Развод. Наследник для мужа

ГЛАВА 4

АМИР

Сидя под запертой дверью комнаты Эмильки, всем нутром ощущал боль любимой женщины. В комнате было тихо, вот только больше, чем уверен, Поля плачет. Тихо, чтобы никто не услышал, так как она делала часто, вспоминая чёрный для всей семьи день!

Кривая усмешка исказила лицо. Так глупо прокололся! Чёртова погремушка, традиция семьи, чтоб её! А мама? Как только додумалась до такого? Чём она думала, когда привезла Лию домой, где Тигран с Айгуль?! Лия всё рассказала маме, и это не удивительно, она ребёнок, говорит обо всё, что видит!

Телефон в кармане тихо пропищал, поднявшись на ноги, отошёл от двери, кинув на неё взгляд. Не откроет она мне сегодня! Достав телефон, открыл сообщение. Отец.

«-Что у вас там стряслось?»

Ага, мать послушала моего совета, позвонила отцу, но судя по вопросу, не всё ему рассказала.

Быстро набираю ответ, сообщаю самое важное.

«-Прилечу рано утром, встречай.»

Приходит через пару минут.

«-Хорошо.»

Не успеваю убрать телефон, как он вновь оживает, я был готов увидеть номер отца, но на удивление светился номер матери.

– Да, – нехотя принимаю вызов.

– Сынок! – взволнованный голос настораживает, – Тиграну стало хуже, мы вызвали скорую, приезжай, сынок!

От услышанного хочется рычать, удариться головой об стену, послать всех к чёрту, отмотать время в тот день, когда сказал отцу своё «ДА».

– Выезжаю, – говорю коротко и сбрасываю вызов.

Хуже! Куда ещё может быть хуже?! Я нарушил данную жене клятву, теперь же несу наказание, и не только я, но и мой сын и его мать!

Дом не хочется покидать, здесь моя душа и сердце, но и там моя кровь, маленький человечек, что отдувается за грех отца!

Выскочив из дома, бросаю взгляд на окно Лии, темно. Грудину ломит от чувства вины перед Полиной, ещё чертовски боюсь, что не простит, захочет уйти!

Не успеваю дойти до машины, вновь слышу телефон.

– Я еду! – произношу с раздражением и волнением одновременно.

– Поторопись, сынок! – умоляет мать, на заднем фоне криком разрывается сын, не слышно только Айгуль.

Поганая семейка, которая её так воспитала! Если бы я знал, как будет относиться мать к собственному ребёнку, слал бы лесом всех! Как может женщина назвать своего ребёнка уродом?!

Синдром Лежёна! Мать его! Такого никто не ожидал!

Запрыгнув в машину, вновь бросаю взгляд на окна дома, везде пусто, нет взгляда Поли, она всегда меня провожала, будет ли теперь так? Будет! Не отпущу, воспользуюсь всеми способами, как удержать её рядом! Какими бы они жёсткими не были!

Выезжаю со двора и выжимаю газ в пол. На дворе ночь, дороги пустые, добираюсь буквально за десять минут. Скорой помощи у дома нет, значит я первый. Выбираюсь на улицу, широким шагом направляюсь к порогу дома. Перепрыгивая ступени, поднимаюсь к двери и перед тем, как её открыть, делаю несколько глубоких вдохов и выдохов!

Видеть своего ребёнка в таком состоянии, просто не выносимо! Тяну дверь за ручку на себя, по ушам тут же бьёт непривычный плачь Тиграна. Он у него отличается от обычных деток, словно кот мяукает. Скинув туфли, тороплюсь на шум. По большой гостиной мечется мама с внуком на руках, пытается его успокоить!

– Что с ним? – гремлю вопрос, перебивая крик малыша.

– Сынок, хвала Всевышнему, ты приехал! – услышав меня, мама бросается в мою сторону.

Тигран уже побагровел от собственного крика.

– Давай сюда, – аккуратно забираю сына из рук матери, начинаю качать, – а теперь говори, что случилось, зачем вызвали скорою?

– Тигранчика вновь рвёт, накормить не удаётся, – дрожащим голосом отвечает мать.

Прикрываю глаза на секунду, сжимаю зубы. Тут помочь собственному сыну точно не могу! Значит нужно готовиться к госпитализации!

– Айгуль, – зову женщину, что стала моей второй женой, и только сейчас понимаю, что её нет рядом, – где Айгуль, мама?

– Она прилегла, Амир, она устала, – отводит взгляд в сторону.

– Что? Устала? – непомерная ярость накрывает с головой, – возьми, – отдаю сына обратно бабушке.

– Сынок, стой…

– Смотри за внуком! – не сумев сдержать эмоции, прикрикиваю на мать и тут же жалею, увидев, как её глаза заблестели, – прости, я не хотел.

На второй этаж взлетаю, перепрыгивая по три ступени, у нужной двери оказываюсь через несколько секунд, не церемонясь, толкая полотно, что с грохотом бьётся об стену.

Лежавшая на кровати Айгуль, подскакивает, принимая положение сидя, глаза тут же наполняются страхом. Тонкие пальцы тянутся к ушам, вытаскивая наушники.

– Это что за фокусы, Айгуль? Ты почему не с сыном? – не скрываю лютой злости в голосе, задаю вопросы, с презрением смотрю на навязанную жену.

Она медленно и опасливо сползает с постели.

– Я только прилегла, не сердись, Амир, я очень устала…

– Устала от чего?! Лежать на кровати? – перебиваю наглую ложь, – с Тиграном целыми днями занимается мама! Ты, кажется, забыла свои прямые обязанности, женщина! Сейчас быстро собираешь вещи сына, те, что понадобятся в больнице, сменную одежду для себя и спускаешься вниз! На всё про всё у тебя не больше десяти минут! Если ты и дальше продолжишь так себя вести, я отправлю тебя с позором обратно к отцу! И я не шучу, Айгуль, вылетишь с позором, я думаю, рассказывать, что ждёт тебя после такого не стоит?

– Прости, Амир, прости, не надо обратно к отцу, прошу! Я всё поняла, от сына больше и на шаг не отойду, только не выгоняй меня, – в глазах страх, в голосе мольба.

– У тебя десять минут, – цежу сквозь зубы.

Развернувшись на месте, покидаю комнату, быстро спускаюсь вниз, и как оказалось вовремя. В дом заходит один из охранников, следом за ним идут двое в белых халатах. С врачом разговариваю сам, краем глаза замечаю спускающеюся по ступеням Айгуль. Выслушав меня, доктор созванивается с коллегой, уточняет, что делать в нашем случае.

После приходит моя очередь хвататься за телефон. Если бы Поля ничего не узнала, то мозги были бы на месте, и сам бы догадался созвониться с лечащим врачом Тиграна! Уже через двадцать минут нас ждут в частной клинике, палату для сына уже готовят.

Мама порывается поехать с нами, но мой кричащий взгляд останавливает её. Она нервно заламывает руки, поджимает губы, послушно отходит на пару шагов назад, слегка опустив голову вниз.

Нужно поговорить с отцом, слишком сильно мать растворилась во внуке, поощряет лень и безразличие Айгуль к малышу! Не должно быть так, за сыном должна следить родная мать, но никак ни бабушка!

Скорая уезжает, я же усаживаю жену и сына в машину и везу в клинику. Тигран не успокаивается, оно и понятно, ребёнок голоден! Айгуль трясётся, старательно пытается скрыть, как неприятен ей собственный сын, даже не пытается его успокоить!

– Возьми его на руки! – не выдерживаю, сердце щемит от жалости к сыну, – что ты за мать такая?! Куда подевалась вся хвальба твоих родителей? За младшими братьями и сёстрами, ты также присматривала? – бросая гневные взгляды через зеркало.

Втянула голову в плечи, потянулась к люльке Тиграна, расстегнула ремень, как-то совсем не аккуратно, вытащила сына, уложила у себя на руках.

– Попробуй его покормить, – словно приказ отдаю.

– Что? Покормить? Но мы с собой ничего не взяли, – выдаёт неожиданно.

– А что ты должна была взять? Доставай титьку и корми, она всегда с тобой! – вскидываю руку, сжимаю пальцами переносицу.

То, что Всевышний обделил её мозгами, я понял, к сожалению, после свадьбы! До этого она искусно скрывала такой изъян!

– Амир! Я не кормлю грудью! – возмущённо заявляет мать моего сына, – твоя мама сама мне разрешила этого не делать!

Чуть по тормозам не бью от такой новости, но в последний момент, наоборот, жму на газ. Мама! Снова мама!

– Чем питается Тигран и как давно, ты бросила кормить его грудью? – рычу, смотря на неё через зеркало.

– С сегодняшнего утра не кормлю, груди так болят, – морщиться, словно её только это и заботит, – а Тиграну мама давала смесь.

Процедив сквозь зубы ругательство, ударяю по рулю ладонью! Для меня становиться всё ясно! Если бы Эмильки не было, то конечно бы не знал, как может быть, когда малыша переводят на смесь! У Полины на фоне стресса было очень мало молока, врачи твердили, что может вообще пропасть, приучайте к смеси. Вот тогда мы столкнулись с большой проблемой, многие смеси нам не подходили, была и рвота и колики, и даже сыпь!

– Корми сына! – хватаюсь обеими руками за руль, борюсь с желанием развернуть машину и вернуться домой, чтобы обеим устроить разгром!

– Ум-мм, – доноситься до ушей, – как больно! – хнычет Айгуль, а вот сынок замолкает, и вместо крика, салон заполняет причмокивающий звук.

– Амир Зурабович, – начинает лечащий врач сына, заведя к себе в кабинет после осмотра, – я всё-таки ещё раз настаиваю на постоянном присутствии медика в вашем доме, у нас есть хорошо обученные сотрудники. За вашим сыном будет круглосуточное наблюдение…

– Что значит «ещё раз настаиваю»? Вы разве предлагали такие услуги моей семье? – перебиваю мужчину, находясь в лёгком недоумении от его слов.

– Конечно предлагал, перед выпиской вашей жены с сыном провёл беседу с вашей мамой, на что она категорически заявила отказом. Выбрали вариант самим посещать нашу клинику для нужных процедур. Если бы согласились на нашего сотрудника или же другого обученного специалиста, то ваш сын получал всё необходимое в стенах дома, – отвечает док.

Стискиваю зубы, кулаки сами сжимаются. Как она посмела решать такие вопросы? Кто дал ей право! Это уже переходит все границы! Да, я разрешил ей общаться с врачами, быть в курсе всего, потому как сам не мог постоянно находиться в больнице! Но решать такие вопросы точно нет! Даже не поставила меня в известность! Подвергла Тиграна опасности!

– Семён Львович, скажите, есть ли возможность прямо сейчас нанять такого сотрудника?

План в голове меняется! Я был готов оставить Тиграна с Айгуль здесь под присмотром врачей, даже несмотря на то, что с причиной рвоты у сына мы определились! Но теперь…

– Конечно, наши сотрудники всегда готовы приступить к работе, это их заработок, сами понимаете, – сообщает мужчина.

– Замечательно, то есть мы можем прямо сейчас забрать вашего сотрудника и поехать с ним домой? – уточняю момент.

– Если подождёте примерно час, то Марина Викторовна будет готова отправиться с вами, а пока мы будем её дожидаться, успеем составить договор об оказании услуг.

Семён Львович быстро набрал номер сотрудницы, сообщил, что в её услугах нуждаются, а также сказал время, за которое она должна быть в клинике.

Договор был стандартным, на его составление потребовалось меньше получаса, внесли мои и данные сына, ну и, конечно, Марины Викторовны! Всё это время Айгуль находилась в палате с Тиграном. Когда уходил с доктором, видел, как возмущённо она бросала на меня взгляд.

Дожидаться появления медсестры отправился в палату к сыну и жене, нужно провести с ней беседу и лучше вне стен дома!

Зайдя в палату, первым делом подошёл к спящему на кровати сыну. Сердце болезненно сжалось. Хоть болезнь и не сильно отразилась внешне, но всё же отразилась! Нас предупредили, чем взрослее станет Тигран, тем больше будет выражаться болезнь! Форма головы, разрез глаз. В дальнейшем возможен дефект челюсти. Это только внешне! Некоторые органы малыша тоже подверглись недугу! Но самое страшное, что никаких прогнозов, сколько проживёт мой сын!

Лёгким касанием провожу по короткому пушку тёмных волос, по маленьким пальчикам.

– Амир, – тихо зовёт Айгуль, – мы действительно остаёмся здесь? – слышу в голосе нотки испуга.

– Нет, мы поедем домой, только дождёмся медсестру, которая будет с этого дня проживать вместе с вами и следить за Тиграном, а также за тобой. Будешь выполнять всё, что скажет Марина Витальевна, посмеешь ослушаться, верну отцу, – говорю, не поворачиваясь к ней лицом, наблюдаю за сыном.

Тишина, молчит, но спиной чувствую её взгляд.

– И ещё, на помощь мамы больше не рассчитывай, дома с вами обеими будет проведена беседа, – замолкаю, я женщин не бью, но сейчас появилось жуткое желание отвесить Айгуль крепкую затрещину, чтобы знала на будущее.

Чем они думали, как посмели отказаться от медсестры и таскать Тиграна каждый день через клинику?!

– Но, Амир! – летит возмущение, – мне одной будет трудно, за что ты лишаешь меня личного времени?!

– Замолчи! И больше не смей мне перечить! Вспомни о своём месте, женщина! – резко разворачиваюсь, – как у тебя только язык поворачивается говорить о «личном времени»?! Ты мать, твоя прямая обязанность следить за сыном! Тебя освободили от дел по дому и только из-за того, что Тигран болен! – чувствую, ещё чуть-чуть и сорвусь, схвачу за шкирку и отвезу пермяком в аэропорт и первым же рейсом отправлю домой, под крыло отца!

Ответить Айгуль не успевает, дверь палаты открывается, на пороге появляется Семён Львович, рядом женщина лет сорока, может чуть больше.

– Амир Зурабович, знакомьтесь, Марина Витальевна, – представляет женщину.

– Здравствуйте, – произносит наша медсестра.

Приветствую в ответ, отступаю от кровати, на которой спит Тигран, показываю медсестре сына, внимательно слежу за мимикой лица, за выражением глаз.

Мягкая улыбка, нежность во взгляде, и ни капли брезгливости! Что ж, первое впечатление хорошее, а дальше посмотрим, в обиду сын не дам, теперь сам буду всё контролировать! А ещё мне нужно наедине побеседовать с женщиной и дать некоторые распоряжения, за которые я заплачу ей отдельно!

Нужно ехать домой, скоро встречать отца, надеюсь, он вернётся с хорошими новостями, а лучше сразу с Аминой!

До дома добираемся быстро. Тигран так и не проснулся, что очень радовало, но и одновременно злило! Злило то, что мой сын долгое время был голоден, и виной тому родная мать и бабушка! В голове калейдоскопом проносились воспоминания последних недель. Я сам возил Тиграна с Айгуль на процедуры, малыш плакал, практически всё время плакал! Теперь же в голове кружат страшные мысли! Мой сын не был в безопасности всё это время! Я доверил его родной матери как надёжному человеку, взрослому, которая родила и вырастила двоих детей: меня и Амину, теперь же доверия к ней нет!

Когда зашёл в дом с Тиграном на руках, мать тут же выскочила навстречу, потянула руки к внуку. Не дал.

– Амир, ты что, сынок? – смотрит удивлённо, руки не опускает, так и тянется.

– Как ты могла так поступить с моим сыном? – смотрю в глаза женщины, по чьей вине страдал мой ребёнок.

– Ты о…

Замолкает, замечая за моей спиной Айгуль, но не одну, а с Мариной Витальевной.

– А кто это? – спрашивает растерянно.

Ещё бы! Я привёз в дом чужого человека ночью.

– Марина Витальевна, медсестра, теперь Тигран будет под её наблюдением, – терпеливо объясняю матери, – ты мама, больше не подходишь к Тиграну, у него есть родная мать, вот она и будет заниматься нашим сыном.

– Что? Ты что такое говоришь, сынок? Ты что, запрещаешь мне подходить к внуку? – пугается, вижу по глазам.

– Да, мама, после того, что ты сегодня сделала, я запрещаю тебе подходить к моему сыну.

Знаю, что жестоко, но другого выхода не вижу, Тигран и так болен, и не позволю над ним издеваться!

– Но почему, что я такого сделала?

– Мама, иди к себе, я поговорю с тобой по приезду отца, сейчас мне нужно расположить Марину Витальевну, она будет жить с Тиграном в соседней комнате Айгуль. Завтра перенесём вещи сына, а сейчас спать, – кивком головы показываю матери, чтобы шла к себе.

Чёрт! Мне нужно домой, к Полине, но, кажется, я надолго здесь застрял! В груди всё трепыхается от страха, что любимая уйдёт, пока я здесь разгребаю!

Не дожидаюсь, когда мама уйдёт к себе, обхожу её, зову за собой медсестру и жену. Айгуль притихла, моя последняя угроза подействовала, но как надолго её хватит? Но терпеть не буду, любой промах – и отправлю её на родину!

Ещё час уходит на то, чтобы устроить сына и медсестру, приходится сразу, не дожидаясь утра, перетаскивать кроватку, пеленальный столик и много ещё чего. Но зато утром я поеду сразу домой, только отца встречу и с матерью поговорю!

В шесть часов утра приземляется самолёт отца, когда замечаю его идущего с чемоданом, стискиваю зубы. Вновь ничего не получилось!

– Здравствуй, отец, – обнимаю мужчину.

– Здравствуй, сын, – в ответ хлопает меня по плечам.

– Что на этот раз придумал моя сестра? Почему не прилетела? – спрашиваю, отстранившись.

– Она прилетит завтра, чтобы поддержать Полину, – отвечает отец и отводит взгляд в сторону.

Вину свою чувствует! Да мы все виноваты, но самую большую вину несу я! Не поддайся я на уговоры, всё бы было иначе! Но уже ничего не исправить, только бы Полину не потерять!

– Прилетит только из-за Полины? – во рту становится сухо.

– Да, сын. Твоя сестра винит себя ещё больше, чем раньше, – голос отца глохнет, за дочь переживает.

После страшной трагедии Амина чуть не умерла, решив покончить с жизнью! Слава Всевышнему, мама её обнаружила! После больницы сестра упросила родителей отправить её к дяде, она стала затворницей! Отказалась выходить замуж, пригрозила ещё одной попыткой отправиться на небеса! Отцу ничего не оставалось, как выполнить её просьбу! Раз в месяц отец летает к ней, проводит там неделю, пытается вернуть дочь обратно в семью.

– Теперь рассказывай, как у вас тут дела?

Сев в машину и тронувшись с места, выкладываю всё, что произошло за последний день. Отец злится, бранит маму, Айгуль.

Когда приезжаем домой, отец, не раздеваясь, идёт в их с мамой комнату, мне же приказывает ждать их в кабинете.

– Зураб, не будь таким злым, – слышу голос мамы через открытую дверь кабинета.

Шаги приближаются, и уже через несколько секунд в кабинет заходит отец, за ним мать.

– Сынок, и ты здесь? – встречается со мной взглядом.

– Я же тебе говорил, что поговорю с тобой по приезду отца. Папа здесь, теперь объясни мне, зачем ты издевалась над моим сыном? – злость новой силой закручивает нутро.

– Что? Ты в своём уме? Как я могу издеваться над собственным внуком? Да я люблю его больше жизни! – глаза матери краснеют, увлажняются.

– Это именно от любви ты морила его голодом целый день?

ГЛАВА 5

ПОЛИНА

– Мама, а чей это дом? – лепечет Эми, с интересом оглядывая квартиру, что меньше раз в семь, чем дом, в котором она родилась.

– Наш, малышка, – кинув на дочь взгляд, продолжаю снимать с мебели чехлы.

– Наш? – изумлённо переспрашивает.

– Да, Эми, это теперь наш дом, – поворачиваюсь к удивлённой девочке, присаживаюсь на корточки, сжимая в руках белый чехол, – разберёшь свой чемодан? – перевожу тему, опасаясь дальнейших вопросов.

Я не знаю, что ей говорить! Не скажу же я четырёхлетнему ребёнку, что её папа обманул маму и женился ещё раз, родил сына!

– Хорошо, – как-то без обычного энтузиазма соглашается Лия.

Малышка явно в замешательстве! Что же ты наделал, Амир?! За что ты так с нами?

– Давай я помогу, – поднимаюсь, отбрасываю чехол в кучу других, берусь за ручку чемодана, несу его в другую комнату, там и будет спать Эми.

Отодвинув створку шкафа-купе, показываю Лии на две нижних полки, куда она может переложить свои вещи, сама ухожу приводить квартиру в порядок. На душе погано, раны, что нанёс Амир своим предательством, словами, сильно кровоточат. Залечить их будет очень трудно! Шесть лет брака, ещё два года знакомства, всё перечёркнуто одним поступком мужа!

– Мама, – раздаётся тихий голосок, – а когда приедет папа?