Ссыльнопоселенец. Горячая зимняя пора

– Полина Морозова. – Я поднял глаза на пухленькую, белобрысую и голубоглазую ссыльную с Матрены. Планета вроде как русского сектора, но заселена сектантами-«последышами». Ну, «Последующие за Господом нашим», странная секта, которая запрещала большинство достижений современной цивилизации. Набрала около семидесяти годов назад нехилую мощь на Земле, на территории России. Около семи миллионов «последышей» начали бузить, требуя землю, «чтобы жить по Его заповедям».

Ну, им и предоставили землю. На кислородной планете, на краю русского сектора Федерации. Всех и переселили, оставили на полста лет. И здорово удивлялись пятьдесят годов, что они не вымирают. Удивлялись до тех пор, пока не получили ультиматум от планет Протектората Русской Армии – или обеспечивают нормальное функционирование государства на Матрене, со всеми благами и обязанностями, или эту планету и ее жителей забирает Протекторат.

Интересно, что натворила эта пухлая симпатяшка?

– Проходи. Следующая! Ким Ын Ли. – Кореянка, но с Верной, тоже планеты русского сектора. Красивая девица, очень. Густые черные волосы, темно-карие глаза, лицо красивое, вот про фигуру ничего не скажу. Надо было заставить девок снять парки, но хорошая мысля приходит опосля. – Проходи, садись. Так… Зилола Фатих!

Ко мне подошла красавица-брюнетка. Однако… городу достался неплохой улов. Если еще эти оторвы, сумевшие получить немалые сроки на своих планетах, успокоятся и займутся делом, будет здорово. Классные девки, ничего не скажешь! – Проходите, Зилола, садитесь.

Я не стал рассказывать каждой, что ее ждет. Вместо этого прогнал их всех мимо стола, оглядывая и просматривая в делах степень тяжести совершенного. Ну надо же хотя бы приблизительно понять, чего стоит ждать от этих красавиц.

Около часа визуального знакомства, после чего я встал и прошел пару раз туда-сюда мимо сидящих на скамьях молодых женщин. М-да, и хрен скажешь, что этот цветник осужден за особо тяжкие преступления на пожизненное или на смертную казнь. Жаль, очень жаль, что в папке нет приговоров и статей, это облегчило бы понимание.

Хотя чего я? Даже Вера, хоть и отменили ей приговор, но тоже статейка у нее ой-ей. Тут, на этой планете, нет ни одного не получившего серьезнейший срок. И, например, финансовое мошенничество по тяжести последствий может оказаться серьезней простого убийства. Я знаю одного кадра, который прокрутил аферу, из-за которой обитатели станции просто погибли. Полторы сотни человек раз – и все. Никто не ждет удара от своих.

Пройдясь еще раз, я остановился посредине и заложил большие пальцы рук за оружейный ремень. Есть у меня такая привычка, со службы осталась.

– Итак, дамы! Вы все выкуплены городом Звонкий Ручей у ваших правительств и являетесь должницами. Ваши приговоры остались в прошлом, теперь вы будете жительницами нашего гостеприимного городка.

Вы по прибытии в город подпишете договор, в котором обязуетесь в течение двадцати пяти лет вернуть выплаченную за вас сумму в городской бюджет. Это достаточно реально, хоть и не сказать, что слишком легко. Но свобода того стоит. Да-да, леди, свобода. Над вами не будет надсмотрщиков, клеток, тюремщиков. Вы будете свободны в своей жизни, свободны жить, свободны в выборе спутника жизни. Кстати, за рождение первого ребенка (разумеется, как жительницам города) с вас спишут четверть суммы. За рождение второго еще четверть. За рождение третьего – с вас спишут весь долг. Разумеется, вы должны будете растить детей, воспитывая и холя их. Учтите, что хоть у нас и нет ювенальной юстиции, правила воспитания детей в городе есть. Они должны быть любимы, сыты, одеты, обучены. – Я поглядел на сморщившуюся молодую девчонку Иннес Гонсалес. – Кто не хочет семьи и детей, та просто выплачивает долг по обычному графику. Работы в городе хватает, можете не волноваться.

– А если я не хочу работать поварихой или швеей? Я, может быть, элитная проститутка? – откинувшись, чтобы все видели ее высокую грудь в распахнутой парке, спросила рыжая девица. Как ее? Хелен Шульц.

– В городе есть несколько публичных домов. Пожалуйста, если вы предпочитаете работать на спине под клиентом, то и вам найдется дело. – Я усмехнулся, вспомнив пару посещений этих заведений. Разумеется, строго по работе.

Кстати, у Веры есть три ученицы от этих контор. Ну, в салоне красоты, которым она заведует.

– Итак, продолжу. Милые дамы, прошу вас учесть, что эта планета является планетой-тюрьмой. Здесь абсолютное большинство жителей являются осужденными за тяжкие и особо тяжкие преступления. Учтите это. Да, вам может казаться, что мы здесь вежливые и мирные, но человеческая жизнь тут стоит ровно столько, насколько вы готовы ее отстаивать. Ну или жить в городе вроде нашего, где существуют жесткий закон и порядок. Вы наверняка слышали перестрелку? – Девицы оживленно зашушукались и закивали. – Так вот, это была засада, чтобы уничтожить наш обоз. После уничтожения обоза вас бы через три дня выставили на улицу, за ворота фактории. И путь ваш был бы один – на правый берег Великой. Вы спросите, какая разница? Разница в том, что у нас вы должницы, а там будете рабынями. Учтите это.

– А если я не захочу жить в городе? – выкрикнула шатенка, с которой я познакомился первой, Шейла какая-то. Блин, ну не настолько я еще полицейский, чтобы запоминать фамилии с первого раза.

– С вами будет заключен договор о выплате долга и процентов. Проценты высокие плюс обязательно нужен будет поручитель, причем поручитель кредитоспособный. То есть слово которого не подвергается сомнениям. И после этого вы свободны в выборе места проживания. – Я поглядел на зло сузившую глаза девушку, с усмешкой выслушал недовольные перешептывания на заднем ряду (слава моим возросшим сенсорным способностям!) и продолжил: – Девушки, вас никто не неволит. Но вас вытащили из петли или газовой камеры за деньги. За большие деньги. И вы просто должницы.

– Я бы лучше в одиночке просидела, – зло выкрикнула сзади молодая шведка. – У нас хоть нейросети частично активированы у заключенных. А тут… тут глухая грязная дыра!

– Тут можно жить, и жить хорошо. Нейросети не самое главное, а сетевые игры никогда не заменят реальной жизни. У вас в любом случае будет шанс это проверить, так как минимум двадцать пять лет вы проведете здесь. Это как раз тот срок, который необходим вам для того, чтобы иметь возможность подать прошение о помиловании. – Я оглядел девушек, сидящих в полутемном холле. Слова гулко падали в большом помещении, отражаясь от стен и сводов крыши, под которыми висели вязанки сушеной рыбы. От этого в холле стоял терпкий аромат солонины.

– А если мы не захотим платить? – это одна из девяти китаянок. Кстати, надо будет с ними потом отдельно переговорить, Грессия после беглого осмотра, сделав большие глаза, успела мне шепнуть одно слово: триада.

– Тогда вас будут судить. Что присудит вам судья – не знаю. Наверняка штраф плюс еще что-нибудь. Общественные работы, порку кнутом, долговую тюрьму. Не знаю, я один из помощников шерифа, всего-навсего. Мое дело и дело моих товарищей – доставить вас в город. – Я подошел к тяжеленному стулу и, развернув его, уселся верхом, положив руки на спинку. – Дамы, хочу вас предупредить. Вы все, точнее, многие из вас считают себя очень крутыми. Вероятно, там, где вы жили, так и было. Но тут… тут, дамы, вся планета заселена теми, кто совершил тяжкие преступления. По злому умыслу, случайно, из мести или отчаяния. Вы здесь одни из многих. Свои среди своих, равные среди равных. Тут не станут звать полицию: если вы решите ограбить – вас убьют. Если вы захотите кого-либо убить, помните, что это правило тут играет в обе стороны. И получить при этом пулю или четверть метра каленой стали в живот – вполне вероятно. И при этом закон (если он есть, разумеется) защищает того, кто обороняется. Если вы затеяли драку в салуне – виновны вы. И будете платить. Если вы взялись за оружие и хотели кого-то убить из корысти или просто желания позабавиться – вас повесят. Суд будет коротким, но справедливым. Вас привезли сюда на коптере, и вы не видели этого мира за пределами фактории. Погодите куда-либо бежать, не торопитесь. Приедете в Звонкий Ручей, заключите договор, а там осмотритесь как следует. Кстати, после заключения договора вы станете полноправными горожанками и сможете купить любое оружие. Но, разумеется, будете отвечать за последствия.

– Любое? То есть этот ржавый хлам? – Одна из пока поселенок пренебрежительно указала на мои револьверы.

– Хм… – Я неторопливо вытащил короткоствольный «тейлорс» и внимательно осмотрел. После чего достал смит-вессон, тоже осмотрел, переломил и прокрутил барабан, собрал револьвер и, картинно крутанув на пальце, спрятал в кобуру. – Ржавчины нет, слава богу. А то я испугался. А что до хлама – сегодня я убил из этих пистолетов четверых. Да, конструкция древняя, мощность по сравнению с современными пистолетами меньше раз в двадцать, но этого достаточно, чтобы надежно убивать. Как гласит древняя американская поговорка: «Бог создал человека, а полковник Кольт дал ему равные шансы». Так вот, это поговорка как раз про такие пистолеты.

После чего вновь неторопливо прошелся мимо сидящих поселенок. Блин, чувствую себя как на лекции в колледже, где разок пришлось выступать перед студентками. Там, правда, девицы решили меня засмущать и типа пристально меня разглядывали. Но абордажники просто так даже красивым девчонкам не сдаются! Так что я сразу после лекции рванул в бордель, пар спускать.

– Итак! Дамы, завтра мы выезжаем отсюда. В обозе вы будете ехать по пять или шесть человек на одних санях. Сразу определитесь, с кем бы вы хотели ехать и с кем бы не хотели. Из вас, разумеется. Кроме того, на санях будет возничий и сопровождающий. Без обид, но до города вы будете ехать со связанными руками. Наручники с вас снимем перед выездом. И будете привязаны еще к саням. Мне только проблем с вами не хватает. Сразу по приезде вас развяжут, и делайте что хотите, наша задача на этом закончится. На привалах и ночевках вы также будете связаны группами, так что пописать-покакать будете ходить мелкими группами. – Я поглядел на здорово недовольных поселенок и продолжил: – Так, дамы, внимание! Я еще не закончил. На улице зима. Вы одеты (кстати, за счет города) достаточно тепло, но в санях кроме свежей соломы еще будут кошмы и волчьи шкуры, под которыми укроетесь. Ночевать тоже будете в санях, там места хватит. Пусть будет тесновато, зато тепло. Все всё поняли? Тогда, если есть желание помыться, поторапливайтесь, я договорился насчет купальни. У вас будет час на все про все. После чего не заставляйте вытаскивать вас из бани силой. Поверьте, нет в этом ничего прикольного, нечего хихикать. – Я грустно усмехнулся, покачав головой. – Понимаете, дамы, это невесело – мокрой, в мыле, вылетать из купальни. Волосы не прополосканы, не высушены, потом на шушей болотных похожи будете.