- -
- 100%
- +
В результате обоих женихов объявили преступниками и выслали в Темьград. Здесь их соперничество продолжилось в другой области. Каждый старался, чтобы его недруг ни в коем случае не вернулся домой.
Вот почему после поединка Ромкуша седой так разозлился, вместо того чтобы радоваться победе Михаила над очень опасным волшебником.
«Что-то здесь нечисто», – решил он, покидая свою ложу.
– Этот тур мне нравится больше предыдущего, – заметил Скальнов, обращаясь к Сомову. – После него хотя бы не каждого уносят вперед ногами.
– Еще бы ему не понравилось! Обчистил меня как липку, – пожаловался Эдуард.
– Сам виноват. Не умеешь делать ставки – не берись.
– Вы что, тотализатор тут устроили?! – усмехнулся Мишка.
– А чем нам еще заняться от безделья?
– Изучать моих будущих противников. Вдруг вы заметите то, что я пропущу.
– С этими вопросами к Каланче. Он у нас парень длинный, ему сверху все видно. Правильно я говорю?
Марицкий отвернулся.
– Эдуард, ты ничего интересного не отметил во время боев? – спросил Сомов.
– А что там может быть интересного? Это раньше любая магия приводила меня в трепет, а сейчас… скукотища. Я на трибунах больше увидел, чем на арене.
– Он еще и за зрителями успевает подглядывать. Так вроде женщин сюда не пускают, – не мог не уколоть студента Скальнов.
– Я смотрю за хозяевами гладиаторов, – шепотом произнес «эльф». – Так вот, после Мишкиной победы они все были готовы испепелить его одним взглядом.
– Точно?
– Можешь мне поверить.
– Неужели я одолел всеобщего любимца?
«А этот длинный действительно все замечает!» Горный джинн, разбуженный «эльфом» и «гномом» в каньоне Хохочущих драконов и вынужденный постоянно дежурить возле них, тоже отметил резкое изменение в настроении мрагов после того, как Михаил справился со своим противником.
Хранитель скал пока не дождался второго обоюдного желания от своих мучителей. А ведь ему следовало выполнить еще два желания, прежде чем он сможет снова вернуться в уютное местечко и продолжить столь бесцеремонно прерванный сон.
С каждым днем оторванного от родных мест призрака все больше одолевала тоска. Он не привык к многолюдным улицам, его раздражала непонятная возня на арене, нервировал тяжелый фон, исходивший от мрагов, явно чужих в его мире. Тем не менее джинн не мог нарушить установленные правила, даже если бы на шее крепыша не было столь важного камня. А уж при наличии ТАКОГО медальона – и подавно.
«Когда же эти парни придут к общему мнению хоть в каком-нибудь пожелании? Только и делают, что спорят между собой. Разве можно так издеваться над мирным джинном?»
Темьградец, который первым встретил Михаила перед въездом в город и даже попытался с ним сразиться, проводил тогда Сомова к дому Зерга не просто по неизвестно откуда проснувшейся душевной доброте. Он сразу отметил про себя способного гладиатора и решил выяснить, кому тот принадлежит. Любопытство объяснялось просто – стражник сообразил, что именно на этом бойце можно неплохо заработать. Перед началом турнира ставки принимались сразу на три тура. И первые две победы Зерга (на арене звучали лишь имена хозяев гладиаторов) увеличили состояние обычного воина в четыре раза. Если бы он взял деньги сейчас, то мог позволить себе купить приличный дом, взять вторую жену и оставить надоевшую службу в городской страже. Однако азартный игрок решил пока не забирать выигрыш, ведь впереди был третий тур, в котором первоначальная ставка возрастала уже в восемь раз, что, в свою очередь, сулило Рензу (как звали стражника) приобрести небольшой ресторанчик – предел мечтаний многих горожан Темьграда.
Кабачок, который Ренз присмотрел для покупки, находился в отдаленном районе города. Туда он и пригласил своих сослуживцев, чтобы отметить очередную удачу и задобрить судьбу. «Когда фортуна поворачивается к тебе лицом, главное – не жадничать, – считал стражник. – А мне сейчас никак нельзя, чтобы эта капризная дама обиделась».
Гулянка затянулась надолго. Кто-то из коллег тоже вспомнил, что успешно сделал ставку на турнире. Опять принесли любимое вино городской стражи, снова пили за удачу в третьем туре, да так рьяно, что через некоторое время Ренз утомился и сполз под стол. Когда же все было окончательно выпито и съедено, виновника торжества попросту забыли, а может, решили не беспокоить, чтобы счастливчик выспался в свое удовольствие.
Он бы наверняка там и выспался, если бы трое незнакомцев, занявших столик в опустевшем зале по соседству с удачливым игроком, не упомянули в разговоре имя Зерга. Это заставило стражника очнуться и напрячь слух.
– Ты считаешь, что Зерг действует не по правилам? Но куда смотрят судьи?! – Надрывный голос явно принадлежал какому-то нервному типу.
– Кхе, кхе… Видишь ли, дражайший, иногда правила можно обойти так, что никто и не подкопается. Посуди сам: еще никому не удавалось одолеть в магическом поединке чародея из Лурдунга. А гладиатор Зерга справился за минуту. Думаешь, случайность?
– Вряд ли, – мрачно поддержал собеседника третий. – Тут не обошлось без запрещенных фокусов. Жаль, нам пока неизвестно, каких.
– Но мы же все равно выясним, правда? – с надеждой спросил первый.
– Выяснить-то выясним, но когда? После того как Зерг выиграет турнир и радехонький вернется домой, помахав нам на прощание ручкой?
– И что же делать? Этого нельзя допустить!
– Не шуми, дражайший, нам лишнее внимание ни к чему. Одно я вам скажу: словами тут дела не поправишь. Действовать надо. Раз Зерг правил соблюдать не желает, почему мы должны?
– Если нас уличат на арене, сразу отстранят от турнира. Я не могу пойти на такой риск. Кому охота пропускать два следующих?
Проштрафившихся мрагов лишали права участвовать в двух следующих турнирах последней надежды, и их и без того призрачная мечта отодвигалась минимум на тридцать лет. Естественно, изгои мрачного мира не хотели упускать ни единого шанса получить билет на родину.
– Кхе, кхе… Никто и не говорит о нарушении правил на арене. Зерг ступил на эту дорожку – пусть один по ней и идет. А мы ему палки в колеса поставим там, где он меньше всего ожидает.
– Как? Как это можно сделать?
– Для этого я и собрал вас в этом захудалом кабачке, дражайшие. Нам нужно умерить пыл не в меру прыткого бойца до его следующего выхода на арену.
– А как же печать Зерга? Он под ее защитой! – Первый собеседник снова повысил голос почти до крика.
– Кхе, кхе… Я же не предлагаю тебе пойти и самому пришибить паршивца. Есть ведь и другие способы.
– Например? – мрачно поинтересовался третий.
– Мне больше по душе несчастный случай. Хоть его и готовить хлопотно, зато не подкопаешься. Со всяким произойти может.
– Это когда спускаешься по лестнице, падаешь и ломаешь себе шею? – с воодушевлением предположил понурый сотрапезник.
– Вот именно, дражайший.
– И где нам найти такую лестницу, как заставить гладиатора с нее упасть, чтобы он не поднялся?
– Кхе, кхе… Все уже продумано до мелочей. Вот, держи.
– Что это за колба? И почему пустая?
– Не пустая. В ней высохшие слезы пятнистого дракона, настоянные на тумане мертвого омута.
– Откуда такая роскошь? – Мрачный собеседник даже присвистнул. – Ее и по ту сторону Врат Мрачности не достанешь.
– Не будем задавать друг другу ненужных вопросов. Не для того собрались.
– И что с ней делать?
– Я уже положил внутрь волосок нужного нам человека. Осталось добавить воды и окропить ею почву, по которой пойдет наш чересчур удачливый гладиатор. Остальное – дело магии. Он либо споткнется в самый неподходящий момент, либо забудет о своей силе на пару секунд.
– Это хорошо, – снова подал голос третий заговорщик, – но, насколько я знаю, этот раствор очень быстро впитывается в землю. Если в течение десяти минут нужный человек не пройдет по окропленной поверхности, снадобье не подействует.
– Правильно излагаешь, дражайший. А для этого нам и понадобятся услуги старшего уборщика арены. Вы заметили, что перед выходом каждой пары гладиаторов перед ними метут дорогу? Между прочим, влажной метлой.
– Вы хотите, чтобы я?.. – Голос первого сотрапезника задрожал.
– Ты же сам хвастался, что помог Пралу устроиться на эту работу. Значит, кхе, кхе, он тебе сильно обязан. Вот и предложи ему использовать новый ароматизатор.
– А если он потом проболтается?
– Так постарайся, чтобы «потом» у этого темьградца вообще не было.
– Ладно, договорились. Но вдруг наша затея не сработает?
– Маловероятно, но возможно, – не стал возражать главный заговорщик. – Поэтому, если гладиатор доберется на поединок в добром здравии, все дикие твари на арене особенно люто должны будут ненавидеть именно его.
– Что передать старшему лесничему Темьграда? – сразу сообразил понурый мраг.
– Пусть он добавит в воду своих питомцев вот эту жидкость. Снадобье действует целые сутки, поэтому использовать его можно уже завтра вечером. А на следующее утро желательно заменить и самого лесничего.
– Договорились. А вдруг и это не подействует?
– Дражайшие! Чудеса, конечно, случаются, но не так часто, как хотелось бы. Если гладиатор Зерга не ощутит на себе воздействие слез пятнистого дракона, раскидает бешеных тварей, тогда я лично подготовлю ему еще один сюрприз. Правда, уже после поединка. Но, надеюсь, до этого дело не дойдет. Давайте опрокинем по стаканчику, чтобы удача улыбнулась нам, а не Зергу.
Они выпили и ушли, так и не заметив мгновенно протрезвевшего Ренза, притаившегося под соседним столом. Он лихорадочно пытался сообразить, как помешать этим гадам. Ведь они замахнулись на святое – на его мечту о ресторанчике, не говоря уже о потере целого состояния. Неужели трудно было отложить свои дурацкие планы на пару дней и воплотить их в жизнь после третьего тура? Так нет же…
Стражник выбрался из укрытия. Он поправил одежду, отыскал свой топор и решительно направился из кабака. «Что делать? Рассказать о заговоре Зергу? Так меня к нему и пустят. Хоть и говорят, что простые темьградцы произошли от изгоев мрачного мира, но только заикнись об этом – сразу укоротят на голову. Опять же, если кто из заговорщиков узнает, что я пытался встретиться с Зергом, самого потом заставят себе яму копать».
Отступать от мечты Ренз не собирался. Ему чертовски необходимо было встретиться и со старшим лесничим, и с главным уборщиком. Желательно сразу после того, как у них побывают недавние посетители ресторанчика, который стражник уже считал своей собственностью.
Глава 4
БЕСПОКОЙНАЯ НОЧЬ
Стараниями Сомова из Роктании Марита снова попала в столицу Кантилима. Она решила не ходить в гостиницу, где, по словам Михаила, могли оставаться Руена с Шагридом. У грунзонки не было никакого желания оправдываться перед волшебницей за свое поведение перед исчезновением и выслушивать ее вполне справедливые нарекания. Да, она обманула охотницу, но на это у нее имелись довольно веские причины, которые не каждому нужно знать. К тому же в сложившейся ситуации ни Руена, ни легионер ничем не могли помочь ее воину. В поисках тех, кто реально способен оказать эту помощь, неугомонная брюнетка развернула бурную деятельность.
После недолгих размышлений женщина решила, что только главный маг Кантилима обладает реальной силой, необходимой в столь трудном деле. В крайнем случае еще можно было попытаться обратиться к огарцам или рундайцам, но только в самом крайнем. Супруга Михаила не без оснований полагала, что черные колдуны ее даже на порог не пустят. А если и пустят, то после кровавого столкновения в лесу шансы выйти из огарского посольства живой для грунзонки приближались к нулю. С земляками Шагрида тоже могли возникнуть проблемы: вдруг кто-то узнает в ней бывшего агента?
«Ронг как-то говорил, что меня в лицо знает только он. Но мог ведь и соврать».
Марита решила не рисковать и обратиться к Арианту, который имел власть над всеми магами Кантилима. Почему бы не заглянуть к нему на огонек и не попросить об одолжении?
Уверенность грунзонки в непобедимость Михаила несколько пошатнулась, когда она столкнулась с Зергом. Муж едва не погиб, освобождая пленниц из лап вероломного чародея. Теперь он остался с седым злодеем один на один. И ее нет рядом, чтобы отвести подлый удар в спину.
«Даже лучшему в мире воину непросто одолеть седого колдуна, значит, противостоять Зергу должен приблизительно такой же противник». Отказать ей в логике было трудно: сражаться с сильным чародеем должен тоже чародей, причем не обычный, а главный. А в том, что седой тюремщик – могучий и коварный волшебник, сомнений не было. Если ее грунзонский нож мгновенно рассыпался в прах от одного соприкосновения с кожей Зерга, то понятно, что физической силой такого не возьмешь. Конечно, брюнетка неоднократно видела, как ее супруг вытворял странные вещи, даже заставлял людей подниматься в воздух, но он уверял, что магия тут ни при чем, а своему мужу Марита верила и поэтому колдуном его не считала. Опять же, никто кроме мага не сможет быстро отправить ее в эту проклятую Роктанию, куда неуемная грунзонка стремилась попасть как можно скорее. Женщина совершенно не представляла, что это за местность, и где она находится, главное, – что она должна быть рядом с Михаилом.
«Ничего страшного, – успокаивала себя супруга отмеченного тенью огня. – Посредник точно знает, откуда мы с ним выбирались. Он расскажет колдуну, а тот обязательно найдет способ, как нам быстро добраться до Темьграда».
Марита еще не придумала, каким образом она сумеет уговорить Арианта отправиться с нею в Роктанию. Она привыкла решать проблемы по мере поступления, и первым возник вопрос, как попасть во дворец. Традиционный способ грунзонку не устраивал по двум причинам. Во-первых, он мог занять пару недель, а во-вторых, ей хотелось застать врасплох главу кантилимских чародеев. Женщина представила лицо волшебника, когда он, придя в свой рабочий кабинет, обнаруживает там гостью. По мнению грунзонки, ее неожиданное появление должно сразу настроить волшебника на сотрудничество.
Для претворения своего плана жгучая брюнетка обзавелась париком, чтобы не выделяться среди других обитательниц Кантилима, имевших в основном светло-русые волосы, и слегка поменяла манеру общения, стараясь подражать речи Руены.
Три дня у нее ушло на разведку обстановки вокруг королевской резиденции – вот когда пригодилась рундайская шпионская подготовка. Грунзонка выяснила размещение основных караулов, маршруты движения патрулей и время смены постов. Прикинувшись заблудившейся в столице провинциалкой, она мило пощебетала со стражниками, несущими службу возле стен королевского дворца. Болтливых мужиков, обожающих пустить пыль в глаза собственной значимостью, встречается ой как много. От одного из них, устало посетовавшего, что вся королевская охрана держится на его плечах, дамочка узнала расположение кабинета главного чародея. Вдохновленный простодушным вниманием, с каким его слушала красавица, охранник и не заметил, как проговорился о некоторых профессиональных тайнах, и его «наивная» собеседница без труда выяснила, где расположены магические ловушки.
В общем, у нее все было готово к ночному визиту во дворец, когда в комнату, которую снимала Марита, постучали.
– Эй, любезная! Ты мне не поможешь? – из-за двери спросила хозяйка дома, у которой брюнетка снимала угол.
Грунзонке такая просьба поздним вечером показалась странной, к тому же голос обычно приветливой старушки звучал неестественно напряженно. Тем не менее женщина ответила практически без паузы:
– Одну минутку, я только накину что-нибудь на себя.
Супруга Сомова бесшумно открыла окно и стала осторожно спускаться вниз.
«Я не жду никаких гостей. Вообще-то любопытно было бы посмотреть на тех, кто ходит в гости по ночам, но не сегодня. У меня слишком много дел». Нога женщины коснулась земли.
– А ты не пробовала выходить через дверь, красавица? – раздался сзади незнакомый мужской голос.
Любительницу выходить из дома через окно с двух сторон подхватили под руки и развернули на сто восемьдесят градусов. Прямо перед ней стоял высокий немолодой мужчина. Морщинки в уголках глаз свидетельствовали о том, что ситуация его забавляла.
– Пробовала, – ничуть не смутившись, бодро ответила грунзонка, не желая показать, что напугана. – И неоднократно. Ничего особенного. Во всяком случае, за дверью меня еще ни разу так «приветливо» не встречали.
– Рад, что оправдал твои надежды, – продолжал развлекаться мужчина. – Не желаешь прогуляться со мной?
– Я замужняя женщина. Не думаю, что моему супругу понравятся твои приставания.
– Ну что ты, красавица, как можно! Я же не в кабак тебя приглашаю.
– А куда?
– Как насчет прогулки во дворец?
– Королевский?
– Естественно, мадам. Правда, сам король немного занят, но тебя с удовольствием примет главный чародей Кантилима.
– О!
– Что случилось, красавица? Неужели ты собираешься мне отказать?!
– Ни в коем случае! – твердо ответила грунзонка. – Разве можно отказаться от такого предложения? Пойдем скорее.
Волшебник, возглавлявший Службу Магической Безопасности при совете чародеев, не ожидал подобного воодушевления от задержанной – она буквально потащила конвоиров за собой.
После недавних трагических событий в столице на ноги были подняты все охранные структуры Кантилима. Особенно тщательно работали тайные государственные организации, и от внимания эсэмбистов, как называли себя сотрудники Службы Магической Безопасности, не ускользнуло частое появление смуглой женщины в непосредственной близости от королевской резиденции.
Ей специально подсунули разговорчивого охранника, чтобы выяснить намерения любопытной девицы. Когда же стало ясно, что шпионку интересует кабинет главного мага, было принято решение оказать ей содействие в его посещении.
– Минуточку, – остановил маг спешащую в гости грунзонку.
– Что такое?
– В таком наряде тебя во дворец не пустят.
Действительно походная одежда Мариты не слишком подходила для дворцовых приемов.
– Я могу надеть другое платье.
– Дело не в одежде.
– А в чем?
– Не хватает кое-каких украшений.
– А это обязательно? – удивилась супруга Сомова.
– Конечно. – Женщине быстро надели наручники, и главный эсэмбист удовлетворенно хмыкнул. – Теперь порядок. Прошу, мадам.
Через полчаса она уже стояла в кабинете Арианта.
– Вы должны срочно отправиться в Роктанию и спасти моего мужа от седого колдуна. Этот волшебник очень опасен. Я пыталась убить его ножом, но оружие рассыпалось, словно было сделано из песка, – на одном дыхании выпалила Марита.
– Я должен? – Арианта скорее позабавил, нежели возмутил напор девицы. – Первый раз об этом слышу. А кто твой муж?
– Самый лучший воин, – гордо ответила грунзонка.
– А имя у самого лучшего воина есть? – Определенно у мага сегодня был вечер развлечений.
– Его зовут Михаил! Неужели не знаете?
«Вот привязался! И чего ему дома не сидится? Да я с удовольствием променяла бы и эту дорогу, и эту компанию на уютную домашнюю обстановку», – ворчала про себя Руена, глядя на бодро шагавшего впереди Тируанда. Его не хотели брать с собой, но не по годам развитый парень вовремя заметил:
– А у меня один хороший друг, между прочим, служит старшим магом в дозоре северных ворот столицы.
– Подумаешь, большая шишка! – усмехнулся Чероуз.
– Ты хочешь сказать, что сможешь без проблем выйти из города? – смекнул Шагрид. Несколько раз столкнувшись с усиленными патрулями на рынке, он еще утром сообразил, что будет непросто покинуть столицу, когда вся стража поднята на ноги в поисках убийц черных колдунов.
– Я могу не только выйти сам, но и провести с собой друзей, если те не откажутся от моей компании.
– Зачем тебе наша компания, парень? – подал голос Архаз. – Если ты еще не успел заметить, за нами по пятам ходит смерть.
– А мне надоело сидеть в этом болоте. Здесь же абсолютно ничего не происходит. Скукотища!
– Острых ощущений захотелось? Ну-ну! Смотри, как бы они тебя в могилу не завели. Вот там с тобой уже действительно больше ничего не произойдет, – мрачно заметил посол. Сам он был по горло сыт непрекращавшимися передрягами последних дней.
– Значит, вы не против? – решил уточнить молодой человек.
– Твое мнение? – Шагрид обратился к выходцу из предгорий Апанча.
– Да пусть идет куда хочет, – недовольно пробурчал Чероуз, страшно раздосадованный тем, что по милости Архаза его выследили огарцы, которые теперь ни за что не оставят в покое. Чародею некуда было деваться и ничего не оставалось, как следовать вместе со всеми.
– А вы, леди, не возражаете против моего присутствия? – галантно поинтересовался Тируанд.
Женщина лишь махнула рукой в ответ.
Переждав день у какого-то друга их нового компаньона, ночью вся разношерстная компания покинула столицу.
– Куда мы теперь? – спросил Чероуз. Он отправил вперед своего четвероногого друга, чтобы пес в случае опасности предупредил.
– И мне и вам нужно добраться до Огара. Если сумею встретиться хоть с кем-нибудь из приближенных его величества, преследователи сразу потеряют к нам интерес.
– Всю жизнь мечтал побывать в стране могучих волшебников! – воскликнул блондин.
– Думаешь, тебе там будут рады? Даже не надейся, – осадил восторг молодого человека посол.
– А твой племянник не догадается, куда ты можешь направиться? – задал вопрос легионер.
– Он малый неглупый. Если выяснит, что мы покинули столицу…
– …будет искать нас именно на этой дороге. – Шагрид закончил фразу черного колдуна.
– Пожалуй, да, – согласился Архаз.
– Значит, нужно срочно поменять маршрут! – с прежним воодушевлением предложил Тируанд, словно речь шла о выборе пирожного – с кремом или без? – Да и защиту от поискового колдовства не мешало бы поставить.
– А ты умеешь? – пристально посмотрел на паренька огарец.
– А что тут сложного? – как о само собой разумеющемся ответил юноша.
– Вот и займись делом! – В словах посла сквозила неприкрытая неприязнь.
Блондин немного отстал и начал создавать заклинание. Архаз пару раз оглянулся, чтобы понаблюдать за его действиями.
– Ты чего взъелся на парня? – встал на защиту Тируанда рундаец. – Подумаешь – ветра в голове много, так он просто очень молод. Зато его ветер нам жизнь спас, не забывай! Нечего его шпынять.
– Рассыпаться в вечной благодарности я не собираюсь. Пусть привыкает. В конце концов, он сам напросился.
Архаз не просто так «взъелся» на нового знакомого. Чутье, которое еще ни разу не подводило огарца, подсказывало, что парнишка опасен. Даже Чероуз вызывал сейчас меньше тревоги, чем этот не в меру жизнерадостный попутчик. Посла настораживала речь молодого человека. Когда тот использовал магическую терминологию, у него изредка проскакивали обороты, совершенно несвойственные кантилимским чародеям. Вот и сейчас он сказал про «защиту от поискового колдовства». Местные волшебники обычно говорили «блокировка поиска».
Раздумья посла прервала пепельно-серая собака. Она стремглав подбежала к хозяину и, упершись передними лапами в живот, начала тихо скулить.
– Впереди конный разъезд из семи человек. Среди них два мага, – перевел Чероуз сообщение Гронуда.
– Давайте заберем у них лошадей, – сразу предложил Тируанд.
– Нельзя, – остановил его прыть Шагрид. – Мы слишком близко от столицы. Если патрульные не вернутся к сроку, их станут искать. Уходим с дороги. Мы как раз собирались изменить маршрут.
Беседа с привлекательной пленницей, которая, несмотря на наручники, вела себя в чужом кабинете как хозяйка, затянулась надолго. Только под утро Ариант распорядился отправить грунзонку в покои для прислуги. Маг был уверен, что девица не сбежит, поэтому «браслеты» с Мариты сняли почти сразу.
«Вот это новости! – главный чародей Кантилима был всерьез озадачен. – По сравнению с ними даже скандальные события с убитыми в столице огарцами отходят на второй план. Получается, что Михаил вернулся в Кантилим, побывал у моего кузена в Сарге, а тот ни словом не обмолвился? А я ведь его спрашивал. Неужели их связывает тайна? Какая? Где и когда пересеклись их дорожки?»
Главный чародей пожалел, что сразу не устроил своего человека в таверне кузена. Правда, в то время он считал таким человеком самого Саргонта, но, видать, ошибся. У родственника появились какие-то секреты, и не исключено, что они не являлись безвредными для государства.
«Ошибки прошлого сильно бьют по настоящему, – вздохнул волшебник и снова вернулся к прошедшей беседе. – Женщина уверена, что Михаил о чем-то договорился с Саргонтом. Опять же, мой родственник вернулся в столицу в тот же день, что и супруг Мариты. Совпадение? Вряд ли».
Ариант погасил лампу и раздвинул шторы – солнце уже выглянуло из-за горизонта. Маг почему-то вспомнил детскую загадку: «В Рундае оно спать ложится, в Огаре пробуждается», и сладко потянулся.