Госпожа повариха

Глава 2

– А… – дернулась было, выискивая впереди фигуру в плаще, но куда там.

Леди исчезла, а мешочек остался, маня своим загадочным видом. Взять или не взять? А вдруг мадам хватится и потом обвинит в воровстве? Я осторожно оглянулась, но прохожим до меня и мешочка никакого дела не было. Ну, в конце концов, сама виновата, если что-то драгоценное, в следующий раз внимательнее будет. Я и подняла вещицу, тут же с любопытством заглянув внутрь. Там оказался крупный бордовый, неограненный камень. Озадаченно покатала его между пальцами, чувствуя, как уши встали торчком. Драгоценный или нет? Раз память не выдала никаких сведений на сей счет, раньше я, надо понимать, неограненных драгоценных камней не видела. Ладно, как появится возможность, схожу к ювелиру, отдам на проверку, что это вообще такое. И я направилась дальше по проспекту, спрятав находку в сумку и теперь уже внимательнее глядя по сторонам.

До самого дворцового комплекса больше ничего, слава богу – или богине уже? – не случилось. Хвостом никуда не влезла, за уши теребить не пытались. Проспект упирался в еще одну небольшую площадь перед воротами, около которых стояли королевские гвардейцы в фиолетовой с белым форме. Сам холм окружала высокая стена, подозреваю, еще и магией опутанная, раз оная в этом мире присутствует. Нашарив в сумке записку от Виттары, я смело подошла к охране и протянула бумагу, хотя в животе от нервных переживаний образовалась гулкая пустота.

– Добрый день, – вежливо поздоровалась я с рослым гвардейцем. – Подскажите, как я могу найти господина Жижтова?

– О, аррини! – Брови гвардейца поднялись, заинтересованный взгляд скользнул по мне. – В помощницы пришла? – понимающе кивнул он. – Пойдем, проводят тебя, а то заблудишься.

Я послушно зашагала за ним до караулки, где мне отрядили в сопровождающие такого же плечистого молодца, только с буйной русой шевелюрой, и мы начали неспешно подниматься по террасам парка. Слева плавно изгибалась вокруг пологого холма подъездная аллея, вдоль которой росли раскидистые деревья, образуя зеленую арку. Меня вели по центральной дорожке, а я рассматривала окрестности, восхищаясь яркими клумбами, беседками, увитыми плющом и дикой розой, фонтанами и статуями. Живая изгородь разной высоты делила парк на отдельные уютные уголки, где можно было отдохнуть или уединиться, справа же парк плавно переходил в лесистую часть, судя по пышным темно-зеленым кронам. Симпатично, ничего не скажешь. А впереди вырастал дворец, вблизи похожий на ажурное произведение искусства гениального архитектора. Ощущение воздушности сохранялось благодаря все тем же башенкам и шпилям, соединявшимся бесконечными переходами с витражными стеклами, только центральная часть представляла собой единое здание.

Перед главным входом с крыльцом и портиком с балконом располагалась просторная площадка, двери охраняла очередная пара гвардейцев, но меня повели в обход здания.

– Кухня дальше, – коротко ответил мой сопровождающий на вопросительный взгляд.

Эх. А хотелось бы пройтись по дворцу, посмотреть, как там внутри… С другой стороны, не нужно мне лишнее внимание придворных, ну его. Мы обогнули главный корпус, украшенный лепниной, мозаичными панно и скульптурами, прошли еще немного мимо пристроек с галереями и остановились около скромной деревянной двери.

– Вам сюда, – и гвардеец негромко постучал.

Раздался скрежет замка, и через мгновение створка распахнулась, явив моему взгляду короткий коридор со светлыми, крашеными стенами и сидевшего у двери подростка, одетого в льняные штаны, башмаки и чистую белую рубаху. При виде меня его глаза восторженно заблестели, и я чуть позорно не спряталась за спину гвардейца, чувствуя угрозу и ушкам, и хвостику. Черт, хоть табличку вешай: «Не трожь – покусаю!» Ну или нарычу в крайнем случае…

– К пану Жижтову, – сообщил мужчина, аккуратно подтолкнув меня к порогу.

– А… Да-да, конечно! – отмер парнишка, все так же не сводя с меня взгляда.

Грозно нахмурив брови, хотя, подозреваю, это не произвело никакого впечатления, я поджала губы, демонстративно подхватив хвост и прижав его к себе, и вошла, задрав нос. Я не кошка, ну правда, чтобы каждый встречный норовил потискать! За спиной раздалось едва слышное хмыканье с отчетливыми ехидными интонациями, будто гвардеец мог слышать мои мысли, а потом дверь закрылась, и парнишка повел за собой, то и дело оглядываясь.

– Вы в помощницы, да? Здорово! Это большая удача, аррини во дворце! А теперь будет целых два! Вас обязательно возьмут, я уверен! – тараторил он, к моему облегчению, не делая попыток как-то подобраться к хвосту.

Вот и здорово. Мы вышли из коридора и оказались в небольшом круглом помещении, полном стражи – у них здесь было что-то вроде караулки. Отсюда же разбегались еще несколько коридоров с дверьми, и по одному из них мы и направились. Я удостоилась лишь косых взглядов, но никто не спрашивал, к кому и кто такая. Ну и хорошо. Парнишка вел меня дальше в лабиринт коридоров и подсобных помещений, навстречу нам то и дело попадались спешащие по своим делам горничные и иная прислуга. И все только мельком окидывали меня любопытными взглядами, особо не докучая вниманием.

А вскоре, когда мы вышли в очередной широкий коридор, мой нос уловил ароматы разнообразной стряпни, и, прежде чем проводник указал направление, впереди раздался громогласный рассерженный рев:

– Марька!!!

Я аж вздрогнула, невольно отступив на шаг и с опаской покосившись на широкий проем – голос доносился оттуда. А парнишка, широко улыбнувшись, махнул именно туда:

– В общем, кухня там, – и шустро скрылся, оставив меня одну.

С сомнением покосившись на вход, я сделала пару шагов, и тут из кухни выскочила всхлипывающая девушка, чуть не врезавшись в меня, и крикнула кому-то – полагаю, обладателю могучего баса:

– Я не специально, пап! Ой, – а это уже мне, я еле успела увернуться от барышни по имени Марька. – П-простите… – запнувшись, произнесла она почти шепотом, а я смотрела, как увеличиваются ее глаза и на дне зрачков загорается отчетливый восторг. – Аррини?! – тихо пискнула дева, всплеснув руками. – Настоящая?

Нет, игрушечная. В самом деле, начинает немножко раздражать. Марька выглядела лет на шестнадцать-семнадцать, с длинной русой косой до пояса, толщиной с мое запястье, с широко раскрытыми наивными глазами красивого темно-серого цвета. Лицо сердечком, нежные черты, и, в общем и целом, весьма эльфоподобная барышня. Дополняли образ платье нежно-голубого цвета с кружевной белой оборкой по низу и передник. Я осторожно кивнула, на всякий случай держась подальше от девицы, и быстро произнесла:

– Пришла к пану Жижтову наниматься помощницей. Мне сказали, ему требуются…

– Ой, ты к нам?! – тем же нездоровым восторженным тоном перебила она и ухватила меня за руку. – Пойдем скорее, папа будет очень рад… наверное, – неуверенно добавила Марька, чуть притормозив перед порогом. – Меня Маруня зовут, – едва слышно представилась она, глубоко вздохнула и шагнула вперед.

Так, неужели это вот существо – дочь королевского повара? Судя по всему, да. Интересно… И я решительно вошла за ней в царство пана Жижтова. Тут царила на первый взгляд совершенно бессмысленная суета, шум, выкрики, что-то шкворчало, булькало, шипело. Душный, влажный воздух наполняли разнообразные ароматы, от которых я едва не расчихалась с непривычки, морщась и фыркая. Помещение кухни оказалось большим, просторным, сквозь широкие окна ближе к потолку падали косые лучи света, да и несколько люстр в три-четыре яруса вполне сносно освещали вотчину пана Жижтова. Вдоль стен стояли столы, где что-то резали, смешивали, раскладывали, взбивали, у дальней стены виднелось несколько больших очагов с котелками, жарящимися тушами, отдельно стояли и печки, где что-то выпекалось. Глаза разбегались, и я в растерянности замерла, хлопая ресницами и силясь понять, что делать и к кому обращаться. Только ничего не успела придумать, снова раздался рев, причем гораздо ближе, и я чуть не оглохла и даже слегка присела от неожиданности.

– Половник тебе в задницу, да что ж ты творишь, индюк ощипанный! Сейчас выкипит же, снимай быстро! Куда ты столько соли, хвост мне в рот, я же сказал, половину чайной ложки! Марька, живо за стол, горе мое луковое, как хочешь, исправляй салат!

Мой оторопелый взгляд замер на мужчине внушительных габаритов, он командовал всей этой неразберихой, стоя на возвышении у противоположной стены, зорко наблюдая со своего места за подчиненными. И все бы ничего, но пан Жижтов оказался… аррини. Буйная, густая шевелюра каштанового цвета, похожая на кучеряшки игрушечной собаки, лохматые уши, круглое лицо и кустистые брови, сейчас грозно нахмуренные. Он напоминал шумного барбоса, который только кажется грозным, а на деле добрый и отзывчивый. Королевский повар скользнул по мне заинтересованным взглядом, пошевелил бровями и кивнул своим мыслям.

– Ты! – в меня уткнулся толстый, мясистый палец. – С Марькой встанешь, а там посмотрим! Живее, живее, что вы как воблы вареные, скоро второй завтрак накрывать! – хлопнул Жижтов в ладоши.

Первая растерянность прошла, и я ощутила уверенность, что нахожусь на своем месте. Ухватила Маруню за руку и решительно заявила:

– Показывай, что ты там наделала.

Горе-повариха вздохнула, ее глаза стали печальными и подозрительно заблестели, но она послушно подвела к одному из столов и махнула на глубокую салатницу.

– Вот, – грустно сообщила Маруня. – Я задумалась и вместо обычных листьев зелени добавила лимонного клевера, а он кислый.

Заглянув в емкость, опознала нечто, похожее на рукколу, и огурцы. Ага. Повела носом, принюхиваясь, и скомандовала:

– Принеси мне фартук, еще – редис, соевый соус и бальзамический уксус…

– Чего? Редис есть, а остальное – не знаю, – переспросила Маруня не слишком уверенно, и я запоздало подумала, что здесь эти вещи наверняка или по-другому называются, или есть их аналоги.

Вздохнула, повязала фартук и поправилась:

– Тогда покажи, где у вас всякие добавки хранятся. И режь редис пока.

Девушка подвела к большому деревянному шкафу, где на полках аккуратно стояли разнообразные баночки и бутылочки с содержимым всех цветов, и я доверилась нюху. Нашлись здесь и аналоги соевого соуса и бальзамического уксуса, и я, довольная, направилась к столу, бережно и крепко прижимая бутылочки. Только вот где-то на середине пути остро ощутила чей-то недобрый взгляд, от которого за шиворот словно пригоршню снега высыпали. Едва не споткнувшись, я быстро пробежалась глазами по кухне, недоумевая, за что удостоилась такой неприязни, и наткнулась на девицу с подносом свежеиспеченных булочек. Довольно миленькая, в чепце, из-под него выбилось несколько темных локонов, но все портили поджатые губы и гримаска неудовольствия. Хм. Ладно, буду иметь в виду и возьму девицу на заметку, мало ли что, и Маруню спрошу, кто это такая.

– Вот, – подошла к нашему столу и, еще раз принюхавшись, быстро полила поочередно добытыми соусами – редис девушка уже порезала. – Ну, совсем другое дело, – удовлетворенно кивнула, попробовав получившееся. – Маруня…

Только спросить не успела, к нам совершенно неслышно, что удивительно для подобной комплекции, подобрался пан Жижтов. От его громкого голоса над ухом я едва не подскочила, запутавшись в юбках и собственном хвосте.

– И что тут у вас? – Его лохматая голова наклонилась над моим плечом, и королевский повар подхватил порцию салата большой деревянной вилкой. – Посмотрим…

Покосившись на него, я осторожно отступила в сторону, пока Жижтов с сосредоточенным видом жевал мое творение, потом задумчиво кивнул и выпрямился.

– Что ж, неплохо, – прогудел удовлетворенно королевский повар и подхватил миску. – Можно отправлять. Займитесь теперь паштетом. – Жижтов покосился на дочь: – Маря, расскажешь рецепт, а потом и познакомимся поближе. – После чего он оставил нас, на ходу подзывая к себе кого-то из помощников и вручая миску с салатом.

– Маруня, – тихонько позвала я воспрянувшую духом девушку. – А кто вон та девушка? – кивнула на проходившую невдалеке девицу, даже не посмотревшую в нашу сторону.

– А, это Алаира, – охотно ответила та. – Тоже недавно пришла в помощницы наниматься. Но знаешь, она мне не нравится, – доверительно сообщила Маруня, заглянув в глаза.

– Ладно, что там с паштетом? – вернула я разговор в деловое русло.

Ну понятно, конкурентка, значит. Похоже, насчет возможных гадостей я права и нужно держать ухо востро с этой барышней.

– Забери вон там, у Крыни, она обычно готовит основы, – Маря указала на стол неподалеку, где невысокая девушка, тоже в чепце и переднике, с сосредоточенным видом мешала что-то в большой миске.

– Ага. – Я отправилась за паштетом, мельком отметив, что чепец и мне не помешал бы, надо обзавестись обязательно.

Я забрала миску с пастообразной светлой массой, пахнувшей курицей, пока без специй и добавок, и в голове тут же отчетливо всплыл рецепт. Интересно, насколько отличается местный вариант?.. Ох, зря я задумалась, этим немедленно воспользовалась Алаира и довольно сильно толкнула в плечо, проходя мимо, – уверена, нарочно. Я чуть не выронила глиняную миску, зыркнув на вредную особу, а она еще и что-то просыпала из открытой банки, одарив гаденькой и одновременно сладкой улыбочкой.

– Ой, прости, не заметила! Тут такая суматоха! – пропела она, хлопнула ресницами, и в глубине глаз отчетливо загорелся злорадный огонек.

Я повела носом и сморщилась: Алаира сыпанула мне сахара в паштет. Ах так, да? Я посмотрела вслед девице, прищурившись, и в сознании вдруг прозвучала странная строчка: «А я маленькая ме-ерзость, а я маленькая гнусь…» Привет из прошлой жизни? Полагаю, да, но очень подходит к моему воинственному настрою. Только мстить мы будем тоньше, пока же…

– Ой, как же так! – горестно всплеснула руками Маруня, углядев засыпанную сахаром массу. – Папа снова ругаться будет… – тоскливо протянула она и душераздирающе вздохнула, шмыгнув носом.

– Не реви, – решительно прервала я слезоразлив. – Так, специи где у вас? И принеси сливочного масла, чернослива, орехов и тертой на мелкой терке моркови.

Брови Маруни поднялись, но переспрашивать и уточнять она не стала, отвела меня к шкафчику со специями, а сама пошла добывать требуемое. Я принюхалась, безошибочно нашла аналог мускатного ореха, смесь перцев, пикантную и душистую, и на обратном пути прихватила еще пучок укропа. Должно получиться необычно, нежно и вкусно. В четыре руки мы с Маруней быстро смешали все, перетерли пестиком в однородную массу, и я попробовала паштет – отлично вышло, и сахар ничуть не испортил! Маря, попробовав, восторженно пискнула, и во взгляде девчонки опять мелькнуло обожание.

– Ну, как тут дела? – Жижтов снова подкрался незаметно, а может, это я слишком увлеклась процессом готовки.

– Прошу, – с улыбкой повела рукой, отступив от стола и предлагая попробовать творение рук своих.

Королевский повар на сей раз подошел с ложкой, тоже внушительных размеров, продегустировал паштет, и на его лице отразилось удовольствие.

– Мм, какой необычный рецепт, расскажешь потом, – кивнул он. – Так, пушистая моя, пойдем пообщаемся, – Жижтов крепко ухватил мое запястье мозолистой рукой и потянул за собой.

Кухню мы покинули и зашли в небольшой кабинет рядом, и после того, как закрылась дверь, тишина даже слегка оглушила. Я отдала записку от Виттары, представилась, Жижтов что-то отметил в увесистой книге и дернул толстый шнур – наверное, кого-то вызывал.

– Значится, так. – Он откинулся на спинку, окинул меня внимательным взглядом. – Сейчас подойдет моя супруга, дворцовая экономка, она ведает размещением слуг и обеспечением всем необходимым. Кухня начинает работать с пяти утра, но ты можешь подходить к шести, пока разведут печи, подвезут продукты и все такое. Заканчиваем обычно часам к десяти, если никаких торжественных пиров, а бывает, и раньше. Положен один выходной день на неделе, задаток тебе выдам, чтобы обеспечила себя необходимым. С жалованьем определимся к концу недели, понаблюдаю за твоей работой. – Жижтов окинул еще одним внимательным взглядом, и тут открылась дверь, впуская посетителей.

Одна – дородная, пышнотелая дама с живыми карими глазами и румянцем во все щеки, в накрахмаленном чепце и платье, украшенном кружевами. За ней проскользнула неугомонная Маруня.

– Элинка, драгоценная, вручаю тебе заботу об Иоанне, моей новой помощнице, – торжественно сообщил Жижтов. – Сегодня пусть устраивается, обживается, а завтра утром жду на кухне. – Повар поднялся, открыл дверцу одного из шкафов, стоявших рядом со столом темного дерева, и достал из ящика приятно звякнувший мешочек. – Вот, держи.

Я взяла подарок, условия работы во дворце вполне устраивали.

– Спасибо, пан Жижтов, – поблагодарила повара и улыбнулась.

– Пойдем, дорогая, покажу, где ты будешь жить. – Элинка подхватила меня под руку и вывела из кабинета. – Для слуг отведено целое крыло, есть общие купальни, в комнате умывальник и уборная, – по пути рассказывала она, а Маруня пристроилась с другой стороны. – Постельное белье и полотенца выдам, каждую неделю смена…

– Мам, мам, а можно, я покажу Анни в городе, что где? – тут же встряла Маруня, восторженно косясь на меня. – Ну, ей же вещи надо прикупить, одежду там. – Девушка махнула рукой.

– Хорошо, деточка, – легко согласилась пани Элинка и погладила ту по голове. – Только осторожнее, к вечеру чтобы была во дворце!

– Конечно-конечно! – Показалось, Маруня от радости сейчас запрыгает на месте и захлопает в ладоши.

Элинка выдала мне стопку белья в кладовой и проводила в отведенную комнату. На первом этаже, недалеко от кухни, чистенькая и опрятная, с двумя окнами, выходившими в небольшой сад. Узкая кровать, шкаф, стол, стул, пара полок на стенах, в углу – простенький туалетный столик с овальным зеркалом и половик на выскобленном полу. Ничего лишнего, скромно, но я надеялась со временем обжить этот уголочек и придать ему уюта. Спрятав ключ в сумку, я последовала за Маруней к выходу из дворца – мы направлялись в город за покупками.

Только вот дорога наша лежала снова через кухню, где пан Жижтов громогласно грозился надеть кому-то кастрюлю с соусом на голову и засунуть сковородку в интересное место, причем не ручкой. Маруня хихикнула и мило покраснела, я же восхитилась фантазией королевского повара – за ним записывать надо и учить, чтоб потом вот так вот завернуть красиво. И мы даже почти дошли до двери, когда неожиданно позади раздался чей-то высокий, нервный голос, легко перекрывавший шум в кухне:

– Пан Жижтов! Пан Жижтов! Кто готовил паштет сегодня к завтраку?!

Ой. Неужели не понравилось?.. Я замерла, боясь обернуться, только хвост нервно дернулся – хорошо, стояла далеко от столов и не задела ничего. В кухне установилась звенящая тишина, Маруня испуганно покосилась на меня, и, конечно, вредная Алаира не преминула воспользоваться ситуацией.

– Это она! – с отчетливым злорадством наябедничала эта особа и наверняка еще и пальцем показала.