Три жизни Алияр
- -
- 100%
- +
– А солнце на рассвете поднимается потому что ты улыбнулся? Невероятная самовлюбленность.
Потянувшись за новым куском мяса Алияр не видит как померкла его улыбка, а в глаза вернулась печаль.
– Не связывайся с ней, она по истине сама Дилика, ее колодцу коварству нет ни предела, ни дна.
– В день когда я испугаюсь влюбленную девчонку солнце сядет на востоке.
– И это она меня называет самовлюблённым? – его синие глаза лучатся отблесками заката, улыбка медленно расползается по лицу в ответ на его улыбку снимая напряжение этого дня.
– Мне нужен еще час пока солнце не село.
– Соберу хворост, очевидно ты совершенно не умеешь заботиться о себе, только о других. – он вздыхает поднимаясь и направляясь в сторону леса, даже не понимая насколько задел Алияр за живое.
– Я Ладинэйра! Моя жизнь посвящена заботе о других!
– Значит тебе нужен тот кто будет заботиться о тебе, умри ты в лесу от голода и холода, не сможешь помогать другим. – он уходит даже не оборачиваясь, оставляя девушку в задумчивости. Этот мужчина странным образом и злит ее и успокаивает, это странное состояние ладинэйра не встречала ни в одной из книг настоятеля Криблин которые прочла от корки до корки, а его библиотека считалась одной из самых богатых. Мучаясь в желании разгадать эту загадку Алияр рассеянно несколько раз обходит выбранный участок вдруг натыкаясь на целый куст бриолы, ягоды ее ядовиты, а вот стебли прекрасно снимают боль, и жар. Уже спасая никурину от яда Алияр решает собрать и ягоды готовясь к разным ситуациям. Возвращаясь на поляну она все ещё в задумчивости не сразу замечает костёр и почти готовый ужин.
– Я конечно не берусь судить, но ты уверена что разбираешься в травах? – и на ее немой вопрос указывает на ягоды бриолы в ее руке, – даже дети знают что это яд.
– Правильно используя яд можно многое вылечить, например бриола измельчённая в порошок хорошо прогревает при простуде.
– Я понял, в детстве с тобой никто не играл и ты часами сидела за книжками. – вспоминая свое детство Алияр мрачнеет, бесконечно одинаковые дни в ордене, постоянные занятия, им ведь и правда не позволяли играть, и даже громко смеяться. За этим неустанно следила жена настоятеля Илида, не забывая бесконечно напоминать об их милости.
– Верно, так и было, – тяжело вздохнув она присаживается напротив него завороженно наблюдая за всполохами огня отгоняющими тьму и холод ночи.
– Разве жизнь в мужском ордене не полна открытий и приключений? – оторвав взгляд от огня, Алияр не сразу понимает о чём он говорит, пока тот не подмигивает.
– Серьёзно? Ты ведешь себя как подросток, разве все о чем ты можешь говорить и думать это плотские утехи?
– А тебе разве не интересно? – Делайер подмигивает снова, чувствуя себя глупо под ее уничижительный взглядом, но не желая сдаваться.
– Теоретически, – её ответ удивляет не только мужчину, но и саму Алияр, как будто говорит вовсе не она. Кровь бросается к её щекам наполняя их румянцем, а кровь мужчины адреналином поджигающим желание. – механика и техника ясны, цель в принципе тоже, не понятно зачем делать это так часто если в среднем женщина за всю жизнь в состоянии родить не более четырнадцати детей, а вырастить и воспитать и того меньше. Мужчина же в среднем за день готов к соитию примерно раз тридцать, – вспоминая всю теорию по этому вопросу она вдруг замолкает погружаясь в тьму его голубых глаз.
– Ты забыла что это очевидно приятное занятие.
– На самом деле мужской оргазм длится всего несколько секунд, а энергии на него нужно потратить больше чем на час бега.
– С тобой сложно спорить, но если после часа бега ты будешь так же счастлива, то я пожалуй буду удивлён.
– То есть цель всего этого не рождение детей, ты это хочешь сказать? И раз уж мы говорим о механике, разве есть какая-то разница… – она осекается вновь краснея.
– Разницы нет, если мы всё еще о механике, – его голос становится ниже пробираясь мурашками под одежду, – но если мы не сменим тему, то придётся перейти к практике чтобы доказать свою точку зрения. – Ее взгляд совершенно не осознанно опускается на его бедра и немного ниже упираясь во внушительный бугор под тканью и хоть она тут же отводит глаза Делайер усмехается. – Ты ведь уже видела, или снова любопытно?
– Ты прав, стоит это прекратить, – она встаёт так быстро что едва не падает на землю с трудом удерживая равновесие, вызывая улыбку и тяжёлый приступ вожделения, отворачиваясь от него. Не успев даже подумать он сжимает Алияр в объятиях врываясь языком в ее рот срывая стон и едва сдерживая своих демонов. Поцелуй выходит яростным и больше похож на схватку, кружащим голову и закипающим кровь.
– Ты можешь потрогать, если хочешь, удовлетвори свое любопытство, Алияр, – впервые назвав ее имя он вновь сминает ее губы в поцелуе, отчаянно желая ее любопытства и боясь не сдержаться. Еще секунда и рука на его груди дрогнет и опускается вниз, едва не лишая сознания от одной только мысли, что она настолько податлива и любопытна. Ее пальчики проходят по завязкам останавливаясь, от адреналина рука подрагивает но не двигается.
– Это очень плохая затея, – она делает шаг назад, едва дыша от неведомой силы что тянет ее к этому мужчине, жалея о каждом своем шаге от него.
– Ты невероятно жестокая женщина Алияр, – едва сдерживая свой гнев Делайер быстрым шагом покидает поляну стараясь обуздать желание и когда он возвращается к костру Алияр спит подложив под голову свою сумку с травами.
Глава 4
Утром едва встало солнце Алияр уходит в поиске новых растений, она читала что в этих горах растет буреголов, он облегчает роды, и лаперник что защищает сердце, они понадобятся никурине в первых родах, ведь это тяжелое испытание даже для здорового организма, а ее ослаблен отсутствием нагрузки да еще и отравлением. В поиске она не сразу понимает что зашла дальше запланированного, но оказавшись на новой поляне она как ребенок бежит через неё завидев пергулис один из самых мощных лекарств от отравления. Не веря своим глазам она выхватив нож срезает побеги скидывая их в корзину, отдельно складывая его вечного соседа лапарута самого известного сбивателя жара. Она настолько увлеклась что рычание за спиной вызывает удивление а вскоре и дикий ужас, сам хранитель горы обратившись Свипороу, огнекрылым волком спустился для защиты своей территории.
– Спокойно! – отступая назад Алияр выставляет вперед руки и следя за хранителем чей покой она нарушила, – Досточтимый Свипороу, – его рычание заставляет дрожать даже кости, но бежать нельзя, делая еще один шаг назад она склоняет голову, после чего становится на колени и вовсе опуская лоб к земле – прости меня владыка горы, я прошу отдать мне эти побеги дабы спасти жизни твоей милостью, – рычание приближается и огонь опаляет своим жаром, но ладинэйра не поднимается даже ощущая дыхание хранителя на своей шее.
– Позволяю! – его ответ звучит вперемешку с рычанием, так близко что еще немного и он влезет ей под кожу, – но за вторжение придётся заплатить и если ты не врёшь, то ученице обители морозных ветров не составит труда излечиться, – резкая боль прорезает левую руку от плеча до запястья, но звук взмаха крыльев внушает надежду на выживание. Открыв глаза она осматривает ранение, три длинных полосы от когтей заливают руку кровью, рукав быстро пропитывается становясь тяжелым, сорвав его ладинэйра набирает в него мох туго приматывая к руке, вытаскивая из корзины найденный ранее стебель бриолы разжёвывая его чтобы унять боль и собрав уже срезанные побеги как можно скорее возвращается к их временному размещению. Завидев ее издалека Делайер хмурится, ее платье порвано а рука в крови, и тут до него доходит, сердце отстукивает бешеный ритм пока он бежит ей навстречу перехватывая сумки и в последние секунды успевает поймать её на руки. Оглядывая местность в поисках напавшего он всё крепче сжимает на руках крохотную девушку, не зная что делать. Уложив ее к костру Делайер быстро упаковывает все её травы в одну корзину решая идти домой, к ее гротане, но природа будто назло разрывает небо молнией и громом какие слышны только у вершины небес в горах.
– Дилика! Да что тебе сделала это хрупкое дитя! – решая во чтобы то ни стало защитить ее он поднимает Алияр на руки торопливо спеша к горам в поисках убежища, но натыкается на рычащего волка прямо у входа в пещеру, – да она невинна на что ты рычишь?
– Пропущу, но твои помыслы не чисты, на ней моя метка, отныне я ее защитник.
– Ладинэйра Алияр и сама в состоянии себя защитить, а твоя метка убивает ее!
–Не может быть! – волк мгновенно оборачивается в красивого высокого блондина с невероятно роскошной шевелюрой и поджарым телом, его красоту лишь слегка скрывает набедренная повязка из меха, но брови сведены к переносице а в сверкающих чёрных глазах беспокойство. Он аккуратно укладывает девушку на высокое ложе в пещере раскрывая повязку. На ее руке помимо свежих шрамов проявляются чёрные вены, рука горит огнём едва не загораясь пламенем- она отравлена, – прижимаясь носом к ее коже, рождая волну ревности такой силы что Делайер с трудом сдерживает кулаки чтобы не врезать этому полубогу – очень давно, так давно что и яд не достать, она буквально на нем выросла.
– Что делать?! – мужчина повышает голос едва Алияр вновь начинает метаться по подушкам.
– Она сегодня пахла бриолой, и я был уверен что она ее принимает как противоядие, я найду ей ягоды бриолы, а ты будь рядом, не дай ей замёрзнуть в моей пещере довольно холодно.
Превратившись вновь в волка хранитель исчезает в темноте, желание удушить его становится сильнее, едва ладинэйра начинает стучать зубами прячась под одеяло. Разогрев как мог камин Делайер подвигает ближе к нему огромное ложе сломав по дороге несколько ножек. Отчего Алияр скатывается со своей стороны кровати прямо к нему в руки. Она горит страшнее огня в ту ночь, когда Патарис пришел в их дом и горело всё несколько дней обжигая даже лёгкие.
– Ну нет, я не хочу быть повинным в твоей смерти! – вытащив девушку из-под одеяла он выходит из пещеры прямо под ливень, ледяные струи практически мгновенно снижают температуру и вскоре ее глаза распахиваются сразу за новым ударом грома.
– Нет, нет, снова этот сон! – Ее трясёт и от страха и от лихорадки, глаза полны ужаса а в лице ни кровинки. – моя доброта убьет меня, но еще рано! – вскрикнув от боли она хватается раненой рукой за рубашку Делайера, пристально заглядывая в глаза – ты помнишь ягоды бриолы? Я принесла их вчера, разотри их в ступе и сожги в огне, дай мне этот порошок на кончике ножа до утра, – глаза ее мутнеют и закрываются, а мужчина в ужасе кидается обратно в пещеру, натыкаясь на вернувшегося полубога.
–Что она сказала?
–Растереть сжечь и дать ей порошок до утра.
– Ягоды бриолы очень твердые, это займёт время, не давай ей замёрзнуть. – он уходит в дальнюю часть пещеры опытными действиями раздавливая и растирая ягоды, пока Алияр трясется под двумя одеялами.
– Холодно, так холодно! Помоги мне – даже не зная к кому обращается она молила о помощи, страдая от боли и яда. Делайер не особо понимая что делает аккуратно снимая мокрую одежду завязку за завязкой освобождая ее тело с трудом фокусировался на помощи, а всё сильнее на запахе ее кожи, на взгляде полном мольбы, на руках что отчаянно требовали тепла. Его достоинство вновь восстав из-за нее бунтом отзывалось желанием во всем теле требуя удовлетворения, но возникший страх за неё тушил его ледяной водой и лишь скинув мокрую одежду он как можно ближе прижал к себе холодную как статую Алияр в надежде согреть ее своим теплом, но ей становилось все хуже, она шептала в бреду умоляя спасти ее и не трогать, в то же время умоляя и спасти и убить её она билась в лихорадке рождая страх за неё. Всё что он мог сейчас это прижимать ее к себе и надеется в будущем увидеть снова ее улыбку.
Ближе к утру едва рассвет окрасил багрянцем небо полубог принес лекарство, он был так сильно обеспокоен что измученный за ночь Делайер с трудом сдержался чтобы не обвинить его в произошедшем, но смотря на лишенное жизни едва живое лицо девушки вновь решил промолчать, этот странный эффект производимый практически незнакомой но невероятно интересной девушкой интригует, так сильно что желание вновь просыпается от горячего тепла ладинэйры.
– Принадлежать тебе она не будет, подбери слюни, ее кровь гораздо старше твоей, тебе не под силу ни покорить, ни защитить ее. Запомни глупец, даже обманув ты ее не удержишь. Она старших богов дочь… – порошок бриолы раскаляет кожу девушки выгоняя яд из тела, свет собирается на лице Алияр между бровей отмечаясь ярким камнем и узором закрывающим весь ее лоб сверкающей змеёй и исчезая вместе с жаром и ядом.
– Это значит что она будет жить…?
– Она точно переживёт и тебя и войны твоего клана глупец. – исчезая огненный волк обжигает ему ладонь одной из искр, – если ты все же решишь идти рядом с ней, это моя метка, понадобится помощь богов позови.
В пещере становится гораздо жарче, огонь облизывая стенки согревал все больше закрытое пространство и без того не большой пещеры, а рядом под каждую молнию вздрагивала и крутилась соблазнительница настолько сумасшедшая что в бреду прижималась и тёрлась чудом не лишая сознания мужчину пытающегося помочь.
– Не желаю вредить тебе Алияр, но ты сейчас на пороге когда меня не смогут остановить даже боги!
–Разве не обещал ты сделать это гораздо раньше? – резко сменив позицию она оказывается лицом к лицу с неизвестной неизбежностью, – разве это не то что желают умирающие, почувствовать себя живыми?
– Алияр, одумайся! – ее рука смело путешествует туда где так и не смогла оказаться вчера останавливаясь лишь на секунду чтобы справиться с завязками.
– Иногда чтобы принять решение нужно только чувствовать и совсем не думать, – схватив в довольно жёсткий захват его достоинство она путешествует вверх пальчиками другой руки- чисто теоретически, сколько нужно фрикций для оргазма?
– Ты серьёзно? – его срывающийся голос совпадает с движением рукой вверх и вниз лишая его дара речи.
– Ты спрашивал почему мне любопытно? Я ведь много видела, но ни разу не испытывала. – освободив его от хвата руки она седлает его сверху, и возможно в последней попытке остановить себя заглядывает в глаза цвета льда. – у тебя только один шанс остановить меня, – зависая над его восставшей плотью она с трудом фокусируется на происходящем.
– Ты пожалеешь об этом как только очнёшься!
– Хочешь сказать если я очнусь?! – ее бирюзовые глаза заливает тьма, лицо становится сосредоточенным, а действия отточенными, более чем четко она помогает проникнуть в ее чертоги сладости срывая стон у обоих, ее неподготовленное тело отзывается болью на вторжение и сжатием на изменения, несмотря на это она вновь поднимает бедра и обрушивается вниз, повторяя вновь, ее глаза полны слез, а лицо искажено мукой.
– Это не должно быть так! – отчаянный возглас мужчины чувствующим ее спазмы боли на себе находит отклик и покидая ее тело тьма шепчет.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.