Танцор
- -
- 100%
- +
– Как здесь с системой жизнеобеспечения? – Землянин продолжил прерванный диалог.
– Через пять дней будет настроена на параметры твоего вида. Воздух, пища, вода вырабатываются по мере необходимости, в зависимости от количества пассажиров. Максимальная вместимость для особей гуманоидного типа – не более пятидесяти.
– Значит, через пять дней можно приходить сюда и отправляться?
– Да. Все будет готово. Только не спеши отдергивать руку, иначе опять порежешься.
– Да, еще один вопрос. Никсон, почему ты впустил именно меня?
– Потому что ты хозяин.
– А как тебе это удалось определить?
– Кровь Пилота и ключ Преодоления – вполне достаточные основания.
Резиденту эстину Бергиаманту, сектор Сирклан-три. Сверхсрочно. Совершенно секретно, код «альфа два ноля».
На планете Брундагак обнаружен субъект с явными признаками по коду ХХХ. Информация стала известна после тщательной обработки данных, поступивших с сенсоров спящего объекта номер восемь. После контакта с субъектом ХХХ база проснулась. Налицо все симптомы реконсервации. Носителем признаков ХХХ оказался житель планеты Земля сектор Варлан-пять.
Временно исполняющий обязанности регионального агента сектора Сирклан-три юрджин Раплинт.
Семь тысяч триста двадцать девятый цикл от великого исхода, тридцать восьмой день второй четверти.
Координатору верховного секретариата – яргену Краутминту. Сверхсрочно. Совершенно секретно, код «альфа два ноля».
В моем секторе обнаружен субъект с явными признаками по коду ХХХ. Согласно инструкции 7/16 верховного конверса, я направляюсь в зону обнаружения. Необходима срочная переброска ресурсов к планете Брундагак.
Резидент сектора Сирклан-три эстин Бергиамант.
Семь тысяч триста двадцать девятый цикл от великого исхода, тридцать восьмой день второй четверти.
Резиденту эстину Бергиаманту, сектор Сирклан-три. Сверхсрочно. Совершенно секретно, код «альфа два ноля».
Верховный конверс настоятельно рекомендует немедленный захват субъекта ХХХ любыми доступными средствами, без ограничений. В ваш сектор направлены эмиссары высшего Трольда с самым современным оборудованием. Они обеспечат изоляцию и транспортировку субъекта в центр. Приоритет операции ноль-ноль-ноль.
Координатор верховного секретариата – ярген Краутминт.
Семь тысяч триста двадцать девятый цикл от великого исхода, тридцать восьмой день третьей четверти.
– Дом окружен двойным кольцом. Мы блокируем все передающие и принимающие частоты в радиусе квартала, – докладывал Тренкус.
– Что у нас в воздухе?
– Три «Летучих мыши» полностью исключают возможность побега через крышу.
– В здании нет подземных выходов?
– Есть, но там уже находятся наши люди.
– Оружие?
– Только парализующего действия. Проверил лично.
– Тогда начинайте, – Нереса допила свой гронс. – Я буду через час.
– Что сегодня с дитезером? – Геренписа оторвала Магина от выполнения задания по левертинскому чистописанию. – Никому не могу дозвониться.
Радар убедил землянина в необходимости освоения местной письменности, и теперь, вместо того чтобы спать, как все остальные, он делал уроки в гостиной четырехэтажного здания, формально принадлежавшего одному из знакомых блондинки.
– Телевизор тоже не работает, – высунулся из-за спинки дивана сонный Равос.
– Давно? – спросила хозяйка дома.
– Минут двадцать, я все еще надеюсь на включение. Мой любимый сериал показывают.
– Спал бы лучше. Утро уже скоро, – посоветовал Игорь.
Женщина заволновалась и принялась вытаскивать из сумочки, которая, кажется, являлась частью самой Геренписы, компьютер. Доступа в сеть не было.
– Не хотелось бы вас огорчать, но нас кто-то блокирует, и очень основательно. Рогис, поднимайте свой отряд, будем уходить. Если успеем.
Однако оказалось, что уходить уже поздно. Когда вся группа собралась в гостиной, снаружи началась стрельба.
– Похоже на штурм. У тебя сколько людей во дворе? – спросил Мерлис.
– Шестеро.
– В доме?
– Двое на крыше и четверо на первом этаже.
Словно в подтверждение ее слов сверху донеслись выстрелы.
– Про машину можно забыть. Оружие есть?
– Целый склад вон за той дверью.
Выбор здесь действительно был немалый, но майор предложил всем вооружиться только короткоствольными автоматами, наиболее эффективными в небольшом помещении. Себе он взял два и столько же выдал Равосу.
– Захвати побольше патронов. Будешь перезаряжать оружие и передавать мне. Сам не стреляй, еще попадешь в кого не надо.
– В двух словах расскажи, как им пользоваться, – Магин взял автомат в руки.
В три приема бывший майор продемонстрировал основные операции:
– Дальше только целься и жми на курок. Отдача небольшая, но длинными очередями не увлекайся. Тут есть рычажок дозатора. Поставь на пять патронов. Сможешь двенадцать раз пальнуть. Когда увидишь красный огонек в этом пазу, значит, в магазине осталось меньше десяти. Готовься перезаряжать или переходи на одиночный режим.
– Спасибо, понял. – Землянин также прихватил два ствола.
– Равос, ты куда столько боеприпасов набрал? Думаешь, мы здесь неделю воевать будем?
– В кино всегда патронов не хватает, – авторитетно аргументировал свой выбор парнишка.
Магин бросил взгляд на свою подопечную и чуть не выругался. Девушка держала длинную винтовку в руках, словно весло.
– Ты что, на охоту собралась?
– Я животных не убиваю.
– Человек – тоже своего рода животное.
– С крыши уже прорвались, – тревожно сообщила Геренписа. – Будем пробираться к подвалу. Там потайной ход.
Блондинка выхватила оружие из рук Егосы и выстрелила по лестничному пролету между вторым и третьим этажами. Пролет рухнул, подняв огромные столбы пыли.
– Всем надеть маски. Они могут воспользоваться сонным газом.
Маска отдаленно напоминала марлевую повязку, только из более плотного материала.
– Двигаемся парами. Впереди мы с Геренписой, в середине Равос с Егосой, сзади командир с Радаром, – предложил Мерлис. На совещании в экспрессе он был назначен главным военным советником отряда. Сейчас наступил момент на деле доказать соответствие занимаемой должности.
По живым мишеням Игорю доводилось стрелять всего один раз, когда знакомый пригласил на соревнование по пейнтболу. Занятие показалось Магину увлекательным, но сейчас это была уже не игра. Группа направилась к лестничному пролету, ведущему вниз.
На первом этаже кое-кто из охраны еще отстреливался от наседавших противников, ворвавшихся внутрь дома. Небольшое подкрепление резко изменило расстановку сил. Стракус, стрелявший сразу с обеих рук практически без пауз, значительно сократил численный состав штурмовиков. Равос только и успевал перезаряжать оружие и передавать его своему шефу.
Увлекшись тем, как ловко орудует Стракус, землянин чуть не прозевал спускающихся сверху «десантников». Он обратил внимание на них только после выстрелов Геренписы. Автомат Игоря заработал короткими очередями, и трое рухнули вниз. «Счет открыт», – отразилось в мыслях человека, который с момента своего первого выстрела превратился в часть военной машины, нацеленной на выполнение единственной задачи: убивать, чтобы не быть убитым самому. Инстинкт выживания на время затмил все остальные. Прицел. Выстрел. Попадание. Прицел. Выстрел. Ах, черт – промах! Еще выстрел – злая радость по поводу поражения цели. И никаких других мыслей.
Тяжелее всего в данной ситуации пришлось Егосе и Радару. Они исполняли роль обоза, попавшего в самый разгар боевых действий. Этим двоим не пришлось ни стрелять, как Магину, Стракусу и Геренписе, ни перезаряжать оружие, как Равосу. Оставалось только одно – бояться. И чем дальше продвигался отряд, тем глубже страх запускал когтистые лапы в их умы. Девушка несла винтовку, держа ее рукой за длинный ствол, а второй прижимала к груди зеленую птичку.
– Желтая дверь слева, – крикнула Геренписа, когда передовая часть отряда покинула лестничный пролет. – Код – три семерки.
– Равос, бегом к двери, я прикрою.
Юноша побежал к аварийному выходу и дрожащими от перевозбуждения руками начал нажимать кнопки кодового замка.
– Я открыл! – успел он крикнуть, прежде чем дверь, распахнувшись с огромной силой, отбросила парня в сторону.
Из подвала выскочило сразу пять человек. Они изрешетили Геренпису и Стракуса, не дав им повернуться лицом к противнику. Магин с Егосой в это время еще оставались на лестнице и не попали под ураганный огонь ворвавшихся.
– Рогис! – крикнула девушка и заслонила его собой.
Игорь повернулся лицом к противнику, когда его защитница начала медленно оседать на ступеньки. Мозг еще не успел осознать, что в доме остался лишь один обороняющийся. Магин перехватил второй автомат, поскольку в первом уже горела красная лампочка, и заставил врагов прижаться к полу. Большинство из них так и не смогло подняться. Патроны закончились быстро, а перезаряжать не было никакой возможности, сверху наседали «десантники». Магин подхватил один из автоматов противника и пустил длинную очередь вдоль лестницы. Вот он – спасительный подвал.
Однако из подвального коридора выскочили не все бойцы. Кое-кто притаился, дожидаясь своего часа. И этот час наступил.
Несколько пистолетных выстрелов слились в один, и землянин застыл на месте, словно напоролся на невидимую стену.
Игорь почувствовал боль в груди, но не резкую и всепоглощающую, как в прошлый раз, а какую-то тупую, постепенно обволакивающую весь организм. Боль доползла до рук, и он выронил оружие, чувствительно ударившее прикладом по мизинцу правой ноги. Захотелось кричать, но не смог открыть рот. Так и не разобравшись в произошедшем, Магин рухнул на пол.
Глава 17
«ЛЕТУЧИЙ ГОЛЛАНДЕЦ»
– С нашей стороны почти три десятка погибших, – докладывал Нересе ее первый помощник Тренкус. – Все обитатели дома живы. Судя по дыркам на одежде, они получили от четырех до десяти доз тронксенгина и будут обездвижены в течение как минимум восьми часов. Попугай пойман и посажен в клетку. Вот ключи.
Герцогиню не интересовали потери ее войска, которым она, по сути, перестала командовать сразу после выполнения операции – самой успешной в ее карьере.
– Пленников погрузите в мой антиграв. Сопровождающих не надо, дальше справлюсь сама. Вы свободны.
Женщина повернулась к дому, спокойно наблюдая, как с поля битвы уносят убитых и раненых. Ее переполняло чувство гордости. Вот она, победа! Победа в нелегкой, порой запутанной борьбе, с непредсказуемым характером развития событий и вовлечением все новых и новых неизвестных сил со стороны противника. И от этого ставшая еще более сладостной.
Главный приз находился в руках герцогини, дело оставалось за малым: правильно им распорядиться. До сего момента капитан дальней разведки не задумывалась о том, как с максимальной для себя выгодой преподнести пленников родной спецслужбе. Взять и просто отдать их Паркасу не хотелось. Благодарность от начальства и денежная премия не интересовали амбициозного офицера. «А что, если…»
В столице находился один из офисов штаба стратегического планирования, где работал старый знакомый отца. Именно он пятнадцать лет назад порекомендовал юной Нересе избрать карьеру офицера специфического подразделения. Когда девочка спросила, чем конкретно ей придется заниматься, тот отшутился: «Будешь вершить судьбы простых смертных, и тебе за это ничего не будет». Слова эти прочно засели в голове ребенка. Девочка выросла, поступила в нужное учебное заведение, закончила его с отличием и затем неоднократно доказывала себе и другим, что в каждой шутке есть лишь доля шутки, причем весьма незначительная.
Перевозить таких важных пленников на большие расстояния рискованно. Почему бы не сдать всю компанию под личную ответственность тех, кто в них наиболее заинтересован? Заодно можно получить пару дополнительных баллов. К тому же разговор тет-а-тет порой решает гораздо больше, чем множество рекомендаций, а сейчас представился самый удачный повод для такой беседы.
Герцогиня постаралась вспомнить нужный номер дитезера и вдруг почувствовала, что кто-то смотрит ей прямо в затылок. Она резко повернулась на сто восемьдесят градусов, сместившись почти на корпус в сторону. Ожидаемого выстрела не последовало, ее помощник стоял на прежнем месте.
– Что-то еще? – надменно спросила женщина.
– Да. К вам гости.
– Какие еще гости? У меня сегодня не приемный день.
– Неужели вы откажетесь принять своего начальника, – раздался голос Паркаса, и из-за машины, на которой прибыла Нереса, показалась фигура лорда.
«Лучше бы это был выстрел, – подумала капитан. – От пули можно увернуться, а от него – вряд ли».
Желание выхватить оружие и покончить с главной помехой на пути к вершине ее карьеры оказалось столь велико, что женщине пришлось до боли стиснуть зубы, дабы не наделать глупостей. «Паркас без полной уверенности в своей безопасности шагу не сделает, – промелькнула нерадостная мысль. – Неужели я проиграла? В полушаге от финиша, практически без преследователей… и проиграла. Чтоб тебе пусто было!» Однако вслух герцогиня сказала:
– Приветствую вас, лорд. Как видите, некоторые и в отпуске работают.
– Вижу. Иначе какой же я начальник, если не буду знать, чем занимаются мои сотрудники, – Паркас сделал особое ударение на последней части фразы. – Насколько я понимаю, вы собирались вызвать транспорт из Миргада, чтобы доставить пленных в отдел?
– Нет. Сначала я хотела позвонить вам и доложить о некоторых нарушениях закона, которые мне непреднамеренно пришлось совершить при выполнении операции. А транспортировку я в состоянии обеспечить и сама.
– Охотно верю, что капитан космической разведки может все. Но не нужно взваливать чужую работу на свои плечи. Другие тоже за что-то должны получать деньги. Доставку обеспечит мой адъютант. Можете передать ему ключи от наручников. Мы с вами отправимся на моем транспорте. Есть интереснейшая тема для беседы.
– Лорд Паркас, с вами хочет поговорить граф Зиргениес, – обратился Тренкус.
– Да. Договоренность остается в силе. Сейчас выезжаем. Получите свою блондинку в целости и сохранности прямо в Миргаде, – полковник выключил дитезер и вернул его.
– Интересно, чем вы смогли заинтересовать графа? – спросила Нереса.
– Я тоже умею работать с населением. Может, не такими методами, как вы… – лорд криво усмехнулся, окинув взглядом соблазнительную фигуру подчиненной.
– Каждый сам выбирает для себя короткую дорогу к достижению результата, – перебила его герцогиня.
– Вот это я и предлагаю обсудить по дороге в Миргад. Времени у нас будет предостаточно.
Игорь очнулся от криков Радара. «Нигде от тебя покоя нет». Попугай, как самый важный пленник, находился в кабине антиграва, отделенной от остальной части машины перегородкой. Она служила как раз для обеспечения полной звукоизоляции, но в данном случае небольшое окошко было неплотно прикрыто и пропускало возмущенные вопли ученого в пассажирский салон:
– Набросились целой толпой, весь кислород перекрыли. Нет бы один на один, по-честному. Посмотрел бы я на вас…
Салон, в котором очнулся Магин, предназначался для перевозки особых пассажиров. Об этом свидетельствовали решетки на окнах и дверях. Землянин приподнялся и взглянул в окно. За клетчатым орнаментом проплывали облака, внизу виднелась речка, лес, а вокруг их транспорта кольцом двигались еще пять летающих машин.
– Рогис, ты живой?! – раздался из-за перегородки радостный крик попугая. – А мы тебя видим!
– Можешь не стараться, он тебя не слышит, – прозвучал недовольный мужской голос.
«А вот и не угадал!» – Магин не стал разочаровывать неизвестного конвоира. Закончив любоваться пейзажем, открывающимся с высоты птичьего полета, он продолжил осмотр летающей тюрьмы. Заметил неплотно прикрытое окошко, камеру слежения и сел на пол. «Что же случилось?» Стоило ему задать себе этот вопрос, как вихрь мыслей захлестнул тяжелую после пробуждения голову.
Его убили вместе с друзьями. Это понятно. На войне как на войне. Трупы решили перевезти, может, для вскрытия – тоже объяснимо. Он ожил – немного странно, но ведь не в первый же раз. Непонятно, почему наблюдатель за стенкой просто чем-то недоволен? Мог бы хоть удивиться для приличия. Объяснения не заставили себя долго ждать.
– Полковник, один очнулся. Почему – не знаю. Ведет себя смирно. Понял. Если будет буйствовать, включу усмириловку. Еще одна просьба. Можно я попугая сонным газом усыплю? Он своими разговорами совсем достал. – Незнакомец ненадолго замолчал, после чего испуганно продолжил: – Виноват. Слушаюсь. Больше не повторится.
– Ага! Получил? Так тебе и надо! – обрадовался Радар.
– Еще слово – и твоя клетка окажется снаружи.
– Если что-нибудь случится с моей клеткой, тебя заставят прыгать вслед за ней. И никто не позволит снизить высоту даже на одну мерку.
Попугай продолжил словесный натиск с новой силой, а Магин, получив ответ на один свой вопрос, задался новыми: «Что ж они сразу не сказали – сдавайтесь. Столько жертв, чтобы убаюкать пять человек. Жуть! Хотя еще неизвестно, что нас ожидает впереди. Может, смерть покажется раем?»
Их усыпили из автоматов. Способ необычный, но, главное, все должны быть живы. Игорь подошел сначала к Егосе, заслонившей его от пуль. «Чего же она во мне нашла такого, за что можно жизнь отдать? Леночка бы так не поступила, это точно. Хватит, сколько можно ворошить прошлое, особенно если перспективы на будущее не внушают оптимизма». Парень аккуратно поправил сбившуюся челку красавицы. Почему-то вспомнилась сказка о спящей царевне. «Пусть поспит. Узнать, что находишься за решеткой, – новость не из приятных».
Землянин попробовал растормошить Мерлиса. Результат нулевой. Геренписа тоже не захотела просыпаться. Направляясь к Равосу, Игорь уже ни на что не надеялся, но тот сам открыл глаза.
– Давно пришел в себя? – шепотом спросил Магин.
– А я никуда и не уходил, – тихо ответил юноша. – Просто сильно дверью ударили да пальнули пару раз. А у меня под рубахой обоймы с патронами. Сначала я притворился мертвым, а когда услышал, что нас всех усыпили, – спящим. В вас тоже не попали?
– Насколько я помню – не промазали. Раз пять подряд.
– Странно, я точно слышал, они обещали восемь часов полного покоя. Вы же и часу не отдохнули.
– Успею еще. Куда нас везут? Не знаешь?
– В Миргад, – вздохнул парнишка. – Моя деревенька совсем рядом.
В этот момент в салоне автомобиля резко потемнело. Даже Радар, доселе тараторивший без умолку, закрыл свой клюв. Магин кинулся к окну. Прямо на них с неба опускался серебристый диск, закрывший своей тенью оба солнца.
– Ты погляди, что делается! Опять какая-то напасть на наши головы.
В нижней части диска раскрылись две створки, и машину с пленниками потащило внутрь.
– Полковник! Я ничего не могу сделать! Управление меня не слушается. Аппарат затягивает. Что делать?! – кричавший за перегородкой был близок к истерике.
– Воргюс, прекрати. – В интонации второго, впервые прозвучавшего из кабины голоса не слышалось даже намека на панику. – Полковник тебя не слышит.
«Значит, в кабине, не считая попугая, как минимум двое, – решил Игорь, – и путешествие в глубь серебряного диска в их планы не входит».
– Мне нравятся ваши методы работы, герцогиня, – после непродолжительного молчания начал беседу лорд Паркас. Он сам сидел за рулем машины, чтобы при разговоре не было лишних свидетелей. – В особенности когда они идут на пользу отделу.
– Все мы стараемся, чтобы наша организация процветала.
– Не надо обобщать. Сейчас пойдет принципиальный разговор, и касаться он будет лично вас и лично меня.
– Я вас внимательно слушаю, полковник.
– Для начала небольшое вступление. Вы устроили перестрелку в медицинском отсеке, причастны к уничтожению трех единиц техники вместе с людьми недалеко от деревни Кирдза, связались с преступными элементами, ввязались в самостоятельное расследование по делу Крадуса и устроили погром в тихом квартале столицы. Кое-что из перечисленного можно доказать уже сейчас, остальное – чуть позже. Поэтому я имею полное основание для возбуждения внутреннего расследования с последующим выводом о служебном несоответствии и понижении в звании. Сами понимаете, карьерный рост с таким пятном на репутации даже для талантливого офицера автоматически приближается к нулевой отметке, – Паркас выдержал длинную паузу, изучая лицо своей подчиненной. Он увидел то, что хотел, и продолжил беседу в несколько ином русле: – С другой стороны, вы – единственная, кому за столь короткое время удалось добиться главного. В конечном счете, меня не интересует Стракус. Он не наш человек. Его высказывания дальше меня не ушли бы. И впечатления от вашего выступления на консилиуме не испортили.
Лорд замолчал.
«Он что, ждет, что я кинусь, словно заблудшая овечка, в его отеческие объятия? Как будто я не знаю, чем они заканчиваются. Сейчас говорит одно, завтра скажет другое. Понимаю, легко расставаться с козырным валетом, имея на руках козырного туза».
– Полковник, что мне угрожает, я поняла. Хотелось бы узнать альтернативу.
– Альтернатива очень проста. Вы составляете план проведения операции, который я утверждаю задним числом (не забудьте в нем указать, что в отпуск вы отправились в целях конспирации). Напишите объяснительную по поводу инцидента в медицинском блоке и отчет об успешном выполнении операции. В результате мы узакониваем ваши безобразия и готовим представление к награде.
«Побрякушку мне на грудь, а себе в карман расписку о беспрекословном подчинении. Объяснительная о причастности к тягчайшему преступлению, совершенному внутри организации, – прямая дорога за решетку. В любой момент, когда стану неугодной. Нет, я не та рыбка, которая стремится побыстрее заглотить крючок, пусть даже с самой аппетитной наживкой».
– Насчет плана и отчета – мысль интересная, но с какой целью вы пытаетесь приклеить мне дело с перестрелкой в блоке О-5, непонятно. Сами утверждаете – Стракус не заслуживает особого внимания. Его скоро поймают, и у вас появятся какие вам будут угодно протоколы его допросов. Зачем мне самой рыть себе могилу? Пусть трудятся другие. Им же за что-то нужно платить зарплату.
Нереса почувствовала заинтересованность босса в хороших отношениях с ней и пошла ва-банк. Она была уверена – серьезных доказательств у полковника нет, иначе разговор проходил бы в другой тональности и по иному сценарию.
– Будем считать – компромисс достигнут, – сухо сказал Паркас. Он вспомнил про Варенкуса. Наверняка тот еще чего-нибудь накопает на эту строптивую кошечку. – Завтра я отзываю вас из отпуска.
– Хорошо, а зачем вы вызвали сюда космический корабль?
– Я? – Лорд взглянул через стекло крыши. Серебряный диск быстро приближался к конвою. – Сейчас узнаю.
Попытки вызвать кого-нибудь по дитезеру не увенчались успехом, затем приборы антиграва устроили светопреставление, и машина камнем полетела вниз.
– Какого черта! – выругался полковник, пытаясь задействовать системы аварийного спасения. Тщетно. Автоматика не работала. Оставалась последняя надежда на ручник. Лорд дернул на себя красный рычаг.
Парашют успел раскрыться всего за несколько секунд до встречи антиграва с землей. И все же посадку нельзя было отнести к разряду мягких. Правда, люди в этой машине отделались незначительными ушибами, другим участникам конвоя фатально не повезло.
– Ты что-нибудь понимаешь? – впервые изменил своим привычкам начальник дальней разведки.
– Не больше вашего, – ответила Нереса, а сама подумала: «Я почти привыкла к тому, что Танцор ускользает из любой ловушки. Даже когда это почти невозможно».
Магин не отрывался от окна. Неведомой силой их машину затащило внутрь, после чего створки закрыли выход.
– Воргюс, ты куда? – донеслось из кабины.
В следующее мгновение из машины выскочил мужчина с перекошенным от ужаса лицом и, ругаясь на чем свет стоит, начал палить из автомата куда-то вверх. Видимо, у парня случился тяжелый приступ клаустрофобии. «Медицинская» помощь подоспела почти мгновенно. Лечили здесь самым кардинальным способом, убивая болезнь вместе с ее носителем. Летающий шарик, утыканный иголками, неожиданно выскочил из-за прямоугольной трубы. На острых концах его выступов заиграли ярко-красные огоньки, и он пальнул по «больному».
Игорь отвернулся от окна. Зрелище разрезанного пополам человека особой эстетичностью не отличалось.
Выстрелы прекратились, и пространство наполнилось монотонным вибрирующим звучанием. «Точно как старый холодильник Маргариты Петровны», – вспомнилось землянину.
Внутри отсека, где находился транспорт, перевозивший пленников, появились многорукие летающие роботы. Они занялись ликвидацией последствий буйного поведения Воргюса.