Любовь – игра, в которой всё серьёзно
- -
- 100%
- +
Рассчитывать на адекватные действия сына, тем более на содействие, не приходилось.
Егор собрал волю в кулак и пошёл в наступление.
– Посуда, – рычал он, когда невестка пыталась улизнуть после ужина.
– Папа!
– Я уже двадцать лет твой папа. Мой сам. Мне без разницы, кто будет вести домашнее хозяйство, разбирайтесь без меня. Жанна, шмотки свои из коридора и моей комнаты убери немедленно. Да приберись, свинарник развела! Пора взрослеть.
– Будете меня шпынять – к маме уйду!
– Скатертью дорожка. Не велика потеря.
– Папа!
– Не хнычь! Первым делом, сын – чистота, уют и здоровое питание. Любовь – удовольствие, развлечение, экзотика. В конце концов, мой дом – мои правила. Не согласны – ищите съёмную квартиру.
– Я столько не зарабатываю, Жанна вообще студентка.
– Вот! Нормальные люди сначала думают и считают – потом действуют. Что я говорил, когда ты женихался – не торопись. Послушал? Черпай теперь что есть ложками и не ворчи. Или учи уму-разуму свою ненаглядную, пока не получилась копия маменьки – бегемотика с маникюром и замашками принцессы крови.
– Если бы мама была жива…
– Продула бы тебе ноздри ещё до свадьбы. Несносный характер твоей фифы торчал как иголки из спины ёжика.
– С тобой не договоришься.
– Потому, что я прав.
Егор доблестно боролся с привычками снохи, но преодолеть барьер природной лени был бессилен. Мало того – вскоре Жанна забеременела, стала раздражительной, капризной, плаксивой.
Она постоянно чего-то хотела, но исполненные желания лишь умножали недовольство, которое давало и её мамочке повод для претензий и скандалов, пока вконец не разругалась со всеми, в том числе и дочерью.
Жанна рыдала и ела, скулила и закусывала, после чего заваливалась на кровать или диван, погружаясь в неподвижную меланхолию.
Вадик испугался: почти так же вела себя мама. Чем это закончилось, было известно.
Начались походы по врачам, которые диагностировали у Жанны целый список хронических заболеваний, включая наследственные, генетические, перешедшие к ней по линии матери.
Исследования показали – вероятность того, что ребёнок родится инвалидом, весьма высок. Доктора настаивали на срочном оперативном прекращении беременности.
Жанночка встала на дыбы, – делайте что хотите, я буду рожать.
Когда начался токсикоз, невестка и вовсе слегла, наливаясь, тем не менее, как арбуз на бахче, потому, что аппетит взнуздать было невозможно.
Егор стал задерживаться на работе, не в силах терпеть жалобы и стоны раздавшейся в стороны, как дрожжевая опара, невестки, ни днём, ни ночью не отпускающей от себя мужа.
Вадим взвыл. Не так он представлял себе счастливую семейную жизнь, тем более что от самого сладкого и желанного его отлучили.
Выход интимной неудовлетворённости он вскоре нашёл, встретив однажды Леночку, которая всё ещё неровно дышала в его сторону, тем более что девочка тоже испытывала голод на эмоции страсти.
Вадик купил снотворные, добавлял их в сок, когда удавалось совместить своё желание со свободным временем Леночки.
Жанна тем временем окончательно отяжелела. Врачи ужасались от стремительного прироста её веса.
Ребёнок, как ни странно, родился здоровый, хотя врачебный консилиум сделал вывод, что сюрпризы в дальнейшем не исключены.
Зато серьёзно занедужила сама Жанна: от избыточного веса у неё обострилась астма, которая прежде не давала о себе знать, поднялся сахар в крови, начались проблемы с кровеносными сосудами и суставами, участились гипертонические кризисы.
Кормить дочку грудью мама отказалась через неделю, когда Катенька до крови прикусила ей сосок, на плач ребёнка не реагировала, стала как две капли воды похожа на маму, хотя была вдвое моложе её.
Заниматься внучкой, да и невесткой тоже, пришлось Егору, поскольку Вадиму такой расклад событий не понравился.
От проблем семьи он открестился полностью, переключив внимание на запасную подружку, Леночку, от которой в свою очередь скрывал романтические визиты к Юле Кирсановой и ещё к одной девушке, отношения с которой только начали развиваться.
Дома Вадим только ночевал, причём на кухне, чтобы беспокойная малышка не мешала спать.
Егор тщетно пытался до него достучаться.
– Свою жизнь просохатил, мамку похоронил, теперь за меня хочешь взяться? Фигушки. Пусть эта корова к мамаше возвращается. Я на принцессе женился, тонкой и звонкой, а не на сосиске в тесте.
– Будь мужиком, разруливай ситуацию сам. Жанка день и ночь в постели валяется. Твоя, между прочим, законная супруга. Честно говоря, я её понимаю – ты же предателем оказался: семя кинул и в кусты. Иришка орёт, вам до этого дела нет. Не нужна дочь – отдайте в детский приют. Я бы усыновил: девчонка-то замечательная, но при живых родителях это выглядит дико и гадко.
– Бать, поговори с Жанкой сам. Не хочу нервы себе мотать. На развод я уже подал, ей повестку должны прислать. Я в суде показал фотографии до и после родов, сказали, что разведут. Сам-то стал бы с такой коровой жить? А из дома я ухожу, мне комнату в общаге выделили.
– Не знаю, сын, не знаю. Жена – она и в Африке жена. Займись, заставь ребёнком, хозяйством заниматься. В её возрасте похудеть – раз плюнуть.
– Вот я и плюнул. У меня теперь другая невеста. Если хочешь – бери эту квашню себе, больше она никому не нужна.
– Что ты такое говоришь, сын!
– А чё, ты ещё в самом соку, мужчина в полном расцвете лет. Хочешь ведь бабу, сознайся. Дочку в качестве бонуса дарю.
– Когда же ты стал таким циничным, тому ли я тебя учил?
Как бы там ни было, Иришка была не виновата, что у неё ущербные родители. Егор это понимал, потому за внучкой по мере сил ухаживал, подгоняя, где пинками, где уговорами, Жанку заниматься домом и дочерью.
Жанна не стала уговаривать Вадима вернуться в лоно семьи, узнав, что у него целый букет временных невест.
Развод состоялся.
Вадиму назначили платить алименты.
Возвращаться к родителям она не захотела. Когда немного пришла в себя слёзно молила Егора, который окончательно запутался в отношениях с бывшей снохой, от которой открестился не только муж, но и родители, не выгонять из дому.
Тогда Егор вспомнил слова сына, – забирай себе.
– И заберу! Сама напросилась. Хочет остаться – пусть учится жить по-человечески: хозяйство блюсти, ребёнка обихаживать, мужа ублажать.
Так Жанке и сказал.
Та проплакала целый день, пока Егор на работе был, а вечером, не говоря ни слова, залезла к нему под бочок.
Вот когда Егор вспомнил разговор с сыном, его, – не бухти. Ещё спасибо скажешь. Знаешь, какая она горячая!
Притираться долго не пришлось: прожили ведь вместе почти два года, изучили друг друга вдоль и поперёк.
Жанна только теперь почувствовала, что такое родство, любовь и забота.
Егор стал для неё отцом и мужем, для дочки, которую усыновил-таки, отцом и дедом.
Жизнь постепенно наладилась, лишний вес испарился. Жанна, почувствовав вкус жизни, опять превратилась в молодую симпатичную женщину, восстановилась в институте, снова начала петь.
А Вадим…
У Вадима всё сложно: теперь-то он окончательно уяснил, – все бабы б**ди.
Мужчина её мечты Часть 1
Что же ты выстраивала всю свою жизнь, Жанна Эдуардовна, волшебный замок или лабиринт, из которого нет выхода? Какая чудовищная нелепость, так исковеркать судьбу, так обмануться, так запутаться!
Бред! Казалось бы, имею всё, но главного, того, что делает счастливым, нет. Кто, как и чем может заполнить гнетущую пустоту одиночества? Ведь я всё ещё красива, стройна, привлекаю мужчин. Сорок лет… Это ничтожно мало и в то же время чудовищно много. Не настолько, конечно, чтобы поставить на себе крест. Не настолько!
Если разобраться, именно я сценарист, режиссёр и создатель разрушения своей же судьбы. Стою, смотрю на саму себя, загнанную в зазеркалье. Посмеяться бы над собой, над глупостью, которую упорно считала счастьем и безмерной свободой.
Наслаждайся! Греби блаженство абсолютного рая хоть лопатой, ешь, пока не лопнешь от злости.
Что, не хочется? Аппетит пропал? Так тебе и надо!
Наперсник и вдохновитель, единственный в жизни любовник и муж, взял и переобулся, изменил, походя своим же жизненным установкам и принципам.
Терпеть не мог детей, меня убедил, заставил поверить в то, что они не могут приносить счастья, что мешают карьере.
Когда случайно забеременела, уговорил сделать аборт, чтобы не прерывать блаженную сладость беспечной жизни исключительно для себя.
Какие сказочные перспективы он мне рисовал, дух захватывало, сам же и разрушил идею счастливой жизни без детей. Было удобно – жил так, теперь решил стать папой, а меня, как напоминание о глупости, списал в утиль.Надо же, нежданно-негаданно воспылал страстным желанием оставить после себя потомство, но не от меня. Я уже вышла в тираж, утратила для него былую привлекательность.
И ведь получилось, в лучшем виде воплотил в жизнь задуманное злодейство. Взял и забыл годы, прожитые вместе в любви и согласии, возвёл вокруг меня забор, выставил часовых. Теперь счастлив. И ведь не икается ему.
Нашёл себе премиленькую сучку, лёгкую как тростиночка, почти невесомую девчушку с запахом молока на устах, наивным детским личиком, упругой грудью размером чуть больше яблочка.
Да, простушка, да, глупышка. Девушка без изюминки, без жизненного опыта: угловатая, прыщавая, бледная, бесцветная, как моль, но молодая, полная сил и готовности безоговорочно подчиняться в обмен на возможность жить в комфорте и достатке.
Взяла и родила ему прелестного малыша. Не я, с кем половину жизни муж строил планы, добивался материального благополучия, транжирил молодость, а она, обыкновенная самка, молодая плодовитая особь, единственным достоинством которой является фертильность, способность приносить потомство.
Пришла на всё готовенькое, присвоила разом всё то, на что у нас ушли годы усилий. За что он так со мной? Ведь всю жизнь говорил, что ненавидит женщин, которые рожают, презрительно называл их свиноматками.
А ведь это мой муж… да-да, теперь бывший, ныне законный супруг этой неприметной тли, испускающей сладкие для стареющего мужика возбуждающие соки, дающие ему надежду на вторую молодость, на продолжение себя любимого, на сохранения в потомстве уникального генетического кода.
На мои чувства ему плевать. И ведь не считает это предательством. Говорит, что по-прежнему любит, что вынужденно прекращает общение, чтобы девочку свою не волновать. Молока, мол, не будет. Это как?
Стою перед зеркалом, любуюсь остатками привлекательности, переживаю, боюсь не понравиться, готовлюсь к его приходу, жду, надеюсь. На что, интересно?
Неужели всё ещё люблю, хочу близости, мечтаю возбудить, ожидаю привычной страсти, безудержной ласки, даже этих лживых признаний в любви?
Да-да, именно так. Выдаёт дрожь во всём теле, ускоренное биение сердца, томление в груди, пульсирующее тепло внизу живота, навязчивые мысли о нём, не дающие покоя и равновесия, несмотря на коварное предательство и измену, которую не скрывает.
Эта мышка тебя не стоит, любимый. Жаль, что я постарела, что не способна дать тебе то, чем с лёгкостью необыкновенной делится эта сучка. Рожать мне уже поздно, я очень жалею о том, что всю жизнь не позволяла себе иметь собственное мнение.
Откуда она взялась, эта вертихвостка? Ах, да… бабочки всегда летят на огонь. Эта, не исключение. Она ещё не знает, на какое коварство способен её мужчина, что считать его своим она будет лишь до тех пор, пока будет позволено.
Не удивлюсь, если выкормив дитя, девочка получит расчёт. Кто предал однажды… Подлость даётся с трудом лишь в первый раз. Позднее мерзость воспринимается иначе, как необходимые действия.
Не мы такие, любит говорить он, жизнь такая. Мол, я вообще не причём, обстоятельства сложились подобным образом, заставили лгать и лицемерить.
Ему легко удаётся убедить себя в необходимости быть циником. Так лучше. Убедительный довод, не правда ли? А как эффективно он успокаивает совесть и нервы.
Увы, вопреки элементарной логике, наперекор ревности и брезгливости. Ведь этот мужчина целует меня после того, как недавно пил сок другой женщины, когда тело ещё помнит её интимное тепло, сохраняет аромат другого тела.
Бывший муж ласкает меня, проникает в моё лоно, не испытывая отвращения. Люблю и презираю его, хочу и ненавижу, жду очередного свидания, сгораю от неудовлетворённой страсти. Это ненормально, неправильно. Скорее всего, я больна.
Надо же, когда он сообщил, что хочет встретиться, я чуть не сошла с ума от счастья, сама не веря в то, что такое возможно.
К этому нелепому свиданию я готовилась с самого утра: парилась в ароматической ванне, делала маникюр, педикюр, эпиляцию, придирчиво выбирала комплект белья, делала причёску, купила за баснословные деньги это замечательное платье от кутюр… тьфу!
Как можно так низко пасть? Разве мало вокруг хороших и разных мужчин?
Есть. И что с того? Других, кроме Андрея, Андрея Константиновича Круглова… круглого как колобок, такого же лживого и изворотливого, для меня просто не существует.
И от бабушки ушёл…
Вот именно, от бабушки. К внучке.
Полюбила монстра себе на погибель, за что и расплачиваюсь.
За всё, за всё приходится платить, Жанна Эдуардовна, в моём случае одиночеством и неприкаянностью. Кстати, я ведь тоже Круглова, теперь, считай родственница разлучнице по её нынешней фамилии.
Нет, Андрюша меня не выбросил, благородно дал расчёт, обеспечил материально. Полный, так сказать, пансион. Что есть, то есть. Песни из слова не выкинешь.
Благородно. Обозначил степень порядочности размером отступных, превратил предательство в благодеяние. Иногда посещает. Правда, на жизнь жалуется. Но, это по привычке. Всегда так было.
Славно-то как! Сделать человека калекой, чуть-чуть, слегка, причём намеренно, осознанно, затем купить ему инвалидную коляску на электроприводе и открыть счёт, чтобы ни в чем себе не отказывал.
Всё же я хороша до сих пор. Куда уж до меня его костлявой пассии, не имеющей ни попы, ни талии…
Неужели она действительно ему понравится?
Сегодня тебе, Жанна, тоже достанется толика удовольствия от его щедрот. Должно же хоть что-то в жизни радовать. Запаздывает, однако, любовничек.
Интересно сегодня, от него Андреем будет пахнуть или Инной?
Не важно! Для порядка наморщю носик и отправлю мыться. Хоть чем-то попытаюсь ущемить его властную маскулинность, поколебать самоуверенную спесь.
Что бы ни предлагал, буду гнуть свою линию: сначала секс, потом ужин, если на застолье время останется. Уж я сумею выжать его до капли. Он ведь к сыночку, к жёнушке торопиться будет, но не факт, что это желание осуществится. Есть идея.
Забавно, что он своей Инночке говорит, когда ко мне бегает, или реально исповедуется? Врёт наверно, как мне брехал, когда с Инкой подпольно кобелировал. Чем она его взяла, чем?
А ведь он и её предаёт, негодяй! Но мне не должно до этого быть дела.
Бред, почему я его жду, по-че-му?
Потому что сама его выбрала, позволила судьбой своей единолично распоряжаться. Одного ведь на всю жизнь выбрала, не изменила ни разу, дура!
Что же получается, на этом жизнь закончилась? Зажилась, выходит, пора уступать место молодым?
Ну, нет, не дождёшься Андрюшенька, дудки! Я ещё сумею хлопнуть дверью, так закручу, что Инка твоя слезами умоется, про сына забудет.
Жанночка, милая, очнись же ты, наконец, найди достойную пару, влюбись по уши, окунись в омут неподдельных чувств. Эх, кто бы научил…
Не способна я перелюбить. Разве что когда-нибудь потом…
Дежавю. Такое уже было. Аборт, любовь: всё потом.
Как же всё сложно, грубо, жестоко, несправедливо, неправильно.
Только не реветь! Ты сильная, Жанна, ты справишься!
Мужчина её мечты Часть 2
В дверь постучали. Жанна Эдуардовна вздрогнула.
Насколько бы ни был ожидаем визит Андрея, она была смущена, что моментально отразилось безобразными красно-белыми пятнами на груди и шее.
Женщина еще раз придирчиво осмотрела себя в зеркало, послала своему двойнику воздушный поцелуй, подмигнула, подобралась, распрямила спину, вытянула шейку и степенно двинулась, стараясь успокоиться, чтобы Андрей не сумел понять, насколько она возбуждена и взбудоражена.
На спокойном внешне лице застыла наигранная благожелательная улыбка с напускной наивностью. Жанна пыталась изобразить равнодушие.
Андрей не должен заметить, насколько она раздражена, как ей одиноко и плохо.
– Всё-всё. Сосредоточилась, напряглась, слёзы и сопли потом, для этого будет достаточно времени, ещё настрадаюсь вдоволь. Изображаю праздник плоти, показываю, на что способна.
Пусть испытает душевный восторг, экстаз от слияния, блаженство и трепет. Может, поймёт, кто для него я и кто эта скороспелая выскочка Инка. Хотя, про восторг весьма сомнительно. Он уже не в том возрасте, когда от хорошего секса теряют голову.
Всё равно нужно постараться.
В створе открытых дверей стоял импозантный, довольно дорого и стильно одетый мужчина с распростёртыми объятиями. На его лице светилась то ли блаженная, то ли похотливая улыбка. Жанна последнее время перестала различать оттенки страсти, наверно слишком много думала про Андрея.
Тяжёлый букет из множества тёмно-бордовых роз не помешал бывшему мужу тесно прижаться, обнять одной рукой и нежно прикоснуться губами.
Три лёгких поцелуя в щёку обожгли кожу. Жанна задрожала, прикрыла глаза.
Андрей слегка отстранился, показал выражением лица и жестом желание избавиться от букета.
Жанна засуетилась, её трясло.
Мужчина небрежно бросил цветы на тумбочку, избавился от пальто. Просто расстегнул его и скинул на пол.
Терпкий аромат Андрея, родной и в то же время совсем незнакомый, вызвал мгновенное возбуждение, настолько сильное, что Жанна готова была отдаться ему немедленно, прямо здесь, в прихожей на тумбочке.
Андрей зарылся лицом в её волосы, провёл губами по шее, уверенно отыскал самую чувствительную эрогенную точку и целовал, целовал, именно так, как она мечтала. Было невыносимо приятно, немного щёкотно. Совсем как прежде!
Жанна поплыла, растворилась в нахлынувших эмоциях, позволила Андрею самому выбирать, что и как произойдёт дальше.
Любимый шумно, с наслаждением вдыхал аромат её тела, нетерпеливо, совершенно бесстыдным образом ласкал спину, плечи, живот, бёдра, отчего Жанне стало невыносимо жарко.
Прошло лишь несколько мгновений долгожданного свидания, а женщина чувствовала, что вот-вот наступит разрядка. Хотелось остановить волшебство момента, растянуть его навсегда, желательно до конца жизни.
Насладившись запахом и вкусом нежной кожи на шее, Андрей продолжил облизывать лицо, уши. Жанна сжалась, зажмурилась, едва не потеряла сознание. Андрей подхватил безвольное тело на руки, впился сладким поцелуем в губы и понёс. Легко, как пушинку. Женщина обхватила его за шею. Любовник был неотразимо красив, во всяком случае, для неё.
Мужчина знал, куда и зачем увлекает Жанну. Он тоже завёлся не на шутку, тоже ничего не соображал. Единственным желанием любовников было немедленное слияние.
Женщина ждала немедленного продолжения. Парочке не нужна была прелюдия, изощрённые ласки, чтобы довести себя до исступления и оргазма. Они уже впали в сладостный транс.
Ещё бы, ведь они прожили вместе почти двадцать лет, вынашивали и упорно реализовали общие планы, которым, увы, не суждено было сбыться.
А причина… основание для того, чтобы расстаться, была немыслимо банальна: Жанна не способна была родить после нескольких абортов.
Когда Жанне было двадцать, а Андрею на год больше, она забеременела первый раз. Это было так естественно, так прекрасно, ведь они были отчаянно, неудержимо влюблены.
Она не понимала, хочет ребёнка или нет. Материнский инстинкт не успел взрасти в её юном организме. Девочка была беспредельно счастлива, безоговорочно доверяла любимому, готова была на всё, чтобы быть всегда вместе.
Андрей был несказанно рад… внешне.
Вряд ли он не притворялся. Спонтанная реакция юноши на отцовство, восторженное движение души, влюблённость, романтические переживания, радость единения вызвали бурю эмоций.
Андрей кружил любимую по комнате, шептал нежности. Потом было шампанское, целые сутки страстного слияния.
Протрезвев от первого возбуждения, юноша задумался: попытался разложить все “за и против” по полочкам. Андрей сумел тогда обстоятельно доказать любимой, что иметь детей слишком рано, что сначала нужно пожить для себя, воплотить в жизнь мечты, осуществить задуманное, попробовать всё, что можно и что нельзя.
Поначалу Жанна сопротивлялась, пыталась разобраться в своих желаниях, приводила аргументы.
Андрей был настойчив и упрям.
Жанну он любил беззаветно, был верен ей и не мог представить раздельной жизни. Если бы она настояла, если бы проявила настойчивость и волю, всё могло получиться иначе.
Могло, но стало.
Девчонка не обладала даром предвидения, способностью убеждать, не могла просчитать последствия безответственных действий. Зато была искренняя, наивная и до чёртиков влюблена в Андрея, первого и единственного мужчину в своей жизни.
Она видела события в ярких позитивных красках.
Кому, если не Андрею, можно довериться, когда весь мир сосредоточен в объятиях этого обожаемого человека?
Пусть весь Мир подождёт! Счастье, его так много, хватит на всех! Какая разница, когда она станет мамой: немедленно или через десять лет? Когда бы это радостное событие ни произошло, оно непременно случится.
– А ребёнок, Жанка, зачем он нам именно сейчас, когда у меня есть ты, а у тебя я? Жизнь щедра и бесконечна. Давай наслаждаться тем, что имеем!!!
– Но…разве дети мешают испытывать радость. Наши дети, Андрей. А!
– Разве возможно расти как личность и радоваться жизни в полной мере, когда ты намертво прикован к пелёнкам, к детской кроватке, кричащему младенцу. Где взять столько энергии? Существует принцип приоритета. Необходимо уметь выбирать самое важное. Всё прочее может подождать. Если распылять силы и возможности, отвлекаться на второстепенные цели, невозможно чего-то существенного достичь.
– Но ведь мы обсуждаем судьбу нашего будущего, которое живёт во мне. Уже живёт. Разве тебе не страшно избавиться от собственного сына, или дочки? Может даже двух сразу. Если вдуматься, мы решаем, убить или помиловать нашего ребёнка.
– Ты бредишь Жанна. Какой ребёнок, какой человек. Это всего лишь горстка клеток, эмбрион, зародыш. Можно сказать, что его нет вовсе, потому, что даже он сам не догадывается о своём существовании. Забудь! Его не было, и нет. Завтра проснёшься и не вспомнишь.
– Заметь Андрей, ты сказал он. Тем самым признаёшь, что внутри меня живое. Не имеет значения, как ты назовёшь зачатый плод: это крохотная живая частичка меня. И эту жизнь мы хотим уничтожить, обнулить возможность беззащитной жизни стать человечком.
Разве не так, любимый? Я в панике. Согласна, мы слишком молоды, пока не научились нести ответственность даже за себя. Мои папа и мама тоже были молодые, когда у них появилась, ведь они тоже могли испугаться, передумать, появилась микроскопическая я.
Тогда жизнь была намного труднее, а возможностей преуспеть меньше. Они тоже решали и выбирали. Вот она я, можешь потрогать. Андрей ты же любишь меня, разве можешь не полюбить общее дитя?
Ты отец, можешь гордиться. У тебя всё получилось, ты мужчина на все сто процентов. А я женщина. Тебе и мне дана привилегия, создавать новую жизнь. Магия, волшебство. Как это происходит, любимый?
Мы говорим о нашем ребёнке, который может никогда не родиться, если мы решим, что карьера, комфорт, удовольствия и свобода важнее.
– Представляешь, какое блестящее будущее ожидало твоих родителей, если бы они не совершили глупость, когда сами ещё были никем?
– Андрей, ты меня пугаешь. А я, неужели непонятно, что меня не было бы. Никогда.
– Ну и что? Родился бы кто-то другой, у кого детство могло стать сплошным праздником. У него было бы всё. Представляешь, всё? Чтобы получить образование тебе приходится тяжело трудиться, иногда по ночам. Мы с тобой молодые, способные, жизнерадостные. Зачем нам дети?