Опасная приманка

Глава 19

Кто тут за наших?

– Дамы и господин, у меня для вас довольно неприятное известие, – начал с порога нежданный гость. – Три часа назад возле вашего дома мои наблюдатели заметили очкарика. Хочу, чтобы вы на него посмотрели.

Визитер выложил на компьютерный стол фотографии. Снимков незнакомого русого мужчины, фигурой очень похожего на Илью, было много. На некоторых фас и профиль крупным планом, я смог даже рассмотреть знакомый оттиск на дужке очков.

– Это, скорее всего, человек Шарга, – кивнул я. – Вы его задержали?

– Не было оснований. С одной стороны, он может оказаться обычным гражданином, а с другой… Я бы не хотел, чтобы мои бойцы начали стрелять друг в друга. В подъезд он не заходил, но к вашим окнам приглядывался. Кстати, мы навели справки: сходный по описанию человек спрашивал о здоровье Людмилы, когда она попала в больницу.

– Который назвался ее двоюродным братом? – заволновался я.

– Да. В связи с этим у меня предложение. У нас есть квартира в тихом районе Москвы. Не перебраться ли вам туда на недельку?

– Из-за одного очкарика?! – возмутилась Валерия. – Да я жду не дождусь, чтобы лично переговорить с этим типом.

– Никто не знает, сколько их осталось. Если он приведет с собой подмогу, мои люди могут не справиться.

– Поможем, – не сдавалась женщина. – Или вы сомневаетесь в наших способностях?

– Алексей Степанович, мы как раз собирались переслать вам пару интересных файлов. – Мне хотелось избежать спора между Лерой и полковником. – Может, сейчас посмотрите? Люд, покажешь?

– Запросто.

Я тем временем позвал Валерию на кухню.

– Лучше переехать, – сказал я ей. – Если они отыскали нашу берлогу, достаточно одного снайпера. И никакие способности не помогут. Понимаю, ты хочешь отомстить…

– Семен, – перебила она, – не будем о мести. Да, я действительно хочу наказать негодяев. Тех, кто продал даже не страну, а свою планету, согласившись помогать чужаку. И наказать не только за смерть Ильи, хотя это в первую очередь, но и за гибель других людей. Поверь, это я умею делать лучше многих. Потому что именно жажда мести когда-то привела меня на тот путь, с которого, во многом благодаря встрече с Груневым, я попыталась соскочить. Уйти, так сказать, на пенсию. Видать, не судьба.

Я чувствовал, что ей нужно выговориться, и молча слушал.

– Мы теперь в одной боевой связке, поэтому тебе нужно кое-что обо мне знать. Буду предельно кратка. В двенадцать я потеряла очень близкого человека, и эта потеря закрыла мне собой солнце. Хотелось самой умереть, но еще больше – убить ту сволочь… В общем, я стала искать, где учат убивать. В течение года поменяла пять секций, весь Интернет перелопатила. Наконец нашли меня. Устроили испытания и, когда убедились в моей непреклонности, начали тренировать. В семнадцать я впервые участвовала в боевой вылазке, в девятнадцать отомстила за смерть отца, а в двадцать наставницы решили, что меня пора возвращать к нормальной жизни, и начали обучать защищать от смерти других.

В тот день, когда ты позвонил и попросил о помощи, я по описанию сразу узнала Де Вито, которого уже три года разыскивали мои бывшие соратники. Его телохранители также числились в списке на уничтожение, поэтому организовать группу не составило труда. Во время операции я не тронула ни одного гада, моей задачей было охранять вас.

Потом бандиты чуть не убили Людмилу. Теперь – Илья. Солнечный диск опять становится темным. В этой жизни для меня остались всего два лучика – Людка и ты. И чтобы они не погасли, я готова порвать любого. Вот это запомни хорошо. – Она ненадолго замолчала и в задумчивости подошла к окну.

Внимательно оглядев двор, Лера продолжила:

– Почему мне не хочется уезжать? В этом районе я знаю каждый кустик, каждого человека, да что там – всех дворняжек и бродячих котов близлежащих подворотен и окрестностей. Однако я не заметила наблюдателей, о которых говорит полковник. Это подозрительно.

– Их ведь тоже чему-то учат. Да и шпионское оборудование со счетов сбрасывать нельзя, – как смог, объяснил я.

Она не спешила с ответом. Еще с минуту на кухне стояла тишина.

– Я соглашусь, только если он обещает не ограничивать нашу свободу.

– Думаю, договоримся, нас же не в тюрьму собираются отвезти.

– Поживем – увидим. Ладно, иди договаривайся.

Через четверть часа мы спускались по лестнице. Алексей Степанович приехал на большом внедорожнике. За руль сел сам.

– Ой, забыла! – воскликнула Валерия. – Я только туда и обратно.

Девушка выскочила из машины.

– Семен, что вы увидели, когда смотрели в зеркало возле парка? – спросил Алексей Степанович.

– Вместо цветка над головой мужика висел золотой диск.

– Думаете, это те, кто воюет с миром Шарга?

Одной из причин, по которой срочно закрыли дела всех имевших отношение к эксперименту, стал рассказ чужака. При полном отсутствии документально подтвержденных фактов моя история выглядела совершенно невероятной, а в глубокой выжженной воронке, образовавшейся после взрыва дома, ничего найти не удалось. И хотя начальник полковника был в курсе всех событий, высшее руководство в детали пока не посвящали.

– Нет, мужик наверняка наш, а вот тот, с кем у него состоялся разговор на проспекте Вернадского, вполне может оказаться зираном.

– Потому что учитель?

– Да. К примеру, у Шарга вокруг черного диска лепестки имелись, а у Ивана – нет, как и у подручных красноглазого чужака.

– Жаль, описания твоих лепестков к делу не пришьешь. Но сейчас главное, чтобы эти ученики не научились подчинять себе чужое сознание.

– Можно ехать! – Валерия вернулась с пакетом в руках.

Машина тронулась.

– А почему вы не сказали, что будете за нами присматривать? – продолжил я разговор с Алексеем Степановичем.

– Не имел права и не хотел лишний раз напрягать. Сами же говорили, что желаете расслабиться.

– Мы могли принять ваших людей за врагов.

– Если бы заметили, то правильно сделали. Их главная задача – не обнаруживать себя.

– Значит, плохо вы своих агентов учите, – не сдержалась Лера.

– Так вот кто у нашей парочки дорогу к ларьку спрашивал!

– Да, я, – с гордостью сказала она.

– Молодец! А те двое свой экзамен провалили. Додумались по служебному телефону разговаривать, когда рядом посторонние.

– Так ведь я со спины подошла.

– Для того они и работают в паре, чтобы иметь обзор на триста шестьдесят градусов.

Воробьевы горы – очень красивый район. Особенно весной. В студенческие годы я тут бывал нередко, любил гулять с девушками неподалеку от университета, любоваться с высоты прекрасным видом на столицу. Эх, какое было время – сказка! И никаких проблем с очкариками. Хотя чего на судьбу жаловаться? Не попади я в этот водоворот событий, не встретился бы с Людмилой.

Мимолетом взглянул в зеркало заднего вида. Огонек была напугана, но старалась не подавать виду. Она улыбнулась. Странно все это. Раньше думал, что ни одна девушка не заставит меня радоваться от одного осознания, что она существует. И вдруг – на́ тебе! Прямо магия какая-то. Ее улыбка нежным теплом обволакивала сердце. Пожалуй, пора пересматривать свои взгляды на отношение между мужчиной и женщиной. По крайней мере, между одним конкретным парнем и обворожительной рыжей девушкой.

Университет остался позади, и мы въехали во двор девятиэтажного здания. Через пять минут уже располагались в трехкомнатной квартире.

– Надеюсь, здесь хотя бы в туалете и в ванной нет видеокамер? – спросила Валерия.

– Там точно нет, – успокоил полковник.

– А как насчет спальни? – решила уточнить Людмила.

– Только микрофоны, – улыбнулся Алексей Степанович. – Зато подъезды оборудованы по последнему слову техники. Незамеченным ни войти, ни выйти. Вы устраивайтесь, а я пойду. Если что, вон тот белый телефон – прямая связь со мной. В любое время.

Закрыв за ним дверь, я отправился на кухню. Поскольку никто из девчонок не присоединился, решил самостоятельно провести ревизию холодильника. Его содержимое мне настолько понравилось, что не удержался и прямо перед раскрытой дверцей устроил дегустацию некоторых продуктов, попутно обдумывая сложившуюся ситуацию.

Снятие пробы только раздразнило мой здоровый аппетит. Я вспомнил, что женщины собирались заняться водными процедурами, так что мне самое время немного подкрепиться. Нарезал ломтиками ветчину, разложил ее на тарелке и, вооружившись вилкой, уселся за столом.

«Начнем, что ли? – Подцепил первый ломтик и отправил его в рот. – Вкуснотища!»

Недаром крепкие напитки рекомендуют закусывать сразу после употребления – потом закуски требуется гораздо больше. Как у меня сейчас. Мы неплохо поужинали после вечерней прогулки, но мой аппетит нисколько не уменьшился. Толкований этого феномена имелось два: алкоголь или волнение. А может, и то и другое. Последнее сообщение полковника добавило оснований для тревоги. Да и прошедшая встреча…

Когда не понимаешь поступков людей, это вызывает беспокойство, поскольку не знаешь, чего от них ожидать. Разговор с таинственным незнакомцем мне практически ничего не дал в плане объяснения действий противоборствующей Шаргу силы.

Ивана сильно интересовала Зау, причем мужик ее уже видел, поскольку сумел дать приблизительное описание. В беседе с учителем он, по-видимому, говорил именно о ней. Оба опасаются этой женщины, знать бы еще – почему? Неужели у очкариков Шарг действительно был не главной фигурой?

Не давало покоя и неожиданное появление одного из подручных чужака с треугольными глазами. Когда Илья рассказал о визите в поликлинику «двоюродного брата» Людмилы, я вначале подумал, что «родственничек» – человек шантажиста. Никто другой не смог бы отследить ее путь от дома Виктора к больнице.

«Как же все запутано! К клубку прежних проблем добавилась способность к телепортации, применяемая представителем третьей силы. И сама эта сила стала еще одним неизвестным параметром в нашем и без того непростом уравнении. Зачем им теперь Семен Зайцев нужен? Ведь своего врага они уничтожили».

Я настолько глубоко ушел в размышления, что не заметил, как вилка, в очередной раз уткнувшись в тарелку, не обнаружила там искомой цели. Кое-кто машинально уничтожил грамм триста ветчины. И передо мной встала дилемма: заглянуть еще раз в холодильник или немедленно прекратить набивать желудок тяжелой пищей.

– Семка, а ты в душ не собираешься? – На кухню зашла Людмила, предотвратив тем самым дальнейшее разграбление «закромов Родины».

– Там же нет видеокамер, а я так хотел сняться в эротической сцене.

– У тебя есть, что стоит выставить на всеобщее обозрение?

– Нечто сто́ящее имеется.

– По-моему, ты немного перепутал с ударением.

Водные процедуры развеяли тревогу, и Огонек снова стала сама собой.

– А я говорил, что рыжий цвет сводит меня с ума, потому и мысли путаются?

– Что ж я буду с тобой, с сумасшедшим, делать?

– У меня есть несколько вариантов ответа на твой вопрос.

– Озвучь хотя бы один.

– Обязательно. Сразу после того, как схожу в душ.

На следующий день ближе к одиннадцати раздался звонок по белому телефону. Мы как раз закончили завтракать.

– Да, слушаю. – Я поднял трубку.

– Семен, только что в аэропорту обнаружен труп женщины. Очень хотелось бы ошибиться, но, скорее всего, это Зау. Вы не могли бы подъехать?

– Куда?

– Машина через десять минут будет возле подъезда.

– Хорошо, спускаюсь. – Я положил трубку.

– И куда ты собрался? – спросила Огонек.

– Похоже, кто-то добрался до ясновидящей. Очень похожую на нее женщину нашли в аэропорту.

– Что, значит «нашли»? Арестовали?

– Извини, речь идет о трупе. Полковник просит приехать для опознания. Машину к нам отправил.

– Мы с тобой, – поднялась из-за стола Людмила.

– Без меня, – покачала головой Валерия. – Я должна быть в другом месте по своим делам.

– К вечеру вернешься?

– Постараюсь. Если не смогу – сообщу.

– Что-нибудь серьезное? – Мне не понравился тон Леры, было в нем что-то несвойственное обычной речи девушки.

– Нет, пустяки, – хочу одну вещь купить. Какую, не спрашивайте, не расскажу.

– Ладно, не будем.

– Наверное, подарок готовит, – шепнула Огонек на лестничной площадке.

– Кому?

– Так ты до сих пор не в курсе?

– Честно говоря, нет.

– У меня день рождения через три дня.

– Да ну?

– Никаких «ну»! И учти – я очень люблю подарки!

– Понял.

До Шереметьево домчались меньше чем за час. Нас встретили двое в штатском и провели в здание аэропорта. Там в дальней комнате лежал труп. Это действительно была Зау.

– Она? – спросил полковник.

– Да.

– По документам убитая является гражданкой Швеции, хотя и русского происхождения. Прибыла в Россию всего на пять дней. А уехать не получилось, – вздохнул он.

В комнате кроме нас троих находился еще молодой парень приблизительно моего возраста. Он сидел за компьютером возле окна.

– Камеры видеонаблюдения зафиксировали момент убийства. Эта дамочка умела за себя постоять. Смотрите. – Алексей Степанович пригласил к монитору.

На экране я увидел женщину, сидевшую в полупустом зале ожидания. Когда сразу с трех сторон к ней устремились шестеро очкариков, первой мыслью было: «Откуда их столько?» А потом оставалось только удивляться: «Вот это боец! Где ее учили?».

Зау словно ждала нападения. Она резво кинулась к первой паре и сбила их с ног. Двое других попытались воспользоваться ножами, но и это не принесло убийцам преимущества, едва уловимое движение – и они разом отлетели от жертвы. Одновременно еще двое кинулись в ноги амазонке, и один даже сумел обхватить ее колени, что стоило мужику разбитых очков и мощного удара по затылку. И все же хватку он не ослабил, ограничив свободу движений ясновидящей. Потом раздался выстрел, и на белом джемпере Зау появилось кровавое пятно.

– Кто стрелял? – В кадре я не увидел убийцу.

– Как ни странно, охранник аэропорта. Он прибежал по тревоге, чтобы разобраться, но тут один из нападавших выхватил ствол. Секьюрити открыл огонь первым, но бандит увернулся, и пуля угодила в брюнетку. Нападавшие моментально скрылись. Охранник утверждает, что сразу после выстрела получил чем-то тяжелым по голове, хотя другая видеокамера этого не зафиксировала.

– Ментальный удар, – пояснил я. – Они это умеют. Одно непонятно: откуда их столько? У Шарга оставалось от силы человек семь, и почти все они, скорее всего, погибли в его доме.

– Не стоит исходить из того, что он вам говорил, Семен Евгеньевич.

– А какой смысл было врать, если пришелец собирался от меня избавиться?

– Чужая душа – потемки. Особенно настолько чужая.

– Почему они сами не стреляли? Оружие ведь было.

– И тут мы ничего конкретного сказать не можем.

– А этот охранник, он все свои действия помнит? – Отсутствие ответов меня нисколько не смущало, но хотелось хоть что-то для себя прояснить.

– Вплоть до мельчайших подробностей. Он очень испугался, когда увидел пистолет в руках бандита. Боялся, что не успеет воспользоваться своим.

– И выстрелил только раз? Странно, я бы на его месте всю обойму выпустил.

– Потом его ударили, как он говорит.

– Неужели бывают такие случайности? Пуля, предназначенная одному, удивительно точно поражает другого? А бьют стрелка лишь после выстрела.

– Гадать можно сколько угодно. Плохо, что подчиненные Шарга выжили и продолжают активно действовать. – Алексей Степанович в задумчивости барабанил пальцами по столу. – А женщина, похоже, причастна и к взрыву, и к твоему спасению.

– Со вторым я спорить не собираюсь, но ваше первое утверждение вызывает сомнения.

– Обоснуй.

– Пока не могу. Просто не вяжется у меня…

– Семен, – дотронулась до плеча Людмила, – а зачем они разбитые очки с собой забрали? Боялись оставить отпечатки пальцев? Так вроде в перчатках были.

– Ты умница! – Девушка натолкнула меня на неуловимо ускользавшую до того мысль. – Алексей Степанович, давайте прокрутим пленку назад. До момента, когда бандит обхватил колени жертвы.

– Как скажете, – пожал он плечами.

– Вот это место! Можно увеличить изображение? Меня интересуют глаза нападавшего.

Молодой паренек, сидевший за монитором, быстро увеличил картинку.

– А ведь это не очкарики, господин полковник. Смотрите на глаза.

– И что в них особенного?

– В том-то и дело, что ничего. А у подчиненных Шарга вокруг радужки глаз располагаются очень заметные красные лучи.

– Ничего не путаешь?

– Нет. И тогда все становится на место. Дамочку убили не сторонники, а противники Шарга, зачем-то специально маскируясь под очкариков.

– Плохо, – вздохнул он. – Все это лишний раз доказывает, что они пытаются отвлечь нас от чего-то важного.

– Нужно еще раз переговорить с Иваном.

– Боюсь, это небезопасно. Кстати, мы наведались в квартиру, где висел его пиджак. Мужчина снимает там комнату. По документам – Широков Иван Леонидович, тысяча девятьсот шестьдесят пятого года рождения. Уроженец Рязанской области. Паспорт настоящий.

– И что это нам дает?

– Я распорядился раскопать всю подноготную Широкова. Если чужаки успели его обработать, вряд ли мы сумеем отыскать рычаги воздействия на этого человека. Но вдруг что-то осталось?

– Хотите сыграть на его привязанностях?

– Только не смотрите на меня, как на чудовище! Да, иногда приходится действовать не самыми чистыми методами. Однако когда на другой чаше весов безопасность страны, особо церемониться не приходится.

– Выходит, если у человека нет близких, то при определенных обстоятельствах это только на пользу?

– Для некоторых видов деятельности отсутствие привязанностей является непременным условием. В противном случае возможен провал, – жестко произнес полковник. – Поэтому прежде чем решиться на что-либо рискованное, человек должен быть уверен, что люди, которыми он дорожит, в безопасности.

«Семен, здравствуйте! Мы с дедом прилетаем в аэропорт «Домодедово» завтра в три часа дня. Была бы очень рада, если бы вы нас встретили. Я почему-то перестала чувствовать ваших друзей, и это меня сильно беспокоит. Михаил Федорович не разрешил звонить вам на сотовый, но мне очень хочется снова вас увидеть».

«Ну вот, только заговорили о привязанностях, и моя сестричка объявилась. А ведь полковник прав, ее нужно срочно отправить в безопасное место».

– Алексей Степанович, я выйду на пару минут? Позвонить нужно.

Уже за дверью вытащил подаренный Людмилой телефон. Достать его было непросто – после встречи с Шаргом я оборудовал для него специальный карман, где даже при обыске его обнаружить проблематично. Набрал номер. Пожалуй, единственный, который помнил наизусть.

– Наташка, привет! Как отдохнула?

– Здравствуйте! Здорово, что вы позвонили! Завтра приедете?

– Не уверен. Дедушка далеко?

– Рядом. Дать ему трубку?

– Ага.

– Слушаю, – раздался голос генерала.

– Приветствую вас, это Семен. Не хотел пугать Наташку и говорить, что все наши погибли. Мы тоже в долгу не остались, но ситуация все еще сложная. Внучку лучше спрятать подальше от Москвы.

– Понял. Мне понадобится для этого пара дней, потом жди.

– Я сейчас сотрудничаю с органами, так что помощь не нужна…

– Когда приеду, ты мне все расскажешь, а я сам решу. Тебя по этому телефону искать?

– Да.

– До встречи.

Я вернулся в комнату и, чтобы полковник не успел поинтересоваться моим разговором, сразу задал вопрос:

– И как мы поступим с господином Широковым?

– Охоту на него устраивать не будем. Думаю, скоро он сам на вас выйдет.

– И что потом?

– Как только даст о себе знать, сообщите мне. Эх, найти бы способ, как лишить этого типа возможности телепортироваться. Вам Илья ничего не рассказывал?

– Нет.

– Жаль. Представляю, какими возможностями обладает его учитель!

– А я и представить не могу.

– Хорошо, здесь вам больше делать нечего, отправляйтесь домой. Вас отвезут.

(В то же самое время)

Валерия отправилась не по магазинам. Она вернулась к дому, откуда они вчера так спешно выехали, и попыталась обнаружить наблюдателей полковника. Как ни странно, подозрительных лиц поблизости не оказалось. И все же войти в подъезд она не рискнула. Завернув за угол, остановилась возле глухого, без окон, торца здания, осмотрелась. Не заметив никого рядом, быстро взлетела на крышу, а с нее уже спустилась на свой балкон.

Дверь почему-то оказалась запертой изнутри, хотя Лера накануне возвращалась специально, чтобы ее открыть. Это стало первой проблемой при проникновении в собственную квартиру. Хорошо, что на балкон выходило и кухонное окно. Тот, кто закрывал дверь, не мог знать, что у форточки уже месяц сломан замок ручки. Стоит лишь толкнуть створку сильнее – и она откроется.

Через нее Лера пробралась внутрь. Вчера она возвращалась не только для того, чтобы открыть балконную дверь. Девушке показалось подозрительным столь поспешное бегство из собственного дома, и она решила установить два подарка Грунева. Один сигнализировал о несанкционированном проникновении в жилище, а второй вел запись деятельности непрошеных гостей, активизируя шесть потайных мини-камер. К сожалению, они не могли передавать запись на расстояние. Поэтому, получив ранним утром тревожный сигнал на сотовый, Валерия решила проверить, кто заходил в дом в отсутствие хозяев и что ему там понадобилось.

Осторожно передвигаясь по линолеуму, она поочередно подходила к каждой видеокамере и с помощью специального блока считывала информацию. Сев за компьютер, она поняла, что кто-то двигал и клавиатуру, и мышку. Присмотревшись, по следам пыли обнаружила, что процессор также не на месте. Это было очень серьезно. Внутрь корпуса можно установить многое, начиная с приборов и заканчивая взрывчаткой.

Девушка покачала головой: «А ведь и дня не прошло. Тот, кто сюда заглядывал, явно был уверен, что хозяев не будет дома. Интересно, откуда у него такие сведения? Надо скорее добраться до какого-нибудь компьютера».

Она решила выбраться тем же путем – через кухню.

«Семен, если ты трезвый, позвони мне», – в голове раздался голос Ивана, он назвал номер.

Мы как раз проехали Химки и пересекали водохранилище. Я полез за телефоном во внутренний карман ветровки. Это был второй мобильный, вместо взорвавшегося, предназначенный для повседневного пользования. Его я прятать не собирался. Правда, номер набрать не успел, напоровшись на встречный звонок.

– Семен, не звони. Пусть считает, что ты его не услышал, потому что пьяный. Приезжайте как можно скорее домой, есть серьезный разговор, – быстро проговорила Валерия. – Об этом звонке никому ни слова.

– Хорошо.

– Когда сможете приехать?

– Через полчаса.

– Жду.

Людмила несильно дернула за руку, стоило мне спрятать телефон.

– Кто это?

– Тебе привет от подруги. Говорит, что очень соскучилась.

Лера ждала нас возле подъезда.

– Предлагаю отобедать в кафе. Я нашла одно уютное местечко, – дождавшись, когда служебный автомобиль отъедет, предложила она.

До заведения пришлось ехать с четверть часа на такси. Да и уютным местечко я бы не назвал – шумное кафе, где просто невозможно спокойно поговорить. Тем не менее загадочная Лера вытащила из черного пакета ноутбук.

– Пришлось раскошелиться, – объяснила она и тут же добавила, глядя на подругу: – Не волнуйся, это не подарок на день рождения. Я тут на досуге заглянула в свою квартирку. Честно говоря, проверка дома меня сильно озадачила. А когда вникла в детали, возникла головная боль. Тебе Алексей Степанович ничего нового не сообщал?

– Некоторые сведения об Иване. Ты ведь опять его слышала?

– Конечно, поэтому и поспешила предупредить.

Во время поездки из Шереметьева голос в моей голове проявлялся еще трижды, но я не собирался выходить на контакт. Пусть понервничает, а то нашел мальчика на побегушках.

– Иван заволновался, и мне это понравилось.

– Эй, заговорщики, кто-нибудь объяснит, что мы тут делаем?! – Огонек отложила меню в сторону и придвинулась к нам.

– Кино сейчас будем смотреть, – ответила Валерия, разговаривать из-за грохота музыки мы могли лишь с очень близкого расстояния.

Второй раз за день пришлось пялиться в экран. Обстановку узнал сразу. Да и мужчина оказался знакомым. По тем фотографиям, которые приносил полковник. А вот действия проникшего через дверь очкарика озадачили. Первым делом он снял очки, и сразу стало понятно, что к подручным Шарга тип не имеет никакого отношения. Затем визитер подошел к компьютеру, вытащил процессор, извлек винчестер и установил на его место черную коробочку. Чуть позже такие же приборы он разместил на входной и балконной двери. Перед тем как покинуть квартиру, снова нацепил очки.