Предшественники бен Ладена. Книга первая: Они «зажигали»
- -
- 100%
- +
*Роман Ингваревич и Еремей Глебович закончили свой жизненный путь у стен Коломны в битве с завоевателями.
*Серапион Владимирский (? -1275) – русский проповедник и писатель, в последний год своей жизни – епископ Владимирский, Суздальский и Нижегородский.
*Василько Константинович (1208—1238) – удельный князь Ростовский. Погиб в монгольском плену.
*Михаил Всеволодович (Михаил Черниговский;1179-1246) осенью 1237 года отказал в помощи Евпатию Коловрату, но потом горько об этом сожалел.
На момент монгольского нашествия он являлся великим князем Киевским, но был вынужден бежать в Венгрию вместе со своим сыном Ростиславом. Когда вернулся в Чернигов, был вызван в Орду. Перед входом в шатёр Батыя монгольские жрецы повелели ему пройти через священный огонь и поклониться их идолам, на что Михаил ответил: «Я могу поклониться царю вашему, ибо небо вручило ему судьбу государств земных; но христианин не служит ни огню, ни глухим идолам». За это он был казнён. Следом принял смерть за веру и его верный боярин Феодор (Здравомыслов К. Я. Русский биографический словарь в 25 томах. Санкт-Петербург- Москва,1896—1918).
Гибели мучеников посвящено «Сказание о убиении в Орде князя Михаила Черниговского и его боярина Феодора». Князя тайно похоронили верные ему приближённые, а затем его останки перенесли в Чернигов. После его смерти черниговский престол занял брат Михаила Андрей.
*Практически одновременно был отравлен один из самых влиятельных русских князей – Ярослав Всеволодович (1190—1246), великий князь Владимирский.
*Роман Ольгович (1237-1270) был князем рязанским. Его отец, князь Олег Ингваревич, был взят Батыем в плен. Вероятно, юный Роман был увезён епископом Рязанским и Муромским Ефросином Святогорцем в Муром. В 1252 году Олег Ингваревич вернулся на родину после четырнадцатилетнего плена, а в 1258 году скончался. Роман Ольгович занял его место. На протяжении 12 лет он сохранял Рязанские земли от новых разорений.
Однажды баскаки (сборщики налогов) донёсли, что князь Роман хулит хана и поносит его языческую веру. Нашлись люди, которые подтвердили клевету. Поверив навету, хан Менгу-Темир разгневался на князя и приказал ему немедленно явиться в Орду (к тому времени Золотая Орда уже отделилась от Монгольской империи и стала самостоятельным государством). Хан Менгу-Темир предложил Роману Ольговичу принять языческую веру, но тот отказался. И был казнён.
*Евфросин Святогорец – епископ Русской церкви с 1223 по 1237 год. Вероятно, именно он совершил постриг в монашество муромского князя Давыда Юрьевича и его супруги, дав им имена Петра и Февронии, а также, предположительно, совершил церковное погребение княжеской четы, скончавшейся по преданию в один день — в апреле 1228 года. Его управление епархией совпало с нашествием Батыя и разгромом Рязани и Мурома.
*Пётр и Феврония – русские православные святые. Единственный источник сведений о них – «Повесть о Петре и Февронии Муромских». Но она написана в конце 1540-х годов на основе легенд.
*Михаил Ярославич (1272—1318) – князь Тверской, а с 1305 года – великий князь Владимирский. В период великого княжения вёл борьбу с Московским князем Юрием Даниловичем, занявшим ярко выраженную проордынскую позицию. После передачи великокняжеского ярлыка Юрию Даниловичу Михаил был вызван в Орду и по приказанию Узбек-хана казнён.
Жестокость
Общеизвестно, что завоевателям во все времена во многом помогает именно жестокость. Она рождает массовый страх, поэтому, мол, монголо-татары прошли победным маршем едва ли не пол-Европы. Отчасти это так. Идея, которая овладела завоевателями, была сформулирована задолго до похода на Русь самим Чингисханом, который считал, что наивысшим наслаждением является возможность грабить, слышать крики умирающих врагов и насиловать их жён и дочерей.
Уже после печально известной битвы на Калке в 1223 году русичи испытали шок. Монголы, несмотря на численный перевес объединённого русско-половецкого войска, победили по всем статьям, взяв в плен множество князей и воевод. В отместку за убийство своих послов пленных заставили лечь на землю, накрыли их своими щитами. На пленниках они пировали, а потом прикончили всех. В живых осталась лишь одна десятая всего войска, 12 князей погибли.
Это была прелюдия дальнейшей трагедии. Достигнув очередного города, монголы объявляли жителям: сдайтесь и тогда, может быть, будете жить. Но слово своё всё равно нарушали. Если же встречали сопротивление, пощады не было никому, Их фантазия в выборе способа казней не знала границ. Отсечением головы они уже не довольствовались. Рассекали грудь, вырывали ещё бьющееся сердце. В маленьком Козельске за гибель своих воинов «Батый… истребил всех до грудных младенцев; а о князе Василии неизвестно: говорят, он утонул в крови» (Соловьёв С. М. Чтения и рассказы по истории России. Москва, издательство «Правда», 1989).
То же самое было и в Рязани, в других городах. В Киеве людей сажали на кол, забивали им под ногти гвозди, женщин насиловали в церквях на глазах родных. Даже спустя шесть лет человеческие кости на пепелище не были похоронены. Об этом писал итальянский священник Карпини, который проезжал мимо сожжённого города (Путешествия в восточные страны Плано Карпини и Рубрука. Москва, Географгиз, 1957).
Письменных свидетельств о зверствах монголов на Руси не так уж много. Просто некому было свидетельствовать – вырезали всех подчистую. Даже в Венгрии, куда согласно преданию направил воинство Батыя киевский тысяцкий Данилов, такого рода свидетельств немного. Стоит процитировать Фому Сплитского. Итак, венгерская картинка: «Разрушив стены и башни, они (монголы, – С.С.-П.) овладели замком. Пленили воинов, каноников и всех прочих, кто при взятии замка не был убит мечом. Знатные же дамы и девицы пожелали укрыться в соборной церкви. Татары забрали себе оружие воинов и посредством самых жестоких пыток отобрали у каноников, что у них было. Поскольку в соборную церковь они сразу войти не смогли, принеся огонь, они сожгли и церковь, и бывших в ней знатных женщин, и всех остальных, кто там оказался. В прочих же церквах они совершали столь великие злодеяния с женщинами, что было бы лучше не говорить о них, дабы людей не подвигнуть к совсем уж дурному. Бывшая же за городом в поле знать, горожане, воины и каноники — все без всякого сожаления были перебиты.… После того, как нестерпимое зловоние стало исходить от тел мертвецов, оставив всё, они ушли оттуда, и это место осталось пустынным. Прятавшиеся в соседних лесах люди вернулись туда, чтобы найти что-нибудь съестное. И когда они осматривали руины и тела умерших, татары неожиданно вернулись и не оставили в живых никого из выживших, кого там вновь обнаружили».
И ещё: «Согнав толпу кротких женщин, стариков и детей, они приказывали им сесть в один ряд, и, чтобы одежды не запачкались кровью и не утомлялись палачи, они сначала стаскивали со всех одеяния, и тогда присланные палачи, поднимая каждому руку, с легкостью вонзали оружие в сердце и уничтожали всех. Более того, татарские женщины, вооружённые на мужской манер… с особой жестокостью издевались над пленными женщинами. Если они замечали женщин с более привлекательными лицами, которые хоть в какой-то мере могли вызвать у них чувство ревности, они немедленно умерщвляли их ударом меча, если же они видели пригодных к рабскому труду, то отрезали им носы и с обезображенными лицами отдавали исполнять обязанности рабынь. Даже пленных детей они подзывали к себе и устраивали такую забаву: сначала они заставляли их усесться в ряд, а затем, позвав своих детей, давали каждому по увесистой дубинке и приказывали бить ими по головам несчастных малышей, а сами сидели и безжалостно наблюдали, громко смеясь и хваля того, кто был более меток и кто одним ударом мог разбить череп и убить ребёнка» (Сплитский Фома. История архиепископов Салоны и Сплита. Москва, издательство «Индрик», 1997). О зверствах завоевателей писал и Рогерий (Горестная песнь о разорении Венгерского королевства татарами. Санкт-Петербург, издательство Д. Буланина, 2012).
По оценкам современных ученых монголы уничтожили примерно 40 миллионов человек — это 11 процентов всего населения планеты того времени. Для сравнения: Вторая Мировая война унесла жизни около 80 миллионов человек, то есть, 3 процента населения земного шара. Но и в том, и другом случае, в атмосферу стало поступать гораздо меньше углекислого газа, что вызвало длительные похолодания. Вот такие неожиданные выводы
Кто есть кто
*Сергей Соловьёв (1820-1879) – русский историк; профессор Московского университета, затем его ректор, академик. Окончил историко-филологическое отделение философского факультета Московского университета и уехал на два года за границу, в качестве домашнего учителя в семье графа С.Г.Строганова. Слушал лекции в Берлине, Гейдельберге и Париже,
Вернувшись в Россию, в 1845 году защитил магистерскую диссертацию «Об отношениях Новгорода к Московским великим князьям». Следующая работа С. М. Соловьёва, оконченная летом 1846 года, – «История отношений между русскими князьями Рюрикова дома» принесла ему степень доктора исторических наук, политэкономии и статистики и должность профессора Московского университета.
Кроме деятельности в Московском университете он преподавал русскую историю членам императорской семьи, в том числе великому князю Александру Александровичу (будущему Александру III). В 1870-х годах С. М. Соловьев был директором Оружейной палаты.
Огромная начитанность, глубина и разносторонность знания, широта мысли, спокойный ум и цельность миросозерцания составляли отличительные черты Соловьёва как учёного; они же обуславливали и характер его университетского преподавания.
Над «Историей России с древнейших времён» Соловьёв неустанно работал 30 лет. С точки зрения фактической полноты изложения событий русской истории, «История России с древнейших времен» есть наиболее полное хранилище таких фактов. Ни один из русских историков, ни до Соловьёва, ни после него, в своих попытках изложить весь ход русской истории, не обнимал огромного хронологического пространства: на протяжении двадцати трех столетий – с V века до нашей эры.
«История России с древнейших времён» была доведена до 1774 года. Будучи эпохой в развитии русской историографии, труд Соловьёва определил известное направление, создал многочисленную школу.
*Джованни Плано Карпини (около 1182-1252) – итальянский монах, первым из европейцев посетивший Монгольскую империю и оставивший описание своего путешествия.
Джованни родился в Умбрии. Побывал в Германии, Тунисе, Испании и Франции. Папа Иннокентий IV отправил Карпини с дипломатической миссией в Монголию. Нужно было убедить наследников Чингисхана не нападать на Западную Европу.
По большому счёту, ему это удалось. В 1246 году Карпини посетил Сарай, где встречался с Батыем, затем – кочевую ставку близ Каракорума, где был на приёме у только что избранного великим ханом Гуяка, и в 1247 году благополучно возвратился в Рим.
*Гильом де Рубрук (около 1220—1293) – монах-францисканец. Автор книги «Путешествие в восточные страны».
Рубрук сопровождал Людовика Французского во время Седьмого крестового похода, закончившегося крайне неудачно. И Людовик решил привлечь на свою сторону монголов. В 1252 году французский король поручил Рубруку отправиться в ставку хана Батыя. Рубрук вначале прибыл в лагерь хана Сартака, расположенный на берегу Волги. Сартак с любопытством рассматривал монахов и их одеяние, но в переговоры с ними не вступил, предложив им отправиться к его отцу, хану Батыю. Однако и Батый не захотел вступить в переговоры с посланниками французского короля, оставил в ставке Сартака часть монахов во главе со спутником Рубрука Госсетом, а самого Рубрука отослал к великому хану Мункэ, в Какракорум.
Рубрук спустя месяц прибыл в бассейн реки Сырдарьи. 8 ноября он достиг долины реки Талас. И только 26 декабря въехал в Каракорум.
Но великого хана в это время не было в столице, и поэтому Рубрук вместе со своими спутниками должен был отправиться в его резиденцию, находившуюся по ту сторону гор, в северной части страны.
Рубрук провёл несколько недель при дворе Мункэ-хана. После этого получил позволение вернуться в Каракорум и там переждать зиму. Монгольская столица, за исключением двора великого хана, не произвела на него впечатления. Поразило монаха другое – наличие, кроме языческих и буддийских храмов, двух мечетей и одной христианской церкви – доказательство непонятной для средневековых католиков веротерпимости монголов. Мункэ передал послу письмо французскому королю. Он называл себя в этом письме владыкой мира и требовал от французов присяги на верность, если они хотят жить с ним в мире.
Спутник Рубрука, монах-итальянец Бартоломео из Кремоны, остался при местной христианской церкви. Рубрук же 6 (13) июня 1254 года покинул монгольскую столицу и поехал обратно той же дорогой, Достигнув города Астрахани, расположенного близ устья Волги, направился к югу и через Дербент, Нахичевань, Эрзерум и Малую Азию 16 (23) июня 1255 года прибыл в Фамагусту на Кипре. В августе он вернулся в свой монастырь.
Миссияя в Каракорум принесла важные географические сведения. Однако в дипломатическом отношении вояж Рубрука не принёс французскому королю никакой пользы, поскольку в качестве основы для сотрудничества великий хан требовал безусловного подчинения.
Николай Заболоцкий посвятил путешествию францисканца свою поэму «Рубрук в Монголии». Он писал:
Небось, в покоях Людовика
Теперь и пышно и тепло,
А тут лишь ветер воет дико
С татарской саблей наголо…
А он сквозь Русь спешил упрямо,
Через пожарища и тьму,
И перед ним вставала драма
Народа, чуждого ему…
*Фома Сплитский (около 1200-1268) – далматинский хронист, автор «Истории архиепископов Салоны и Сплита». Однако наряду с ценной исторической информацией, хроника Фомы Сплитского содержит немало ошибок и неточностей, а сам он не всегда объективен в своих оценках.
*Магистр Рогерий (? -1266) – итальянский священник. В 30-е и 40-е годы XIII века был капелланом. В 1249—1266 годах – архиепископом в Сплите. В 1241—1242 годах стал свидетелем нашествия Батыя в Венгрию, о чём рассказал в «Горестной песни о разорении Венгерского королевства татарами».
МАЛЮТА И ДРУГИЕ
Время правления Ивана Грозного историки называют одним из самых жестоких. На сегодняшний день известны чудовищные факты и преступления, которые совершили его помощники и палачи. До сих пор слово «опричник» вызывает страх, который таится где-то в глубинах нашего подсознания. Наверное, он передаётся с генами.
Личная гвардия Ивана Грозного
Слово «опричнина» происходит от древнерусского «опричь», что означает «вне», «отдельно». То есть, опричники были личной гвардией царя.
Создать её Иван Грозный вознамерился в 1559 году, во время Ливонской войны, когда выяснилось, что внешних врагов поддерживают и враги внутренние. Прежде всего, часть князей и бояр, недовольных политикой Грозного, замахнувшегося на ограничение полномочий Боярской думы. Его указ об уравнивании прав бояр с поместным дворянством вызвал крайнее раздражение. Часть обиженных (Б.Н.Хлызнев-Колычев, дьяк Тимофей Пухов-Тетерин, М. Сарохозин, князь Андрей Курбский и другие) бежала за границу. За попытку уйти в Литву смоленский воевода князь Дмитрий Курлятев был сослан на Ладогу. Но многие укрылись в своих вотчинах, и сопротивление зрело. В начале декабря 1564 года, как писал Генрих фон Штаден в своих «Записках о Московии» (Москва-Ленинград. Госиздат, 1927), была предпринята попытка вооружённого мятежа против царя: «Многие знатные вельможи, собрали в Литве и в Польше немалую партию и хотели с оружием идти против царя своего».
Опричнина своей структурой напоминала средневековый монашеский орден. Главой его был сам царь. Он считался игуменом. Вторым человеком после Ивана Грозного был келарь (так в монастырях называли заведующего провиантом) Афанасий Вяземский. В пономари монарх определил Малюту Скуратова. Это была одна из самых незначительных должностей в опричнине.
Вначале гвардия царя насчитывала тысячу человек. Было время, когда количество опричников достигало семи тысяч. Форма их напоминала одеяния монахов – такие же подрясники и скуфейки (островерхи шапочки из чёрного бархата). И приветствие было своё – «гойда». Узнавали опричников по собачьим головам, подвешенных на лошадях и метле на кнутовище. Это понимали так: кусаем, а потом выметаем всякую нечисть.
Опричное войско делилось на государев полк и четыре приказа, обслуживающих как царя и его двор, так и самих опричников. В «особую опричнину» входили только царские порученцы – самые проверенные люди. Они осуществляли в основном разведывательные, но нередко также следственные и карательные функции. Доходило до того, что опричники ради забавы хватали на улицах случайных прохожих и тащили их в темницу к своему хозяину Скуратову, который при помощи изуверских пыток выколачивал признания в измене неповинных людей и затем казнил.
И всё-таки чёткого определения, что такое опричнина, нет. Главным образом потому, что подлинных документов по её учреждению не сохранилось. И мало кто из историков придаёт опричнине большой политический смысл. А он, между тем, был.
Кто есть кто
*Семья Хлызневых-Колычевых издавна служила при дворе князей Старицких, вот почему измена Бориса Хлызнева- Колычева и его бегство в Литву бросила тень на князя Владимира Андреевича Старицкого, двоюродного брата царя. И над всей его роднёй был учреждён строгий надзор.
*Тимофей Пухов-Тетерин происходил из неродовитой суздальской дворянской семьи. Государственную службу начал в 1549 году. В 1555 году был «начальником над служилыми татарами» в Соли Вычегодской. В 1556 году – стрелецкий командир. Участвовал в боях со шведами под Выборгом, «побивал немцев» из пушек и пищалей.
После взятия Казани власть московского государя признала и Астрахань. Но посаженный с русской помощью на астраханский престол хан Дербыш-Алей изменил Москве. Тогда в 1556 году вниз по Волге были отправлены стрелецкие отряды, в том числе и отряд Тимофея Пухова-Тетерина. Вскоре Астрахань была взята и приведена к присяге.
Отличился Пухов-Тетерин и на Ливонской войне. За что попал в опалу, непонятно. Иван Грозный сослал его в Антониев-Сийский монастырь, но он оттуда бежал в Литву. Разъяренный царь приказал вырезать всю семью Тетериных. В царском синодике по опальным и казнённым значатся 17 родственников Тимофея, хотя это не является рекордом.
*Князь Андрей Курбский (1528-1583) – русский полководец, политик, писатель, переводчик и меценат, приближённый Ивана Грозного. Происходил из смоленско-ярославской ветви Рюриковичей.
Андрей был старшим сыном московского воеводы, князя Михаила Михайловича Курбского, который имел боярский чин. В 1549 году юный князь в звании стольника участвовал во втором походе Ивана Грозного на Казанское ханство. Вскоре после возвращения из этого похода князь был отправлен на воеводство в Пронск (в древности – город, ныне – посёлок городского типа на Рязанщине). Несмотря на свою молодость, пользовался особым доверием царя.
В 1552 году Иван Грозный с большой армией выступил в новый поход на Казанское ханство. В это время крымский хан Девлет Герай с войском вторгся в южнорусские земли и осадил Тулу. Туда был направлен «полк правой руки» под командованием князей Андрея Курбского и Петра Щенятова. В битве с крымскими татарами Курбский был ранен. Отличился он вместе с братом Романом и при штурме Казани. Едва не погиб – князя спасла кольчуга.
В марте 1553 года Иван Грозный серьёзно заболел и велел боярам принести присягу на верность своему малолетнему сыну Дмитрию (этот царевич умер в младенчестве, как и другой Дмитрий – много лет спустя в Угличе). Однако многие бояре и сановники поддерживали кандидатуру удельного князя Владимира Андреевича Старицкого. В их числе был и Курбский.
Но Иван Грозный стал поправляться. Похоже, его «смертельная болезнь» была проверкой своих подданных. Ещё одной проверкой была отправка Андрея Курбского, Ивана Шереметева (Большого) и Семёна Микулинского на подавление мятежа в бывшем Казанском ханстве, присоединённом в 1552 году к Русскому государству. Князья вернулись в Москву с победой. В том же 1556 году А. М. Курбский был пожалован царём в бояре.
Во время Ливонской войны он командовал сторожевым полком. И удача от него отвернулась. Одно поражение следовало за другим, что вызвало гнев царя. Когда начались казни воевод, попавших в опалу, Курбский бежал в Литву, где его радушно приняли. В июле 1564 года великий князь литовский Сигизмунд Август передал во владение знатному русскому беглецу обширные поместья в Литве и на Волыни.
Надо сказать, что на службу к Сигизмунду Августу Курбский поступил не один, а со многими своими сподвижниками. Это, конечно же, ослабило русскую армию.
Мнения о Курбском, как политическом деятеле и человеке, не только различны, но и диаметрально противоположны. Одни видят в нём консерватора, человека крайне ограниченного, но высокого самомнения, противника самодержавия. Бегство в Великое княжество Литовское объясняют расчётом на житейские выгоды, а его поведение в Литве считают проявлением разнузданного самовластия и грубейшего эгоизма; ставится под сомнение даже искренность и целесообразность его трудов на поддержание православия.
По убеждению других, Курбский – личность умная и образованная, честный и искренний человек, всегда стоявший на стороне добра и правды. Его называют первым русским диссидентом.
*Дмитрий Курлятев-Оболенский (Шкурлятев;? -1563) – сын князя Ивана Курли-Оболенского и Анастасии Плещеевой.
В 1526 году Дмитрий Курлятев присутствовал на свадьбе великого князя московского Василия III с княжной Еленой Глинской. Сопровождал отца Ивана Грозного во время охоты. В 1533 году командовал сторожевым полком. В 1549 году пожалован в бояре.
Опала Курлятева объясняется, скорее всего, тем, что он был близок с Владимиром Андреевичем Старицким.
В октябре 1562 года князь Дмитрий Курлятев вместе с сыном Иваном был насильно пострижен в монахи и отправлен в ссылку в Рождественский монастырь на крошечном островке Коневец, посреди Ладоги. Оттуда сбежать было неимоверно трудно, тем не менее, потом всё семейство Курлятевых было задушено. Дабы они и не помышляли о побеге.
Монастырь, основанный в 1393 году, был до советско-финской войны на территории Финляндии. Его называют двойником Валаамского монастыря, который также находится на острове.
*Когда Иван Грозный был ребёнком, происходила ожесточенная борьба за доминирование между различными боярскими группировками. В 1538 году, после смерти Елены Глинской, власть при дворе захватили князья братья Василий и Иван Шуйские. Против них выступили князья Бельские. Князь Пётр Щенятев являлся сторонником группировки Бельского.
3 (13) января 1542 года Иван Шуйский арестовал Бельского, которого вскоре казнили. Петра Щенятева сослали в Ярославль. Но Иван Грозный его простил и назначил наместником в Каргополе (ныне городок в Архангельской области, население которого – меньше тысячи человек). Что послужило поводом для его казни Бельского, неизвестно. Иван Грозный был человек импульсивный.
Подробнее о Шуйских позже.
*Иван Бельский (? -1542), троюродный брат Ивана Грозного, как считают историки, пал жертвой борьбы за власть. Он казнён главным своим соперником – Иваном Шуйским. Но Шуйский пережил Бельского всего на несколько дней. Не исключено, что его отравили.
*Окольничий Иван Шереметев (Большой;? -1577) и князь Семён Телятевский-Пунков (Микулинский;? -1559) – военные и государственные деятели эпохи Ивана Грозного. Репрессиям не подвергались.
Князь Семён Иванович Телятевский-Пунков (Микулинский) был воеводой в Туле, Рязани и Мещере (обширной исторической области, когда-то заселённой племенем мешера. В неё входили Елатомский, Шацкий, Кадомский, Темниковский, Краснослободский, Троицкий и, Спасский уезды Тамбовской, а также Керенский, Чембарский и Наровчатовский уезды Пензенской губерний). В 1534 году Телятевский-Пунков-Микулинский разбил объединённое войско крымского хана Сахиба I Герая и великого князя литовского Сигизмунда Казимировича (Сигизмунда I). Участвовал в походах на Казань. Был назначен воеводой в Свияжск, а потом – наместником в Казань. Во время Ливонской войны возглавлял большой полк, то есть, был главнокомандующим русской армии.