Гиперборея. Три царевны

Пролог

Стародавние времена

В глубокой древности наша планета была чудесным вечнозелёным миром.

На страже этого мира стоял волшебный народ, называвший себя ведами. Веды жили в большом городе-государстве Градесе и, владея сакральными знаниями, были способны помогать всем существам.

А существ, причём самых разных, в том мире было великое множество. В домах на правах хранителей очагов жили домовые. В тёмных чуланах прятались прикоколдыши. И прятались они вовсе не потому, что кто-то их обижал. Просто им нравились потёмки. И они вовсе не были слабыми и безобидными. Иногда, если честно, прикоколдыши имели привычку пугать кошек.

Со временем жители тёмных чуланов остепе- нились, научились открывать двери в другие миры, и с тех пор стали и путешественниками, и проводниками.

В лесных чащах за порядком присматривали лесовики, в степях – травники. В воздухе летали силины – птицы и светлые драконы. В морях рядом с дельфинами резвились их друзья – русалки. На берегах рек и морей, на лесных полянах под лучами солнца грелись огромные добродушные змеи – хаберы. Глубоко в недрах гор жили и трудились в маленьких мастерских гномы. А ещё в том мире жили феи воды – быстрицы и феи воздуха – повитрули. А ещё там жили и великаны – циклопы, и дикий народ – нхобы, а ещё, а ещё… всех существ не перечислить.

В раннем детстве у ведов не было волшебных способностей. Сила начинала проявляться в возрасте примерно пяти лет. Дети запоминали то, что произносили родители и, оставшись без присмотра, затевали игры: вставали в угрожающие позы, (чего, кстати, их родители никогда не делали), и произносили, как им казалось, ведические заговоры. На самом деле они произносили слова с ошибками, поэтому случались казусы: дети превращали стулья в оленей, шифоньеры – в слонов. Родители приходили домой, и видели разгуливавших по комнатам животных. Или входили в гостиную и видели, что со стены низвергался водопад, а на берегах новоявленной по волшебству реки стояли непроходимые заросли бамбука. К счастью, ма-ленькие дети редко и ненадолго оставались без присмотра, поэтому подобные мелкие происшествия не успевали разрастаться до состояния катастроф.

В юности веды уже прекрасно понимали, какую силу скрывали в себе ведические слова и ошибок не допускали. Наступала пора домашнего обучения, за которое отвечали родители.

Затем за дело брались феи – наставницы. Обучение начиналось с того, что молодых ведов учили открывать пространственные коридоры и проникать в иные миры. Эта учебная дисциплина называлась «Перемещение». Она была интересной и сложной. Сложной потому, что нужно было в точности запомнить ту местность, куда учеников приводили опытные волшебницы. Всего за годы обучения требовалось запомнить десятки, даже сотни мест, которые назывались базами. Любая оплошность могла привести к тому, что за распахнутой дверью могло оказаться огнедышащее жерло вулкана или, что не менее опасно, ледяной простор открытого космоса. Молодые веды были прилежными учениками, поэтому досконально запоминали особенности рельефа баз.

Физподготовка нравилась всем ученикам без исключения. Произнёс ведические слова, стал невесомым и устремился в небо. И полетел в компании с феями воздуха – повитрулями.

Наконец наступал торжественный день, когда молодые веды получали свои первые жезлы – из горного хрусталя. Обязательное обучение на этом заканчивалось. Отныне молодой волшебник решал сам, в чём ему следовало добиваться совершенства. Решал именно сам, потому что никто не имел права приказывать обладателям жезлов. Так гласило одно из наставлений этого гуманного народа.

Никто в те времена в приказах и не нуждался. Каждый вед сам стремился познать как можно больше тайн Вселенной и стать одним из сильнейших.

Веды, достигшие высшего мастерства, вкладывали свои знания в кристаллы памяти, которые помещали в хранилище.

Со временем в хранилище знаний Градеса накопились миллионы ценных кристаллов. И на них всегда был большой спрос: кого-то интересовало строительство, кого-то – природа удалённых материков, кого-то – залежи минералов. Сто десять залов хранилища были самыми посещаемыми местами в городе-государстве.

Лишь один небольшой зал часто пустовал, а затем его и вовсе опечатали. Зал назывался Мир Силы, и в нём хранились знания о правилах ведения войн, о способах защиты от любого врага, о силах, способных разрушать всё живое и даже призрачное. А ещё в этом зале хранился подарок, который преподнёс ведам вождь Светлого Космического Воинства в Начале Времён – Великий волшебный красный бриллиант. Всего лишь прикоснувшись к этому бриллианту, можно было познать все тайны. Однако правила войны и прочие сложные агрессивные премудрости не интересовали добрых волшебников. Нация ведов процветала и без этих знаний.

*

Время шло. Вокруг древнего Градеса возводили новые здания. Менялись фасоны одежды, причёски, манеры, даже законы. Среди ведов стали появляться вирийцы – те, кто поклонялся богине Вирии. Их больше всего интересовало сохранение молодости и здоровья. Движение вирийцев быстро распространилось по Градесу, потому что для сохранения молодости, красоты и элегантности не нужны были постоянные тренировки и глубокие знания. Достаточно было запомнить и ежедневно повторять всего лишь несколько простых коротких заговоров.

Хранилище знаний заметно опустело. Великая нация стала катастрофически быстро терять былое могущество. Только самые целеустремлённые веды достигали высшего мастерства и получали главные жезлы – из фиолетового лазурита. Таких ведов было всего несколько тысяч.

Вирийцы и представить себе не могли, что в их ряды осторожно внедрялось Зло. Это делали ширтои – маленькие злобные эфирные сущности. Они проникали в тела потерявших силу вирийцев и подчиняли себе их волю. Тот, кто был поражён ширтоем, считал, что немного приболел, и поэтому чувствует себя не так жизнерадостно, как вчера, то есть стал хмурым и раздражительным. И каждый надеялся, что при помощи заговоров вот-вот поправится.

Тайно поразив несколько миллионов вирийцев, Зло однажды вырвалось наружу. Это случилось на празднике Тёплых дождей. Неожиданно вспыхнул спор между двумя ведами – вирийцами. Те, кто попытались их рассудить, тоже оказались вовлечёнными в словесную перепалку. Случился величайший скандал, охвативший весь Градес. Только сильнейшие, те, кого ширтои обходили стороной, понимали, что происходило, и с печалью наблюдали за происходящим.

Это событие вошло в историю нации как День Великой Ссоры. А на другой день миллионы так и не примирившихся вирийцев устремились вон из города. Одни из них пошли следом за семьёй Волхва. Другие предпочли последовать за большой группой родственников Чароды. Третьи направились следом за родом Коляды. Четвёртые – за Айном.

Только сильнейшие веды остались в Градесе. Они охраняли хранилище знаний и ждали, что, наконец, вирийцы одумаются и вернутся. Но ширтои уводили разрозненные толпы вирийцев всё дальше и дальше.

Проходили дни, недели. Градес по-прежнему пустовал. Его величие уходило в прошлое. На равнине лежал город, в котором хозяйничали стаи попугаев, летучих мышей и обезьян. По ночам на улицах стали появляться ягуары и леопарды.

Сильнейшим ведам пришлось признать, что тёмные сущности одержали верх над их некогда великой нацией, и что теперь безмятежной жизни пришёл конец. Ведам необходимо было пересмотреть многие свои убеждения, создать новый свод законов и уложений. А главное, впервые за многовековую историю нужно было выбрать лидера, который имел бы право держать всё под контролем, и даже подсказывать, как избежать тех или иных просчётов или грубых ошибок.

Ради этого великие волшебники собрались в главном зале Градеса. Первым делом они решили, кто будет лидером. В то время сильнейшей и самой уважаемой была волшебница Импрелесса. Она стала царицей.

Затем ведам под её руководством понадобилось несколько дней, чтобы сформулировать, отредактировать, а затем нанести на золотые пластины те правила, по которым отныне должны были жить и они, и их потомки.

После этого по настоянию Импрелессы распечатали зал Мир Силы, и все волшебники углубились в изучение тех знаний, которые находились в древних кристаллах памяти. А затем каждый волшебник прикладывал руку к красному бриллианту.

Через триста дней мирное Братство ведов превратилось в Волшебное воинство. Это воинство нанесло сокрушительное поражение тем отрядам тёмных, которые контролировали вирийцев. Оставшиеся в живых демоны, ширтои, безликие, длиннорукие в панике убежали в Тёмные миры.

Жить в Градесе для ведов было слишком тяжёлым испытанием, потому что волшебники часто с грустью вспоминали прежнее беззаботное время. Судьба великого города была решена.

В один из пасмурных дней веды вынесли за пределы Градеса Великий волшебный красный бриллиант и всё содержимое хранилища знаний, последний раз прошли по тихим улицам, а затем, выйдя за пределы города, превратили величественные постройки в песок. Так посреди плодородных земель появилась обширная мёртвая территория – пустыня с барханами.

Импрелесса увела свой народ на остров-материк, который на картах значился как Круглый. На первом Большом совете острову дали новое имя: Гиперборея. Все живущие на нём волшебники отныне должны были называть себя бореями.

Королева тёмных сил знала, куда ушли её главные враги. Она решила нанести по Гиперборее удар всеми силами, сокрушить бореев и выяснить, про помощи каких заклинаний добрые волшебники превратились в могучих воинов. Ей однажды (очень давно) довелось побывать на пустынном острове Круглом, она запомнила местность, и могла открыть пространственный коридор для своих солдат. И она была уверена, что её армия будет действовать беспощадно, потому что тёмные солдаты горели желанием отомстить за недавнее поражение.

Бореев было не очень много, поэтому о генеральном сражении не могло быть и речи. Гиперборея оказалась на волосок от полного разрушения. И Импрелесса приняла единственно правильное решение.

Пока тёмные дивизии собирались в огромный кулак, а их жестокие предводители разрабатывали план нападения, по всему побережью Гипербореи запылали костры. Бореи пели протяжные песни и подбрасывали в огонь ветки и сухие водоросли. Густой дым расстилался повсюду, бореи продолжали поддерживать огонь. И вот песни волшебников стали звучать всё тише и тише, а затем над океаном наступила тишина. Когда королева тёмных открыла пространственный коридор, надеясь попасть в самое сердце Гипербореи, ничего, кроме волн океана, её солдаты не увидели.

Королева пришла в бешенство, поняв, что бореи ушли от разгрома. Она сама попыталась выйти на пустынный остров Круглый, но это ей не удалось – она оказалась в пустоте. Это означало, что остров был заговорён очень опытным волшебником, и стал совершенно недоступным. Тогда по команде королевы тысячи разведчиков бросились на поиски коридоров, ведущих в исчезнувшую страну. Отряды тёмных проникали в те миры, в которых им прежде доводилось бывать, рассчитывая, что один из тех миров был в контакте с Гипербореей. Но эти поиски ни к чему не привели. Тогда королева послала своих подчинённых туда, где обосновали поселения волхвы, чароды, коляды и айны. У королевы были две особых касты – ширтои и безликие, которые легко проникали в сознание и копошились там, исследуя память. Королеву вовсе не беспокоило, что после таких нападений вирийцы сходили с ума.

Нападению подверглись самые взрослые мужчины и женщины. В их памяти сохранилось, что в хранилище Градеса был зал Мир Силы, в котором находились кристаллы памяти самых сильных бойцов Светлого Воинства и Великий волшебный бриллиант. Но выяснилось, что этот зал давно был опечатан. Его содержимое осталось для королевы тёмных загадкой. Никто даже не знал, как выглядел Великий волшебный красный бриллиант.

*

В течение нескольких эпох пустовал тёплый северный океан. За это время число бореев многократно увеличилось. Каждый взрослый, пройдя сложный курс обучения, был несокрушимым воином.

Однажды утром над волнами океана стали проявляться очертания острова Круглый. Вроде бы всё было как прежде, и находилось на своих местах – горы, долины, изрезанная фьордами береговая линия. Но только бореи знали, что на безжизненной территории были расставлены сотни ловушек – гиблых мест, а ещё были наготове опасные для сознания пугающие, даже вселяющие ужас миражи. Всё это поджидало непрошенных гостей – тёмных.

Гиперборея прикрылась этим островом, словно щитом. В то время Гиперборей руководила царица Тиммия. Она постановила, что волшебную страну в будущем смогут посещать только те, кого бореи пригласят в гости. Закрепляя своё решение, она произнесла соответствующий заговор.

С первыми лучами солнца миллионы волшебных воинов обрушили всю свою мощь на армию тёмных.

Через три дня битва закончилась – армия врагов перестала существовать. Демоны, ширтои, безликие, длиннорукие ничего не смогли противопоставить бореям и, испытывая всепоглощающий ужас, превратились в толпу, бегущую с поля боя. Всех тех, кто выжил в битве – подавленных и обессиленных, – бореи отправили в Дальние Тёмные миры. Правившая в те времена королева тёмных сил сдалась без боя, вполголоса проклиная своих полководцев.

Только одно требование бореи выставили побеждённым: никогда не появляться в Светлых мирах.

Вернувшись с поля битвы домой, бореи устроили праздник в честь победы. В разгар праздника царица Тиммия мысленно обратилась к жителям планеты:

«Соплеменники! Веды! Мы – те, кто после Великой Ссоры стали называть себя бореями! Мы – ваши сёстры и братья, – хотим поделиться с вами всем тем, что умеем! Вы слышите нас?»

Бореи замерли, ожидая ответов, но никто не откликнулся. Царице пришлось трижды мысленно

повторить своё обращение, только после этого прозвучал едва уловимый утвердительный ответ:

«Я – ведунья волхвов Вестница – слышу вас!»

Бореи обрадовались, а Тиммия продолжила:

«Здравствуй, Вестница! Мы рады тебя слышать! Мы идём на поиски твоего племени! Общайся с нами! Рассказывай что-нибудь! Пой песни! Это поможет нам найти вас!»

Вестница стала рассказывать, что её малочисленное племя было потомками тех ведов, которые в День Великой Ссоры ушли вместе с семьёй Волхва. Теперь, по прошествии нескольких тысячелетий, они всё ещё хранили в своих сказаниях упоминания о славных предках, Градесе, залах знаний, Великом волшебном кристалле. Ещё она сказала, что теперь волхвов, которые походили на волшебников, можно было пересчитать по пальцам, остальные утратили ведические способности.

Большая делегация бореев появилась в городе волхвов Белополье с подарками и угощениями. Но праздник не состоялся. Только дети радовались красивым игрушкам и необычным лакомствам. А взрослые, усадив гостей за накрытые столы, стали рассказывать про распри между племенами, про многочисленные битвы, про властолюбивых и коварных владык, про предательство и почитание силы. Ещё больше ужаснулись бореи, когда услышали, что из домов потомков Чароды, Коляды и Айна ушли в смежные миры домовые и прикоколдыши, а с их земель – все сущности – те, кто когда-то мирно жил рядом с ведами.

Бореям предстояла большая работа: нужно было восстанавливать добрую мирную жизнь.

*

С тех пор прошли десятки веков. Много поколений сменилось на Земле. В Гиперборее главные вопросы решала царица Власта.

Бореи сумели повсеместно восстановить мирную жизнь. Тем не менее, бдительно охранявшее территорию Гипербореи волшебное воинство не желало превращать свою страну в проходной двор. В соответствии с древним заговором царицы Тиммии, только считанные единицы имели возможность приходить в легендарную страну. Именно единицы, во избежание проникновения ширтоев, безликих, длинноруких и их хозяев – демонов. Поэтому многочисленным племенам вход в Гиперборею был недоступен. А попытки тех любопытных, которые всё же пытались попасть в Гиперборею, ни к чему не приводили. В то же время семья царицы Власты Борей дружила с семьёй царицы волхвов Флои Росс. И были вопросы, которые они совместно решали.

Тёмные силы о себе никак не напоминали, однако, как и следовало ожидать, Зло не бездействовало. Солдаты тёмной армии оттачивали мастерство, их предводители разрабатывали планы захвата Гипербореи, и ждали команды, чтобы вступить в бой.

Восседавшая в то время на троне королева тёмных сил Кандагана понимала, что бореи могут разбить её армию. Поэтому, прежде чем развязывать войну, она обдумывала, как найти зал Мир Силы, чтобы захватить тексты, изложенные в секретных магических кристаллах, а затем обучить тёмных воинов вести победоносную войну. Ещё она хотела узнать, где находится Великий волшебный красный бриллиант. Прикоснувшись к нему, королева смогла бы получить всеобъемлющие сакральные знания. Соединив светлые волшебные заговоры с тёмными заклинаниями, Кандагана рассчитывала стать всесильной и единолично править всеми мирами. Ради этого королева готова была пойти на любое коварство.

Глава первая

Багряна Росс

Стрелки настенного хронометра сошлись на отметке шести часов утра, и в хранилище раздался приглушённый бой курантов.

Багряна сняла учебный шлем и посмотрела по сторонам. Множество вечных светильников освещали просторный читальный зал, стеллажи с футлярами и огромных бронзовых охранников – талосов, стоявших в нишах. Посетителей в зале уже не было.

– Время вышло? – спросила девочка.

– Да, – ответил один из талосов.

– Жаль. Я только что дошла до заговоров…

Бронзовые талосы посмотрели на неё с сочувствием.

– Очень жаль, – сказала она. – Мне не хватило пяти минут. Ничего не поделаешь, правила нарушать нельзя.

Она достала из шлема кристалл памяти, вложила его в футляр и протянула охраннику.

– Пожалуйста, ячейка номер двести пятнадцать.

Талос шагнул вперёд, взял футляр огромными пальцами и поднял его очень высоко – на пятиметровую высоту.

– До свидания, – сказала Багряна.

– До встречи, – дружно ответили талосы.

Когда она бесшумно прошла по залу и вышла на улицу, талосы заговорили:

– Какая старательная трудолюбивая девочка.

– Да, очень трудолюбивая.

– Я буду переживать за неё, когда она будет играть со Свитией в прятки.

– Я тоже буду переживать именно за неё.

Половину тёмного неба занимала огромная туманность, которая походила на жёлто-зелёный цветок. Вдалеке сверкала миллиардами звёзд соседняя галактика. Изумрудного цвета ночная звезда уже на треть ушла за горизонт, а дневная, которую называли Живницей, ещё не появилась. Пока лучи Живницы не осветили всё вокруг, было немного прохладно. Лёгкий ветер разносил повсюду запах раскрывавшихся цветов. По лежащему перед Багряной озеру пробегала едва заметная рябь. Птицы запели утренние песни. Мир Гипербореи Багряна обожала всей душой, всем сердцем.

За спиной девочки кто-то осторожно кашлянул и заговорил:

– Если я не ошибаюсь, сегодня твой четырнадцатый день рождения, царевна. Поздравляю!

– Спасибо, Баян, – ответила она, поворачиваясь лицом к главному архивариусу.

Баян – высокий седой борей с аккуратной бородкой – занимал пост главного архивариуса уже несколько сотен лет и так хорошо изучил храни-лище, что мог без запинки ответить, в каком зале

из ста десяти находился тот или иной кристалл памяти. И даже знал номер кристалла, и на какой полке, (а их было несколько тысяч), его следовало искать. Если Баян почерпнул хотя бы малую часть сакральных знаний, находившихся в хранилище, то он, без сомнения, являлся очень могущественным волшебником.

– Чему ты научилась этой ночью? – спросил Баян.

– Теперь я умею усмирять гарпий.

– Гарпии – очень злые сущности, – задумчиво произнёс Баян, посмотрев на гладь озера. – Порождение Тёмных миров. Они не знают ни страха, ни милосердия. Однажды мне пришлось противостоять нескольким из них.

Баян перевёл взгляд на Багряну.

– Хорошо, что тебе они уже не страшны.

Он улыбнулся и добавил:

– Это довольно сложный заговор. Ты хорошо его запомнила?

– Да.

– При помощи этого заговора можно заставить камень висеть в воздухе. Нужно слово «гарпия» заменить словом «камень». Хочешь попробовать?

– Ещё бы! Конечно!

– Пусть для начала камень будет небольшим.

– Хорошо.

Багряна подняла с земли озёрный окатыш размером со свою ладонь.

– Смелее. У тебя получится, – подбодрил девочку Баян.

В предрассветных сумерках зазвучал заговор. В нём было пятьдесят слов, и он походил на песню. Первое слово прозвучало едва слышно, остальные всё громче и громче, а последнее слово было похоже на крик. Всё вокруг замерло. Багряна медленно опустила руку. Окатыш, поблёскивая вишнёвыми прожилками, остался висеть в воздухе, едва заметно вибрируя.

Баян смотрел на камень и улыбался. Затем произнёс волшебное слово и камень упал.

– Я был уверен, что ты справишься, – сказал архивариус. – Скажу по секрету: мне никогда не удавалось взять в конце заговора такую высокую ноту.

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись.

– Я знаю другой заговор против гарпий, – продолжил Баян. – Он звучит не так громко, поэтому больше подходит для моего голоса… Что ты ещё узнала?

– Я изучала кристалл, содержание которого – размягчение гранита. Дошла до заговоров, но прозвучали куранты…

– Понимаю: ты остановилась на самом интересном месте. Ты не очень сильно расстроилась?

– Совсем чуть-чуть на пару минут. Это уже прошло.

– Запомнишь заговоры в следующий раз.

– Конечно.

– Тебе, царевна, сегодня разрешат войти в сокровищницу гномов и выбрать украшение? Верно?

– Да, Баян. Сокровищница… я так волнуюсь…

– Согласен – это захватывающее зрелище. С непривычки оробеешь. Однако постарайся не волноваться. И не спеши. Если растеряешься – выберешь не то, чему будет радоваться сердце

– Постараюсь не волноваться. А девочки-бореи ходят в сокровищницу?

– Да. Это наше правило – делать девочкам подарки в четырнадцатый день рождения. А потом через каждые четыре года…

– Значит, Свития там уже была. А ты? Ты, конечно же, там не был, ведь ты не девочка.

– Был, хоть и не девочка

Багряна засмеялась и спросила:

– А что ты там делал? Это не секрет?

– Не секрет. Рассказать?

– Да.

– Это было давно. Тогда я был молод и, если мне не изменяет память, беззаботен, потому что знания давались мне легко. Сильнейшие бореи видели во мне космического стражника, потому что я был лучшим среди ровесников. И я получил бы звание стражника, если бы ни одно событие: со мной стал общаться древний кристалл памяти.

Улыбка сошла с лица Багряны. Общение с древним кристаллом – это было очень интересно.

– Правда, – продолжал Баян, – кристалл общался со мной довольно жёстко: в моё сознание неожиданно врывались то панорамы Градеса, то злые лица громко кричащих друг на друга жителей города, то интерьеры незнакомых мне залов и коридоров, то толпы вирийцев, несущих свой скарб и плачущих детей…

– День Великой Ссоры? – удивлённо воскликнула Багряна.

– Да, царевна. И я знал, где находился этот кристалл…

– Я уже догадалась, что он был в сокровищнице гномов.

– Верно. Я рассказал про свои видения нашей царице. Ситуация была не из простых: очень важный для всех бореев кристалл находился в одном из изделий гномов. Срочно созвали Большой совет. Сильнейшие бореи мне поверили. Гномы разрешили извлечь этот кристалл из своего изделия. На совете я сделал оговорку: я не знал, как этот кристалл выглядит. Я слышал призыв, знал, откуда он доносился – из хранилища, только и всего… Я вошёл в хранилище в сильном смятении: что будет, если кристалл перестанет со мной общаться?

– Да, я тоже сильно бы волновалась. Всё закончилось хорошо?

– Кристалл продолжал звать меня к себе. Я прошёл по нескольким коридорам и взял в руки прекрасный жезл с набалдашником. И кристалл успокоился – я его нашёл. Кто всеобщему разочарованию, он за прошедшие тысячелетия был несколько раз огранён, его память частично разрушилась, но всё же этот кристалл являлся настоящим сокровищем – хранителем фрагментов древней истории. С того дня я стал архивариусом и не жалею об этом.

– Я понимаю, – сказала Багряна. – Жалко, что ни мама, ни Свития не рассказывали мне про тот кристалл.

– Наверно, не приходилось к слову… Ты готова сыграть со Свитией в прятки?

– Да. Однажды я добьюсь того, что Свития не сможет меня найти.

– А как будет на этот раз?

Багряна наморщила лоб.

– На этот раз, думаю, я продержусь дольше прежних пряток. Во-первых, я сделала приюты в трёх местах.

– В своём мире?

– И в своём, и в нескольких в Новом мире. Во-вторых, продумала, когда и где буду совершать переходы.

– В прошлом году переходов было семь.