Carved Rocks. Пригород. Часть 2
- -
- 100%
- +
Птица наблюдала, как девушка опасно оставила открытое окно. Существо впрыскивало свой туман и мозг человека выдавал галлюцинации за действительность. Хранителю удалось добиться доверия Лики. Одним из условий чтобы нераскрытые способности человека перешли к хранителю такими же сильными – добровольная действие самого человека. Таким действием было желание Лики доплыть до маяка, войти в воду, кишащими щупальцами. Одной из щупалец станет хранитель.
Они еще смотрели варианты развития будущего, у Лючии созрел план действий. Когда совещание закончилось, старейшины неожиданно все разом посмотрели на птицу и сообщили, что она может быть свободна пару дней. То ли они ее сканировали (самый подходящий вариант) и их устраивало ее решение. То ли у них были свои дела, Лючии не нужно было повторять дважды, она побежала к Робби с Йоко.
Когда она дошла до места, где попрощалась с Йоко, обнаружила, что котенок и ее сын не поднимались на поверхность острова из ямы. Она громко загоготала, выражая ярость и раздражение, звала Робби. От ее криков вылез крот Доринберг: «Что профукала птенчика? Он знатный малый. Таких мне вкусных ягод добыл. Так они и не в этом мире. Робби так мечтал с Йоко путешествовать, потом ведь ему нельзя будет.»
Лючия опешила. Она была горда тем, что Робби мог самостоятельно смотаться в мир людей. Понимала, что возвратиться будет намного труднее и опаснее. Нужно было как можно скорее вернуться с Робби и Йоко на свой остров в Карвед–Рок. Она уже придумала, что разделается с хранителем с помощью котенка. Яд одурманивания фигуры в плаще не действовал на Йоко. Это был подарок судьбы. Очень важно, что сам хранитель опасался Йоко.
– Доринберг! Надо выручать ребят. Где думаешь мне лучше присоединиться к ним? Я в воду не прыгну пока. Можно же по–другому?
Крот начал усиленно копать яму размером с Лючию.
– Я вижу их у пруда. Ба! Робби стал голубем!
Такой поворот подкосил Лючию.
– Что? Мой сын стал городской курицей?
Она издала пронзительный свист.
– Он получит! Это же надо! Какой позор!
На этих словах она прыгнула в яму и исчезла.
Йоко грустно сидел на скамейки и ждал, когда Робби наиграется. Котенок чувствовал, что Лика в беде. Голубь как с катушек съехал. Он крутился вокруг себя, делал такие круги в воздухе, что проходящие мимо люди доставали телефоны и снимали птицу.
В кусте сирени кто–то чихнул. Йоко оглянулся – появилась жирная утка на кривых лапах, она свирепо размахивала крыльями, сверкала глазами и шипела, подражая гусям. «Несносные дети! Какой позор! На кого я стала похожа!»
Он еще не понял кто это, как безумный голубь резко угомонился и улетел за дерево.
– Робби!
Два голоса звали птенца. К ним летел провинившейся Робби. Сел рядом и опустил голову. «Быстро за мной в куст сирени, пока Доринберг держит открытыми врата в наш мир. Еще не хватало чтобы мы привели с собой кого–то». К ним с лаем бежала огромная белая собака. Йоко, Робби и Лючия бежали к кусту сирени.
Собака обиженно лаяла на куст, она тоже хотела путешествовать, но врата закрылись.
Глава 9. Возвращение
Птица со своим детенышем и котенком вернулись в Карвед–Рок. Они были не на острове, а на берегу недалеко от маяка. Лючия рассказала какая опасность подстерегает Лику. Девушка несколько дней проспала. Йоко доказывал, что они с Робби были у пруда всего пару часов. Птица говорила, что время их миров очень редко совпадает. Как правило, несовпадение времени может отличаться днями, месяцами, а иногда и годами. Они отошли подальше от берега и бежали к маяку, вдалеке видели фигуру в плаще, плывущую в их сторону.
– К маяку направляется!
– Как мне это сделать, Лючия?
– Я помогу тебе, Йоко, нужно чтобы хранитель полностью переместился в щупальце.
– Подожди! Разве можно так рисковать? Это Лике нужно зайти в воду!
– Я пойду с ней.
–Нет, Робби, это очень опасно! Тебе нельзя в воду.
– А что делать тогда?
– Просто иди по берегу и попискивай, делай вид что потерялся.
– Хранитель разве не узнает в нем твоего сына?
– Таким нет.
И Робби опять стал голубем.
– Что сынок понравилось быть городской птицей?
Робби обиженно сопел.
– Не здесь же. У пруда было интересно. А сейчас как–то грубо. Ну, мама…
Лючия была непреклонна, это и птенцу урок и фигура в плаще не узнает Робби.
Хранитель плыл, предвкушая добычу. Утро начиналось замечательно. Он обратил внимание на человека, пронесшегося внизу на ящере. Сейчас было все равно на этих рептилий и не волновал вопрос – как человеку удалось оседлать динозавра. Девушка бежала позади, существо чувствовало, как все желания человека были сосредоточены на обретении бабкиного письма. Фигура в плаще от радости чуть не выпустила длинный раздвоенный язык, но столетия затворничества и въевшийся навык скрывать свои намерения не позволили так проявиться.
Лика бежала вдоль берега. Иногда она запиналась о камни, падала, вставала и снова бежала. Что могло быть в письме? А туннель? Она обо всем спросит у хранителя. Маяк становился все ближе и ближе.
Йоко сидел за камнем, спрятавшись ото всех. Лючия обмазала их всех включая себя вонючей жижей, чтобы хранитель раньше времени никого не обнаружил.
Девушка чуть в одежде не кинулась в воду. Она сняла кроссовки. Потрогала рукой воду, море было теплым, морских чудовищ не видно. Так удачно все складывается. Лика быстро разделась и подошла к воде.
«Ну давай же, чего ты медлишь?» Хранитель витал чуть дальше, он всматривался в морских гадов и присмотрел кто поближе к Лике, чтобы быть самому первому к ней.
Девушка впервые обнаружила здесь обычное живое существо. Это был голубь, он шел по берегу рядом с кромкой воды, жалобно курлыкал и прихрамывал.
«Бедняжечка! Как же ты здесь очутился? Иди сюда?» Птица не испугалась ее, замерла на руках. Девушка гладила птицу, мысленно приговаривала: «Я сейчас сплаваю, пока хорошая погода, а ты жди меня здесь, я тебя кое с кем познакомлю» Она отчаянно пыталась вспомнить с кем она хочет познакомить птицу. С каким–то милым зверьком, а каким конкретно не могла понять.
Хранитель насторожился при виде голубя, следил за Ликой и видя, что память ее не слушается и она не может вспомнить кота, расслабился. Послал ей картинку, что он ее в воде ведет до маяка и нужно следовать за ним. Нырнул к ближайшему морскому гаду, полностью в него погружаясь.
Команда действовала слаженно: голубь полетел к девушке и сел ей на плечо, Йоко выскочил из укрытия ожидая появления щупальца, Лючия неслась к воде.
Хранитель в щупальце в воде видел ноги человека, существо молниеносно обхватило лодыжку девушки. Вторая щупальца обвила талию. Остальные метились обхватить обе руки, шею.
Робби клевал сверху пытаясь ослабить охват в талии. Йоко повис на щупальце деря когтями. Лючия гаркала, рвала когтями мощных лап. Клювом пытаясь вытянуть морское чудовище на берег. Лика тоже всем корпусом пыталась выйти на берег. Затем она увидела приближение старейшин и потеряла сознание.
Старейшины окружили всех, опустились на землю, хранителя они подняли высоко в воздух. Он пронзительно закричал, Робби упал на песок от такого крика. Йоко зло фыркал, сверкая глазами. Лючия поддерживала Лику, осторожно шла к берегу и медленно положила ее на песок. Старейшины так и держали хранителя, поднялись с ним вверх и исчезли.
Робби снова стал птенцом. Лючия смывала вонючую жижу с себя, птенца, Йоко.
– Нам пора, переплывем на остров.
–Йоко! Ты мой друг! Приходи к нам гости. Я всегда буду ждать тебя. Мне так повезло, что я встретил тебя!
Грустно произнес Робби, он хотел еще побыть с котенком, но птица торопила.
–Лика приходит в себя, она уже нас слышит и понимает, достаточно бедной девушке страданий и потрясений. Сегодня вы сможете вернуться домой или в город. Когда услышите гул – по мосту можно будет попасть в город. Но вы можете войти в здание, из которого сюда пришли, пройдете вперед до противоположной двери и окажетесь в своем мире.
Лючия с Робби передумали плыть по воде и полетали. Котенок провожал их взглядом, как необычно они летят: немного машут крыльями, затем гигантский скачек и снова работа крыльев.
«Йоко! Скорее побежали». Лика схватила котенка, прижала к груди, из последних сил она торопилась к зданию, бежать не получалась, Лика ощутила слабость и голод. Брела мимо толпы. Откуда здесь стало столько людей?
Послышался гул, все ринулись к появившемуся мосту.
Лика сидела у здания и ждала , когда можно будет зайти и направиться к противоположной двери. Она все сделала молниеносно. Та самая улица с тупиком. Собак не было. Девушка села рядом со зданием, вспоминала, что с ней произошло.
–Йоко! Вот это приключение! Я оставила рюкзак, вещи, велосипед в доме с роялем. Нам нужно туда вернуться, но позже.
Отчетливо произнесла Лика, отмечая мелодичность своего голоса.
Я с тобой
Регина Найман
https://vk.com/id53531210
Глава 1. Никто кроме нас.
– Михаил!
– Миша, вставай!
– Очнитесь!
Какие–то обрывки фраз и назойливые незнакомые голоса переливаются вокруг хрустальным звоном.
Словно он находится за глухой закрытой дверью, и в нее, в эту дверь, отчаянно стучат, дергают за ручки, колотят в попытках ворваться внутрь…к нему.
"Все тщетно".
От этой мысли мужчина лишь грустно улыбается.
Где–то подобное Михаил уже проходил…
Вспомнил: в Чечне.
Когда его, успевшего десантироваться с горящего вертолета, контузило почти на двое суток.
Вот и сейчас эта непролазная тишина и стеклянный звон в ушах, и чувство полета.
Но в этот раз Михаил летит над родной землей, над домом, в котором еще живут отец с матерью, и нет больше под ним далекой Чечни.
Перышком его уносит все дальше и выше в бесконечное голубое небо.
Сколько раз Михаил, доверившись Ему делал шаг в пустоту?
И сейчас страшно и радостно.
И он готов сделать еще один такой шаг.
Что скажет Ему при встрече?
И нужно ли что–то говорить?
А руки тянутся к вечности, обнять эту бело–голубую высь, стать с ней одним целым.
– Здорова, Миха! – внезапно из дымки тумана к нему приближается мужчина в военной форме.
Неужто капитан?
Михаил рад неожиданной встрече и крепко пожимает протянутую ему руку.
– Изменились вы, Виктор Семенович.
– Так с той войны уже 15 лет как прошло. Молодой был, твоего возраста, а сейчас уже юбилей бы отмечал, – усмехается тот.
Виктор Семенович погиб при штурме Грозного.
Михаил помнит, как крепко держал за руку смертельно раненого командира.
– Готов значит? – улыбается Виктор Семенович.
– Готов! – отвечает Михаил, уже предвкушая новый полет.
– А ты помнишь, что обещал мне, Миш? – преграждая путь интересуется капитан.
Михаил непонимающе глядит.
– Тогда, перед моей смертью ты кое–что пообещал. Забыл? – капитан резко хватает Михаила за воротник новой модной рубашки и дергает на себя, – ты слово не сдержал свое, Миха! – зло шепчет Виктор Семенович, глядя сверху вниз.
– Ты слово дал! – уже кричит капитан, трясет из стороны в сторону его за грудки с нечеловеческой силой.
Мужчина больше не узнает капитана. Как же сильно тот оказывается ненавидит Михаила!
Вся боль командира передается ему до последней капли, судорожно ее вдохнув Михаил с трудом хрипит:
– Если еще не поздно… я сдержу… слово…
Захват ослаб. Михаил глубоко вдыхает и… открывает глаза…
«Ф-у-ух… приснится же!»
Яркий свет бьет прямо в лицо.
Пытаясь оклематься после вчерашнего дня рождения, Михаил трет глаза. В горле у него саднит будто наглотался стекла или гвоздей или и того, и другого одновременно.
Только жажда заставляет сдвинуться, а не продолжать лежать на нагретом солнцем песке.
«Так стоп. Откуда песок?»
– Что за…???
Оттолкнувшись от земли, он по–армейски вскакивает на ноги и в непонимании глядит по сторонам. Незнакомая местность и длинная дорога, уходящая в горизонт. Вдалеке многоэтажные здания и промышленные трубы города.
Из последнего Михаил помнит, как вчера отмечал свое день рождение. Друзья под руки выволокли его из шумного бара, и прикалываясь над горе-именинником затолкали в подъехавшее такси.
Источая страшный перегар, он непослушным языком назвал свой адрес.
Михаил точно помнит, как тронулось такси и плавно покатило по Ростову.
То, что он сразу заснул в авто, это факт.
«Выходит, водила не довез и скинул меня где-то на пустыре?»
Голова бывшего спецназовца заработала четко, в попытках осознать происходящее.
Михаил хлопает по карманам серых брюк и понимает, что ко всему таксист его еще и обокрал.
Ни телефона, ни денег.
"Ну, погоди… доберусь до тебя", – мужчина сжимает кулаки в предвкушении их скорой встречи.
Михаил решает идти в сторону каменных джунглей.
Там то он должен найти способ позвонить другу.
Но чем ближе к пригороду, тем больше у него вопросов.
Во–первых, Михаил никак не мог сообразить, что это за город на горизонте. Абсолютно точно не его родной.
Не его земля.
Даже воздух иной. Словно вакуум – без запахов, звуков…
Во–вторых, на протяжении всего пути не повстречался ни один автомобиль.
Список странностей растет по мере приближения.
Михаил не стал дальше игнорировать свою интуицию, уже во всю подающую сигналы опасности, и спустился в овраг.
В тени дороги, он добрался до пригорода, абсолютно не подающего никаких признаков жизни.
Его снова поражает звенящая тишина, которая просто не бывает в подобных местах.
Оглядываясь по сторонам, Михаил входит в ближайший супермаркет. Из него единственного льется приятная музыка для покупателей.
Убедившись, что и здесь ни души, он открывает холодильник и достает желанную минералку. Пару больших глотков и бутылка пуста.
Тут же стоит витрина с алкоголем. Аккуратно вытянув из полки стеклянный сосуд с виски, крутит в руке и отвинтив крышку, принюхивается.
– Стоять, алкаш! Медленно поставь бутылку на стол. И руки за голову!
Глава 2. Марго
Бутылка глухо стучит о столешницу, и ладони замком укладываются на коротко стриженом затылке.
Мужчина все делает четко, плавно и даже не пытается обернуться.
А она так рада увидеть хоть одного живого человека!
"Или он не живой?
Ходячий мертвец?
Ч–черт!"
Крепкие руки, широкая прямая спина и выше ее на голову.
Девушка понимает, что ей придется туго, окажись он каким–нибудь местным зомби например.
"О, Боже, Марго!"
Она мысленно ругает себя за трусость, и тут же, перехватив поудобнее свое оружие, решает проявить осторожность до конца.
– А ну! Медленно повернись ко мне лицом! – грозно командует, на всякий случай замахиваясь битой.
Мужчина, все также молча разворачивается и перед ней предстает незнакомая, но довольная рожа.
"Пронесло… Вроде не зомби… " – поняла девушка.
– Чему улыбаемся? – строго спрашивает, не смея радоваться раньше времени.
– Просто уже не ожидал тут кого–либо встретить. Я Михаил.
Недоверчиво она оглядывает незнакомца.
Светлые русые волосы, голубые глаза, и то, что он из военных или спортсмен становится сразу ясно.
– Марго, – уверенно произносит девушка.
– Биту опустишь?
При желании ему не составило бы труда лишить ее средства защиты, но Михаил продолжает честно держать руки за головой, дабы не пугать девушку еще больше.
– Пока рано. Ты кто такой? Как здесь оказался?
Прислушиваясь к посторонним звукам, он вкратце ответил на все вопросы. Естественно упуская свои странные предположения – мужчине не хотелось с первых минут знакомства показаться немного "того" …
– А ты как здесь?
– Это не важно, – опускает наконец руки и, цокая каблучками, встает рядом.
Перегнувшись через кассу, она вытягивает несколько буклетов и протягивает один Михаилу.
– Смотри. Местная карта?
– Похоже на то, – кивает он, – Карвед Рок. Это где?
Попытки вспомнить в какой части мира находится этот город оказываются бесполезны. Марго также как и он в замешательстве, название абсолютно незнакомое.
Покрутив брошюру, Михаил выдыхает:
– Не могу разобрать карту. Где тут север, где юг? Надо выйти и сориентироваться на местности.
Михаил легко запрыгивает на крышу припаркованного у обочины легкового автомобиля и подтягивает к себе наверх Марго.
– Где–то здесь на побережье должен быть маяк, – покрутив головой и прикрывшись ладонью от слепящего солнца, он осматривается.
За одноэтажными ухоженными домиками открывается чудесный вид на море. Лазурное, отсвечивающее миллионами солнечных бликов.
Но у обоих сложилось ощущение, что все это ненастоящее, искусственное, и море, наоборот, отталкивало.
Оно словно огромной и мертвой картиной застыл на горизонте.
– Вон он! – радостно указывает Марго.
– Молодец. Так, вижу мост и горы, – задумчиво водит пальцем по карте, – выходит, находимся мы примерно тут…
Карта прочитана. И что дальше?
– Как один из вариантов предлагаю перейти по мосту на другой берег. Или пойти к маяку. Там должны быть средства связи. Что думаешь?
– Я… не могу сообразить, – Марго растерянно трет лицо, – Есть еще вариант зайти в один из домов и попросить позвонить. Но… – она испуганно глядит на Михаила, – Я никогда в жизни не зайду в эти дома. С виду они нормальные, самые обычные, но… – девушка замолкает.
– Все. Я решила. Давай к мосту. Главное подальше от сюда!
– Хорошо. – поддерживает Михаил, – Решено, мост. Только сначала мне тоже надо немного подготовиться, – бережно спускает девушку с крыши на землю и спрыгивает сам.
– Я кое-что видел. Тут рядом. Идешь со мной?
Марго снова страшно. Как в первый раз, когда она одна в течение часа бродила по пустынным улицам пока не услышала музыку из супермаркета.
Ей не хочется думать о том, что с ней стало бы, если бы не Михаил.
– Ты идешь или как? – оглянувшись, мужчина ныряет в переулок.
Марго осматривается, все еще не веря глазам.
«Такое странное место. И это знакомство.»
В окне одного из домов что–то мелькает. Девушка в ужасе от мысли, что в этих зданиях скрываются и наблюдают за ними.
– Михаил!
В оружейный магазин Марго вбегает следом, догнав мужчину у самой двери.
– Куда бы мы ни решили пойти, для начала нужно вооружиться. Во всяком случае мне, – улыбаясь сообщает Михаил, распахивая дверь.
Огромный торговый зал, как и супермаркет открыт для покупателей, в помещении горит свет, витрины с оружием на сигнализации. Вот только покупателей нет, как и продавцов.
Девушка растерянно оглядывается. Она впервые видит вблизи столько огнестрельного оружия.
А Михаил, схватив огромный рюкзак, не задерживаясь быстро заполняет его.
– Не знаю, что нам пригодится и понадобится ли вообще. Поэтому беру всего понемногу.
В рюкзаке уже пару пистолетов, несколько пачек патронов, бинокль, батарейки.
Стрелять ей еще не приходилось.
Но, если понадобиться, она сможет выстрелить. Это Марго сейчас ясно поняла.
Ее привлекла витрина, за стеклом которой огромная коллекция ножей. Разнообразные по длине, ширине, с рисунками на рукояти, гравировками и без.
Она дергает на себя стеклянную дверцу. Закрыта.
Размахнувшись, резко бьет по стеклу. Сигнализация и тут не срабатывает.
Михаил удивленно наблюдает.
– Пригодилась, значит, – кивает он на биту.
– Ага.
– Еще в соседнем отделе можно переодеться… во что–то поудобнее.
Марго самой не нравится, в чем она одета. Но желание побесить мамочку и ненаглядного отчима вчера пересилило.
Это был как раз один из таких дней, когда особенно хотелось "порадовать" родственников.
Красные лайковые сапожки на высокой шпильке, яркий макияж и короткая полупрозрачная кофточка – с одеждой был явно перебор, но на этом Марго вчера не остановилась…
Вечер был длинный, а настроение паршивое.
Переодевшись в кабинке в удобные камуфлированные штаны и свободную куртку, Марго наклоняется зашнуровать берцы. На руку капает горячая алая капля.
Не понимая от чего пошла кровь, девушка прикасается к носу.
Взглянув на себя в зеркало, Марго охватывает шок: новая одежда и обувь, даже белый кафельный пол магазина, залиты ее собственной уже темнеющей кровью.
Девушка зажимает нос, не понимая откуда столько крови. Пытается позвать Михаила, но язык словно онемел, и ей не удается издать ни звука.
Темно-красная жидкость начинает литься прямо ей на голову откуда–то сверху, заливает чистую кабинку, глаза, проникает в рот, нос…
Марго в панике трет лицо, и с трудом открыв глаза застывает: в отражении она без единой капли крови, как и новая одежда и обувь.
Вскрикнув, девушка, так и не зашнуровав до конца сапоги, врывается в отдел к Михаилу.
– Вас не слышно, повторите.
Устроившись на стуле, Михаил говорит в рацию, крутит передачу в попытках поймать какую-нибудь волну.
Помещение тонет в различных звуках, щелчках.
– Прием, – через скрежет и свист из устройства наконец отвечают.
Михаил радостно подскакивает, подносит к губам приемник.
– Я Долженков Михаил Игоревич…
– Я…– перебивает тот же вкрадчивый голос, отчего–то очень похожий на его собственный, – Долженков Михаил Игоревич…
Глянув на Марго, мужчина удивленно продолжает:
– Я и еще одна девушка находимся в пригороде Карвед Рока… Нам нужна помощь! Прием!
И, прежде чем рация снова защелкает и разрядится, тот же голос успевает прохрипеть:
– Я… Долженков Михаил Игоревич…я уже мертв…
Глава 3. Выхода нет
"Я мертв…"
Михаил отрешенно сжимает разряженную рацию в своей руке.
Странно вообще, что эта штука включилась, ведь заряда изначально в ней не было.
"Я мертв…"
Черный приемник дрожит и с глухим стуком падает на кафельный пол.
– Михаил! – Марго тут же подлетает к поникшему мужчине, – это чьи–то жестокие шутки, понимаешь, Миша? – она встает перед ним на колени и хватает мужчину за руки. – Мы не должны поддаваться! Ты найдешь выход! Я верю! Я верю в тебя, слышишь!!!? – кричит Марго.
Горячие слезы обжигают ее лицо, стекают по подбородку. Она уже не замечает что громко плачет уткнувшись в его плечо.
Несколько минут они находятся в таком положении пока ничего не понимающий взгляд Михаила медленно начинает проясняться.
– Да, Марго. Ты права, – мужчина поднимается вместе с ней, крепко обхватив за плечи, – Идем к мосту как и планировали.
Взлохмаченная, с потекшей тушью, девушка нерешительно улыбается и рукавом куртки утирает лицо.
Нагнувшись, чтобы зашнуровать свои берцы, она вздрагивает снова увидев ярко алую капельку на правой руке. Надеясь, что Михаил не заметил, она быстро стирает следы с кисти.
А тем временем, застегнув на себе разгрузочный жилет, он крепит в кобуре два пистолета. Подняв рюкзак, мужчина с ненавистью глядит на рацию, валяющуюся тут же на полу, и с оглушающим треском давит ее ботинком.
Это место снова удивляет их: на улице непроглядная темнота из–за надвигающего ливня, словно солнце давно скрылось за горизонт.
Странно, ведь в магазине они пробыли всего около часа!
Ни один фонарный столб не освещает мертвый пригород Карведрока.
Девушка часто моргает, чтобы привыкнуть к темноте. Чувствуя себя слепым котенком, Марго хватается за карман огромного рюкзака Михаила, и стараясь не отставать, спешит за широкими уверенными шагами.
Михаил включает фонарик, и столбик света выхватывает очертания припаркованных дорогих автомобилей вдоль дороги, одиноко стоящих белых домиков. Ни в одном окне не горел свет.
Ощущение, что жители просто спят.
В пустом пространстве ни единого звука кроме их шагов по асфальту, ни одного аромата, хотя стоит лето и на клумбах распустились цветы.
Здесь все не так.
Что это, если не ад?
Желтый луч часто моргает, предупреждая, что и фонарик скоро разрядится.
– Батарейки вставил новые. Если потухнет, можно считать, что поход к мосту отменяется. В темноте ничего не разобрать.