ОДИССЕЯ РУДАКОВА Книга 1. Инженер

Глава 3. Новый порядок

Стены, потолок и пол жилого модуля покрывал слой звукоизоляционного пластика. Поэтому, гула реактивных двигателей почти не было слышно. Когда ракета оторвалась от стартового комплекса, разговоры в салоне невольно прекратились. Видимо, зэки мысленно прощались со своей земной жизнью, отправляясь в новое, неизвестное будущее. Лишь сидящий перед Александром мужчина, продолжал что-то тихо бубнить, прикрыв рот правой рукой. Судя по разрезу глаз, он был явно восточной внешности, и Рудаков вначале решил – бедняга молится. Но прислушавшись, Александр понял, что тот с кем-то разговаривает.

– Передатчик! – догадался Рудаков – Откуда?!

Это выглядело настолько странно, что Алексей засомневался. Ведь ссыльных перед отправкой тщательно обыскивали. Движимый любопытством, Рудаков наклонился вперёд. Он увидел, как сосед разговаривает с собственным обручальным кольцом. И самое удивительное – кольцо ему отвечало писклявым детским голоском. Чтобы не терзать зря душу, Александр уже мысленно распрощался с родителями. И тут вдруг появился шанс услышать их ещё раз. Сказать последнее прости.

– Друг! – воскликнул он, вцепившись руками в переднее кресло – Друг! Позволь мне поговорить с родными.

– Не мешай. Я прощаюсь с детьми – ответил ускоглазый.

– Ну, пожалуйста! – взмолился Рудаков – Всего одну минуту!

Тот тяжело вздохнул и, что-то прошептав, поцеловал кольцо. Затем ускоглазый снял его с пальца и протянул Александру.

– Назови город и данные того, с кем хочешь связаться – пояснил он.

Трясущимися от волнения руками Рудаков взял кольцо и почти прошептал нужный адрес.

– Ало – услышал он через пару секунд до боли знакомый голос.

У Александра в горле словно застрял ком. Вместо ответа он лишь издал нечленораздельный шипящий звук.

– Ало – повторил голос.

– Мама! – наконец сумел выдавить из себя Рудаков – Мама, это я!

– Алекс! – закричал голос – Алекс! Сынок! Ты где?!

– Мама! – дрожащим голосом повторил Александр – Я ни в чём не виноват!

– Алекс, ты где?! С тобой всё впо…

Голос умолк.

– Мы вышли из зоны сигнала – пояснил ускоглазый, забирая кольцо.

Рудаков ничего не сказал. Он лежал в кресле, закрыв глаза и плотно стиснув губы, чтобы не заплакать. Демонстрировать собственную слабость перед зэками ужасно не хотелось. Но это было совсем не просто. Вдруг Александр почувствовал невероятную лёгкость. Словно его душа покинула тело. Жилой модуль огласили восторженные возгласы ссыльных.

– Невесомость! – пояснил зачем-то Дик – Мы за пределами земной гравитации.

Ощущение лёгкости длилось секунд пятнадцать или двадцать. Затем душа вновь вернулась в тело, только изменив его положение в пространстве. Рудаков опять сидел в кресле, а не лежал на его спинке. Пол стал полом, а потолок потолком. Тяжело вздохнув, Александр открыл глаза.

– Спасибо, друг – произнёс он, коснувшись рукой плеча ускоглазого.

– Меня зовут Сунь, а тебя? – ответил тот.

– Александр. Можно просто Алекс – сказал Рудаков.

– А я Дик – представился Финч – И много у тебя детей, Сунь?

– Шестеро – вздохнул азиат – Четыре мальчика и две девочки. Старшему уже семнадцать. Теперь он будет за главу семьи.

– Ну ты даёшь – присвистнул Дик – А у меня ни родных, ни детей. Я ведь вырос в приюте.

– Какие твои годы! – успокоил его Сунь – На Марсе тоже женщины есть. Будет ещё у тебя семья. И дети тоже будут.

А в передней части салона, около принтера, уже началась суета. Бандюги активно генерировали пластиковые стаканчики с каким-то напитком. И это точно был не лимонад. Чтобы в длительном полёте ссыльные могли снять стресс, в число разрешённых продуктов входило лёгкое вино. Градусов девять-десять. Но ведь при желании можно и пивом довести себя до нужной кондиции. Это лишь вопрос времени. Некоторые, особо продвинутые, чтобы усилить процесс опьянения, наливали вино в чашки для супа и крошили в него хлеб. Вскоре началось знакомство и братание членов обеих банд. Правда, сами главари не принимали участие в этом радостном событии. Они сидели в первом ряду, по разные стороны от прохода и оценивающе поглядывали друг на друга. Словно прикидывали, кто из них двоих здесь главнее. Впрочем, пока всё шло мирно. Бандиты пили и шутили, не проявляя ни малейшей агрессии. Некоторые из ссыльных тоже направились к принтеру, но их быстро завернули назад.

– Чухи едят после людей! – объявил на весь салон золотозубый – Всем сидеть и ждать своей очереди.

Один из ссыльных попробовал возмущаться, надеясь на поддержку остальных зэков, но, получив под дых, вынужден был вернуться на место.

– Вот тебе и новый порядок – усмехнулся Финч – Из одной тюрьмы в другую попали. Раньше хоть кормили, словно на убой. А теперь будем жрать, когда нам эти суки разрешат.

После краткого общения с матерью, Александр чувствовал себя просто отвратительно. Имей Рудаков сейчас хоть что-нибудь острое, то наверняка вскрыл бы себе вены, чтобы избавится от, давившей грудь, тоски.

– Я проголодался – встав с кресла, произнёс он – Схожу, принесу нам пожрать.

– Куда ты?! Давно не огребал?! – заволновался Дик.

Но Александр его не слушал. Он уже шагал по проходу в головную часть салона.

– Очки хоть сними, чтобы стёкла в глаза не попали – крикнул вдогонку Финч.

Пройдя мимо, удивлённых такой наглостью, бандюг, Рудаков спокойной походкой направился к принтеру.

– Эй, четырёхглазый! Тебя чё в уши имели, когда я говорил? – возмутился золотозубый.

Он поднялся с кресла, желая лично наказать зарвавшегося фраерка. Второй главарь тоже покинул своё место и подошёл к смутьяну. Как раз вовремя, чтобы успеть перехватить занесённую руку коллеги.

– Подожди – пробасил он и взглянул на Александра – Тебя зовут Рудаков? Я на перекличке услышал.

Александр кивнул.

– Выходит ты русский? – спросил курчавый главарь.

– Не знаю. Родители мне об этом не рассказывали – пожал плечами Рудаков.

– Мне тоже никто не рассказывал. Сам догадался, что я русский – засмеялся бугай – Гольдин моя фамилия. Давид Гольдин. И фамилия русская, и имя тоже. Не ошибёшься! Хотя меня все Дэвидом кличут. Так им – англосаксам проще. Да, земляк, мало нас русских осталось! За что тебя сослали?

– Охранника задавил – ответил Александр.

– Нарочно, что ли? – уточнил Дэвид.

– А никто особо не разбирался. Я же полукровка – грустно усмехнулся Рудаков – Меня даже не судили.

– Вот козлы! – искренне возмутился курчавый – Мало я их гадов мочил! Ладно, земляк. Не расстраивайся. На Марсе тоже люди живут.

– Да, я уже давно не расстраиваюсь. Привык – пожал плечами Александр – Вот, даже перекусить хотел.

– Давай, приятель. Копируй, что хочешь – засмеялся Дэвид, пропуская Рудакова к принтеру – Я разрешаю.

– А я запрещаю! – набычился золотозубый – Закон для всех один. Чухи едят после людей.

– Да, я клал на твой закон – воскликнул курчавый – Ты кто вообще такой, чтобы здесь командовать?

– Кто я?! – оскалил золотую пасть главарь – Я Волф Соверен. Меня знает всё западное полушарие. От Канады до Чили. А вот, кто ты такой?! Полукровка!

– Волф Соверен? Что-то я не слышал про такого – задумчиво повторил Дэвид и обратившись к зэкам громко спросил – Кто ещё слышал про Волфа Соверена, кроме него самого?

Ответом было всеобщее молчание. Даже если кто-нибудь что-нибудь слышал о золотозубом, отвечать не спешил. Ведь ещё не ясно, кто из двух главарей возьмёт вверх. Тем временем, остальные бандюги прекратили бухать и тоже встали со своих мест. Конфликт двух главарей готов был перейти в большую потасовку с непредсказуемым исходом. А в центре предстоящей схватки двух банд находился Александр, невольно ставший её причиной. Вспомнив предупреждение Дика, Рудаков снял очки и спрятал их в карман. Видимо курчавый воспринял этот жест Александра, как приготовление к драке и положил ему на плечо свою здоровенную ручищу. Дэвид был заметно крупнее Волфа, поэтому тот отступил немного назад, чтобы не огрести от бугая первым же ударом. Кроме пластиковых вилок и ложек никакого оружия у бандитов не имелось. А небольшими бритвенными станками, которые позволял копировать принтер, нельзя было даже поцарапать противника. Но и такими безобидными вещями они могли нанести друг другу серьёзные увечья. А может даже и убить. Если, к примеру, воткнуть вилку в шею. Ситуация в жилом модуле накалялась с каждой секундой.

– Эй, ребятишки, а вы уже решили куда денете трупы? – раздался из середины салона хриплый старческий голос – Нам ведь придётся потом целых две недели нюхать ваше дерьмо.

– Кто это ещё там тявкает? – крикнул золотозубый.

В ответ на его реплику, из кресла поднялся мужчина лет семидесяти на вид с аккуратно подстриженными седыми волосами и такой же седой бородкой.

– Я это тявкаю, сынок – подойдя к, готовым сцепиться бандюгам, произнёс он – Ну, и куда потом нам девать ваши трупы?

– Куда-куда! Да, выкинуть в утилизатор и всего делов – ответил за Волфа Дэвид.

– Как ты туда запихнёшь целого человека? – не унимался дед – И на части пилить нечем. Так что, ребятишки, оставили бы вы разборки до Марса.

– Ты погляди! Ещё один герой выискался! – воскликнул Соверен – Да, кто ты такой, чтобы нам советы давать?

Вместо ответа, старый зэк расстегнул на свитере замок-молнию и показал бандитам свою сморщенную грудь, на которой синела татуировка птицы с непропорционально большим клювом. Александр заметил, как изменились физиономии обоих главарей.

Глава 4. Скандалист

– Дед, ты из Воронов? – удивился Дэвид – Их же всех давно ликвидировали. Кого-то совсем грохнули, а кого-то на Марс сослали.

– Получается не всех – усмехнулся старик – Трое нас на Земле оставалось. Двое померли. Первый уже давно, а второй чуть больше года назад. Теперь я один такой. Динозавр!

Про Воронов Рудаков кое-что слышал. И не из криминальных новостей. Он тогда ещё был слишком мал. Александр случайно прочитал о них в небольшой научно-популярной статейке, в которой говорилось, что бельгийский астроном обнаружил на поверхности Марса рисунок, сильно напоминавший ворона. Об этом случае все очень скоро забыли. Ведь кроме бельгийца, никто из астрономов ничего подобного на красной планете не наблюдал. Однако, появились слухи, что Марс теперь контролирует банда Воронов. Конечно же, никаких официальных заявлений по этому поводу не было. Обычные обывательские сплетни.

– И как же тебя сцапали через столько лет? – поинтересовался Волф.

– Здоровье стало подводить, сынок. Пришлось обратится к врачам – вздохнул Ворон – Думал, все про нас давно забыли. А оказалось, что не все. Нашёлся один старый козёл. Наколку мою увидел и сообщил легавым. А дальше уже вопрос техники. Проба ДНК, колпаки полицейские разные, которые мысли читают. Накрутили по полной. Ведь на мои прошлые шалости срок давности не распространяется.

– Отец, что же ты сразу не представился? – воскликнул курчавый главарь – Сейчас мы тебе местечко организуем в первом ряду. Присаживайся рядом со мной.

– Спасибо, сынок. Но лучше я на своём месте останусь – улыбнулся старый бандит – Шумно тут у вас. А в моём возрасте покой нужен. Вы конечно можете меня старика не слушать, но вот что я вам скажу. Пока не прибудем на Марс, смертоубийства лучше не устраивать. Да и на Марсе неизвестно, как всё сложится. Так что надо держаться всем вместе. И других ссыльных обижать не стоит. Если хотите спокойно спать и не опасаться, что проснётесь с перерезанной глоткой. Ведь большинство из них тоже не мыло в туалете свистнули. Надо организовать нормальный доступ к хавчику для всех. Без толкотни. По очереди. Нам ещё долго всем вместе париться.

Соверен поморщился, но возражать не стал. Проворчав, что лично он этим заниматься не будет, Волф развернулся и уселся на своё место. А Дэвид, похоже, воспринял слова Ворона всерьёз. Он и его люди начали по очереди пускать зэков к принтеру. Но Рудаков уже получил пайку. На себя с Диком и на Суня с его молчаливым соседом. Сгенерировав большой поднос, он скопировал на него четыре порции грибного супа, батон хлеба и четыре стаканчика вина.

Сосед Суня, которого звали Мэтью, от супа отказался наотрез, но стаканчик с вином взял.

– Похоже наркоша – кивнув на соседа Суня, шепнул Финч – Вон, как его колбасит. Только бы не блеванул урод.

Но Мэтью не блеванул. Залпом осушив стакан, он встал и отправился в головную часть салона за добавкой. Вернулся Мэтью минут через пятнадцать. Уже сильно поддатый и с подносом, полностью заставленным пластиковыми стаканчиками. Настроение «наркоши» заметно улучшилось. Установив поднос на откидной столик, он вежливо предложил Суню, Александру и Дику присоединиться к возлиянию. Приятели не возражали. Каждому ссыльному в такой момент хочется отключиться от тоскливых мыслей. Поэтому, жилой модуль ракеты очень скоро стал напоминать дешёвый кабак. К счастью для некурящего Рудакова, сигары не входили в число, разрешённых зэкам, вещей. Но вот запах перегара вскоре заполнил весь салон. Наполнил его и гвалт пьяных голосов. Шестьдесят захмелевших мужчин охотно знакомились и вещали друг другу о своей исковерканной жизни. Кое кто даже попытался спеть, но его очень быстро угомонили.

Если уж быть абсолютно точным, захмелевших было не шестьдесят, а пятьдесят восемь. Тот, кого Александр принял за бухгалтера участия в веселье не принимал. Он тихо сидел на своём месте и пытался читать какую-то потрёпанную книжку. А находившийся рядом, скандалист продолжал молча лежать на спинке кресла с, надвинутой на глаза, измятой шляпой. Рудакову вдруг показалось, что тот умер. Александр встал и подойдя тронул скандалиста за плечо. Лучше бы он этого не делал. Притихший буян тут же ожил. Он вскочил со своего места и, оттолкнув Рудакова, выбежал на середину салона.

– Идиоты! Вы все тупые идиоты! – заорал он на весь жилой модуль – Пьёте! Веселитесь! Думаете, что на Марс летите?! А вот вам всем!

И скандалист изобразил руками очень неприличный жест.

– Эй, придурок! Ты чего разорался? – возмутился Дэвид – Убивать нельзя, но отрезать язык я тебе всегда смогу. Если не угомонишься.

– Я понимаю, что многие из вас плохо учились в школе и не могут сложить два и два, но элементарная логика у вас должна присутствовать – продолжил буян, не обращая внимание на угрозу курчавого – Если мы стартовали в полдень, когда солнце в зените, так куда мы летим?! К Солнцу, болваны! Скоро мы все сдохнем! И очень плохо сдохнем!

– Успокойся! – подойдя к скандалисту, произнёс Александр – Ракетой управляет бортовой компьютер. Она сделает оборот вокруг Земли и ляжет на нужный курс.

– А какой в этом смысл? – возразил буян – Зачем усложнять программу, когда можно стартовать в нужное время? Ночью или ближе к утру. Я точно не помню.

Тем временем, зэки продолжили бухать, не обращая внимание на чокнутого горлопана. Видя, что ему никто не верит, скандалист махнул рукой и, усевшись обратно в кресло, надвинул шляпу на глаза. Рудаков тоже вернулся на своё место, но больше пить вино он не стал. Буян сумел-таки посеять в его душе зёрна сомнения. Действительно, зачем нужно было стартовать в полдень, чтобы потом делать такой сложный манёвр. Но отправлять шестьдесят человек в солнечное пекло казалось ещё более нелогичным. Ведь их этап на Марс далеко не первый. Подобную катастрофу непременно бы осветили в новостях. Сотни обсерваторий внимательно следят за всем, что происходит в Солнечной системе. Особенно за транспортными маршрутами, по которым с Луны на Землю доставляют, такой необходимый, кремний. Но если их, по каким-то причинам, всё же отправили к Солнцу, помощи ждать не придётся. Движущуюся с ускорением, ракету уже не догнать. Тем более что путь к светилу короче, чем на Марс. Они все сдохнут от перегрева раньше, чем долетят до Венеры. От такой перспективы Александра даже передёрнуло. Его успокаивало лишь то, что подобная жестокость была абсолютно бессмысленной. Разве только, кто-нибудь из служащих космопорта решил отомстить бандитам за убитого родственника. Однако, провернуть такое мог лишь очень высокопоставленный начальник, что маловероятно. В общем, чем больше Александр думал, тем больше убеждался в нелепости слов скандалиста. Вскоре он окончательно успокоился и повернул рычажок на ручке кресла в режим сна. Направление гравитации изменилось, придавив тело Рудакова к спинке. Монотонный гул пьяных голосов действовал на мозг Александра лучше всякого снотворного. Он устало закрыл глаза и вскоре погрузился в глубокий сон.

Когда Рудаков наконец проснулся все зэки ещё спали. Он вернул кресло в режим бодрствования и отправился в клозет. Здесь тоже преобладал пластик. Кроме унитаза, трёх писсуаров и умывальника, которые были из какой-то керамики типа фаянса. Затем Рудаков посетил душевую кабину, воспользовавшись тем, что желающих сполоснуться пока не наблюдалось. И вернулся на своё место.

Постепенно, стали просыпаться и остальные зэки. Первым делом они естественно направились к клозету. Члены банд лезли без очереди, поэтому в конце салона собралась приличная толпа. Ворона так же пропустили вперёд, хотя он на этом и не настаивал.

– Не мог разбудить меня? – проворчал Дик, ёрзая в своём кресле – Теперь жди пока это стадо рассосётся.

Впрочем, «стадо» рассосалось достаточно быстро. Минут за десять или двенадцать. Облегчившись, зэки вновь потянулись к принтеру, продолжать вчерашнее веселье. Однако, их ждал облом. Чтобы не израсходовать кварц раньше времени, копировать вино теперь разрешалось только бандитам и Ворону. Но не более трёх стаканчиков в сутки. Зато на жратву пока ограничения не налагались. Большинство ссыльных восприняли подобные меры спокойно. Но некоторых пришлось уговаривать физически. Сильнее всего досталось Мэтью, который никак не хотел смириться с подобной несправедливостью. Но в конце концов порядок был восстановлен и весь остальной день прошёл достаточно спокойно. Большая часть зэков резались в карты, которые позволял копировать принтер. Также разрешалось сгенерировать небольшие походные шахматы и шашки для более интеллектуальной части ссыльных. Ещё на кристаллах принтера имелась довольно обширная библиотека. Правда, в, давно устаревшем, бумажном виде. Это было сделано для того, чтобы не перегружать бортовой комп всякой литературной фигнёй и не тратить запасы кварца на туалетную бумагу. В общем, зэки убивали время, как только могли. Сунь и Дик играли в шашки на щелбаны, а Рудаков сгенерировал себе для чтения детективчик с интригующим названием «Кровавые алмазы». В общем, весь день прошел достаточно тихо. Даже скандалист немного успокоился и до самого отбоя состязался с «бухгалтером» в походные шахматы. Вот только бедняга Мэтью заметно страдал без доступа к алкоголю. Он целый день ворочался в кресле, то переводя его в режим сна, то возвращая обратно в режим бодрствования. От еды Мэтью отказывался наотрез и только пил в больших количествах очень крепкий чай. Он немного успокоился и начал принимать пищу лишь на третий день полёта. В общем, три дня всё шло относительно нормально, если не считать постоянные тёрки за лидерство между Волфом и Дэвидом. Лишь присутствие старика Ворона сохраняло в жилом модуле мир и порядок. А вот на четвёртый день случилось то, чего опасался Александр.

Глава 5. Смертники

Кипишь произошёл в период всеобщего сна, который зэки ласково именовали «отрубоном». И поднял его Коннор Литтл, во время своего променажа к ватерклозету.

– Пожар! – взявшись за ручку двери, вдруг завопил он – Пожар! Ракета горит!

Первым на его крик отреагировал, спавший рядом, Рудаков. Александр подскочил как ужаленный, но запаха дыма не ощутил. И температура в жилом модуле не превышала нормативных двадцати пяти градусов.

– Чего ты разорался?! Какой ещё пожар?! – недовольно проворчал он, протирая сонные глаза.

– Сам попробуй! – воскликнул Литтл и указал пальцем на дверную ручку.

Рудаков недовольно поморщился, но всё же перевёл кресло в режим бодрствования. Он встал и, подойдя к двери клозета, взялся за ручку. Та действительно оказалась горячей. Градусов шестьдесят или семьдесят. Обжечься не обожжёшься, но долго не удержишь. Александр осторожно пощупал металлическую дверь. Она была такой же температуры, как и её ручка. Но если в клозете бушевал пожар, то дверь раскалилась бы намного сильнее. И наверняка сработала бы противопожарная система. Рудаков на всякий случай потрогал стену. Пластик обычной температуры. Собственно, по-другому и быть не могло. Ведь, покрытие салона от металлического корпуса отделяла пятимиллиметровая асбестовая прокладка. Зато сама дверь крепилась непосредственно к корпусу.

– Ну, убедился?! Что я говорил?! – не унимался Коннор – Сартир горит!

Тем временем возле клозета стали собираться и другие пассажиры, разбуженные воплями Литтла.

– Что здесь за шум? – раздался за спиной Александра голос Ворона.

– Да вот. Дверь почему-то нагрелась – пожал плечами Рудаков.

– Пожар там! Что же ещё! – воскликнул Коннор – Дверь открывать нельзя! Приток кислорода и всё здесь разнесёт, к чертям собачьим.

Ворон прикоснулся рукой к двери и тут же её отдёрнул.

– Не пожар это – возразил Рудаков – Нечему там гореть. И пожарная система всё давно бы затушила. Сейчас проверим.

Александр снял рубаху и, обмотав ей ручку, приоткрыл дверь клозета. Никакого взрыва не произошло. Внутри не было ни пламени, ни дыма. Ватерклозет выглядел, как обычно.

– Дверь в душевую тоже горячая – воскликнул кто-то из зэков.

– Значит греется корпус модуля – констатировал Рудаков – Видимо что-то горит снаружи. Может проводка искрит. Хотя, вряд ли. Так сильно бы не нагрелось.

– Ну, до чего же вы все тупые! – раздался голос скандалиста – Я же сказал! К Солнцу нас запустили! Скоро мы все здесь зажаримся, как куры гриль! Только живьём!

На этот раз, его слова ссыльные восприняли всерьёз. В салоне повисла мёртвая тишина. Зэки стояли и почему-то растеряно пялились на Ворона, словно ждали от старика окончательного вердикта. Однако, первым тишину нарушил не он, а Волф.

– Ты откуда знаешь? Кто тебе это рассказал? – зло глядя на скандалиста, спросил он – Всё ясно! Вот его решили замочить! А нас за компанию! Чтобы выглядело, как несчастный случай. Будто ракета сбилась с курса. Угадал?!

– Нет! – воскликнул буян – Просто я…

Но закончить мысль он не успел. Удар Соверена сбил догадливого беднягу с ног.

– Ты первым сдохнешь, гнида! – заорал Волф и со всей дури пнул скандалиста по голове. К Соверену присоединились ещё два члена его банды, добивая бедолагу ногами. В этот раз их никто не останавливал. Пассажиры жилого модуля были слишком шокированы внезапной новостью, чтобы отвлекаться на подобные мелочи жизни.

– Вы с ума сошли! Прекратите! – раздался истошный крик «бухгалтера» – Он ни в чём не виноват! Это всё из-за меня! Меня хотят убить!

– Как ты сказал, головастик?! – прекратив пинать скандалиста, воскликнул златозубый – Из-за тебя?!

Он уже готов был заняться «бухгалтером», но его остановил Ворон.

– Не гони коней, сынок. Ещё ничего не ясно – подойдя к Соверену, произнёс старый бандит – Пусть поведает нам, что он такого натворил.

– Я Гарри Болман. Учёный биолог – начал рассказывать «бухгалтер» – Меня осудили к ссылке на Марс за незаконную научную деятельность. Я пытался разгадать тайну бессмертных. Неофициально конечно же. В нерабочее время. Но однажды мои записи пропали. В любом научном учреждении всегда есть бездари, стремящееся украсть идеи истинных учёных. В общем, бумаги оказались у начальства. Потом арест, суд и приговор – ссылка на Марс.

– Ну и за что тебя мочить, головастик? – не понял Волф.

– Всю науку планеты Земля контролируют бессмертные – пояснил Болман – Наверняка мои труды оказались у них. Видимо, я слишком приблизился к раскрытию тайны бессмертия, и они испугались, что на Марсе смогу продолжить работу. Отравить или задушить меня бессмертные не могли. Моё имя слишком известно в научных кругах и явное убийство вызвало бы общественный резонанс. А бессмертные очень зависят от земных поставок кремния и кварца. Такой скандал им совсем не нужен. Некоторые кланы бессмертных уже пытаются добывать кремний на астероидах. Но на такую работёнку найти желающих довольно проблематично и дорого. Я точно не знаю, как они всё провернули с полётом к Солнцу. Может решили представить это, сбоем компьютера или ошибкой диспетчера. Скорее всего уже отправили на Марс человека под моим именем. А здесь я у них значусь каким-нибудь Джеком Потрошителем или Робином Гудом, до которого нет никому дела.