущих навстречу хищников. За их спиной вспыхнули три шара огня и со свистом устремились к мужчине. Ещё на входе напитав силой тело, он двумя руками изобразил символы ветра и потоки воздуха вихрем закрутились вокруг его тела, принудив шары по изогнутой линии обогнуть его и бесцельно разметаться искрами и языками пламени по стенам темницы позади него. Вихрь вокруг тела мужчины также быстро исчез, а воздух, повинуясь следующей фигуре пальцев, устремился вперёд, кромсая на кровавые ломти бегущих навстречу крыс, кровь которых зашипела во взметнувшемся вверх пламени, остановившем невидимые лезвия.

– Теперь дело за вами, эрр лис, – сказал мужчина и спокойно встал, опершись на трость.

Лис тявкнул и побежал вперёд. Мужчина встал у колонны, опершись на трость и наблюдая за полем боя, и не заметил как звуки утихли, а сзади его мягко обняли за талию. Он резко обернулся и перенёсся в весенний сад.

От неожиданности закружилась голова, он оступился, но его удержали. Знакомый, едва уловимо сладкий аромат духов, любимых его женой, наполнил его глаза влагой. Он моргнул и, всё ещё не веря, обнял в ответ, погрузившись лицом в чёрные вьющиеся волосы. Последний раз Орсон видел Хильд около двух лет назад, когда он отправлялся усмирять горцев на западе. Первые жёлтые листья, кружась, падали на землю, Хильд куталась в платок, непослушные кудряшки обрамляли бледное лицо, но слегка покрасневшие глаза твёрдо смотрели вслед удаляющимся всадникам. Он спешил как мог, но так и не успел, выискивая моменты, где мог поступить иначе и приехать раньше, спасти свою жену и новорождённых близняшек, но голос разума раз за разом твердил, что Бриер бы снова повторил то, что задумал при малейших слухах о том, что он возвращается в столицу. Но сейчас было не до набившего оскомину чувства вины. Он мог ощущать запах духов любимой женщины и чувствовать её тело своим телом и ладонями и ничто не могло прервать этот затянувшийся на век сладкий миг.

Атака лиса был сокрушительной и быстрой. В несколько прыжков перемахнув через трупы противников, он считанными ударами превратил в лохмотья тела двух заклинателей, бормотавших следующее заклинание. На очереди был третий метатель огненного шара и седой, немощный крыс, выделяющийся даже на фоне тех, что встречались ранее. Готовый уже прыгнуть, лис был вынужден изменить своё намеренье, когда в схватку вмешался ещё один участник. Это была мускулистая крыса, чьё тело местами прикрывали кусочки металла, служащие защитой, а на шее блестел ошейник с шипами. Она выпрыгнула из темноты, метя зубами в незащищённую шею лиса. Он отпрыгнул назад и рыжее пятно закружилось, уворачиваясь от металлически блестящих когтей и зубов. В момент, когда крыса прыгнула и промахнулась, лис попытался впиться зубами в бок, но был повержен на землю ударом усиленного металлическим шаром хвостом. Взвизгнув от ослепляющей боли в плече, лис покатился по полу.

В этот момент заклинатель закончил своё заклинание и воздух наполнился гудением огненного шара. Но летел он не в лиса, а в эрра Иссайю, который опершись на свою трость стоял позади с потемневшими глазами. Эта скованная неподвижность испугала рыжего, но он не успевал ничего сделать. Единственное желание защитить мужчину даже ценой своей жизни вспыхнуло в сознании, и оно было настолько всепоглощающим, что мир померк в фиолетовой, почти чёрной, вспышке, и лис оказался рядом с мужчиной на пути шара огня. Вспышка от взрыва переросла в невыносимую боль, и сознание лиса провалилось в темноту небытия, но в этот момент он был счастлив, что эрр Иссайя был спасен.

– Большой О, – лёгкое постукивание по плечу заставило Орсона отвлечься от ощущения безграничного счастья близости с той единственной, что придавала его жизни хоть какой-то смысл.

Орсон посмотрел на ту, что пыталась привлечь его внимание. Серафина выглядела старше, превратившись из угловатого и чуть нелепого подростка в стройную молодую женщину.

– Не время спать, Большой О, – сказала она, легонько стукнув по лбу веером.

Орсон вздохнул. Если ты держишь в объятиях одного мертвеца, а рядом стоит другой, единственным разумным поступком было использовать печать очищение, которую вдалбливали в них чуть ли не с младенчества. Сделав последний вдох, он сотворил заклинание и вновь оказался в подвале. На его глазах эрр Шафл исчез в фиолетовой вспышке, чтобы в такой же вспышке оказаться на пути летящего в него шара огня. Вид упавшего дымящегося тела заставил его сердце пропустить удар и уже через мгновения он оказался рядом с существом, неожиданно ставшим для него больше чем милой и забавной зверушкой.

Привычные лезвия воздуха порубили последнего адепта огня в фарш. Седой крысиный заклинатель рухнул на землю ещё тогда, когда мужчина пришёл в себя. Увидев смерть заклинателя огня, воин с ненавистью посмотрел на человека и побежал, по дорогу подхватив старика. Лис ещё дышал, но его бока вздымались быстро и хаотично. Лис умирал. Выбора не оставалось. Переданная жизненная энергия не только усиливала осколки, но и ускоряла регенерацию. Никто в здравом уме так никогда не поступал, Орсон знал об этом только по счастливой случайности, но сейчас он действовал не раздумывая. Рука легла на голову лисы и энергия ровным мощным потоком полилась от мужчины к агонизирующему животному. Рана мягко засветилась и на глазах начала затягиваться. Когда о ней напоминал лишь чистый мех, а тело лисы расслабилось и дыхание выровнялось, мужчина отпустил убрал руку, слегка покачнулся и посмотрел туда, где раньше были две особо развитых крысы. Но о битве напоминали лишь изуродованные останки рядовых бойцов стаи, предводители ускользнули, пока он был занят лечением.

Глава 17

Когда лис очнулся, то обнаружил мужчину сидящим на полу коридора с полупустой бутылкой в руке.

– Приятно видеть тебя в сознании, эрр Шафл, – сказал он, – И никогда так больше не делай.

Хоть взгляд эрра Иссайи был направлен вдаль и тело было расслабленно, от него веяло скрытой яростью. Он посмотрел лисе прямо в глаза и зверь не выдержал и трёх ударов сердца.

– Маг, отправившийся к Матери от одного шара огня, не достоин жить. Как и маг, потерявший контроль над собой. Нам встретились непростые противники и любая ошибка могла стоить жизни нам обоим. Не отвлекайся и доверяй своим соратникам, сначала обезопась себя, потом приходи на выручку товарищу. Думай прежде чем делать, сиюминутные порывы могут привести к печальному исходу.

Лиса, смотрящая в пол, попыталась скрыть зевок. Мужчина замолк, неодобрительно посмотрел на рыжую милашку, изображающую смущение, вздохнул и поднялся с пола.

– Вот же морока на мою голову… Эрр Шафл, пойдём взглянем, куда скрылись эти грызуны-переростки.

Поиски были недолгими, мужчина быстро нашёл щель в стене, из которой тянуло сквозняком. Это оказалась скрытая дверь, ведущая в небольшую комнату с покрытой пылью печатью. Следы тянулись к щели в противоположной стене, откуда веяло холодом.

Эрр Иссайя сел в центре печати, поджав под себя ноги. С зачисткой подвала они закончили, можно было возвращаться. Но если он был прав, за этой щелью в стене скрывалась одна из главных тайн рода Керт, хранителем которой всегда был старший мужчина рода.

Он как вчера помнил свой пятнадцатый день рождения, когда отец завязал ему глаза и долго вёл вниз через подвал. После недолгого ожидания в этой комнате, которую в прошлый раз он так и не увидел, граф активировал печать и Орсон ощутил точно такое же дуновение ветра у себя на щеках. Потом был долгий спуск сначала по гулкому коридору, что-то мягкое и упругое под ногами, таинственные шорохи вдалеке и крепкая и тёплая рука отца. Когда ему развязали глаза, они оказались на краю огромной расщелины посреди пещеры, размеры которой было невозможно определить в темноте, а внизу гудела подземная река. Впереди был широкий мост, невозможный в своей естественности. Отец положил руки ему на плечи и внимательно посмотрел в глаза.

– Ничего не бойся, Орсон, – сказал он и его слова показались смешными, потому что он не боялся ничего, – Эта традиция уходит корнями к основателю рода. Когда ребёнку рода исполняется пятнадцать, его представляют Покровителю. Это не испытание, не отбор, просто так принято делать из века в век. Покровитель может пугать, но он не причинил ни одному ребёнку зла.

Это была ложь, но об этом Орсон узнал намного позже. Да и упоминания о тех, кто не возвращался, исчезало из всех бумаг и архивов и несчастный переставал быть частью рода. Но это была ложь во благо. За сокрытие ребёнка вырезали всю ветвь до младенца, но об этом знали только исполнители и глава рода.

Они шли по мосту, который оказался длиннее, чем Орсон представлял. На середине возвышался какой-то камень с двумя седыми волками по бокам, шерсть которых странно струилась как дым, растворяясь в воздухе клочками тумана. Он никогда не видел призрачных волков. Людей, которые увидели этих существ так близко и смогли рассказать об этом, было очень мало, большинство просто исчезало и о них никто никогда больше ничего не слышал. Когда они оказались в десяти шагах от камня, один из волков утробно зарычал и отец остановил его, положив руку на плечо и принуждая преклониться перед камнем.